Наследие Поттеров

Утро в «Норе» выдалось таким, каким оно бывает только перед первым сентября, когда все одновременно опаздывают, ничего не могут найти и никто никого не слушает. Миссис Уизли носилась между этажами с криками «вставайте» и «мы пропустим поезд», Гарри и Рон натягивали штаны на голое тело, путая рукава и молнии, Джинни искала свой котёл уже в третьем чулане, Фред с Джорджем спорили, чья метла быстрее, а Перси полтора часа просидел в туалете, вылизывая значок старосты зубной щёткой. Завтрак прошел в режиме бега: тосты летели в рот мимо тарелок, тыквенный сок проливался на мантии, а миссис Уизли пересчитывала детей раз пять - каждый раз выходило разное число, потому что кто-то убегал наверх, кто-то спускался, а Джордж притворялся Фредом, чтобы его посчитали дважды. Наконец, когда все вещи были вроде бы упакованы, чемоданы загружены в форд «Англия», а Артур занял место водителя и повернул ключ зажигания, оказалось, что Фред забыл метлу - вернулись. Потом выяснилось, что Джордж забыл крысу Перси - снова вернулись. Потом Джинни вспомнила, что оставила свой дневник под кроватью - вернулись в третий раз. А когда уже выехали со двора и проехали полмили, Рон хлопнул себя по лбу и заорал, что забыл Скабберса на кухонном столе - развернулись, вернулись в четвёртый раз, и миссис Уизли, вручая ему крысу, сказала таким тоном, что лучше бы он забыл свою голову. Только после этого машина наконец покатила по направлению к Лондону, и всю дорогу Артур отвлекался на маггловские указатели и светофоры, а дети кричали из задних рядов, что они опаздывают, но никого это уже не волновало, потому что опоздание стало не случайностью, а судьбой.

На вокзал Кингс-Кросс мы влетели за десять минут до отправления. Маглы расступались, глядя на нашу процессию - чемоданы, клетка Гарри с совой, моя клетка с маленьким фениксом.

- К барьеру! Быстро! - крикнула миссис Уизли. - Перси, первый!

Перси важно поправил значок старосты и исчез в стене между платформами 9 и 10.

- Фред, Джордж, за ним!

Близнецы разбежались и скрылись один за другим.

- Теперь мы с папой и Джинни, - сказала миссис Уизли, беря Артура за руку. Джинни вцепилась в отца с другой стороны, ей было немного страшно. - А вы, ребята, в конце. Не отставайте!

Они втроём шагнули в барьер и пропали.

Мы остались втроём. Гарри, Рон и я.

Рон подхватил свой чемодан, разбежался - и тоже исчез.

- Давай вместе, - сказал Гарри, глядя на меня. - Втроём.

- Втроём? - переспросила я. - Ты уверен?

- Барьер широкий, - ответил он. - Пройдём.

Я кивнула. Мы взялись за руки. Гарри за мою левую, Рон - за мою правую. Подхватили чемоданы.

- Побежали, - сказал Гарри.

Мы разбежались.

И врезались в барьер.

Все трое.

Удар был такой, что я на мгновение перестала понимать, где верх, а где низ. Чемоданы вырвались из рук и разлетелись в разные стороны - один покатился к колонне, другой заехал под скамейку, третий врезался в тележку с газировкой. Клетка Гарри с совой перевернулась в воздухе, дверца открылась - сова вылетела и уселась на люстру под потолком, откуда смотрела на нас с укоризной. Моя клетка с фениксом ударилась о пол, но не раскрылась - маленький феникс внутри тревожно пискнул и забился в уголок.

Рюкзак Рона раскрылся, и оттуда посыпалось всё, что он туда когда-либо клал: учебники, перья, банка с засахаренными крысами, старый носок, плюшевая крыса, кусок пиццы в фольге, карта какой-то игры и целый дождь конфетных фантиков.

Гарри растянулся на спине, раскинув руки. Я приземлилась прямо на него, больно ударившись коленом. А сверху на меня свалился Рон, который пытался спасти свой чемодан, но потерял равновесие и рухнул всей массой.

- Ох, - выдохнул Гарри.

- Извини, - сказала я.

- Ничего, - ответил он сдавленно, потому что я сидела у него на груди.

Рон кряхтел, пытаясь слезть, но поскользнулся на фантиках и снова упал.

По всему вокзалу разнёсся грохот. Железный лязг чемоданов, звон стекла, уханье совы, писк феникса и дружный крик трёх неудачников, которые не могли распутаться.

Маглы оборачивались.

