Глава 11
Ещё пара встреч с Асей и Лесей, несколько вечеров с какао за новогодними фильмами — вот и закончились каникулы. Эта новость была встречена Закатом с такой невероятной радостью, с какой не встречались куранты и салюты в праздничный час. Ведь приехал Теодор!
Когда они увиделись утром в раздевалке, Заку до ужаса хотелось подбежать и заключить его в объятия, и только в полуметре от парня он вспомнил, что обнимашки в их дружбе запрещены. Зак опустил руки; метался, не знал, куда себя деть — ему очень хотелось тактильностью показать, как он его ждал. Тео рассмеялся в ответ на его душевное смятение и провёл рукой по Закиному плечу вниз. Кажется, это было такое объятие на расстоянии, и Заку хватило этого сполна, ведь мурашки заставили его волосы встать дыбом. Только сейчас он понял, как же сильно на самом деле скучал, и как сложно будет это скрыть. Его буквально тянуло к Теду магнитом, что сначала друга просто смешило, а потом начало и смущать. Снова Закат начал видеть то недоумённое выражение лица с изогнутой бровью, а взгляд из чистого смущения стал переходить в настоящее отвращение, которого так боялся Зак. Боялся так, как ничего на свете. Когда он видел этот прищур, лёд сковывал его по рукам и ногам, сердце замирало. И тогда Закат включал ту невероятную аккуратность, которая позволяла ему просчитывать наперёд каждый шаг, лишь бы не выдать себя. Зак страшился одного: он представлял, как решится, как скажет «я тебя люблю», а в ответ получит недовольное фырканье с глазами, полными такого презрения, что не сдержится и расплачется на месте, а может, и вовсе пойдёт куда-нибудь помереть. Уж лучше помереть, чем пережить подобное!
На перемене, когда за окном стоял белый туман и качались деревья, скидывая с себя наглые снежные покровы, когда класс шумел и все о чём-то говорили, Зак с Тео сидели на стульях у последней парты. Второй был в наушниках, делал что-то в телефоне. От скуки Закат решил поинтересоваться, чем он занимается.
— Тео.
Ответа не последовало: не слышит.
— Тео! Тед! — повторил Зак громче. Снова молчание. Парень улыбнулся и тронул его колено: Тео поднял удивлённый взгляд и выключил музыку.
— Ты вообще ничего в наушниках не слышишь, — улыбнулся Зак с умилением. — Я, может, тут невероятно важные вещи тебе говорю! — надулся он показательно.
— Ну, зато ты можешь вылить на меня всю свою злость, а я даже не узнаю, — прыснул Тед.
— Сказать о тебе всю жестокую правду? — хмыкнул Закат.
Теодор охотно закивал.
— Хочешь? — спросил он серьёзно. — Я по-честному включу музыку, а ты изольёшь душу. Наговоришь гадостей про меня, — улыбнулся Тео.
Зак застыл в нерешительности, но всё же кивнул. Тед с лёгкой улыбкой нажал что-то в телефоне и сказал:
— Ничего не слышу. Говори.
Зак какое-то время молчал, потом спросил:
— Точно не слышишь?
Тео не отреагировал. Непринуждённо улыбался и смотрел ему в глаза, покачивая ногой. Зак не знал, обманывает ли друг его, и вот так просто довериться было сложно. Но, с другой стороны, неужели Тед стал бы лгать?
Зак вдохнул поглубже и тихо, нерешительно начал:
— Тео... Я мало что от тебя скрываю, вообще... Мне толком нечего, — он усмехнулся, посмотрел вниз, в пол. — Гадости про тебя я говорить не буду. Да, ты бываешь странным, но, знаешь, мне это даже нравится. Ты благодаря этому становишься собой. В общем, да, ничего особенного про тебя я не скажу... но есть одна очень важная вещь, которой я до ужаса боюсь поделиться.
