поздно отводить взгляд
настоятельно рекомендую прочтение данной главы сопровождать песнями
• santana medley — type o negative
• me and the devil — soap&skin
•deftones — change
•angel — massive attack
наоки пыталась уловить суть игры, понять хоть что-то из обрывков информации, которая словно ускользала сквозь пальцы. но внезапно помещение снова наполнил механический женский голос — ровный, безэмоциональный.
"перед тем как вступить в игру, наденьте браслеты со своими именами. после — я объясню правила подробнее."
— какого чёрта?..откуда у них наши имена?
сердце сжалось. но размышлять над этим было бессмысленно — в Пограничье логика давно утонула в бездне.
я сделала шаг вперёд.
первая.
на столе в выдвинувшемся отсеке лежали браслеты — массивные, металлические, с холодным блеском. каждый украшен алой червовой мастью и чётко выгравированным именем.
я взяла браслет с моим именем и машинально приложила к запястью. браслет щёлкнул и захлопнулся сам.
будто кандалы.
будто приговор.
пока остальные стояли в растерянности, я скользнула взглядом по остальным браслетам. имена. чужие, не говорящие ни о чём...
и вдруг — одно.
"нираги сугуру"
я застыла.
не может быть.
в груди кольнуло. сердце отозвалось сбитым ритмом.
в голове всплыло прошлое, из которого я не собиралась вытаскивать воспоминания.
сугуру? тот самый?
тот, кого вечно травили? тот, кто не смел поднять глаз, кто твердил ответы у доски и вздрагивал от криков?
теперь — этот?
холодный взгляд, надменная усмешка, самоуверенность, которой у него никогда не было.
"не верю..."
мысленно выдохнула я, моргнув, будто стряхивая призраков прошлого.
аканэ всё ещё смотрела на браслет, имя будто врезалось в мозг — нираги сугуру.
в груди неприятно кольнуло. сердце пропустило удар.
не может быть.
в памяти всплыло кровавое лицо того мальчишки...
тогда, под мостом.
разбитая губа. пустой взгляд. тишина, полная боли.
тот ли это человек?
— наконец узнала меня, наоки? —
голос прозвучал слишком близко.
она вздрогнула.
нираги появился будто из воздуха,
бесшумно, как ночной ветер, как призрак чужого прошлого,
— или как хищник, нашедший свою жертву.
он стоял за её спиной, наклонившись так близко,
что обжигающее дыхание щекотало кожу у шеи.
оно было почти интимным.
и оттого — вдвойне пугающим.
тон его был ядовито-игривым, насмешливым,
с тем особенным оттенком иронии,
от которого по телу пробегает дрожь — не холодная, а будто электрическая.
— моё имя — нираги, —
протянул он почти мурлыча,
растягивая каждый слог,
будто смакуя её замешательство.
она чувствовала, как сердце ударяет в грудную клетку,
громко, слишком громко —
будто он мог его слышать.
будто это его забавляло.
наоки не оборачивалась.
но он знал — она всё вспомнила.
нираги не сказал больше ни слова. просто прошёл мимо, словно её присутствие не заслуживало реакции.
он действовал, как всегда — уверенно, хищно, с ленивой угрозой в каждом движении.
он знал, что его боятся. и ему это нравилось.
но именно это безразличие казалось пугающим — как тишина перед бурей.
он не интересовался. он оценивал.
я медленно отступила ближе к стене — подальше от остальных.
их взгляды метались между мной и ним — нираги стоял в другом углу, будто сама тень в этом сером помещении. на лицах — недоумение, тревога, напряжение.
один за другим участники защёлкнули браслеты на запястьях.
металл с сухим щелчком фиксировался, как приговор.
имена — чужие, но теперь неотделимые.
и вдруг — тишина.
монитор мигнул. и снова раздался тот самый голос — вежливый, как будто объясняет правила корпоративного тимбилдинга, а не смертельной игры.
— регистрация завершена. начинается объяснение правил. прослушайте внимательно. перезапуск невозможен.
в воздухе повисла тишина.
секунды молчания тянулись вечностью,ладошки были влажными от волнения.
игроки "просыпаются" на операционных столах — в момент клинической смерти. их мозг всё ещё работает, но сердце остановилось.
"вы находитесь между жизнью и смертью. один из вас получит шанс вернуться. остальные — останутся."
вокруг — экраны, на которых показываются эпизоды из жизни игроков : их позор, грехи, ошибки.
каждые 5 минут игроки голосуют: кто достоин вернуться?
один игрок получает возможность "обнулить" голосование, но ценой уничтожения чьей-то истории и шанса быть понятым.
чем дольше они колеблются, тем ближе смерть — и одна из капсул реанимации "отключается".
один игрок — ребёнок, жертва чьей-то ошибки, но внешне кажется безупречным. доверять ему — опасно.
иногда вы будете слышать голоса умерших, родственников, людей, которым навредили.
что важнее — раскаяние или заслуги?