Имя заходящего солнца

В понедельник они встретились в школе. На химии было не до болтовни, а на физике они сидели порознь — на месте Тео был Воробьёв, и Теодор сидел на второй парте второго ряда вместе с Дуней. Он лежал, опустив голову на руки. Зака совершенно не интересовали занудные рассказы учителя, и от скуки он оторвал кусочек от страницы в тетради, написал там «чего такой сонный? :(», скомкал и бросил точно в цель, попав Теодору в макушку. Того это не разбудило, а Жаворонкова вопросительно уставилась на Заката. Парень указал на Тео: «Разбуди!» — Дуня скорчила жалобную рожу и брезгливо ткнула в Теодора пальцем. Тот поднялся и увидел послание. Прочитал, настрочил ответ, бросил обратно. Благо, Воробьёв спал, и особой помехи для их диалога не было.
«не мог заснуть вчера :р»
Зак усмехнулся из-за кривой рожицы и написал ему:
«Чего так? Кошмары снились?»
«С чего ты взял?» — был ответ. — «Может, у моего недосыпа другая причина... ;)))»
Тео, когда это писал, безудержно улыбался. Зак не понял:
«Какая?»
«;Р» — только и ответил Теодор.
«>:0» — Зак до сих пор не понимал его намёков.
«Всё, заканчивается место. ПОКАААаааа...»
Зак получил обратно полностью исписанную бумажку, оторвал новую и нарисовал на ней кривую улыбающуюся рожу. Тео, получив послание, вскинул бровь. Они встретились взглядами и Зак проговорил губами: «Скучно».
Тед написал:
«И мне без тебя♡».
«♡♡♡», — улыбаясь, написал Зак в ответ, но не успел отправить, ибо Дуня громко огласила:
— А мальчики бумажками кидаются!
Физик недовольно подошёл к Заку и отобрал у него послание:
— Давайте на уроках без переписок! Неужели это настолько важнее лекции? — он взглянул на содержание бумажки и открыл рот, чтобы озвучить его на потеху классу, но замер и вопросительно уставился на Заката. Тот залился краской и опустил голову в тетрадь. Физик лишь хмыкнул и продолжил вести урок.
Повернувшись к Тео, Зак стыдливо прикрыл рукой рот. Теодор усмехнулся. Они остались без связи, и только иногда переглядывались, пока Тед снова не лёг на парту.
— Так почему ты не выспался? — спросил Зак, когда прозвенел звонок.
— Зак, — прыснул он. — Ну сидел в телефоне. Устраивает такой ответ?
— Пятьдесят на пятьдесят... — сощурился Закат.
— А ты ожидал что-то более интересное? — Теодор нагнулся к нему и неоднозначно посмотрел в глаза. Зак не особо понял, о чём он, но от смущения отвёл взгляд.
— Ладно, — Тео перевёл тему, — я сегодня не завтракал — иду в столовку. Ты со мной?
— Ага.
Они спустились на первый этаж. Там Закат купил себе сэндвич, и они уселись за столом друг напротив друга.
— Не голодный-то сам? Ты не ешь в школе. Это на самом деле не очень полезно для желудка, — заметил Зак.
— Кто бы говорил, — Тед закатил глаза. — Сам в школе не ешь.
— Ты прав. Но я плотно завтракаю. А ты-ы?
— Нет... — Тео отвёл взгляд, прикусив губу.
— Во-во. Кусай, если хочешь.
Теодор всё же воздержался.
— Почему не позавтракал? — подперев голову кулаком, спросил Тео. Зак уже справился с сэндвичем, и они просто болтали.
— Не успел. Мы с Микки больно далеко ушли, я возвращался долго.
— Ты же каждый день в такую рань встаёшь! — осознал Теодор и взялся рукой за голову. — Я действительно понимаю, почему ты не высыпаешься. Но не понимаю, почему не спишь днём.
— А дела? — нахмурился Зак. — Уроки, домашние обязанности, кружки... Это уж не говоря о прогулках с тобой! Поспишь тут! — фыркнул он.