Маленькая девочка в розовом пальто замерла с открытым ртом. Её мама прикрыла ей глаза рукой.

Мужчина с газетой смотрел на нас поверх очков, даже не моргая.

Пожилая женщина с сумкой на колёсиках остановилась и сказала своему спутнику:

- Вот видишь, Джордж, а ты говоришь, что молодёжь не умеет веселиться.

- Это не веселье, Милдред, - ответил Джордж. - Это идиотизм.

Группа подростков захихикала. Один парень крикнул:

- Эй, вы как, живы там?

- Живы! - крикнула я в ответ, пытаясь встать. - Не волнуйтесь, мы профессиональные каскадёры!

- С чемоданами? - спросила какая-то девушка.

- С самыми тяжёлыми, какие есть! - ответил Гарри, наконец поднимаясь на ноги.

Пожилой мужчина с фотоаппаратом на ремне даже поднял его, но потом опустил, покачал головой и пошёл дальше - видимо, решил, что такие кадры ему не нужны.

Рон выбрался из кучи перьев и фантиков. Он весь был усыпан конфетным дождём. Его волосы торчали в разные стороны, на щеке красовалась царапина от собственной пряжки ремня.

- Я похож на клоуна? - спросил он.

- Ты похож на того, кто только что проиграл войну с багажом, - ответила я.

Сова на люстре возмущённо заухала. Гарри пришлось свистеть и уговаривать её спуститься. Сова сделала круг над нашими головами, сбросила перо на Рона и гордо приземлилась обратно в клетку.

Моего феникса пришлось проверять - он сидел в углу клетки, взъерошенный, но живой. Я тихонько погладила его через прутья.

- Всё хорошо, маленький, - прошептала я. - Просто неудачное утро.

Мы собирали вещи. Перья кружились в воздухе. Учебники приходилось выковыривать из-под скамеек. Банка с крысами разбилась, и засахаренные крысы раскатились по всему полу - несколько штук склевали голуби, после чего начали странно себя вести.

К нам подошёл охранник.

Высокий, с усами, с нашивкой на груди. В руке он держал блокнот и ручку. Он смотрел на нас так, будто мы были инопланетянами, которые только что выпали из НЛО.

- Что здесь происходит? - спросил он строго.

- Простите, - сказала я, выпрямляясь и отряхивая мантию. - Мы случайно. Не справились с управлением.

- С управлением? - охранник поднял бровь. - Чем вы управляли?

- Чемоданами, - нашлась я. - Они очень тяжёлые. Разбежались, не рассчитали инерцию, ну и... врезались.

- В стену, - добавил Гарри, потирая ушибленную руку.

- Втроём, - закончил Рон, вынимая из волос конфетный фантик.

Охранник перевёл взгляд на стену между платформами 9 и 10. Обычная кирпичная стена. Потом посмотрел на нас. Потом на разбросанные вещи. Потом снова на стену.

- Вы это... - он понизил голос, - того? Из цирка?

- Нет, - быстро сказал Гарри. - Мы спортсмены. Спринтеры.

- С чемоданами, - уточнил охранник.

- Тренировка с утяжелением, - добавила я. - Олимпийский резерв.

Охранник покачал головой. Что-то записал в блокнот. Посмотрел на нас ещё раз - долго, внимательно.

- Вам бы к врачу, - сказал он наконец. - У вас у всех, похоже, сотрясение.

- Спасибо за заботу, - ответила я с самой милой улыбкой.

Охранник вздохнул, убрал блокнот и ушёл, бормоча под нос: «Спринтеры... с чемоданами... Олимпийский резерв... Господи, куда катится этот мир...»

Маглы начали расходиться. Кто-то ещё оглядывался, кто-то уже забыл про нас. Голуби клевали разбитых засахаренных крыс и странно косились.

Мы остались одни.

- Поезд ушёл, - сказал Гарри, глядя на часы над входом.

Минутная стрелка показывала без двух минут одиннадцать.

- Мы опоздали, - сказала я.

- Мы в жопе, - тихо сказал Рон.

Я посмотрела на барьер. Кирпичи. Серая стена. Там, за ней, уже уезжал Хогвартс-экспресс. А мы стояли здесь, посреди маггловского вокзала, с разбитой банкой крыс и обиженным фениксом.

- Ну, - сказал Гарри. - Остался один способ.

- Какой? - спросил Рон.

Гарри посмотрел на выход, где у входа стояла машина Артура. Форд «Англия» блестел на солнце сквозь стеклянные двери.

- Нет, - сказал Рон.

- Да, - ответил Гарри.

- Ты предлагаешь угнать машину? - спросил Рон.