Зак поднял взгляд, уставился в карие глаза Теодора, непринуждённо сверкающие, непринуждённо спокойные. И он сказал тихо-тихо, смотря прямо на него:
— Я очень сильно тебя люблю. До ужаса. Мне очень сложно это скрывать. У меня мурашки по коже от каждого прикосновения, моё сердце каждый раз бьётся быстрее, когда ты рядом. Что только я не представлял с тобой во сне!.. Но я слишком боюсь, что ты узнаешь об этом. Я готов провести с тобой вечность, но не готов лишиться тебя. Поэтому, наверное, всё всегда останется так, как сейчас. И это лучше, чем ничего.
Тед ничуть не изменился во взгляде. Он смотрел внимательно, пристально, будто всё читал, всё слышал. И то, что говорил Зак, прямо сейчас было обращено именно к нему. Единственное, что их разделяло — музыка в наушниках Теодора.
— Всё, — выдохнул Закат и кивнул. Тео выключил музыку.
— Ничего не понял, кроме «Тео», — улыбнулся он. Зак усмехнулся. Интересно, что бы сказал Теодор, если бы услышал этот монолог?..
Нет, боже мой, это было бы ужасно. Тео бы тогда точно не сидел так спокойно, он бы переменился в лице и, наверное, просто встал бы и ушёл.
А что, если Тео и без того догадывается о чувствах Зака? Что, если вся его отстранённость порой именно потому и проявляется, что он видит эти странные, ненормальные сигналы? Зак, конечно, старался вести себя непринуждённо, но всё же с возвращением Теда сердце заныло от любви куда сильнее обычного, и контролировать себя было ужасно, ужасно сложно. Тео даже спрашивал, всё ли в порядке, хорошо ли Зак себя чувствует — видимо, потому что тот вечно был красный, как рак. Снова Закат не спал ночами, ибо пялился в потолок, сгорал от духоты в комнате и думал: «Что мне делать?»
Эта тактика — дорожить дружбой и прятать чувства куда глубже — почему-то перестала работать. Нарыв, что держался под кожей такое долгое время, начал вдруг невероятно болеть и расти больше, больше, так, что терпеть не представлялось возможным.
Зак в тупике. Он боится ступить в сторону с того положения, в котором находится сейчас, но и оставаться так уже нереально. Кто подскажет ему, что делать? Кто поможет? Кто знает больше всего в делах любви и отношений? Кто самый опытный в этой сфере? Знает Закат двух таких. Но обращаться к ним...
Ещё пару дней он ходил с этой мыслью и понял, что лучше уж обратиться за такой помощью, чем дальше разъедать себя изнутри. Вскоре он просто не вытерпит, и что он с собой сделает — неизвестно и знать не хочется.
Он подошёл на перемене к Асе с Лесей и вытащил их в коридор, лишь бы Тео ничего не увидел.
— Девочки, мне нужен ваш совет! — попросил он суетливо. — Вы же не раз признавались в любви? Лучше знаете, как там всё устроено. Стоит ли признаваться? Что, если очень-очень боишься, что это не взаимно?
— О-о-о, у тебя роман? — запищала Леся.
— А почему я не знала? — ревниво спросила Ася у подруги.
— Я тоже не знала, — оправдалась та.
— А, ладно тогда, — остыла Ася. Тут же обе полезли к Заку и начали выспрашивать:
— Кто, кто это??? Настя? Неужели Лиза? Мы не скажем, честное слово! — клялись они. Любопытство сжирало обеих и горело огнём в их глазах.
— Не суть! — Зак отстранился и взволнованно замахал руками. — Не хочу говорить. Просто скажите, что делать? Я понял, что вроде люблю, но теперь не знаю, куда эту любовь вообще девать... Очень боюсь.
— Так. Для начала расскажи, — начала Ася, как настоящий эксперт, — вы общаетесь? Часто? Что делаете?
— Ты совершал первые шаги? — уточнила Леся.
— Да, приглашал на свидание?
— А цветы дарил?
— Вы близки вообще?
— Да кто она??? — не терпелось Лесе, так что она перепрыгивала с ноги на ногу. Ася придерживала подругу за запястье.
— Э... — помедлил Зак, застигнутый врасплох количеством вопросов. — Так, ну... Да, мы часто общаемся.
