15. Без тайн
Когда Алиса вошла в кафе, воздух будто стал гуще.
Шум голосов, звон чашек, запах кофе — всё отступило на второй план.
За столом — мама.
И рядом с ней... Владислав Череватый.
Его взгляд — короткий, острый, читающий.
Он будто обжёг её.
Мгновение — и Влад резко встал, бросил короткое:
— Извините.
И, не дожидаясь ни слова, вышел.
Дверной колокольчик дрогнул, будто прощаясь.
Алиса осталась стоять, растерянная, чувствуя, как холод пробирается под кожу.
Она медленно подошла к столику, села напротив матери.
— Мам...
Людмила Петровна смотрела на дочь внимательно, будто впервые видела её по-настоящему.
— Ты очень изменилась, — сказала она спокойно. — Даже взгляд другой.
— Это всё Москва, — усмехнулась Алиса неловко. — И люди.
Мама улыбнулась мягко.
— Не только люди. Сила тоже. Я вижу, она в тебе растёт.
Алиса отвела взгляд, не желая встречаться глазами.
— Я знаю, ты злишься, что я ушла в Битву. Но я... не могла по-другому. Это мой путь.
Людмила вздохнула.
— Я не злюсь. Я просто боялась.
— За меня?
— За всех вас, — тихо ответила мать. — Мы с отцом прятали тебя не потому, что не верили, а потому, что знали, каков может быть этот мир.
— Я знаю. Но я не ребёнок больше.
Людмила кивнула.
— Поэтому я и приехала не чтобы ругать, а чтобы понять. И... — она чуть улыбнулась, — наверное, даже поддержать.
Алиса удивлённо подняла глаза.
— Поддержать?
— Да. Но с одним условием.
— Каким?
Мама сделала глоток остывшего чая и посмотрела дочери прямо в душу.
— Не держи тайн. Ни от себя, ни от других. Если уж ты вышла в свет — выйди полностью.
— Ты хочешь, чтобы я... раскрыла имя?
— Да. Люди должны знать, кто ты. Не псевдоним, не маску. А тебя — Алису Шепс.
Алиса долго молчала.
— Это может всё изменить.
— Всё уже изменилось, — сказала мать. — Теперь ты должна решить, кем хочешь быть.
⸻
Они говорили ещё долго — о детстве, о старом доме, о страхах и дарах.
И впервые за долгие годы между ними не было стены.
Людмила обняла дочь крепко, по-настоящему, как в детстве, когда можно было спрятаться в объятиях и ни о чём не думать.
— Я горжусь тобой, — шепнула она. — Только будь осторожна.
— Обещаю.
⸻
Позже, дома, Алиса всё никак не могла успокоиться.
Мысли путались: Влад, мама, разговор, странное выражение его лица, когда он увидел их вместе.
Она рассказала Диме, что произошло:
— Я пришла в кафе, а он... сидел с мамой.
— Влад? — Дима нахмурился.
— Да. Увидел меня и просто ушёл.
— Странно.
— Очень. И, Дим, пожалуйста... никому ни слова. Особенно братьям.
Он кивнул.
— Конечно.
Позже, когда она осталась одна, Алиса достала телефон.
Открыла чат:
Алиса: «Нам нужно поговорить. Пожалуйста.»
Алиса: «Я всё объясню.»
Сообщения ушли.
Но ответа не было.
Ни спустя час, ни два, ни ночью.
Она звонила — безуспешно.
Гудки шли, но Влад не брал трубку.
Алиса сидела на полу у окна, глядя в темноту.
Тишина гудела, будто перед бурей.
Почему он ушёл? Что он понял? И что теперь сделает с этой правдой?
Ответа не было.
Только где-то вдалеке, за огнями города, Владислав Череватый стоял на крыше своего дома, держа в руке амулет — и тихо произносил её имя, будто заклинание, которое нельзя больше держать в себе.