— В связи с этим, — Тео будто что-то вспомнил и потянулся за рюкзаком, — у меня тебе подарочек.
Он протянул ему коробочку сахарного драже. Того самого, с которым они когда-то много целовались на лестничной клетке. Теперь оно вызывало ещё более тёплые чувства, чем любая еда.
— Это за что? — Зак опустил брови и смущённо улыбнулся. Взял небольшую железную коробочку, покрутил её в руках.
— Как — за что? За то, что ты есть, — Тео улыбнулся тоже.
— Ну так... это... — стушевался он и потрепал кончик сиреневых волос, потупился, глупо улыбаясь. Теодор рассмеялся, слегка поднялся, потянулся через стол и коротко его поцеловал.
Зак вспыхнул:
— Ты... Ты чего! — прошептал он. — Тут же люди! — он заозирался по сторонам, убеждаясь, что их никто не увидел.
— Пусть смотрят, — фыркнул Тед, заложив руки за голову.
— Пусть?! — ещё больше раскраснелся Зак. — Совсем не пусть, не надо так больше делать!
— Хорошо-хорошо, — Тео широко улыбнулся, оголил зубы, и Зак прочитал по его улыбке, что ему снова ужасно хочется поцеловаться, но он не смеет больше. Тогда Закат проник под столом к его колену, нащупал руку и ухватился за его палец.
— Как ты сегодня после уроков? — спросил Теодор, стараясь скрыть накативший румянец. Зак довольно улыбнулся: нечасто заставишь Тео краснеть!
— Я занят, прости. Волонтёрство. В другой раз погуляем.
— Вот как.
Закат усмехнулся, глядя в стол. Тео вопросительно моргнул.
— Да это моя глупая привычка — говорить «вот как», — улыбался Зак. — Забавно, что ты её перенял.
Под столом он притянул к себе ладонь Теда и взял его холодные пальцы. Теодор слабо просиял.
— Ладно, пошли в класс.
Так завершились все уроки, и Тео проводил Зака до волонтёрства, к 55-му кабинету.
— Во сколько ты заканчиваешь? — поинтересовался Тед.
— В шесть.
— И что вы там делать будете?
— Завтра же восьмое марта. Украшения, подарки.
Теодор хмыкнул, не скрывая пренебрежения, но Зак лишь улыбнулся.
— Пока, встретимся ещё, — махнул ему Закат. Тео ушёл.
Когда наконец пробило шесть, Зак немного задержался. Перекинулся парой слов с тим-лидером, со всеми попрощался, и в 18:09, пялясь в телефон, наконец вышел из кабинета. Как только он открыл дверь, наткнулся на кого-то высокого и стыдливо отпрянул. Поднял голову: это был Тео!
— Ты! — засиял Зак. — Почему? — тут же растерянно спросил он. Тед улыбнулся.
— Хотел тебе кое-что показать.
Парень повёл его за собой. Они шагали к лестнице наверх, и Зак озадаченно смотрел Теодору в спину. Они остановились перед выходом на крышу.
— Предыстория, — пояснил Тед. — Прогуливаю я как-то географию. Иду на пятый этаж, и знаешь, кого я вижу? Ася твоя шпилькой замок взломать пытается. Ну я подхожу, типа: «Что это мы тут делаем?» — Она меня пугается, но я берусь ей помочь. Меня один чувак учил замки вскрывать. Короче, повозились минут десять, но открыли, — Тео дёрнул старый ржавый замок: он без сопротивления поддался, и им открылся проход на крышу. Они прошли вперёд, на большую площадку, где ветер колыхал их волосы, а большое небо открывалось ярко-оранжевым закатом, как если бы кто-то пролил на него краски из набора детской гуаши.
— Ты только не говори никому, — предупредил Тео, — а то закроют.
Зак ничего не ответил. Он подошёл ближе к краю и уставился на качающиеся деревья, жёлтые в свете заходящего солнца, на прохожих, на проезжающий внизу автобус. А выше розовели редкие облака, слепил красный шар солнца, хаотичным градиентом уходило ввысь оранжево-синее небо.
— Красиво, а? — улыбнулся Теодор, подойдя ближе. — Знал, что тебе понравится.
