Глава 3. Первая часть плана.
24 августа, утро.
Остальное время вчера Максимов составлял план и сразу после подъёма зашёл к своему другу Слиозбергу.
- Давид, мы можем поговорить? - спросил Саша.
- Да, конечно - ответил Давид и вышел.
- Ээээ... Как сказать, вобщем-то ты мне нравишься - смущённо сказал первый, как только дверь закрылась.
- Правда? Ты мне тоже. - радостно воскликнул другой.
Они обнялись и Слиозберг поцеловал Максимова в щёчку.
- Ты будешь моим парнем? - смело спросил Давид.
- Конечно, пупсик - ухмыльнулся Саша.
_____________________________________________
Занятие.
Саша вошёл на занятие вместе с Давидом, они абсолютно не скрывали своих отношений. Миша смотрел на это и не мог терпеть, ему хотелось быть на месте Слиозберга. А Максимов только и поглядывал на Далингера, он видел его наполненые злостью глаза и подмигнул ему. У Миши было такое ощущение, что Саша играет с ним.
- Сам стал таким? - наконец-то решил спросить Далингер.
- Ради него можно и стать... - язвительно ответил Максимов и кивнул на Давида. Миша заскрипел зубами, но виду не подал. Всё занятие Далингер оклядывался на "сладкую" парочку и пытался не заплакать. Саша же пытался наоборот не обращать внимание и дразнил Мишу, но проверял ревнует ли он. Тот конечно же ревновал, он смотрел как они целуются и обнимаются.
Слиозберг смотрел на Далингера с некоторым превосходством, он прекрасно всё замечал и понимал, поэтому как будто насмехался над ним.
_____________________________________________
Коридор.
После занятия Миша спокойно шёл в свою комнату, но тут услышал чьи-то голоса. Парень заглянул и увидел, что Саша прижал к стенке Давида и страстно поцеловал его. Дальше Максимов аккуратно целовал его шею и обнимал его. "Почему он? А не я?" подумал про себя наблюдавший, он хотел уйти, но что-то его здесь держало. Когда он смотрел на них, слёзы сами текли. Парень вспоминал всё, он не мог просто принять, что любовь невзаимна. Миша винил во всём себя, он считал себя ужасным человеком, парень ненавидел себя. Далингер смотрел на это и понимал, что всё могло быть по другому, если бы не его трусость. Но тут его мысли прервали быстрые шаги, парень понял, что это вожатый и зашёл в свою комнату.