- А у нас есть выбор? - спросила я.

Мы переглянулись. Потом побежали к выходу, волоча чемоданы, клетки и остатки достоинства.

Мы выбежали из вокзала, волоча чемоданы, клетки и остатки достоинства. Форд «Англия» Артура Уизли стоял там же, где его оставили.

- Загружаемся! - скомандовал Гарри.

Внутри машина оказалась волшебной - расширенное пространство, сиденья на десять человек. Рон сел за руль, Гарри - рядом с ним. Я залезла на заднее сиденье, потому что там было больше места для чемоданов и клеток.

- Ты умеешь водить? - спросил Гарри.

- Не совсем, - ответил Рон. - Но сколько раз я видел - папа поворачивает эту штуку и нажимает на эти.

Он покрутил руль и нажал на педаль. Машина дёрнулась и вылетела со стоянки.

Мы ехали по маггловским дорогам, пока не выехали за город. Рон уже более-менее ровно держал руль. Ветер свистел в окнах.

- Смотрите! - сказал вдруг Гарри, показывая вперёд.

На дороге впереди показалась машина. А за ней - ещё одна. И ещё. Люди в машинах смотрели прямо на нас.

- Маглы, - сказала я. - Они нас видят.

- Точно! - Рон ударил себя по лбу. - Папа говорил, тут есть одна кнопка...

Он начал шарить по приборной панели, нажимая все кнопки подряд. Машина чихнула, замигала фарами, потом заиграла музыка, и вдруг - мы исчезли.

Я посмотрела вниз. Сиденья, чемоданы, мои руки - всё было на месте. Но снаружи нас никто не видел. Мы стали невидимыми.

- Получилось! - крикнул Рон.

- А теперь - в школу! - сказал Гарри. - Поезд уже далеко, мы должны его догнать.

Рон кивнул и потянул руль на себя. Машина вздрогнула и оторвалась от земли. Дома внизу становились всё меньше, поля растягивались в зелёные лоскуты. Мы летели.

Я смотрела в окно. Облака проплывали мимо. Где-то внизу блестела река.

И вдруг машина резко накренилась.

- Что это было?! - крикнула я.

- Не знаю! - Рон крутил руль, пытаясь выровнять машину. - Она не слушается!

В этот момент дверца Гарри распахнулась. Гарри вывалился наружу, повиснув на одной руке, держась за край сиденья. Чемоданы сзади заскользили к открытой двери.

- Гарри! - заорала я.

Не думая, я перекинулась через сиденье и схватила его за ногу. Схватила крепко, обеими руками, упёрлась коленями в спинку. Он был тяжёлый, но я держала.

- Держи! - крикнул Рон, пытаясь одной рукой управлять машиной, а другой ловить Гарри за куртку.

Я вцепилась мёртвой хваткой. Руки горели, плечи выли от боли, но я не отпускала.

- Тяни! - крикнула я.

Рон перехватил Гарри за пояс. Мы дёрнули одновременно. Гарри влетел обратно в машину, рухнул на пол и замер, тяжело дыша.

Я откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как дрожат руки. Сердце колотилось где-то в горле.

- Спасибо, - выдохнул Гарри.

- Не за что, - ответила я. Голос дрожал. - Закрой дверь.

Гарри захлопнул дверцу. Мы выровнялись. В салоне повисла тишина, нарушаемая только гулом двигателя.

Через несколько минут вдалеке показался поезд. Хогвартс-экспресс - красный, дымящий, летящий по рельсам.

- Догоняем! - сказал Рон.

Машина ускорилась. Поезд приближался. Мы летели прямо над ним, почти касаясь крыш. Я выглянула в окно - внизу мелькали вагоны, где-то внутри дети махали нам из окон.

- Слушайте, - сказала я вдруг.

Внутри что-то ёкнуло. Интуиция, или то самое слизеринское чутьё, которое Снейп называл «ценным даром». Мне стало не по себе.

- Ребята, вам не кажется, что здесь что-то не так?

- В смысле? - спросил Рон, не отрывая глаз от поезда.

- Не знаю, - ответила я, оглядываясь. - Но я чувствую... мы не одни.

Я резко обернулась и посмотрела на поезд. В окне кабины машиниста показалось лицо. Машинист - маленький волшебник в очках - смотрел на нас с таким выражением, будто увидел привидение.

- Ребята, - сказала я. - Всё. Топи вперёд, либо вверх. Но вали отсюда.

- Почему? - спросил Гарри.

- Потому что машинист нас заметил.

Рон рванул руль вверх. Машина взмыла в облака. Поезд остался внизу - красная полоска, которая быстро исчезала за горизонтом.

