14 глава
«Волки уходят в небеса, Горят холодные глаза. Приказа верить в чудеса Не поступало. И каждый день другая цель. То стены гор, то горы стен. И ждёт отчаянных гостей Чужая стая» (Би-2 — «Волки»)
Утро началось странно. Нас разбудил звонок телефона, который орал так громко и настойчиво, что проигнорировать его оказалось невозможно. Глухо ругаясь себе под нос, Ос нехотя поднялся, нашёл на полу играющий аппарат и попытался сфокусировать зрение на экране.
— Слушаю, — сказал, поднося его к уху. Что ему ответили, я не расслышала. Могла только с уверенностью сказать, что звонила женщина. — Сейчас… уже иду открывать.
Затем кое-как встал, схватил из шкафа первые попавшиеся боксеры и направился впускать раннюю гостью. И, может, мне стоило остаться в постели, вот только собственное любопытство и проснувшаяся паранойя не позволили спокойно продолжить смотреть сны. Потому, спустя пять минут, замотавшись всё в то же чёрное полотенце, которое сиротливо висело на спинке кресла, я всё же набралась смелости, вышла из комнаты и пошла на голоса.
Оскар обнаружился сидящим за столом в светлой комнате, похожей на рабочий кабинет. Он сосредоточенно изучал содержимое каких-то документов и казался уже совершенно бодрым. И только чуть припухшее лицо тонко намекало на то, что проснулся он совсем недавно.
Рядом с ним стояла всё та же блондинка, которую я встретила здесь в прошлый раз. Она строго следила, чтобы Ос не пропустил ни единого пункта, и карандашом указывала моменты, с которыми нужно ознакомиться особенно тщательно. Да… эта девушка точно была именно юристом. К примеру, сейчас её куда больше интересовали документы, чем полуголый мужчина, сидящий настолько близко. Она смотрела на него совершенно равнодушно, хотя лично я даже сейчас пожирала его глазами. И почему-то этот факт меня успокоил. Возможно, у неё есть любимый человек, который засел в её душе настолько, что она не видит никого вокруг. Мне вот тоже никто кроме Оскара не интересен, но… чисто физически… я бы всё равно не смогла смотреть на полуголого парня настолько равнодушно.
Решив не мешать, ведь они тут действительно занимались чем-то важным, уже развернулась, чтобы уйти, когда Ос отвлёкся от документов, посмотрел на меня и… тепло улыбнулся.
— Иди сюда, Варенька, — позвал, поманив рукой.
Я не стала отказываться, вошла внутрь и уже хотела поздороваться с гостьей, когда поймала на себе её взгляд… И в нём было столько интереса и чего-то похожего на восхищение, что я едва не споткнулась. Господи, да на меня женщины никогда так не смотрели. Да что говорить, я и не думала, что подобное бывает.
— Варя, это Светлана, мой юрист, — представил её Ос, ловя мою руку и усаживая к себе на колени. — Света, ну а перед тобой моя девушка — Варвара Михайловна. Пока она Чернова, но я всё же надеюсь, что в будущем сменит фамилию на более ей подходящую.
Я за малым не подавилась вдохом.
— Это на какую? — уточнила, посмотрев на него с возмущением. Что-что, а моя фамилия меня полностью устраивала.
— Огарева, конечно.
Он сказал это так спокойно, будто сей вопрос являлся сущей формальностью. А у меня сердце в груди забилось так быстро, что казалось, выпрыгнет. Пробьёт лёгкие, рёбра и вырвется из плена тела. Кажется, меня даже затрясло от непонимания и неверия. Но Ос сделал вид, будто не замечает ничего происходящего со мной, а просто крепче обнял одной рукой за талию, а второй подцепил очередной лист и принялся изучать.
— Варвара, могу я выпить кофе, пока Оскар знакомится с протоколами? — обратилась ко мне Светлана.
Честно говоря, я даже примерно не представляла, где здесь кухня. И, конечно, не имела понятия, есть ли там этот самый кофе. Но всё равно ответила кивком и уже хотела подняться, но Ос не пожелал меня отпускать.
— Не стоит, я и сама сварю, — поспешила заверить Света и улыбнулась мне так, будто именно я была её любимым мужчиной.
Как только она вышла, прикрыв за собой дверь, я повернулась к Оскару, поцеловала его в щёку и тихо спросила:
— Прости, что отвлекаю, но… Ос, почему она так на меня смотрит?
— Как? — не понял он, но от документа всё же оторвался.
— Как диабетик на шоколадный торт, — подобрала наиболее подходящее сравнение. — И… ты вчера смотрел на меня почти так же.
Ос задумчиво отвёл взгляд, будто анализируя всё сказанное мной, но уже в следующее мгновение в его глазах вспыхнуло удивление, а на губах растянулась странная ухмылка.
