Близкий Враг

15 апреля 2025 года, 14:00. Штаб-квартира «Bang-Nexus», кабинет Бан Чана.

Бан Чан сидел за столом, просматривая документы, когда секретарша Пак (уже подавшая заявление на отпуск, но ещё работающая) сообщила по интеркому:

— Господин Чан, к вам посетитель. Госпожа Сора.

— Кто? — не понял Бан Чан.

— Сора. Та самая... которую нанимали.

Бан Чан замер. Медленно отложил ручку.

— Пусть войдёт.

Дверь открылась, и вошла она. Блондинка с идеальным макияжем, в дорогом костюме, с улыбкой, которая не доходила до глаз. Сора.

— Здравствуйте, господин Чан, — сказала она, садясь в кресло без приглашения.

— Чего тебе? — Бан Чан даже не пытался скрыть раздражение.

— Я пришла поговорить, — Сора положила ногу на ногу, демонстрируя идеальные туфли. — О вашем брате.

— О Хёнджине?

— О нём. Знаете, меня наняли, чтобы следить за вами. Джисон, по просьбе вашего брата. — Она усмехнулась. — Я должна была втереться в доверие, узнать ваши секреты, слабые места.

Бан Чан молчал, сжимая подлокотники кресла.

— И знаете, что я поняла? — продолжила Сора. — Что ваш брат — просто выскочка. Которому повезло. Который получил всё на блюдечке. Должность, деньги, любовь. А я? Я работала, вкалывала, а у меня ничего нет.

— Ты поэтому пришла? — голос Бан Чана стал тихим, опасным.

— Я пришла сказать, что он не достоин вас. — Сора подалась вперёд. — Я видела, как он себя ведёт. Как он флиртует, как манипулирует. Он использует вас.

— Заткнись.

— Что?

— Заткнись, я сказал. — Бан Чан встал, нависая над ней. — Ты пришла сюда, чтобы поливать грязью моего брата? Ты, которая согласилась следить за мной за деньги? Ты, которая продаёт себя любому, кто заплатит?

Сора побелела.

— Я не...

— Ты уволена, — перебил Бан Чан. — Твоя услуга больше не нужна. И запомни: если я ещё раз увижу тебя рядом с моим братом или с кем-то из моих людей, ты пожалеешь, что родилась на свет.

— Но я...

— ВОН!

Сора вскочила, чуть не уронив кресло, и вылетела из кабинета. В дверях обернулась, бросила с ненавистью:

— Он просто везунчик! Я достойнее! У меня образование, опыт, я красивее! А он... он просто...

— Он просто моя жизнь, — тихо сказал Бан Чан. — А ты просто никто.

Дверь захлопнулась.

Бан Чан стоял, сжимая кулаки, и пытался успокоиться. Потом глубоко вздохнул, поправил рубашку и вышел из кабинета.

Ему нужно было к Хёнджину.

---

14:30. Двадцать пятый этаж, кабинет Хёнджина.

Бан Чан вошёл без стука.

Хёнджин стоял у мольберта, делая набросок углём. Увидев брата, улыбнулся, но улыбка сползла, когда он заметил его лицо.

— Что случилось? — спросил Хёнджин, откладывая уголь.

— Сора приходила.

— Та блондинка? Джисон нанимал?

— Да. — Бан Чан подошёл, обнял его, прижал к себе. — Она сказала, что ты недостоин меня. Что ты везунчик. Что она лучше.

— И что ты?

— Я выгнал её. И пришёл к тебе.

Хёнджин обнял его в ответ, чувствуя, как дрожит брат.

— Ты зря нервничаешь, — сказал он тихо. — Она просто завидует. Это её проблема.

— Я знаю. — Бан Чан уткнулся лицом в его плечо. — Но когда кто-то говорит плохо о тебе, у меня внутри всё переворачивается.

— Нежданная ревность? — усмехнулся Хёнджин.

— Любовь, — поправил Бан Чан. — Просто любовь.

Они стояли, обнявшись, посреди кабинета, и это было лучше любых слов.

---

15:00. Кабинет Хёнджина.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказал Хёнджин, отстраняясь от брата, но руку с его плеча не убрал.

Вошли трое: мужчина лет сорока в очках, молодая девушка с планшетом и ещё один парень, похожий на студента-практиканта.

— Хван Хёнджин-ним? — спросил мужчина. — Мы из отдела маркетинга. Нам сказали, что вы теперь курируете направление искусства.

— Да, — кивнул Хёнджин. — Проходите, садитесь.

Они сели за стол переговоров. Хёнджин сел напротив, Бан Чан остался стоять у окна, наблюдая.

— У нас есть проект, — начал мужчина, разворачивая бумаги. — Мы хотим организовать выставку современного корейского искусства в партнёрстве с музеем в Пусане. Нужна концепция, художники, бюджет.