Мы летели над горами и лесами. Где-то внизу блеснуло озеро, показались башни Хогвартса.

- Снижаемся! - крикнул Гарри.

Рон направил машину к земле. Мы летели над заснеженной лужайкой, когда я заметила дерево. Странное дерево. Оно стояло посреди поляны, низкое и корявое, но его ветви двигались - медленно, ритмично, как будто дерево дышало.

- Что это? - спросила я.

- Не знаю, - ответил Гарри.

В этот момент одна из ветвей резко метнулась в нашу сторону.

- Рон! - закричала я.

Было поздно. Ветка ударила машину с такой силой, что нас отбросило в сторону. Машина закрутилась, ударилась о землю, подскочила. Ветка снова метнулась - на этот раз прямо в лобовое стекло.

Я закрыла голову руками. Стёкла посыпались. Чемоданы полетели по салону. Рона и Гарри швырнуло на панель. Меня - на заднее сиденье.

Машина остановилась.

В ушах звенело. Я открыла глаза. Всё вокруг было перевёрнуто. Чемоданы валялись кучей. Клетки - одна на боку, другая сверху. Сова орала. Феникс пищал.

- Все живы? - спросила я.

- Живы, - простонал Гарри, выбираясь из-под чемодана.

- Нога застряла, - сказал Рон.

Я попыталась встать. Левая рука отозвалась острой болью. Я посмотрела на неё - рука была цела, но болела так, будто её пропустили через мясорубку. Ветка всё-таки достала меня через окно.

- Эмили, ты как? - спросил Гарри.

- Нормально, - ответила я, зажимая ушибленное место. - Рука просто... не очень.

Мы выбрались из машины. Я оглянулась - дерево стояло на месте, но его ветви уже успокоились. Как будто ничего не произошло.

- Что это было? - спросил Рон, глядя на дерево с ужасом.

- Гремучая ива, - прочитала я на табличке рядом. - Не приближаться.

- Поздно, - сказал Гарри.

Мы отошли подальше, тяжело дыша. Рука болела невыносимо. Я села на чемодан, пытаясь отдышаться.

И в этот момент машина вдруг завелась сама.

Мы все трое замерли.

Двигатель взревел. Фары моргнули. Машина дёрнулась, развернулась и - не обращая на нас никакого внимания - начала выплёвывать наши вещи. Чемоданы вылетали из багажника один за другим. Клетка с совой выкатилась на землю. Моя клетка с фениксом следом. Рюкзак Рона, который мы только что собрали, снова раскрылся в воздухе, и перья, учебники и фантики разлетелись по поляне.

- Она нас выгоняет! - крикнул Рон.

- Она нас выкидывает! - поправил Гарри, уворачиваясь от летящего ботинка.

Я едва успела схватить своего феникса, когда машина чихнула в последний раз, пыхнула дымом и, подпрыгивая на корнях, уехала в темноту. Её фары мелькнули между деревьями и исчезли.

Мы остались одни посреди поляны. Вещи валялись вокруг - чемоданы, клетки, разорванный рюкзак, разбросанные перья и конфетные фантики. Где-то вдалеке всё ещё был слышен удаляющийся гул двигателя.

- Ну, - сказал Гарри после долгой паузы. - Придётся идти пешком.

- Спасибо, кэп, - ответила я, потирая ушибленную руку.

Мы взвалили на себя чемоданы и клетки. Рука болела невыносимо. Каждый шаг отдавался пульсирующей болью, но я стиснула зубы и пошла.

Хогвартс стоял на холме - огромный, величественный, освещённый тысячами свечей в окнах. Мы шли через лужайку, задыхаясь от тяжести вещей. Сова в клетке недовольно ухала. Феникс грустно чирикал.

Внутри замка было тепло. Мы прокрались по коридору и встали у дверей Большого зала. Оттуда доносились голоса, смех, звон посуды.

Мы заглянули внутрь.

На первом плане, спиной к нам, сидели учителя. Я узнала профессора Снейпа - чёрная мантия, чёрные волосы, сутулые плечи. Дамблдор сидел посередине - длинная серебряная борода, полумесяц очков.

А прямо сейчас проходила церемония распределения.

Маленькая первоклассница в очках надела шляпу. Шляпа подумала секунду и крикнула:

- КОГТЕВРАН!

Стол Когтеврана зааплодировал. Девочка побежала к своим новым однокурсникам.

Следующим был мальчик с рыжими волосами. Он сел на стул, и шляпа едва коснулась его головы:

- ГРИФФИНДОР!

