часть 62
Теннесси
Земля в родной стране не изменилась за время его отсутствия. Воздух тот же, те же люди. Солнце везде одинаково. Джейден вернулся домой. Нет, не так. Он приехал к матери и сестрам. В гости.
Работа осталась позади, он поклялся о ней не думать, наслаждаясь отдыхом и общением с родными. Племянники выросли, старшему, Джеймсу, уже десять – это стало большим сюрпризом для Джейдена. Он помнил Джеймса еще малышом. Младшей Лукреции недавно исполнилось пять. Он видел ее закутанной в пеленках. Семья изменилась.
Мать слегка постарела, новые морщинки появились на ее красивом лице. Черных волос уже коснулась седина, лишь карие с зеленцой глаза оставались неподвластны возрасту. И голос остался прежним, каким Джейден помнил его.
Старшая сестра, Софи, воспитывая двоих детей, стала гораздо спокойней, чем до замужества. Она бросила работу и полностью сосредоточилась на воспитании детей.
– Третий не за горами, – улыбнулась она и покосилась на мужа.
– Я всегда говорил, детей должно быть много, – кивнул Джейден сестре.
– По тебе это особенно видно, – тут же съязвила она.
– Я пилот, мне некогда создавать семью. – Джейден схватил пробегавшую мимо Лу.
Он любил детей. Дети тоже его любили. Не помня его, несли ему в руки игрушки: машинки и куклы. Лишь старший Джеймс держал самолет, плавно опуская его на пол: «Иду на посадку». Джейден засмеялся, замечая в этом мальчике свои черты.
– Вылитый ты, – произнесла Софи, будто прочитав его мысли. – Смотрю на него и вижу тебя в детстве.
Мать встретила сына, собрав всю семью под одной крышей их маленького уютного домика. Сколько бы Джейден ни высылал ей денег, она категорически отказывалась менять жилье. «Я родила здесь своих детей, здесь прошли самые счастливые дни моей жизни, я обязана умереть в этом доме». Он понимал ее, потому что сам был таким. Его не радовала большая вилла в Лос-Анджелес. Потому что она была пуста.
За ужином разговоры стали громче. Было шумно для того, кто привык к тишине, но Джейдену это нравилось. Так же шумно было в его детстве. Сестры подшучивали над ним, а мать защищала. Нет, ничего не изменилось. Не считая улетевших в небо лет.
– Милый, – улыбнулась Эми, обращаясь к сыну, – в честь твоего приезда я пригласила к нам еще одного человека.
Не надо было произносить имя этого человека, он прекрасно знал, кого пригласила мать. Медс. Девушку, отдавшую больше десяти лет жизни ожиданию Джейдена. Для матери она стала почти что членом семьи, Мария любила ее как родную дочь, мечтая, чтобы сын наконец женился. Милая, добрая Медс посвятила свою жизнь изучению истории европейских стран. Закончила факультет истории, где преподавала Эми Хосслер. Впервые Джейден увидел ее у себя дома, когда девушка пришла к матери писать научную работу. Между молодыми сразу возникла симпатия. С началом первых серьезных отношений Джейдена семья ждала свадьбы. А дождалась его решения уехать в Лос-Анджелес и поступить в авиационный университет. Год после окончания школы, зарабатывая деньги на учебу, он трудом и потом прокладывал себе путь в небо. И никто не смог его остановить. Даже Медс, которая решила было ехать за ним, но отказалась от этой идеи из-за резкой перемены в Джейдене. Он стал другим, отдаленным, влюбленным в небо. Не в Медс.
Джейден понимал, что лучшей жены ему не найти: тихая, умная, скромная. Она ждала бы его на земле и прощала все часы в небе ради одной минуты, проведенной с ним на земле. Она родила бы ему детей. Много, как он всегда мечтал. И молча ожидала их отца в том самом доме на берегу Тихого океана Медс – девушка, которую посылала ему судьба. Но что-то внутри уверенно жало на тормоз. Все слишком просто и банально. Нет изюминки. Нет страсти. Нет любви с его стороны. Медс любила за двоих. Вначале казалось, что этого достаточно для создания семьи, но с годами Джейден все больше и больше убеждался, что этого мало. Пора было пересмотреть свои взгляды. Наконец он вырос, занял положение в обществе. Предстояло подумать о семье, и Медс была единственным кандидатом на роль верной жены и хорошей матери. Он верил ей, она доказала, что способна ждать.
В дверь позвонили, но внутри Джейдена ничего не дрогнуло. Лишь слабое волнение и боязнь увидеть ту, что не видел уже много лет.
– Открой, сынок, это к тебе.
Под пристальным взглядом сестер он прошел к двери.
Девушка не изменилась. Все те же большие карие глаза, с любовью и обожанием смотрящие на него, волосы, от природы цвета блонд, в этот раз имели легкий красный оттенок. Черты ее лица были чересчур правильными. Медс стала еще красивее. Теперь она стала женщиной, возраст придавал ей больше шарма.
При виде его улыбка на ее лице дрогнула, а губы прошептали его имя. Джейден улыбнулся, открывая свои объятия для нее, и девушка кинулась в них, утопая в счастье.
– Рад видеть тебя, Медс.
Джейден не солгал, он действительно рад был ее видеть. Медс – единственный человек, искренне любящий, тихий, спокойный, не перечащий ему ни в чем.