— А я ведь ни разу её с мужчиной не видел, — проговорил шёпотом, будто мы с ним были заговорщиками. — Она у меня три года работает… и за это время с её стороны не было ни единого намёка. Ярика она сразу отшила, да и ребят из офиса игнорирует. Но я даже не думал…
Его улыбка стала какой-то озорной, будто мальчишеской, а рука сползла с моей талии и легла на бедро.
— Получается, Варенька, что это я тебя должен к Светке ревновать.
— Что? — выпалила, удивлённо на него уставившись. Но тут же замотала головой. — Нет. Нет, нет, нет. Ты уж прости, но я предпочитаю мужчин.
— Мужчин? — уточнил, хитро сверкнув глазами.
— Точнее, одного конкретного мужчину, — поспешила поправиться я. И, обняв его за шею, легко поцеловала в губы.
А затем поднялась и хотела отправиться к выходу из кабинета, дабы всё же дать ему время спокойно изучить документы, но Ос меня снова остановил, поймав за руку.
— Не ходи пока на кухню, — попросил он, стараясь скрыть свою весёлость. — Мне так будет спокойнее.
Я собиралась в душ.
— Иди. И не торопись там. Я приду к тебе, как только закончу. Надеюсь, это не затянется.
После чего отпустил меня и вернулся к изучению документов. Протоколов, как сказала Света. Ну а я всё же ушла, оставляя его наедине с первоочередными делами.
* * *
Оскар отчаянно старался сосредоточиться на бумагах, которые принесла ему Светлана. Увы, с утра, да ещё после столь бурной ночи мозг почти не соображал. Для активации его функций требовалась большая доза кофе и, желательно, завтрак. И, может, стоило, отвлечься хотя бы для этого, но Ос очень хотел скорее покончить с делами, чтобы снова вернуться к своей Вареньке. Такой нежной, такой ласковой… такой любимой.
Любимой? Да, именно так. Именно любимой. Сейчас Оскар, наконец, определился, что же именно чувствует к своей Варваре. Да, она нравилась ему внешне, да, ему было приятно с ней разговаривать, причём на самые разные темы. Он ценил её прямолинейность, открытость, её чувство юмора. Она казалась ему этаким лучиком света во мраке обыденности. А ещё, он едва не сдох от тоски по ней. И если бы не дела, если бы не работа, которой он отдавался полностью, то его бы не удержала здесь никакая подписка о невыезде. Ещё пара дней и Оскар сам бы сорвался к Варе, но к счастью, она приехала… пусть и лишь для того, чтобы вернуть ему подарок.
Снова взяв со стола очередной лист, Ос откинулся на спинку кресла и попытался вникнуть в содержимое документа. Но едва ему удалось настроиться на работу, снова заиграл лежащий рядом мобильник. На экране высветилось имя Всеволода, что уже было очень плохим знаком. Ведь просто так начальник охраны отца никогда не звонил.
— Слушаю, — проговорил Огарев, поднося телефон к уху.
— Доброе утро, Оскар, — серьёзным голосом поприветствовал его тот. — Прости, если разбудил.
— Тебя опередили, — хмыкнул Ос.
— Вот и хорошо. — Вопреки сказанным словам в трубке послышался тяжёлый вздох. — Но у меня для тебя две новости. Обе плохие.
После этих слов Ос напряжённо выпрямился, убрал документ обратно на стол и постарался не выдать своего волнения. Чего-чего, а плохие новостей ему в последнее время сообщали куда чаще хороших, что совсем не радовало.
— Давай, — выдохнул он.
И Всеволод не заставил себя ждать:
— Сегодня, около четырёх утра, один из моих парней погнал твою БМВ в город. На трассе у неё отказала тормозная система. Машина — в хлам. Мой боец, к счастью успел выпрыгнуть, и отделался ссадинами и лёгким сотрясением мозга.
— Это была первая плохая новость. А какая вторая? — бесцветным тоном произнёс Ос, с силой сжав подлокотник.
— А вторая… — начал Сева. — Мы осмотрели то, что осталось от твоего авто, и я могу с уверенностью сказать, что это было покушением. Очередным, Оскар. Но, точно, не последним.
Когда звонок оборвался, Ос закрыл глаза и попытался успокоиться. Получалось плохо, ведь от одной мысли о том, что он в снова лишь чудом избежал гибели, его начинало трясти. Да что говорить, ведь если бы вчера он не решил покатать Варю на лимузине, то прошлая ночь закончилась бы для них совсем не так. А это утро могло бы и вовсе не наступить.
И ладно он… за себя Оскар не особенно переживал, наверно просто привык жить в постоянном ожидании удара. Но Варя… В чём виновата она? Почему должна страдать из-за чужих проблем?
