Глава 19.
Около тела Сары все ещё стоит Рамул. С его ножа капает кровь.
Я не знаю, где нахожу силы подняться, попутно теряя туфли.
— Я убью тебя. — Он ухмыляется.
Я кидаюсь на него, но мужчина откидывает меня от себя сгустком маслянистой темной материи. Моё тело рассекает воздух.
Я падаю спиной на деревянный пол сцены. В этот момент ко мне подбегает Джей, помогая подняться. Парень побелел, глядя на тело Сары.
Как только я поднимаюсь, бросаюсь на Рамула вновь. Это может показаться самоубийством, но ярость, боль и гнев во мне, не дают нормально оценить ситуацию. Как ни странно, но мужчина бросается прочь. Мы с Джеем следуем за ним. Вскоре звуки толпы меркнут где-то позади меня. Босыми ногами чувствуется мокрый асфальт. Мелкие камешки неприятно впиваются в кожу, но ничто из этого не сравнится с горечью боли внутри меня.
Мы пролетаем мимо удивленных прохожих, которые оборачиваются нам вслед. Рамул ведёт нас вглубь города, а мы слепо следуем за ним. Джей то и дело косится на меня. Я не отстаю. Здесь сказываются годы упорных тренировок и километры пробежек по утрам.
Джей по дороге достаёт спрятанное оружие. Бог знает, где оно было. Теперь люди оборачиваются шепча про себя молитвы. Парень с клинком — не шутки.
Я почти теряю Рамула в толпе, когда он проносится мимо стайки туристов, выходящих из бара. Он умело растворяется, сливаясь с людьми, но меня ведёт ярость. Вскоре мы видим, как он бежит по дороге, ведущей к мосту Джеральда Десмонда. Теперь мы уже проносимся мимо разгневанных водителей, абсолютно не смотря на дорогу.
Мои ноги уже сбиты в кровь, когда я вбегаю на мост. Рамул останавливается прямо по середине, устремляя взгляд в небо. Я уже тоже достала припрятанный нож.
— Мы здесь погибнем. — Говорит Джей, глядя на мои трясущиеся руки.
— Нет, умрет сегодня только он.
Рамул поворачивается к нам. Между его рук клубится тьма. Она тянет свои тонкие щупальца к нам. Мужчина запускает в меня темный шар. Я и дернуться не успеваю, как меня загораживает Джей, рассекая шар на две части своим клинком.
Клянусь, я слышу, как, умирая, темнота шепчет мне свою историю.
Мимо нас проносится несколько машин. Никто не останавливается, чтобы прекратить то, что здесь происходит.
Джей метает в Рамула острую звездочку, но она, не долетая, рассыпается в пыль.
Мужчина улыбается дикой, нечеловеческой улыбкой. По спине проходит дрожь. Наверное, именно это чувствует мышка, глядя в голодную пасть кошки.
Рамул швыряет в нас ещё один шар, а потом ещё один. Джей отражает один из них, а другой попадает мне прямо в грудь. Я чувствую, как лечу через ограждение моста в воду. Глаза закрываются, но ничего не происходит.
Я зависла в воздухе, прямо около перил, через которые перелетела.
Джей очумело моргает, глядя на меня. Даже Рамул выглядит пораженным.
Я опускаю глаза вниз и понимаю почему они так смотрят. Из моих рук струится такая же темная материя, которая ударила меня в грудь. Я чувствую себя необычайно сильной, будто ничто в мире не сможет причинить мне боль. На какое-то мгновение я забываю о Саре, Ордене, Джее, обо всех. Есть только я и сила, наполняющая меня, как сосуд. Даже сердце теперь бьется по другому. Но вместе с этим приходит и страх, а его сменяет чистый ужас. Что я такое?
Я чувствую вибрацию, а потом падаю вниз.
Небо очень красивое, фиолетово-чёрное со множеством звёзд. Одна из них, должно быть, Сара. Она точно на небе, ведь только там ей и место.
Платье развивается около моих ног.
Через секунду я с ударом погружаюсь в ледяную воду, неизбежно идя ко дну. Платье мгновенно намокает и тяжелеет, будто камень, который тянет меня в мутную воду.
Я открываю глаза. Меня окружают тени. Их красные глаза будто маяк в безлунную ночь.
Я должна что-то делать, пытаться выплыть, но не могу. Где-то там лежит тело Сары, единственного человека, который обо мне заботился. Она погибла из-за меня, как и моя мать для того, чтобы я появилась на свет. Но разве моя душа этого стоила?
По костям к самому сердцу бежит холод.
Одна из теней подплывает ко мне, хватая меня своими когтями за запястья. К воде примешивается и моя кровь.
Перед глазами начинают мелькать картинки.
Женщина с улыбкой, напоминающей мне мою, обнимает мужчину за талию, ложа голову ему на грудь. Их освещает полная луна.
А вот она гладит округлившийся живот, стоя у окна и глядя на Темзу.
А вот она что-то шепчет монахине.
— Никто не должен знать о ней. Обещай мне.
Иногда, этот голос я слышала во сне. Именно этот голос пел мне колыбельные, когда кошмары были действительно ужасными. Этот голос выводил меня из темноты. Это был голос моей матери, той, которая меня родила.
Вода заполняет мои легкие. Я уже коснулась дна. Никого не было рядом. Я умирала в одиночестве, вспоминая слова той самой колыбельной.
Веки отяжелели, а тело онемело от холода.
Я почти отключилась, когда почувствовала на себе руки. Они обняли меня, прижали к тёплому телу.
Возможно я умерла и меня обнимала Сара, или моя мать.
Улыбка расцвела у меня на губах. В этих объятьях я чувствовала себя дома, в безопасности.
Я точно потеряла сознание, потому что очнулась, кашляя водой и дрожа, как осиновый лист на ветру. А эти руки все ещё обнимали меня.
Откинув голову назад, мои глаза встретились с пронзительно голубыми, как само небо в безоблачную погоду очами.
Джей обнимал меня, прижимая меня к себе, не давая в обиду.
— Он мертв. — Сказал он. — Рамул мертв, а его тело в той же реке, в которой пять минут назад была ты.
Это не принесло мне облегчения. Это вообще ничего не изменило.
Я положила голову на грудь Джею, а парень только крепче меня обнял. Так мы и сидели, глядя на звезды.