Рыжий мальчик радостно побежал к столу, где сидели Фред, Джордж и Перси.

- Кто это? - шепнул Гарри.

- Не знаю, - ответил Рон. - Но он какой-то знакомый...

Потом вышла девочка с длинными тёмными волосами. Очень бледная, с серьёзным лицом. Шляпа долго думала и наконец выдала:

- КОГТЕВРАН!

Девочка кивнула, будто только этого и ждала, и направилась к столу синих и бронзовых.

- А вон и Джинни, - сказал Рон.

Я посмотрела. Маленькая рыжая девочка в мантии, которая была ей чуть велика, подошла к стулу. Джинни выглядела испуганной - пальцы дрожали, когда она надела шляпу.

Шляпа задумалась. Надолго. Джинни сидела, сжавшись в комок, и я видела, как её губы шевелятся - наверное, она о чём-то просила шляпу.

- ГРИФФИНДОР! - объявила шляпа.

Джинни ахнула и чуть не упала со стула. Её лицо мгновенно расплылось в счастливой улыбке. Она спрыгнула и побежала к столу Гриффиндора, где её уже встречали близнецы.

- Слава Мерлину, - выдохнул Рон.

- Рада за неё, - сказала я.

Рука болела всё сильнее. Я привалилась к стене, стараясь не стонать. Гарри заметил и положил руку мне на плечо.

- Потерпи, - сказал он. - Скоро всё закончится.

Церемония продолжалась. Ещё несколько первоклашек получили свои факультеты - кто-то на Слизерин, кто-то на Гриффиндор, кто-то в Пуффендуй.

А потом начался пир. Тарелки наполнились едой, зазвенели бокалы.

- Мы идём? - спросил Гарри.

- Да, - ответила я.

Мы стояли у дверей Большого зала, тяжело дыша после долгого пути. Чемоданы оттягивали руки, клетки с совами и фениксом раскачивались. Мантии были в пыли и саже, волосы растрёпаны, у меня всё ещё болела рука.

- Ну что, заходим? - спросил Гарри, кивая на дверь.

- Стойте, - сказала я.

Они обернулись.

- Ребят, давайте не будем заходить. По крайней мере, не сейчас.

- Почему? - спросил Рон.

- Посмотрите на нас, - сказала я. - Мы грязные, потрёпанные, с чемоданами, с клетками. Если мы сейчас туда зайдём - посреди пира, когда все уже сидят на своих местах, - это будет выглядеть слишком подозрительно. На нас сразу обратят внимание. Все. И учителя, и ученики.

Гарри посмотрел на свою мантию, потом на меня, потом на Рона.

- Она права, - сказал он. - Мы будем как вороны на свадьбе.

- Давайте лучше переждём, - продолжила я. - Когда пир закончится и все начнут расходиться, мы сможем незаметно проскользнуть и смешаться с толпой.

- А если нас кто-нибудь заметит? - спросил Рон.

- А если мы сейчас зайдём - заметят точно, - ответила я.

Гарри кивнул.

- Хорошо. Давайте встанем вон там, за колонной. Никто не увидит.

Мы перетащили вещи в тёмный угол у входа, за массивную каменную колонну. Прижались к стене. Отсюда был виден весь Большой зал - четыре длинных стола, полные учеников, летучие свечи под потолком, золотые тарелки и бокалы.

Гарри выглянул из-за угла, оглядел стол преподавателей и вдруг замер.

- Рон, - сказал он тихо. - Посмотри.

Рон выглянул.

- Снейпа нет! - выдохнул он с надеждой. - Может, его уволили?

- Или перевели в Дурмстранг, - предположил Гарри. - Он же так о нём любил говорить...

- А может, он в Азкабане! - мечтательно протянул Рон.

- Типун вам на язык, - сказала я. - Нормальный он преподаватель.

Тут раздался голос прямо за их спинами. Ледяной, тихий, с мерзкими сладкими нотками.

- А может быть, профессор Снейп за вашими спинами?

Гарри и Рон медленно, очень медленно, обернулись.

Профессор Снейп стоял прямо за ними. Чёрная мантия, чёрные волосы, сверлящие чёрные глаза.

- Мистер Поттер, - сказал он, не повышая голоса. - Мисс Поттер. Мистер Уизли. За мной.

Он развернулся и зашагал прочь, даже не оглядываясь.

Нам ничего не оставалось, кроме как подхватить вещи и побрести следом.

---

Кабинет профессора Снейпа находился в подземелье. Холодный, сумрачный, с банками с мутными жидкостями на полках. В воздухе пахло чем-то резким - то ли уксусом, то ли высушенными травами.

