Избранная

Ребята вбежали в лагерь, и на их лицах застыл ужас. В самом поселении царил хаос. Кларк так и замерла на месте, увидев Уэллса, который прижимал нож к горлу Мерфи.

— Уэллс, отпусти его! — крикнула блондинка, и тот сразу подчинился. Он с силой оттолкнул Мерфи, так что тот повалился на землю.

Джон был в ярости. Он уже готов был снова наброситься на сына канцлера, но его перехватил Беллами Блейк. Заметив свою хромающую сестру, которой помогал идти Монти, Беллами тут же подлетел к ней.

— Что произошло? Где еда? — раздраженно сыпал вопросами лидер.

— На нас напали, — кратко бросила Кларк.

— Что? — переспросил кто-то из толпы.

— Не «что», а «кто», — поправил Финн. — Похоже, мы ошибались, считая Землю необитаемой.

Страх — липкий и вязкий — окутал каждого. В лагере мгновенно воцарилась мертвая тишина.

— А где тот парень в очках? — спросил Уэллс, заметив, что кого-то не хватает.

— Его забрали, — ответил Монти, низко опустив голову.

— Погоди, а где твой браслет? — Кларк резко схватила Уэллса за руку. Оглядевшись по сторонам, она поняла, что у многих ребят браслеты тоже отсутствуют. Ее лицо в миг ожесточилось.

— Его спроси, — сквозь зубы выплюнул Уэллс, указывая на Беллами.

— Сколько? — сухо спросила Кларк.

— Пока двадцать четыре, — ухмыльнулся Мерфи.

Кларк схватилась за голову.
— Идиоты! — прошипела она. — Система жизнеобеспечения Ковчега отказывает. Нас отправили сюда, чтобы выяснить, пригодна ли Земля для жизни. Они нужны нам! Без них нам не выжить!

Толпа замерла. Страх только усиливался от осознания ситуации, по рядам пошли тревожные шепотки.

— Не слушайте ее. Она из привилегированных, — начал свою речь Беллами. — Ей-то будет хорошо, когда они спустятся сюда. А что насчет нас? Они обещали, что простят вас, что забудут о ваших преступлениях. А я говорю: вы не преступники! Вы свободны! И вы сами в состоянии о себе позаботиться.

Кларк лишь безнадежно качала головой под одобрительные возгласы подростков. В этот момент к ним подбежала Октавия.

— Где Лив? — спрашивала она брата, озираясь по сторонам.

— Кейн, что ли? Откуда мне знать? — беззаботно отозвался тот.

— В смысле? — удивилась девушка. — Она не возвращалась?

— А должна была? — вставил свои пять копеек Мерфи.

Октавия повернулась к Кларк. На той не было лица.

— Они забрали ее, — прошептал Финн.

Тяжелое напряжение повисло над лагерем.

***
От лица Оливии:

Когда я очнулась, голова раскалывалась. Я не сразу поняла, где нахожусь, но вскоре ощутила, что мои руки и ноги накрепко привязаны к дереву. На затылке чувствовалась склизкая, запекающаяся кровь. Осознание ударило набатом: меня схватили. Но кто? Неужели здесь действительно есть земляне?

Словно в подтверждение моих мыслей, передо мной появились двое мужчин в масках и грубых доспехах. Они выглядели свирепо.

— *Beth fyddwn ni'n ei wneud â hi?* (Что нам с ней делать?) — произнес один на непонятном, резком языке. От этого звука мне стало еще страшнее.

— *Dywedodd Anya mai dim ond ei phrofi acyna ei gadael i gael ei difetha gan y panther.* (Анья сказала только испытать ее, а потом бросить на съедение пантере,) — второй мужчина подошел ко мне и резко ударил под дых.

Я застонала от боли, чувствуя, как рана на затылке снова начала кровоточить. Первый мужчина лишь усмехнулся. Второй снова ударил меня — на этот раз по лицу. Я изо всех сил сдерживала слезы: я не собиралась плакать перед ними. Вместо этого я лишь смотрела на него взглядом, полным ненависти.

Он замахнулся для нового удара, но в этот момент сверху донесся слабый стон. Я вскинула голову и увидела Джаспера. Он был ранен. Сердце забилось быстрее. Что же случилось после того, как я ушла? Земляне напали на всех? Неужели они убили остальных?

От мыслей меня отвлекла резкая, обжигающая боль в руке. Землянин медленно вел ножом по моей коже. Я стиснула зубы до хруста. Затем он принялся за вторую руку. Сдерживаться было всё труднее, и слезы тонкими ручейками все же потекли по щекам. Заметив это, дикарь нанес резкий удар по лицу, из носа брызнула кровь. Он хотел снова ударить меня в ребра, но его прервал напарник.