Ася с Лесей трепетно вдохнули.
— И часто гуляем.
Девочки вдохнули снова.
— И... Я делал ей подарки...
И снова. Заку показалось, что они уже должны задохнуться.
— Так она должна была всё уже понять! — затараторила Леся. — Она не делала тебе знаков внимания? Смотрела пристально?
— Брала за руку? — влезла Ася.
— Клала голову на плечо?
— Да... — смутился Зак.
— Что, прямо всё это делала? — прошептала Леся. Зак отвёл взгляд и ощутил, как начал краснеть.
— Так что ты сомневаешься? — развела руками Ася. — Просто признайся! Здесь всё очевидно, она тебя любит.
— Я не знаю, я так не уверен! — затараторил Зак эмоционально. — Вроде бы есть все знаки, но она часто бывает холодная, когда я пытаюсь сам что-то показать, и вообще, я не знаю, может у неё язык дружбы такой, а я тут о любви думаю! Она постоянно проявляет тактильность и близость, и я каждый раз так от этого смущаюсь, хотя, вроде бы, так было всегда, и это просто норма для неё, и... — он выдохнул на середине объяснения. На дальнейшие слова ему не хватило сил.
Позади послышались быстрые шаги, на которые Зак не обратил внимания. Поэтому вздрогнул, как заяц перед охотником, когда Теодор опустил ладонь на его плечо и сказал совсем тихо, чтобы девочки не слышали, но ужасно близко к уху:
— Я иду в столовую. Тебе что-нибудь взять?
Зак ощутил, как к его щеками прилила кровь, и он, должно быть, сделался красным, словно помидор. Девочки смотрели на него и хлопали глазами, а все его чувства были сосредоточены лишь на этом лёгком прикосновении к плечу и рычащем шёпоте, который сказал обыденную дурацкую фразу, но как он её сказал!..
Зак помотал головой. Тео удалился. Жар всё ещё не спадал с Закиных щёк. Только сейчас он понял, как же выглядела эта сцена. И только сейчас наконец заметил ошалевшие взгляды девочек. В воздухе повисла напряжённая тишина, и Зак понял, что его взяли в плен, обязывая сказать всё, иначе не постыдно будет и прибегнуть к пыткам.
Девочки перекинулись парой коротких фраз шёпотом, не переставая буравить Зака взглядом. Ему хотелось убежать.
— Э-это не то, что вы подумали... — поспешил оправдаться парень, и тогда румянец на лице лишь усилился, выдавая лжеца.
— Пойдём, — Ася схватила Зака за руку и потащила за собой.
— В женский туалет?! — взвизгнул он.
— Да пофиг! — отмахнулась она. — Не в мужской же нам переться.
Они толкнули Зака в кабинку, сами зашли, закрыли за собой дверь и грозно нависли над парнем. Тот сглотнул.
— У тебя... роман... с Тео?.. — прошептала Леся.
Зак резко отпрянул, ударился головой об стену, согнулся и упал на унитаз, потирая затылок.
— Тихо... — перепугалась Ася. Она выставила руки, чтобы страховать Зака, но он уже в этом не нуждался. — Слушай, скажи правду. Я не поверю тебе, если ты скажешь «нет». Ты рядом с ним красный, как... не знаю что!
Зак всё ещё держал руку в волосах и не поднимал головы.
— Это не стыдно быть геем! — прошептала Леся. — Я знаю много людей, которые встречались и встречаются со своим полом, честно. — Она замолкла на секунду. — Но парней не встречала.
Зак глубоко вдохнул и закрыл лицо руками. Когда он перевёл дух, то поднял голову и с абсолютной серьёзностью сказал:
— Да. Я люблю Тео. Только прошу — молчите об этом.
Девочки закивали и клятвенно пообещали никому никогда не рассказывать. Однако в глубине души у Зака оставалось сомнение, зная, как же они любят распространять сплетни.
— Так ты сомневаешься, любит ли он тебя... — задумалась Ася. — Да, тут сложнее, парней я ещё не сводила...