Да, он понимал, что правильнее всего ему отпустить её. Не тянуть за собой в свою странную жизнь, где ей будет грозить опасность. Где она станет его слабым местом, а значит прекрасным рычагом давления.
Варя… Варенька… нежная, милая, добрая, пусть и старающаяся делать вид, что сильная и со всем сама справится. Она не заслужила этой грязи. Она достойна нормальной спокойно жизни, рядом с тем, кто сможет дать ей тепло семейного уюта… безопасность.
Но… почему так больно от одной мысли, что её не будет рядом? Почему так хочется завыть? Или бросить всё нафиг, продать гиперы, сменить имя и уехать вместе с ней в какой-нибудь маленький городок где-нибудь в Альпах. Сделать всё что угодно, только бы оградить её от опасностей, только бы оставаться рядом.
Понятное дело, что о произошедшем он ничего Варе не сказал. Она ведь дала ему десять дней… Всего каких-то короткие полторы недели, за которые он должен был доказать ей, насколько она важна для него. Сделать так, чтобы она снова смогла ему поверить.
* * *
Если первый день Оскар ещё смог отделаться от своих обязанностей и дел, полностью посвятив себя мне, то уже на второй был вынужден отлучиться в офис… и в прокуратуру.
Я же осталась ждать его возвращения в квартире, которую он упрямо теперь называл нашим домом. Как ни странно, но скучно мне не было. Полдня я просто проспала, а проснувшись столкнулась на кухне с незнакомой женщиной в фартуке. Она оказалась приходящей домработницей, которая появлялась здесь три раза в неделю, приводила квартиру в порядок и готовила еду. Именно она рассказала мне и что это за район, какие интересные места находятся рядом. А так же дала несколько советов по поводу ужина, который мне очень захотелось приготовить самой.
Когда вечером тишину пустой квартиры разбил звук отпираемого замка, я подскочила с кресла и нервно уставилась на проход, откуда спустя несколько мгновений появился мой уставший Оскар. В сером костюме, белоснежной рубашечке, при галстуке. Не удивительно, что я не удержалась и тут же направилась к нему. Сейчас мне до безумия хотелось просто обнять его, просто ощутить его присутствие рядом.
— Ты даже не представляешь, как я рвался сегодня домой, — проговорил он, приподнимая моё лицо и целуя в губы. — Обычно мог хоть сутками в офисе сидеть, а теперь, наоборот, старался как можно быстрее завершить все дела.
— Я ждала тебя, — сказала, не в силах сдержать какой-то даже немного сумасшедшей улыбки.
— И это поразительно приятно, — прошептал он в ответ. — Я очень хочу, чтобы ты вот так каждый день меня встречала. И утром провожала… И вообще.
Я поняла, к чему он клонит, но говорить на эту тему готова не была. Да и утопающая в сумерках гостиная казалась мне не самым подходящим местом для таких разговоров.
В качестве основного блюда для сегодняшнего нашего ужина я приготовила мясо, запеченное с овощами и сыром. По мне так получилось неплохо, Ос же и вовсе от удовольствия глаза закатывал. Хотя, что с него взять, он и моим гадостным борщом восхищался. Но… может всё дело в том, что приготовлено и то и другое было именно мной?
— Не отпущу тебя, Варенька, — спокойно проговорил Оскар, когда с ужином было покончено, а мы вдвоём вышли на балкон.
Он разлил по бокалам белое вино и, вручив мне один, приобнял и прижал к себе спиной.
— Тебе со мной хорошо? — спросил он.
— Очень, — ответила, пригубив кисловатый, но крайне приятный напиток.
Стоять рядом с ним было тепло и очень приятно. Я ощущала дыхание Оскара у своего виска и чувствовала себя не просто счастливой, а наполненной этим счастьем до краёв.
— А если замуж позову, пойдёшь? — будто в шутку поинтересовался Ос.
Его тон был странным, словно он сам не ожидал, что когда-то произнесёт подобный вопрос.
Вот только мне всё это шутками не казалось. Убрав со своего живота его руку, я обернулась и посмотрела ему в глаза. Сейчас для меня было слишком важно понять, серьёзно он спрашивает, или это просто часть какой-то игры.
— Вот когда решишь позвать, тогда и подумаю, — выкрутилась, чуть улыбнувшись.
Но Оскара такой ответ точно не устраивал. Он закусил губу, на мгновение перевёл взгляд на потемневшее небо, и снова посмотрел на меня.
— Ладно. Тогда поставим вопрос иначе, — протянул он. — Увы, кольца у меня нет, так как это решение было принято всего пару минут назад. Я обещаю реабилитироваться уже завтра. Но ответ всё равно хочу получить сейчас.