— *Gadewch i ni ddatrys hyn yn gyflym.* (Давай покончим с этим быстрее,) — сказал он и направился ко мне.
Последовал мощный удар в солнечное сплетение, и я снова провалилась в темноту.

***
В это время парень-землянин, скрытый в тени листвы, наблюдал за тем, как его люди пытают небесную девушку. Он не разделял их жестокости.
Молодой землянин считал, что всё еще можно решить путем переговоров, но у Аньи были свои планы. Она хотела крови и страха.

Как только его соплеменники скрылись в лесу, парень бесшумно спустился с дерева. Он быстро перерезал путы на руках и ногах девушки. Землянин знал: «небесные» уже идут по следу, их голоса слышались неподалеку. Он не стал развязывать парня, висевшего на дереве, — это было бы слишком рискованно. Но ему нужно было подать знак, указать путь поисковому отряду.

Оливия находилась в полузабытьи. Землянин мельком глянул на её кровоточащую рану. Он быстро развел крошечный костер и раскалил лезвие ножа докрасна.

— Прости — едва слышно прошептал он.

Как только раскаленный металл коснулся кожи, прижигая рану, лес огласил истошный, полный агонии крик. Девушка выгнулась и тут же окончательно потеряла сознание от болевого шока. Парень мгновенно потушил огонь, взлетел на дерево и затаился в густой листве, продолжая наблюдение.

***
Уэллс, Кларк и Финн двигались впереди, прорубая путь сквозь заросли. Беллами и Мерфи шли следом, замыкая отряд. Блейк заметил, что Джон заметно нервничает — его пальцы дрожали, а взгляд метался по кустам. Это было непохоже на привычного, холодного Мерфи.

«Неужели он так печется о Кейн? — подумал Беллами. — Что их связывает?»

— Что между тобой и Кейн? — не выдержал и спросил он вслух.

Джон поморщился, словно от зубной боли.

— Ничего, — резко бросил он, но, помолчав секунду, добавил тише: — Мы дружили в детстве. На Ковчеге она была мне как сестра. Не раз меня вытаскивала из дерьма... Я ей жизнью обязан.

Беллами вскинул брови.

— Утром мне так не показалось, — хмыкнул он, вспоминая их перепалки.

— Послушай, Блейк, не лезь не в свое дело, — огрызнулся Мерфи и ускорил шаг, обгоняя лидера.

Внезапно тишину леса прорезал женский крик — надрывный и полный боли. Все замерли.

— Это Лив! — выдохнула Кларк и, не дожидаясь остальных, бросилась в чащу.

Когда группа выбежала на поляну, перед ними открылась жуткая картина. Джаспер, привязанный к дереву и проткнутый копьем, едва слышно стонал. Оливия лежала на земле неподалеку. Ее лицо превратилось в сплошной синяк, одежда была пропитана кровью, но, к общему удивлению, она не была связана.

Кларк рванулась к ней, но Беллами вовремя перехватил её за пояс, оттаскивая назад. Прямо перед ногами блондинки зевнула замаскированная яма-ловушка, утыканная острыми кольями.

— Стой! Здесь всё в ловушках! — рявкнул Беллами.

— Уэллс, Беллами, Кларк — оставайтесь на месте и смотрите под ноги! — скомандовал Финн. — Мерфи, за мной.

Финн начал осторожно забираться на дерево, чтобы снять Джаспера, а Джон бросился к Оливии. Он упал перед ней на колени и прижал пальцы к шее.

— Пульс есть! Жива! — крикнул он, начиная хлопать девушку по щекам, пытаясь вернуть её в сознание.

***
От лица Оливии:

Веки казались свинцовыми. Когда я всё же заставила себя открыть глаза, яркий свет, пробивающийся сквозь кроны, больно ударил по зрачкам. Мир плыл, звуки казались приглушенными, как под водой.

— Джон?.. — прошептала я, когда перед глазами проявилось лицо Мерфи. На мгновение мне показалось, что мы снова на Ковчеге, прячемся в технических отсеках.

— Беллами, помоги ей! — крикнул Джон. Он выглядел встревоженным, но тут же отстранился, чтобы помочь Финну спускать Джаспера.

На его место тут же опустился Блейк.
— Ну что, принцесса, нагулялась? — в его голосе звучала привычная ирония, но глаза оставались серьезными и напуганными. Я попыталась огрызнуться, но вместо слов из горла вырвался лишь хрип.

Он осторожно обхватил меня за талию, помогая сесть. Его взгляд скользнул по моему боку, и лицо Беллами на мгновение исказилось от ужаса. Я хотела опустить голову, чтобы посмотреть, что там, но он резко, хоть и бережно, перехватил мой подбородок, заставляя смотреть только на него.

— Не надо, — тихо прошептал он. — Еще успеешь увидеть. Не смотри туда.