Он провел девушку к столу и отодвинул ей стул. Мать тут же начала порхать вокруг нее, предлагая еду. Но все внимание Медс было отдано Джейдену.
– Видела тебя в новостях. Ты спас женщину и ее ребенка. Как это у вас называется? – Она задумалась. – Сел на полосу меньше длиной.
Джейден засмеялся, услышав несуразицу.
– Совершил посадку на полосу короче положенной.
– Да, – прошептала скромно Медс, но ее тихий голос прервал бойкий тембр старшей сестры.
– В Теннесси ты стал героем, дорогой братец. Кстати, – воскликнула она, тут же схватила ноутбук, и ее пальцы быстро начали набирать на клавиатуре текст, – это я обнаружила на сайте авиакомпании «America Airlines». Полюбуйтесь, мой брат – фотомодель.
Она развернула ноутбук, и все взгляды устремились на экран. Джейден прекрасно знал, что за фотография на рекламной заставке – Оливия и он, мило улыбающиеся друг другу. Возникло странное желание, чтобы никто ее не видел. Он тоже. Ему хотелось закрыть глаза, но он всего лишь захлопнул ноутбук.
– Давай не сегодня, Софи.
– Почему? – удивилась она. – Всем интересно.
Мать тут же пришла сыну на помощь, отвлекая всех накладыванием по тарелкам угощения и расспросами про жизнь в арабской стране, параллельно кидая недовольный взгляд на Софи.
– Расскажи, как ты живешь, Джейден. Чем занимаешь в свободное время? Что интересного в твоем городе?
На секунду ему стало смешно, он представил, что рисует их воображение про свободное время: неделя отдыха между рейсами. Они даже не догадываются, что иногда между рейсами всего несколько часов.
Медс внимательно слушала его, зачарованно смотря ему в глаза. Ее взгляд был открытым, любящим, и Джейден даже сделал паузу в своем рассказе, пытаясь насладиться ее глазами. Но у него не получалось, он понимал, что просто сравнивает ее глаза с другими – голубыми, ясными и чистыми, как небо. Откинув прочь набежавшие мысли, выругавшись про себя, он натянул улыбку и продолжил рассказ. Все с умилением слушали про жизнь в Лос-Анджелес, про все самое-самое, что создала рука человека в пустыне. Лишь Софи, вновь открыв ноутбук, была погружена в виртуальный мир.
Рассказывая родным о Лос-Анджелес, Джейден почувствовал, что вряд ли уже покинет его, – настолько привык жить там. А может, этот город просто ассоциировался с созданием самого себя? Именно в Лос-Анджелес сбылась его мечта. Именно этот город подарил ему небо, открыл путь в облака, проложил длинную взлетную полосу к заветной цели. Самый величественный в мире, самый красивый, самый богатый, самый непредсказуемый, в нем выживали сильнейшие, самые лучшие, и Джейден был одним из них. Другие не проходили отбор, этот город, помимо красоты и величия, обладал жестокостью, отсеивая слабых.
Он замолчал, вспомнив, как вез Оливию по ночному Лос-Анджелес. Она любовалась огнями высоких зданий. В тот момент это злило его. Он тысячу раз пожалел о том, что предложил довезти ее до отеля… Который находился через дорогу. Вез ее через весь город. А она влепила ему пощечину. Впервые в жизни женщина ударила его. Почему она не сделала этого, когда он уложил ее на кровать в гостинице Рима? Может, пощечина прояснила бы его сознание? Но она напротив – отрывала пуговицы с его рубашки…
– Джейден?
Голос Медс заставил вернуться на землю. Сознание вернулось, а тело нет. Оно жило своей жизнью, отдельно от мозга.
– Я не хочу говорить о работе, – наконец произнес он, пытаясь привести дыхание в норму. Оно, видимо, также не подвластно ему. – Расскажи о себе. Где ты работаешь?
– В институте, как твоя мать, преподаю историю стран Европы. Сейчас занимаюсь изучением новой Англии. Ты был в Англии?
Джейдену захотелось встать и уйти. Но он не мог этого сделать.
– Был, – сухо ответил он, – в Лондоне.
– Ой, как здорово! – Она хлопнула в ладоши.
На секунду ему показалось, что вот сейчас она возьмет блокнот и ручку, попросит его рассказать подробнее и будет записывать каждое слово.
– Но это опять моя работа, о которой я не хочу сейчас вспоминать.
И хотя Джина Паркер оставила только хорошие воспоминания, он не мог сейчас думать о прошлом. Он приехал забыть, а получается, каждый разговор приводит его обратно к воспоминаниям. Но самым важным было то, что он не сдержал слово, данное Джине. Он не позаботился о ее дочери, как она просила. Она доверила ему самое дорогое, что у нее есть, а он, мерзавец, воспользовался этим. Джон Паркер убил бы его, если был бы жив.
Не думать об этом.
Джейден вздохнул, различая на дальнем плане голоса присутствующих. Он пропустил начало разговора, кажется, Медс рассказывала о себе, надо было хоть глянуть в ее сторону. Джейден поднял глаза, встречаясь взглядом со старшей сестрой. Софи, сидя за ноутбуком, наблюдала за братом. Он натянуто улыбнулся ей и перевел взгляд на Медс.
Говорить много не хотелось, он больше молчал и слушал.