Я молчала, с ужасом и безумным предвкушением ожидая того самого вопроса. Он же прекрасно почувствовал, как напряглось моё тело, но отступать от задуманного не стал.
— Варвара Михайловна, — начал Оскар, поймав мою ручку, свободную от бокала. — Находясь в трезвом уме и доброй памяти, спрашиваю тебя, согласишься ли ты стать моей женой? Останешься ли со мной в качестве законной супруги?
Он ждал моего ответа. В его потемневших глазах отражалось плохо скрытое волнение, которое душило меня, сильнее любых верёвок.
— Ос, мы знакомы полтора месяца, — попыталась вразумить его я.
— Этого времени мне оказалось достаточно, чтобы принять решение, — спокойно отозвался он. — Я достаточно тебя узнал. Видел, как ведёшь себя в самых разных ситуациях. Даже с родителями познакомить успел, да и с твоими тоже познакомился. И… Варя, я просто хочу, чтобы ты была со мной.
— Пойми, это ведь не шутки. Моя мать… развалила семью. Я не хочу, чтобы и с нами случилось то же самое. Не думаю, что нам стоит спешить…
— Варя. — Оскар отставил свой бокал в сторону, коснулся моего подбородка и нежно провёл по нему подушечками пальцев. — Мне Всеволод на твою маму досье собрал. И, поверь, ты на неё совсем не похожа. Ни внешне, ни характером. Она — ветреная охотница за деньгами. Будь на твоём месте она, и подаренный мной бриллиант давно бы был продан. Если тебе будет интересно, я отдам тебе материал. Только… там одна сплошная грязь. Так что не стоит оглядываться на эту женщину. У тебя — своя жизнь. У нас — своя судьба.
Я промолчала, не желая говорить о той, кто бросил меня ради непонятных перспектив и призрачного богатства. Ос тоже молчал, но при этом смотрел на меня выжидающе. Он ждал ответа на свой вопрос…
— Оскар, — сказала, желая утонуть в его глазах. — Я очень тебя люблю. Но брак — это слишком серьёзно. Давай не будем спе…
Договорить я не смогла, по той причине, что мои губы неожиданно оказались заняты куда более приятными вещами. Этот поцелуй хоть и стал неожиданным, но был пропитан такой нежностью, от которой у меня просто сбилось дыхание и едва не подкосились ноги.
— Хорошо, Варюша, — услышала, когда Ос немного отстранился. — Мы не будем спешить со свадьбой. — А когда я подняла лицо, чтобы посмотреть ему в глаза, искренне улыбнулся, коснулся носом кончика моего носа и добавил: — А я ведь тоже тебя люблю.
После этих слов мой мир снова перевернулся, но теперь он принял вид пространства целиком состоящего из счастья. Мне казалось, что всё сияет, что даже пресловутые уличные фонари начали гореть ярче. А на глаза почему-то навернулись слёзы.
Честно говоря, в тот момент я была на сто процентов уверена, что уж теперь у нас всё будет хорошо. Что впереди нас ждёт только приятная эйфория и наполненная яркими моментами совместная жизнь. Как там в сказках говориться? «И жили они долго и счастливо?» Да, тогда мне казалось, что моя личная сказка про Золушку стала явью. А что? Главная героиня есть, да у меня, между прочим даже мачеха имеется и две сводные сестры. Принц тоже есть, даже бал был и фей. Так чем же не сказка?
Увы, тогда мои розовые очки ещё не позволяли увидеть полную картину происходящего. Наверно, они были слишком заляпаны счастьем и любовью, оттого и окружающее пространство казалось другим, и все злодеи начинали восприниматься, как простые безобидные тени.
А реальность поглядывала на меня и предвкушающе скалилась. Уж она-то точно знала, что очень скоро моя сказка проявит свою другую сторону, а жуткий безумный мир больших денег в очередной раз покажет, какими жестокими могут быть люди.
* * *
Может, это и странно, но когда мы счастливы, время будто специально начинает нестись быстрее. Его хочется поймать, остановить, заставить застыть и не двигаться… или хотя бы замедлить ход. Но оно всё равно летит вперёд, неумолимо отправляя в прошлое мгновения нашего счастья.
Да, я была счастлива с Оскаром. Каждую минуту, каждое мгновение того времени, что мы находились вместе. Дни он проводил на работе… или в прокуратуре. Так уж получилось, что дело с поджогом магазина теперь приняло совершенно неожиданный оборот, и главным обвиняемым по нему проходил именно Ос. Я верила, что он невиновен, а вот следователь был уверен в обратном.
