Глава 7.
Рана на моей руке почти затянулась, но остался шрам.
— Первое боевое ранение. — Так называл его Кристиан.
— Первый боевой побег. Тебе то не знать! — Сухо отвечала я.
Мы сидели в гостиной. Я и Селена в креслах, мальчики на полу у книжных полок, а Айви не появлялась дома уже пару часов.
Так странно было называть это место домом. Он не казался совсем уж чужим, но меня трясло от мысли, что мой настоящий дом разрушен.
Через час это место вновь опустеет, солнца зайдёт за горизонт и у ребят появится работа. Меня брать они отказались. Джей долго смеялся, когда я предложила пойти с ними. Я была не подготовленной. Вот, что мне сказали.
— Вы обещали мне помочь. Сара сейчас где-то там, с этими тварями, а я сижу здесь с вами. — Сказала я, не обращаясь к кому-то конкретно.
— Мертвой ты точно не поможешь. — Ответил мне Джей.
В его глазах была пустота. Такой же взгляд потери я видела и у Айви, и у Селены. У этих ребят были какие-то свои проблемы, и они были не обязаны решать мои.
Вскоре все ушли. Осталась только Селена, которая за мной приглядывала. После моей первой тренировки она дала мне чёрный напульсник, в который вставлялся нож. Он был не очень большим, но искусным и очень удобным. Она показала, как им пользоваться и у меня даже немного начало получаться.
На улице потемнело. Девушка поднялась наверх, чтобы принять душ, а я осталась сидеть в том кресле, глядя в стену.
В какой-то момент я вдруг поняла, что помогать мне действительно никто не обязан, но это не значит, что я не могла помочь себе сама.
Я поднялась на второй этаж и прислушалась к тишине дома. В комнате Селены все ещё лилась вода.
Я спустилась вниз, обулась и вышла наружу. Ночь была прохладной.
Айви одолжила мне свою одежду. На мне были узкие чёрные штаны, такая же майка и куртка. Уверена, что издалека я походила на темное пятно.
Холодный воздух развеял мои волосы, которые были единственным более-менее ярким пятном на мне.
Дом стоял на возвышенности, поэтому я долго, как зачарованная, смотрела на город, полный огней, а затем зашагала по гравию в его сторону.
Больше чем, через два часа я дошла до своей улицы. Было уже за полночь. В некоторых домах ещё горел свет, где-то вдалеке лаяла собака и был слышен смех.
Наш с Сарой дом стоял тихим и темным. За эти несколько дней около крыльца выросли мелкие сорняки, а в разбитые окна задувал ветер.
Перед тем, как зайти я огляделась, а затем толкнула дверь и переступила порог.
Все было также, как и в последний раз. Я дольше, чем нужно смотрела на засохшую лужу крови. Меня затошнило. Я прошла через гостиную к себе в комнату. Там все было так, как я оставила, когда уходила оттуда в последний раз. Тогда все было хорошо.
В окно светила луна. Ее свет падал на совместную фотографию с Сарой. Она была сделана полгода назад, после одного из моих выступлений. Там мы были счастливы. Я обнимала ее в своём сценическом наряде, а она была в вечернем платье.
По щекам покатились слезы, но я смахнула их и схватила фотографию.
Через пару минут я спустилась вниз. Яркий уличный фонарь тускло освещал часть гостиной. И тут я увидела это — след от обуви. Его явно оставил мужчина, потому что размер был слишком уж большим. Сначала этот кто-то наступил в кровь, а затем на чистую часть пола.
Я подумала, что его мог оставить Кристиан, когда вытаскивал меня от сюда, но он не заходил так далеко в дом. Значит, был кто-то другой. Человек, потому что тени парили над землёй, не касаясь ее.
Я долго смотрела на этот след, изучая его, а затем вышла вон, сжимая фоторамку в руке. Ее острый угол впился мне в ладонь. Боль отрезвляла, не давая расклеиться.
Я шла по улице с мыслью, что нужно возвращаться назад, что Селена уже точно узнала о моем отсутствии.
Я дошла до конца улицы, когда у меня по спине пробежали мурашки. Мне было страшно оборачиваться, но все же я медленно развернулась.
Тень. Она в десяти метрах от меня. На меня накатывает волна ужаса и тошноты. Он просачивается в мои кости. В этот раз меня никто не спасёт.
Ты сама себе спасение.
Я как прикованная смотрю на красные глаза монстра. Я вижу как оно тянет ко мне руку, когти которой я уже однажды испытала на себе.
Сердце стучит с бешеной скоростью.
Пальцы самопроизвольно разжимаются и фотография летит на серый асфальт. Стекло бьется. Этот звук пробуждает во мне инстинкты.
Я выхватываю нож из напульсника на руке — мое единственное оружие. В голове звучит голос Селены. Я вспоминаю, как она рассказывала о метании ножей.
— Алисия... — за спиной кто-то произносит мое имя.
Моя кисть дергается и нож летит в тень, которая приходит в движение.
Нож летит немного левее, чем нужно. А я так и стою с вытянутой рукой. Едва уловимое движение пальцами и сталь попадает в грудь тени. Точно в цель. Первую секунду ничего не происходит, а в следующую от визга почти лопаются перепонки. Я закрываю руками уши. Тень корчится. Ее глаза находят мои. Мы смотрим друг на друга, а затем тень распадается на миллионы сгустков тёмной материи.
Я наблюдаю за тем, как они исчезают в ночи. Мимо меня проходит Джей, поднимает мой нож и отдаёт его мне.
— Она погибла... — в шоке говорю я.
— Конечно погибла, ты метнула в неё серебро. — Говорит Джей. — Откуда ты узнала, что нужно целиться в грудь? Я тебе этого точно не рассказывал.
— Я не знала. Оно само. — Отвечаю я парню.
Он делает шаг ко мне и под его ногами оглушительно хрустит стекло. Я поднимаю фотографию, но она окончательно испорчена: бумага порвалась, рамка треснута, а стекло прокалывает мне палец.
— Я... Я... — мне даже сказать нечего. — Это была единственная фотография с ней.
От ужаса, шока, утраты и разочарования я начинаю тихонько всхлипывать.
Джей осторожно обнимает меня, притягивая к себе. Мои слёзы капают ему на куртку. Нас освещает только лунный свет.