— Теодор тебе что-то говорил по поводу своих отношений, любви к кому-то? — спросила Леся.
— Он говорил, что встречался два раза… — Зак отвёл взгляд. — И ещё… сказал, что влюблён.
Девочки замерли, словно всю школу на пару секунд поставили на паузу. Они глазели на Зака, потом переглянулись, точно действительно могли общаться без слов.
— Ты знаешь его ориентацию? — нахмурилась Леся. Зак помотал головой. Подруги снова на него вылупились.
— Ты дурак?! — тихо изумилась Ася.
— С этого и следовало начать! — пояснила Леся. — Иди и спроси его!
— Что?! — Зак снова отпрянул.
— Иди! — они потянули его за руки, но он упёрся ногами в пол.
— Вы шутите?! Что я у него спрошу?! «Слушай, ты, случаем, не гей, чтобы мы могли начать встречаться?» — так?! Он сразу всё поймёт!
— Подведи к этой теме незаметно, не в лоб, конечно! — Леся возмущённо развела руками. В этот момент прозвенел звонок. Зак рыкнул.
— Давайте потом!
С трудом он отсидел урок и даже начал трясти коленкой, как Тео обычно. Что-то не давало ему покоя. Он даже начал жалеть, что рассказал всё девочкам, но отгонял от себя эти мысли и просто дожидался перемены, чтобы всё обсудить. Стрелки часов нарочно стали медленнее, даже секундная перестала скакать, как обычно, а только лениво плелась вперёд. Тео что-то шептал пару раз, и благодаря этим небольшим разговорам удалось отвлечься. Наконец прозвенел звонок. Закат встал в поисках девочек, но не обнаружил их ни на задней парте, ни в классе. Как всегда, куда-то смылись. Парень побродил по коридорам, никого не нашёл и в напряжении уселся за одинокую парту. За это время исчез и Тео. Тем лучше: не будет спрашивать, почему Зак такой взволнованный.
Долго он пялился в стену, на часы. Слушал диалоги учителей, наблюдал за глупым поведением Бычкова и Воробьёва, но ничего не воспринимал и не запоминал. Как читать параграф по истории ночью: вроде читаешь, но смысла совершенно не улавливаешь. Так же и сейчас. Он думал о чём-то своём, размышления поглотили его. Но он забыл абсолютно все мысли, когда девочки вихрем принеслись к нему, заставив вздрогнуть. Вразнобой они пытались донести что-то до Зака, постоянно перебивая друг друга, но парень не понял ни слова кроме «Теодор».
— Чего, чего, что происходит? Где пожар? — Зак остановил их галдёж. Они вдохнули и синхронно выпалили:
— Он гей!
Зак остолбенел.
— Он... сказа...
— Да! — перебила Леся. — Он сказал!
— Да ну... — недоверчиво протянул Закат после недолгой паузы. — Может, он сказал это, только чтобы вы отстали?
Ася схватила Зака за плечи и громко затараторила:
— Зак, ты идиот! Я же наблюдала за вами: по нему всё прекрасно видно! Он тебя любит! Как ты вообще можешь думать обратное и всё ещё молчать?!
— Да! Иди, признайся! — настояла Леся.
— Что?! — пискнул Зак. Голос у него резко скакнул ввысь. — Нет, нет, ни за что!
— И сколько ты так будешь молчать? — разозлилась Ася. — Ты же никогда не скажешь! Я тебя знаю! А он просто потеряет к тебе интерес! Иди!
Девочки схватили парня за руку и потащили прямо к Теодору. Как бы Закат ни упирался, всё без толку. И когда его, словно статую, поставили напротив Тео, который, по обыкновению, искоса смотрел, вопрошая «что?», Зак почувствовал, как сердце его забилось втрое, нет, вчетверо, нет, в десятки раз быстрее, а руки онемели. Как вся кровь ушла к голове, и тело перестало ощущаться. Как всё вокруг перестало существовать, кроме взгляда Теодора.
И тогда Зак долго-долго молчал, а потом... расплакался.