Помимо всего прочего, внимания Оскара требовали и его магазины, и ТРК «Кассиопея», половиной которого он тоже теперь владел. Но несмотря на такую занятость, ровно в двадцать ноль-ноль он приезжал домой… где его ждала я. И весь вечер, всю ночь и утро мы проводили вместе, упиваясь этими моментами… и друг другом.
Пока Оскар был на работе, я гуляла по городу. Осматривала достопримечательности, посещала музеи. Иногда компанию мне составляла Виктория, иногда Арина с девочками. Но чаще по знаменитым местам Петербурга я бродила в компании своего охранника Васи.
Да, ко мне всё же приставили телохранителя. И пусть поначалу это было непривычно, пусть в первые несколько дней я чувствовала себя то ли звездой мирового масштаба, то ли пленницей, но потом мы с ним даже подружились. Он оказался хорошо знаком с историей города и с удовольствием стал для меня ещё и личным экскурсоводом.
Василий был старше меня на добрых пятнадцать лет. У него имелась жена, двое детей, и он тоже, как и Всеволод, раньше служил в органах. К отцу Оскара пришёл работать всего пару лет назад, и пока его всё устраивало.
В общем, скучать мне не давали, а вот сегодня Вика потащила меня по магазинам. Я честно пыталась отказаться, объяснить, что уже потратила все отпускные, но эта неугомонная явно не собиралась меня слушать.
Несколько долгих часов мы занимались лишь тем, что выбирали, мерили, покупали. Причём Вика приобрела для себя только две пары туфель, вязаный кардиган и несколько комплектов белья. Зато моим покупкам не было предела. Стоило какой-то вещице хорошо сесть на моей фигуре, как Виктория сразу заявляла «берём!» и возражения слушать отказывалась категорически.
Расстались мы с ней далеко после обеда. Она отправилась к Ярику, где собиралась заняться подготовкой сюрприза — этакого романтического вечера, ну а я домой… к Оскару. Или правильнее сказать — к нам? Не знаю.
Василий, терпеливо перенёсший наш безумный шопинг, выглядел немного уставшим. Меня же почти не держали ноги. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть прямо на переднем сидении автомобиля. Но нужно было подумать об ужине, ведь скоро мой любимый мужчина придёт домой. А мне очень хотелось порадовать его чем-нибудь вкусненьким.
Вот только этим планам не суждено было сбыться…
Когда мы остановились у ворот жилого комплекса, нам почему-то никто не соизволил их открыть. Вася несколько раз посигналил, но даже после этого из сторожки так никто и не появился.
— Спит он, что ли? — раздражённо проговорил охранник, но всё же открыл дверцу и направился к калитке.
Он ввёл кодовый замок, прошёл внутрь, заглянул в каморку… и пропал. Прошла минута. За ней — вторая. Я начала волноваться, но успокаивала себя тем, что Василий, скорее всего, заболтался. А может, нашему привратнику стало плохо, а Вася доблестно оказывает ему первую помощь?
Но когда из калитки появился незнакомый мне парень в форме и направился прямиком к нашей машине, я вдруг попросту растерялась.
— Добрый день, Варвара, — поздоровался он, наглым образом занимая место водителя и закрывая за собой дверцу. — Не пугайтесь. Ворота заклинило, потому я просто перегоню машину к служебному въезду. Он находится с другой стороны, на соседней улице.
— Где Василий? — спросила, кожей чувствуя подвох.
— Он, к сожалению, пожаловался на головную боль, потому остался отсидеться в сторожке, — добродушным тоном ответил этот человек. — Не переживайте. Мы с ним давние приятели. Потому он и согласился принять мою помощь.
Я рассматривала этого незнакомца со всё больше нарастающим беспокойством. Да, он щеголял в той же чёрной форме, что носили все охранники нашего жилого комплекса. Вот только на нём она сидела как-то иначе, будто была не совсем по размеру. А ещё у него в ухе имелась серьга. Дорогая, золотая и с тремя камушками, уж больно похожими на бриллианты. Что-что, а теперь я такие камни угадывала на раз. Более того, из-под форменной кепки торчали светло-русые волосы… подстриженные явно не в рядовой парикмахерской. Да и вообще, этот парень, оказавшийся разве что на пару лет старше меня самой, мог быть кем угодно, но только не охранником на воротах.
Я поёжилась, крепче сжала ремешок своей сумки и попыталась найти объяснение всему происходящему.
— Вы меня боитесь? — с насмешкой поинтересовался этот странный тип, трогаясь и отъезжая от сторожки. — Не стоит.
Но при этом свернул он совсем не туда, куда должен был. За прошедшую неделю я немало гуляла здесь пешком и теперь хорошо знала, что объехать наш жилой комплекс по выбранной им улице невозможно.