Мы вошли. Снейп молча указал на стулья. Гарри и Рон сели. Я опустилась рядом, поставив клетку с фениксом на пол.

Снейп встал у камина, скрестив руки на груди. Его чёрные глаза перебегали с одного на другого - безжалостные, как у хищника.

- Итак, - сказал он тихо. - Поттер. Поттер. Уизли.

Каждое имя он произносил так, будто зачитывал обвинительное заключение.

- Вы нарушили постановление Министерства магии об ограничении использования магии несовершеннолетними лицами. Вы угнали маггловское транспортное средство и модифицировали его магическим способом. Вы подвергли опасности жизнь маглов, пролетая над Лондоном на глазах у всего населения. Вы повредили ценное школьное имущество - Гремучую иву, которая растёт здесь с основания Хогвартса. И, судя по вашим лицам, вы даже не понимаете, что вас должны были исключить ещё на подходе к замку.

Я сидела и смотрела в пол. Внутри всё сжалось.

Какие вы молодцы просто, - подумала я. Не могли придумать ничего умнее, чем угнать машину.

Снейп продолжал:

- За всё это полагается исключение. Немедленное. И я прослежу, чтобы...

Дверь кабинета открылась без стука.

Вошёл профессор Дамблдор - высокий, в длинной мантии, с серебряной бородой, закрывающей почти весь живот. За ним - профессор Макгонагалл, строгая, с зелёной мантией и квадратными очками.

- Северус, - сказал Дамблдор мягко. - Ты не один.

Снейп дёрнул плечом.

- Я как раз излагал этим троим всю глубину их ошибки.

Дамблдор перевёл взгляд на нас. Глаза за полумесяцем очков блестели. Он смотрел не зло - скорее грустно.

- Северус, - сказал он снова. - Мистер Поттер и мистер Уизли не учатся на твоём факультете. Они не в твоей юрисдикции. А решать судьбу мисс Поттер... - он посмотрел на меня, - ты не можешь без моего ведома.

Снейп молчал. Но его глаза сверкнули.

- Однако, - продолжил Дамблдор, - исключение - это крайняя мера. Я бы хотел сначала послушать, что на самом деле произошло.

Он подошёл к камину, остановился напротив нас. Его длинные пальцы сцепились за спиной.

- Рассказывайте, - сказал он. - Без утайки.

Гарри начал. Он говорил сбивчиво, иногда заикаясь. Про вокзал, про барьер, про то, как они не попали на платформу. Про то, как решили догнать поезд на машине. Рон вставлял реплики, иногда перебивая. Я молчала, только кивала и сжимала подлокотники стула.

Я видела глаза Дамблдора. Он не сердился. Он был разочарован.

Это было хуже, чем крик. Гораздо хуже.

Когда Гарри закончил, Дамблдор долго молчал. В кабинете было тихо - только потрескивал огонь в камине.

- Я понимаю, - сказал он наконец, - что вы хотели попасть в школу. Я понимаю, что оказались в безвыходной ситуации. Но почему... - он помедлил, - почему вы не додумались отправить сову в Министерство? Или связаться с профессором Макгонагалл? Или просто подождать, пока кто-нибудь из взрослых не вернётся за вами?

Гарри опустил голову. Рон уставился в пол.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Сова, - подумала я. Чёрт возьми, сова. У Гарри была сова. У меня был феникс. Мы могли написать письмо. Мы могли отправить сову в Хогвартс. В Министерство. Кому угодно.

Но мы не додумались.

Я - самая умная среди этих троих - не додумалась до самого простого решения.

Я сидела, вцепившись в подлокотники, и чувствовала, как внутри всё горит от стыда.

- Мы... - начала я, но голос сорвался.

Дамблдор посмотрел на меня. В его глазах не было упрёка. Только усталость.

- Позже, мисс Поттер, - сказал он.

Он повернулся к Гарри и Рону.

- Мистер Поттер, мистер Уизли, вы можете идти. Профессор Макгонагалл проводит вас.

- А Эмили? - спросил Гарри.

- Мисс Поттер останется, - сказал Снейп. - У меня есть к ней несколько вопросов.

Гарри и Рон поднялись, бросили на меня тревожные взгляды и вышли вслед за Макгонагалл.

Дверь закрылась. Щёлкнул замок.

Я осталась одна в кабинете Снейпа.

Я сидела на стуле, сжавшись в комок, и смотрела в пол. Глаза щипало. Внутри всё горело от стыда, от страха, от злости на саму себя.

Всё, - думала я. - Конец. Сейчас меня исключат. Я поеду домой. Опять к этим дуростям. Опять в Приют. Я не хочу туда.

