это стало точкой.
Макс ехал домой к Саше почти не помня дороги. В голове шумело, мир был перекошен, будто кто-то криво подкрутил реальность. В карманах — новые пакетики, тяжёлые, как приговор. Он не думал. Он просто шёл туда, где было больнее всего, потому что иначе не умел.
Дверь открыла Саша. Она не улыбнулась. Не удивилась. Она всё поняла сразу — по его глазам, по походке, по тому, как он стоял, опираясь о стену.
— Нет, — сказала она тихо. — Только не это. Только не у меня.
Он прошёл мимо неё, будто не услышал. Скинул куртку на пол, полез в карман. Делал всё демонстративно, на зло, как ребёнок, который хочет, чтобы его остановили, но не умеет просить.
— Ты ахуел?! — Саша сорвалась. — Ты специально?! Ты решил меня добить?!
— Мне похуй, — выдавил он. — Ты всё равно ушла. Ты меня бросила.
— Я ушла, потому что ты опять выбрал эту хуйню! — она кричала, голос срывался. — Ты пришёл ко мне, чтобы я это видела?!
Он обернулся. Глаза мутные, пустые. — А куда мне ещё идти, Саш? Кому я ещё нужен?
Она подошла ближе и ударила его в грудь. — Ты мне нужен был живой! А не обьебаный!
Он пошатнулся, но усмехнулся криво. — Ну бей. Тебе же легче станет.
Это стало точкой.
Она ударила снова. Потом ещё. Не потому что хотела боли — потому что внутри всё рвалось, и выхода не было. Макс пытался удержаться на ногах, но тело его уже не слушалось. Всё поплыло. Комната закрутилась.
— Хватит… — пробормотал он, но это прозвучало как шёпот.
Саша остановилась, тяжело дыша. У неё дрожали руки. Она вдруг поняла, что он реально падает.
Макс сделал шаг — и рухнул на пол. Глухо. Некрасиво. Просто упал, как тряпка. Перед глазами стало чёрно. Звук ушёл, будто кто-то выключил мир.
— Макс… — её голос стал другим. Испуганным. — Макс, вставай. Пожалуйста.
Он не отвечал. Только тяжело дышал, будто каждый вдох был усилием.
Саша опустилась рядом, прижала ладонь к его щеке. — Долбоёб… — прошептала она сквозь слёзы. — Ты же себя убиваешь. И меня вместе с собой.
Он открыл глаза на секунду. Посмотрел на неё мутно, будто издалека. — Прости… — выдохнул. — Я не умею иначе…
И снова провалился в темноту.
Саша сидела на полу рядом с ним, в грязной комнате, с его курткой под рукой и пакетиками на полу, которые она ненавидела всем телом. И впервые она поняла страшную вещь: любовь не лечит, если человек не хочет жить.