— Куда вы меня везёте? — выпалила, проигнорировав его вопрос. — Немедленно остановите машину! Я пойду пешком!
Он же в ответ лишь усмехнулся. А потом, не отрывая взгляда от дороги, запустил руку под свой пиджак и… вытянул оттуда серебристый пистолет с накрученным на нём глушителем.
Когда холодный металл упёрся в мой висок, я оказалась настолько шокирована, что просто не знала, что делать… говорить… как реагировать? Почему-то страха не было, зато присутствовало ощущение нереальности. Будто всё это сон или чей-то розыгрыш. Будто мне ничего не грозит. Не может грозить!
Тем временем, парень свернул в какой-то двор, заглушил двигатель и, повернувшись ко мне, обаятельно улыбнулся. В тот же момент обе задние двери распахнулись, и на сидение плюхнулись ещё двое. Я бы обязательно обернулась и посмотрел на них, но дуло у виска как-то не способствовало проявлению любопытства.
— Что, рыпается? — просил кто-то, видимо, обращаясь к водителю.
— Да вроде нет, — отозвался тот. — Пока не понимает. Так что забирайте её к себе и смотрите, чтобы вела себя смирно.
В следующее мгновение меня просто выволокли с переднего сидения и затолкали назад. Грубые обезьяны! Могли бы попросить, я бы и сама села, куда нужно. Ясное дело, что сейчас не время брыкаться или истерить. Людей вокруг нет, двор пустой, рядом только мусорки, да и те пустые.
— Не знаю, кто вы такие, и что вам нужно от меня, но можно не так грубо? — буркнула, понимая, что страх преобразовался в раздражение и теперь выходит вот в таком странном виде. — Я понятия не имею, что здесь происходит, но чую — ничего хорошего.
— Девочка, заткнись, пожалуйста, — небрежно бросил с переднего сидения водитель. Пистолет он так и не убрал, попросту положив к себе на колени, и сейчас занимался тем, что искал в своём мобильнике нужный номер.
Я украдкой посмотрела на его ровный аккуратный профиль, заметила торчащую из-под ворота явно чужой рубашки цветную татуировку, но всё равно не могла понять, кто на самом деле этот тип с оружием. Как ни странно, у него оказалась приятная, я бы даже сказала смазливая внешность. Он куда больше походил на мальчика-мажора, чем кто-либо другой из моих знакомых. Оттого было слишком странно видеть его с пистолетом.
— Что, нравлюсь? — усмехнулся он, заметив мой взгляд через зеркало заднего вида. — А как же твой Огарев?
— Не нравишься, — ответила, видя в отражении только его хитрые зелёные глаза.
— Ты мне тоже не нравишься, — отозвался, снова вернувшись к прерванному занятию по поиску номера. — Но нам с тобой в одну постель не ложиться, так что потерпим.
В этот момент он всё же нашёл, что искал, и теперь терпеливо дожидался, пока на его звонок соизволят ответить.
— Привет, — сказал он трубке. — Всё гладко. Через сколько будете? — ответа я не расслышала совсем, будто звук динамика оказался убавлен до минимума. — Значит, мы едем туда. Поторопитесь. Не хочу светиться. Давайте закончим всё быстрей. Вещи заберёте из машины. И да, деньги отдадите на месте.
После он отбросил телефон на пассажирское сидение, завёл двигатель и снова поймал в отражении мой напуганный взгляд.
— Паршивая работёнка, детка. Но каждый зарабатывает деньги, как умеет.
Сидящие рядом со мной парни, одетые совсем уж неприметно, дружно хмыкнули, но ничего говорить не стали. А вот я промолчать не смогла.
— И кому ты меня передашь? Даже интересно, кто мог заинтересоваться самой обычной девушкой, приехавшей в Питер в отпуск.
Я хотела, чтобы голос прозвучал равнодушно, но страх… тот самый, что так старалась скрыть, не давал этого сделать. Увы, теперь я слишком хорошо понимала, что просто стала пешкой в чьёй-то чужой игре.
— Ты — девушка Огарева. И я просто отдам тебя тому, кто мне заплатил за это, — спокойным и даже расслабленным тоном отозвался водитель.
— Но Оскар заплатит больше, — выдала я, хоть сама сильно в этом сомневалась.
— Может быть… — пожал плечами он. — Но в таком случае уже я стану похитителем, ворующим людей за выкуп, а это совсем другая статья. Более того, потеряю репутацию, которая, как известно, дороже денег. Так что, детка, не рыпайся. Наш заказчик на головореза не похож, да и мучить тебя не станет.
— А если бы он собирался порезать меня на мелкие кусочки и продать на ближайшем рынке, ты бы тоже так улыбался? — выплюнула я, глядя на него с презрением.