— Покажите, что уже есть.

Девушка протянула планшет с презентацией. Хёнджин смотрел, листал, хмурился.

— Это не то, — сказал он через минуту. — Слишком скучно. Слишком академично. Современное искусство должно провоцировать, заставлять думать. А это... это обои.

— Но музей требует...

— Музей требует денег. — Хёнджин отодвинул планшет. — Я дам вам концепцию. Завтра. А пока свяжитесь с этими художниками. — Он достал свой телефон, перекинул им список. — Там пять человек. Они молодые, дерзкие, их работы сейчас на пике.

— Но они же неизвестные...

— Будут известные после этой выставки. — Хёнджин улыбнулся — уверенно, по-хозяйски. — Работаем?

Мужчина переглянулся с коллегами. Потом кивнул.

— Работаем.

— Отлично. Завтра в десять жду вас с новыми идеями.

Они ушли. Хёнджин откинулся на спинку стула.

— Ну как я? — спросил он у Бан Чана.

— Профессионал, — усмехнулся тот. — Я в тебе не сомневался.

— Спасибо.

Хёнджин встал, подошёл к окну. Бан Чан подошёл сзади, обнял.

— Знаешь, — сказал Хёнджин. — Я думал, будет сложно. А оказалось — легко. Потому что я делаю то, что люблю.

— И с кем любишь?

— И с кем люблю, — кивнул Хёнджин, поворачиваясь.

Они смотрели друг на друга. В глазах — тепло, нежность и желание.

— Крис, — прошептал Хёнджин.

— Что?

— Поцелуй меня.

Бан Чан наклонился и поцеловал. Сначала нежно, потом жарче, глубже. Руки скользнули под пиджак Хёнджина, гладили спину, прижимали ближе.

— Я хочу тебя, — выдохнул Бан Чан в его губы.

— Здесь?

— Здесь.

— А если кто-то войдёт?

— Пусть войдут. — Бан Чан улыбнулся. — Увидят, как я люблю своего брата.

Он подхватил Хёнджина на руки и усадил на стол. Бумаги разлетелись в стороны, но им было плевать.

— Крис, — Хёнджин обвил его ногами. — Крис, я тоже тебя хочу.

— Тогда не отпускай.

Они целовались, раздевали друг друга, не в силах остановиться. Рубашка Хёнджина полетела на пол, следом — пиджак Бан Чана. Горячие ладони на коже, жадные губы, прерывистое дыхание.

— Я люблю тебя, — шептал Бан Чан, покрывая поцелуями его шею, ключицы, грудь.

— И я тебя, — отвечал Хёнджин, запрокидывая голову. — И я тебя.

---

15:10. Коридор двадцать пятого этажа.

Сынмин и Чонин шли по коридору, держась за руки. После вчерашнего они как-то незаметно стали... ну, неразлучны.

— Думаешь, Хёнджин-ним у себя? — спросил Чонин. — Я хотел поблагодарить его за вчерашнее.

— Должен быть, — кивнул Сынмин. — Нам сказали, он теперь здесь работает.

Они подошли к двери. Чонин уже поднял руку, чтобы постучать, как вдруг замер.

Из-за двери доносились звуки. Вздохи. Стоны. Ритмичные движения.

— Твою мать, — выдохнул Чонин.

— Что? — не понял Сынмин.

— Там... они...

Сынмин прислушался. Покраснел.

— Опять?

— Ага.

Они стояли в коридоре, не зная, что делать. А из кабинета доносилось:

— Да, Крис, да... ещё...

— Малыш мой, как же хорошо...

Чонин схватил Сынмина за руку и потащил прочь.

— Мы не видели, — бормотал он. — Мы ничего не видели.

— Не слышали, — поправил Сынмин.

— И не слышали.

Они добежали до лифта, влетели внутрь, вжали кнопку первого этажа.

— Ну почему нам так не везёт? — простонал Чонин, сползая по стене лифта. — Почему мы вечно натыкаемся на их... это?

— Потому что они любят друг друга, — усмехнулся Сынмин. — Очень любят.

— А мы? — Чонин посмотрел на него.

— Что мы?

— Мы тоже... любим?

Сынмин замер. Посмотрел на Чонина долгим взглядом. Потом улыбнулся — тепло, по-настоящему.

— Наверное, да, — сказал он. — Наверное, тоже.

— И что нам делать?

— То же, что и они. Только не на работе.

Чонин покраснел. Сынмин взял его за руку.

— Поехали ко мне? — спросил он.

— Поехали.

Лифт уносил их вниз, а в кабинете на двадцать пятом этаже двое продолжали любить друг друга, не замечая ничего вокруг.

Цитата: «Он просто везунчик! Я достойнее! У меня образование, опыт, я красивее! А он... он просто... — Он просто моя жизнь. А ты просто никто»