Он сел на край и свесил ноги. Потянул остолбеневшего Зака за руку, и тот опустился тоже, подтянул к себе колени и поёжился от холодного ветра. Вдруг ему на плечи упала джинсовка Теодора.
— А... — только протянул он. — Тебе не холодно будет?
— Не, — отмахнулся тот. И Зак снова приковал взгляд к пейзажу, снова его дыхание сделалось тише, будто он не хотел спугнуть невероятный вид.
— Я очень люблю смотреть на закат, — прошептал он через какое-то время. Тео усмехнулся.
— Ты это не скрываешь.
Зак будто не услышал подкола:
— Я почти каждый вечер смотрю в окно, как заходит солнце. Если, конечно, нет облаков. Я поэтому не очень люблю зиму. Зимой редко чистое небо.
Он снова замолк, и в его больших глазах отражался оранжевый свет. Ветер путал его волосы и морозил руки, так что Зак потирал пальцы.
— Когда я пришёл в школу на первое сентября, — начал он тихо, почти неслышно, будто его голос был совсем слаб, — и когда ребята смеялись над моим именем, я вернулся домой и много плакал. Я смотрел на закат, и мне было очень обидно. Больно, что меня зовут так по-дурацки. А потом бабушка подошла ко мне и сказала: «Хочешь, будем по-другому тебя звать? Что, если бы тебя звали, например, Закат? Тебе бы это нравилось?» И, конечно: как слово, обозначающее такую внеземную красоту, может не нравиться? Это, знаешь... сначала это было моё прозвище, а теперь, вот, имя, — он потупил взгляд, но тут же поднял его снова, пытаясь поймать последние лучи солнца.
Тео долго молчал.
— Вряд ли тебе это что-то даст, но... мне нравится твоё настоящее имя. Оно красивое, — поделился Тед. Зак опустил брови, недоверчиво прыснул и помотал головой.
— Не говори так, — попросил он мягко.
— Ладно.
Они снова молчали.
— Ты хочешь сменить имя в будущем? — поинтересовался Тео.
— Да, — без раздумий ответил Зак.
— То есть насчёт твоего имени в моём паспорте мне можно не переживать, — Тед слегка улыбнулся. Закат повернул голову и посмотрел ему в глаза с недоумением. Теодор только сильнее расплылся в улыбке, так что на его бледных щеках появились ямочки.
Зак нахмурился:
— Ты про то, что мы пожени... выйдем... нет, пож... погоди, это... — он опустил голову в напряжённых раздумьях, тогда Тео наклонился и поцеловал его. Зак поднял голову, они отстранились и снова мягко поцеловались, утопая друг в друге. Закат заключил руки в замок у Тео за спиной, и тот слегка выгнулся, но потом медленно прильнул; аккуратно, будто пробуя, он положил руки Заку на талию. Зак поёжился, но не от холода — от лёгкой приятной дрожи по телу. Тогда он проник внутрь языком (впервые сам!), и почувствовал, как его уши стали жарче, особенно когда Тео прикоснулся к его щеке, слегка задев средним пальцем мочку.
Вскоре Тед отстранился, взял руки Зака, обхватившие его, и мягко расцепил. Мол: «Неплохо, но на сегодня достаточно».
— Тебе точно не холодно? — уточнил Закат.
— Теперь нет, — Тео смущённо усмехнулся. Зак впервые видел его розовым, с отведённым взглядом и немного кривой, но влюблённой улыбкой. Объятия ещё были для него слишком непривычны и слишком, наверное, откровенны.
— Давай всё же пойдём, — попросил Зак и поправил волосы. В последний раз бросил заворожённый взгляд на самую макушку солнца и снял с себя Теодорову джинсовку. Они направились вниз, в раздевалку.
Там Зак взял кофту, и они медленно прошлись до метро, держась за руки и грея пальцы друг друга. Когда Закат ехал домой, то так замечтался, что аж пропустил свою станцию. Пришлось ехать обратно. А Тео написал ему спустя всего десяток минут после расставания:

«❤️‍🔥»