Хватка его подельника на моём плече стала сильнее, но оба моих соседа по заднему сидению продолжали хранить молчание.
— Я бы просто в это не полез, — отмахнулся светловолосый, выводя машину со двора.
Пока мы ехали, он всё равно то и дело кидал на меня странные взгляды, которые я просто не знала, как интерпретировать. Как ни странно, даже прекрасно помня, что он угрожал мне пистолетом, я не могла назвать его бандитом. Не такое он производил впечатление. Скорее, передо мной был мальчишка, которому слишком важно присутствие в его жизни достаточного количества адреналина.
— Значит, ты просто кому-то меня передашь? — спросила, с удивлением ощущая, что та паника, с которой так сложно было бороться, странным образом начинает отступать.
Сейчас моя жизнь была в моих руках, а этот белобрысый казался адекватным человеком. Пусть и странным. Но я видела его глаза, и могла назвать его кем угодно, но точно не дураком.
— Да, детка, передам, — кивнул, не глядя в зеркало. — И заберу свой заработок.
— А тебя самого не убьют?
— А ты за меня переживаешь? — со смешком уточнил он. — А говорила, что не нравлюсь.
— Ты не похож на уголовника.
— А ты не похожа на продажную бл***, - ответил равнодушно. — Так что ж тебя потянуло к деньгам?
— Мне плевать на деньги.
— Так я тебе и поверил, — рассмеялся этот тип. — И что, ты хочешь сказать, если бы твой Огарев не был столь обеспеченным, ты бы так же к нему ластилась?
— Что ты вообще можешь обо мне знать?!
— А что ты можешь знать обо мне?!
На этом наша перепалка стихла. Но продлилось это затишье всего каких-то несколько минут. Правда, в этот раз первым не выдержал он.
— Да что в тебе такого?! — выругался, оборачиваясь ко мне, когда мы остановились на светофоре.
— Ничего, — ответила хмуро. — Совсем ничего. Я просто человек, живущий в мире и гармонии со своей совестью. Хотя… подозреваю, что ты не знаешь, что это такое.
— Зря, — бросил сидящий справа от меня парень. — Димка у нас чудик совестливый.
— Заткнись! — рявкнул светловолосый с переднего сидения и зло сорвал с себя ненужную уже форменную кепку.
— Значит, ты Дмитрий, — заметила, ухмыльнувшись.
— А ты Варвара Михайловна Чернова, 24 года. Родилась и выросла в Новороссийске, закончила тамошний Политех по специальности финансы и кредит… Продолжать?
— Не стоит, — хмыкнула, нахмурившись. — Вдруг узнаю о себе что-то из того, чего знать не должна.
— У меня было семь дней, чтобы собрать информацию, потому я о тебе знаю многое.
— Ты многое знаешь об общих фактах моей биографии, и ни черта обо мне, — выпалила, срываясь. — Хотя нафиг тебе эти знания? Поймал, приставил пистолет к виску, доставил, куда надо, и дело с концом. Разве тебе не плевать, что станет со мной? Разве тебе есть дело до девушки, с которой ты даже не знаком?
Он не ответил. А спустя полминуты молчания накрутил громкость на магнитоле настолько, что у меня от звуков орущей музыки заложило уши. Козёл! Глупо было надеяться, что он смягчится. Глупо было давить на него. Но попробовать всё равно стоило.
Вырываться бессмысленно. Что я могу против троих рослых парней? Потому мне оставалось только отбиваться словами, ну или стараться как-то договориться. И мне даже начало казаться, что уже почти получилось… но, как выяснилось, нет. Этот Дмитрий только с виду казался простым и легкомысленным. На самом же деле он был самой обычной хитрой расчётливой тварью.
К моему удивлению, ехали мы недолго — минут тридцать, не больше. И вскоре оказались на территории какого-то высотного дома. Точнее, пока это было лишь стройкой, но в некоторых оконных проёмах уже виднелись вставленные окна.
— Димон, с тобой идти? — спросил сидящий слева от меня тип.
— Нет. — Голос белобрысого прозвучал строго и очень сухо. Потом он нажал на что-то на пистолете, снова спрятал его под пиджаком и повернулся к парням. — Действуем, как обычно.
— Гуд, — кивнул второй. И как ни странно, первым покинул салон и направился куда-то в сторону.
Спустя полминуты после его ухода, Дмитрий открыл пассажирскую дверцу с моей стороны, протянул мне ладонь и галантно проговорил: — Прошу, леди.
— Да пошёл ты! — рявкнула я, но руку ему всё же дала.
Он помог мне выйти из машины, затем вдруг остановился, медленно, очень сосредоточенно осмотрелся по сторонам, и только после этого повёл меня вперёд к тёмному провалу подъезда.