Я сжала подлокотники так, что побелели костяшки.

Чёрт, как можно было до этого не додуматься? У Гарри есть сова. А у меня - феникс. Самый быстрый способ доставки писем в магическом мире. Я могла написать письмо кому угодно - Дамблдору, Макгонагалл, в Министерство. Моя птица долетела бы за час. А вместо этого мы угнали машину.

Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы.

Самая умная, - думала я с горечью. - Самая умная. У меня феникс под рукой - и я не додумалась им воспользоваться. Теперь поеду домой. К Дурслям. Буду сидеть в чулане под лестницей и вспоминать, как была ведьмой.

В кабинете было тихо. Только потрескивал огонь в камине. Снейп стоял у окна, спиной ко мне, и молчал.

Он молчал так долго, что я начала считать удары сердца.

Потом он повернулся.

- Мисс Поттер, - сказал он. Голос был тихим, без обычной ядовитости. - Я хочу задать вам один вопрос.

Я подняла голову. Снейп смотрел на меня в упор - без насмешки, без злорадства. Просто смотрел.

- Вы были лучшей по зельеварению среди первого курса, - сказал он. - У вас отличные оценки, вы внимательны, вы не допускаете глупых ошибок. Поэтому я хочу понять: почему же лучшая ученица не додумалась отправить письмо в Министерство?

Я опустила глаза в пол.

- Я не знаю, профессор, - сказала я тихо. - Я просто... не подумала.

- Не подумали, - повторил он.

- Не подумала, - эхом отозвалась я. - Я самая умная среди них, но не додумалась до самого простого решения. У меня есть феникс, профессор. Самая быстрая почта в мире. А я о нём даже не вспомнила. И теперь меня исключат. Я поеду домой.

Снейп отвернулся к камину. Его профиль был резким, как лезвие ножа.

- Я не собираюсь вас исключать, - сказал он.

Я подняла голову.

- Что?

- Вы слышали, мисс Поттер, - сказал Снейп, не оборачиваясь. - Я не собираюсь вас исключать. В прошлом году вы были лучшей по зельеварению среди первого курса. Это редкое достижение. И я не намерен терять такого студента из-за одной глупой ошибки, какой бы дорогостоящей она ни была.

У меня отлегло от сердца. Я выдохнула - так глубоко, что чуть не закашлялась.

- Однако, - продолжил Снейп, - безнаказанным это не останется.

Он повернулся ко мне. Глаза его сверкнули.

- Вы будете отрабатывать. Две недели - чистка котлов после уроков зельеварения. И две недели - помощь на кухне по вечерам. Домовики-эльфы вас проинструктируют.

- Да, профессор, - сказала я быстро. - Большое спасибо, профессор Снейп.

Я вскочила со стула, чуть не опрокинув клетку с фениксом.

- Такого больше не повторится, - сказала я. - Я обещаю.

Снейп кивнул, не глядя на меня.

- Можете идти, мисс Поттер. Ваши вещи уже в гостиной Слизерина.

Я подхватила клетку и направилась к двери. На пороге обернулась.

- Профессор... - начала я, но он перебил:

- Идите уже.

Я вышла.

---

Коридоры Хогвартса были пусты. Пир закончился, все разошлись по спальням. Я шла быстрым шагом, держа клетку с фениксом, и чувствовала, как с каждым шагом напряжение уходит.

В подземелье, у входа в гостиную Слизерина, стояла Дафна Гринграсс.

- Эмили! - сказала она, увидев меня. - Ты где была? Весь пир прошёл, а тебя нет. Рон и Гарри пришли с Макгонагалл, сказали, что тебя забрал Снейп. Я уже думала...

- Всё нормально, - перебила я. - Всё хорошо.

- У тебя лицо красное, - сказала Дафна, вглядываясь в меня. - Ты плакала?

- Нет, - ответила я. - Просто... долго объяснять.

Дафна кивнула и повернулась к стене.

- Заветная, - сказала она.

Каменная стена бесшумно раздвинулась, открывая вход в гостиную Слизерина. Зелёный свет, резные кресла, чёрная гладь озера за окнами. Мы вошли. Дафна провела меня к дивану у камина.

- Рассказывай, - сказала она, садясь напротив.

Я начала с самого начала. Про вокзал, про барьер, про то, как они врезались в стену. Про то, как угнали машину. Про то, как Гарри чуть не выпал, а я схватила его за ногу. Про маглов, про невидимость, про поезд и машиниста. Про Гремучую иву, про больную руку. Про Дамблдора, про Снейпа, про отработку.