Я сглотнула вязкую, горькую слюну. Страх ледяной волной прошел по телу. Я повернула голову и увидела Джаспера — его грудь была пробита насквозь. Боже, как он вообще еще дышит?

Мне на мгновение показалось, что всё самое страшное позади. Сейчас мы заберем его, дойдем до лагеря, и кошмар закончится. Но лес думал иначе.

Из кустов донеслось низкое, утробное рычание. Все замерли.

— Беллами, пистолет! Быстро! — закричала Кларк.

Блейк судорожно хлопнул себя по кобуре, затем по поясу, но оружия не было. Видимо, выронил, пока вытаскивал Кларк из ловушки.

Огромная черная тень медленно вышла из зарослей. Пантера. Она не сводила с нас глаз, припадая к земле. Мы с Беллами застыли в оцепенении, боясь даже вздохнуть.
Зверь сорвался с места мгновенно. Мощный прыжок — и тяжелая туша сбивает меня с ног, прижимая к земле. Раздались выстрелы — ребята палили из того, что было, но пули лишь свистели мимо.

Кошка оскалилась, я чувствовала ее зловонное дыхание. В тот момент, когда она уже готова была вцепиться мне в горло, моя рука наткнулась на что-то холодное в траве. Нож. Тот самый нож, который оставил землянин.

Острые когти впились в мои плечи, разрывая плоть до костей. Крик боли вырвался сам собой, и в этот же миг я нанесла удар.

Первый — в бок. Животное взвыло, накрывая меня фонтаном горячей крови. Второй удар — со всей силы, прямо в голову. Пантера дернулась в конвульсии и обмякла, придавив меня своим весом.

— Вот теперь она тебя точно заметила... — услышала я хриплый голос Блейка где-то над собой.

Парни подбежали и рывком сбросили с меня тушу зверя. Я лежала на траве, глядя в небо, а из глубоких ран на плечах толчками вытекала кровь. Мы выжили, но цена становилась всё выше.

***
Путь до лагеря растянулся на целую вечность. Группа двигалась медленно, изможденная не столько физически, сколько морально.

Кларк, сжав губы в тонкую линию, шла впереди, словно прокладывая путь через саму неопределенность. За ней, тяжело ступая, следовал Беллами, который на своих руках бережно, почти невесомо, нес Оливию. Замыкали шествие Финн и Джон, тащившие тушу убитой пантеры — мрачное напоминание о том, что лес здесь не прощает ошибок.

Тишина, нарушаемая лишь хрустом веток под ногами, давила на уши. Лишь изредка Оливия бросала короткие, настороженные взгляды на Мерфи. Когда их глаза встретились, Джон на мгновение замер, но девушка тут же отвела взгляд, смущенно уставившись в землю.

Беллами, чье внимание было приковано к состоянию Оливии, заметил этот мимолетный обмен взглядами. Он едва заметно хмыкнул, и в его голосе проскользнула нотка скрытой иронии:

— Что? — Оливия, почувствовав его насмешливый тон, косилась на него, вопросительно выгнув бровь.

— Не могу поверить, что он волновался за тебя, — бросил Беллами, глядя вперед.

Эти слова эхом отозвались в сознании Оливии. «Джон? Волновался? Неужели это правда?»

— Мы дружили в детстве, — выпалила она, чувствуя потребность оправдаться, хотя сама не знала перед кем — перед ним или перед собой.

Беллами сделал паузу, словно обдумывая услышанное, и его голос стал чуть тише:
— Я до сих пор не могу поверить, что он вообще умеет дружить. Тем более с тобой.

Последнее слово он подчеркнул с такой странной интонацией, что у Оливии внутри все похолодело. Это задело её сильнее, чем физическая боль в ребрах.

— Да пошёл ты, — прошипела она, пытаясь отстраниться, но сил в теле почти не осталось.

Каждый шаг давался всё тяжелее. Ноги наливались свинцом, а любое движение отзывалось острой, колющей болью в боку. Поняв, что девушка вот-вот рухнет, Беллами внезапно остановился.

— Мне надоело плестись как черепахи, — отрезал он, пресекая любые возражения.

Не успела Оливия даже охнуть, как он подхватил её на руки. Резкий рывок заставил её невольно вскрикнуть от боли. Блейк тут же смягчился, его лицо омрачилось виной.

— Прости, — прошептал он, прижимая её чуть плотнее.

— Отпусти меня, — слабо пробормотала она, хотя где-то в глубине души отчетливо понимала: самостоятельно она не сделает и шага.

Беллами проигнорировал её слова. Он лишь крепче перехватил девушку и, не оборачиваясь, зашагал к лагерю, оставив её беспомощно прижаться к своей груди. В этот момент она поняла: безопасность в этом лесу имела цену, и иногда этой ценой было смирение.