— Десять этажей, — проговорил мой конвоир. — Осилишь?
— А если не осилю, ты понесёшь меня на руках? — съязвила в ответ.
— Нет, потяну за волосы, — парировал он, хотя нам обоим было известно, что это враньё. Не знаю, почему, но я будто чувствовала этого человека, невзирая на то, что видела его впервые.
Мы поднимались неспешно, пусть я и могла бы идти быстрее. Но Дмитрий явно о чём-то раздумывал, и его думы точно не были лёгкими и совсем ему не нравились. Он периодически смотрел на меня со странным прищуром, но пока молчал. Правда, сдержанности его хватило ненадолго.
— Так почему ты с Огаревым? — спросил он, словно между прочим.
— Тебе-то какая разница? — бросила в ответ.
— Ты странная.
— А ты, думаешь, нормальный обычный парень?
— Я серьёзно, — не повёлся он на провокацию. — С такими, как твой Оскар, всегда только расчётливые продажные шлюхи. Те, кто ради денег готов играть любую роль, выполнять любые капризы. А ты… — он на мгновение задумался и всё же закончил свою мысль: — Не пойму, ты либо совсем дура, либо он тебе, и правда, нужен.
— Я его люблю, — сказала, не глядя на своего собеседника. — Если ты хотя бы примерно представляешь, что это такое.
— К счастью — нет, — хмыкнул он. — Но всё равно сочувствую тебе.
Когда мы оказались на плоской крыше этого недостроенного дома, Дмитрий отпустил мою руку и снова принялся осматриваться. Я же просто осталась стоять на месте, отчаянно стараясь подавить снова начавшую разрастаться панику. Увы, теперь получалось совсем плохо. Руки дрожали, колени подгибались, а мысли всё-таки начали путаться.
— Меня убьют? — спросила, медленно присев прямо на бетонный пол.
— Не знаю, — ответил светловолосый. — Это не мои проблемы.
Я шмыгнула носом, строго-настрого запретив себе плакать, и притянула колени груди.
— Тебе совсем плевать? — бросила, зажмурившись. — Почему…
— Мне не плевать, — ответил он. — Но это моя работа. Каждый зарабатывает деньги так, как умеет. Не все в восторге от того, что приходится делать.
— Если тебе не наплевать, — начала, поднимая на него взгляд. — Не отдавай меня. Дай телефон. Я позвоню Оскару. Он заберёт меня.
— Нет. — Ответ прозвучал холодно и почти равнодушно.
— Да что ты за человек?! — выкрикнула в пустоту.
— Я…
Не знаю, что именно он собирался сказать. Увы, ему помешали. Именно в этот момент со стороны выхода на крышу послышались шаги, и перед нами предстали двое мужчин. И если первый точно был кем-то вроде телохранителя и вёл себя отстранённо, то второй меня искренне пугал. На вид ему было около шестидесяти, хотя, может, и больше. Он был одет в строгий костюм, и на первый взгляд мог показаться просто респектабельным взрослым мужчиной, но… Его лицо выражало полное безразличие, а в глазах было пусто. Хотя нет, стоило ему посмотреть в мою сторону, как в них мелькнул огонёк триумфа, от которого меня передёрнуло.
— Отлично, Снежок, — ухмыльнулся мужчина, одобрительно кивнув с сторону стоящего рядом с мной парня.
— В таком случае, мне бы очень хотелось получить свой гонорар, — с лёгкой ухмылкой произнёс Дмитрий. Хотя прозвище Снежок ему подходило куда больше этого имени.
— Всё согласно договорённостям, — ответил мужик в костюме и, обернувшись к охраннику, одобрительно кивнул.
Тот понял своего шефа прекрасно. Не прошло и нескольких секунд, как он уже протягивал всё ещё стоящему рядом со мной Дмитрию конверт, точно наполненный деньгами. Снежок принял, открыл, быстро пересчитал и, довольно улыбнувшись, отступил назад.
— Господа, был рад сотрудничать, — проговорил он, отвесив лёгкий шутовской поклон. — А теперь разрешите откланяться.
Ответа он дожидаться не стал. Ушёл, так ни разу и не обернувшись. Чувствовал, сволочь, что я на него смотрю. Знал, какую мольбу увидит в моих глазах. Странно, но он даже со своим пистолетом сейчас казался для меня едва ли не праведником. А может, всё дело в том, что я чувствовала, что теперь оказалась в лапах поистине жуткого чудовища.
— Ну, что ж, Варя, — произнёс седовласый паук, глядя на меня, словно на муху… Очень важную и вкусную муху. Затем сделал шаг вперёд, задумчиво заглянул мне в глаза и добавил: — Когда-нибудь убивала людей? Нет? В таком случае сегодня для тебя это будет впервые.