Дафна слушала, не перебивая. Только иногда поджимала губы или хмурилась.

- Ты могла погибнуть, - сказала она, когда я закончила. - Вы все трое могли погибнуть.

- Знаю, - ответила я.

- А теперь у тебя отработка на месяц.

- На месяц, - вздохнула я.

Дафна помолчала, потом достала из кармана мантии сложенный пергамент.

- Слушай, у нас уже расписание дали, - сказала она, разворачивая лист. - У нас опять сдвоенные уроки с Гриффиндором по зельеварению.

- Отлично, - сказала я без энтузиазма.

- А по травологии - с Пуффендуем. Трансфигурация - с Когтевраном. История магии - тоже с Гриффиндором.

- А Защита от тёмных искусств? - спросила я.

- Тоже с Гриффиндором, - ответила Дафна. - И вести её будет Гилдерой Локонс.

Я удивлённо подняла бровь.

- С чего его взяли?

- Понятия не имею, - сказала Дафна. - Я тоже тебя понимаю. Так что... ну, как бы не надейся ни на что хорошее. Придётся работать именно самим.

- То есть учебники Локонса - это всё реклама, а не польза? - спросила я.

- Скорее всего, - ответила Дафна.

Я вздохнула.

- Ладно, будем работать сами.

- Как обычно, - сказала Дафна.

Она свернула пергамент и убрала его в карман.

- Ты голодная?

- Очень, - призналась я.

Дафна оглянулась по сторонам, потом вытащила из кармана мантии маленькую булочку, завёрнутую в салфетку.

- Держи. Я взяла на пире, про запас.

- Спасибо, - сказала я и откусила половину.

Жевать было трудно - горло сжималось от пережитого стресса, но тёплый хлеб помогал.

- Пойдём в спальню, - сказала Дафна, когда я доела. - Завтра рано вставать.

Мы поднялись в комнату девочек. Внутри было темно - только зелёное свечение от озера проникало сквозь окна. Четыре кровати с балдахинами, зелёные занавески, серебряные гербы на стенах.

- Твои вещи уже здесь, - сказала Дафна, кивая на чемодан у одной из кроватей.

- Спасибо, - ответила я.

Мы переоделись в пижамы и забрались под одеяла. Дафна погасила свет.

- Эмили, - сказала она в темноте.

- Мм?

- Ты как? Нормально?

- Нормально, - ответила я. - Устала очень. И есть ещё хочется, но булочку я съела.

- Завтра на завтрак наешься, - сказала Дафна.

- Спасибо, Дафна.

- Не за что. Спи.

Через минуту её дыхание стало ровным.

Я лежала с открытыми глазами, глядя в потолок. Живот урчал от голода, рука болела, в голове крутились обрывки дня - вокзал, стена, падение, машина, Гарри, повисший в воздухе, Гремучая ива, Дамблдор, Снейп...

Снейп, - подумала я. - Он мог меня исключить. Но не исключил.

Я закрыла глаза и начала засыпать.

---

Мне приснился сон.

Я шла по коридору Хогвартса. Вокруг было темно - факелы не горели, окна не пропускали света. Только луна иногда выглядывала из-за туч, бросая бледные блики на каменный пол.

Впереди кто-то стоял.

Я прищурилась - там был Гарри. Он стоял посреди коридора с пустыми глазами, как заворожённый. Рядом с ним стоял какой-то парень - высокий, темноволосый, с красивым, но холодным лицом. Я его не узнала.

Они не двигались. Просто стояли и смотрели друг на друга.

А потом я опустила глаза и увидела пол.

На камнях, у стен, в лужах лунного света лежали петухи. Мёртвые. Их шеи были переломаны, перья разбросаны по коридору. Красные гребни выглядели как кровавые пятна в темноте.

Я попыталась закричать - и проснулась.

---

Я сидела в кровати, тяжело дыша. Сердце колотилось так, будто я пробежала марафон. Рука снова заболела - наверное, я сжала её во сне.

В комнате было тихо. Дафна спала, не просыпаясь. Из-за окна доносилось тихое плескание воды - обитатели Чёрного озера ворочались в ночной темноте.

Кто этот парень? - подумала я. - И почему Гарри стоял с ним как заворожённый?

Я провела рукой по лицу и почувствовала, что щёки мокрые.

- Это просто сон, - прошептала я себе. - Просто сон.

Но внутри что-то сжалось. То самое чутьё, которое Снейп называл «ценным даром», тихо шептало: это не просто сон.

Я легла обратно, натянула одеяло до подбородка и долго смотрела в потолок, прежде чем снова закрыть глаза.