Глава 6
«Когда-нибудь настанут холода, И ты опять уедешь. И тогда Тебе вослед рукой… и камнем вниз. И сны сбылись, и косы расплелись» (Юта — «Жили-были»)
В качестве места для прогулки мы с Оскаром выбрали набережную. Благо, её протяжённость позволяла гулять там много часов подряд. Мы же неспешно шагали по выложенным плитками дорожкам, рассматривали корабли, и просто беседовали обо всём подряд. Хотя Ос больше спрашивал, чем говорил. Интересовался местными достопримечательностями, историей города, а я с радостью рассказывала ему всё, что знала, щедро приправляя рассказы какими-то забавными случаями, связанными с тем или иным местом.
Вообще, со мной постоянно происходило что-то весёлое или забавное. А может, дело было в том, что я просто умела это увидеть. В ситуациях, где другие бы расстроились, я всегда старалась найти что-то позитивное или весёлое. Потому и смеялась чуть ли ни над всем подряд. Но больше всего ярких приколов в последнее время у меня было связано с родным любимым банком. Вот о нём я могла говорить бесконечно. А Оскар слушал, улыбался и удивлялся, не веря, что такое бывает на самом деле.
— А ещё хочешь случай смешной расскажу? — спросила, бодро шагая босиком рядом с Осом. Босоножки я давно сняла и теперь беззаботно топала голыми ступнями по набережной, неся свою обувь в руках.
— Меня уже пугают твои истории, — хмыкнул он. — Банкиры всегда казались мне серьёзными людьми, едва ли не лишёнными эмоций, а у вас там не банк, а цирк шапито.
— Хуже, — рассмеялась я. — Вот, к примеру, недавно, после очередной проверки нас заставили навести порядки в шкафах в подсобке. Представляешь, и мы, и сотрудники до нас долгие годы собирали ксерокопии договоров с клиентами в папочки в шкафах. Оригиналы сдавали в архив, а эти штуки оставляли себе… не пойми зачем. И вот недавно выяснилось, что, оказывается, делать этого было не нужно. А там ведь личные данные, имена клиентов, суммы… в общем, пришёл приказ всё это уничтожить. Шредера в нашем бедном офисе не имелось, рвать столько бумаги руками — долго и ненадёжно, вот мы и решили всё это сжечь. Благо, у некоторых из нас имелись частные дома, где на заднем дворе легко можно было организовать небольшой костёрчик.
— Интересно у вас всё устроено, — заметил Ос.
— Ещё как. Но прикол не в этом. В общем, два дня мы собирали эту важную макулатуру в большие черные мусорные мешки. Утрамбовывали, как могли, чтобы всё поместилось. А вечером, после закрытия банка, когда на город опустилась ночь… прохожие могли наблюдать картину, как странного вида девочки, одетые совсем не по форме, а кто во что, бодро выносят из банка мешки с чем-то тяжёлым и складывают в багажник машины. Косились на нас так, будто мы этот банк грабим. Я уж боялась, что найдётся среди этих зрителей кто-то бдительный и вызовет полицию. Вот тогда бы точно стало весело.
— Да, с полицией лучше не связываться, — хмыкнул Оскар. — Мы с Яриком как-то в камере два дня просидели. Поверь, ничего приятного или весёлого в этом нет.
— А за что? — удивилась, вообще сомневаясь, что такого, как Ос могли забрать в отделение. Да у него на лбу большими буквами написано «законопослушный гражданин».
— Глупости, — попытался отмахнуться он, но я с подобным раскладом была категорически не согласна.
— Говори, — потребовала строгим тоном. — Я тут тебе честно, искренне и без утайки выбалтываю страшные вещи, а ты вообще всё время молчишь. Давай, Ос, рассказывай. И вообще, теперь моя очередь задавать вопросы.
— Ладно, задавай, — милостиво позволил этот принц строительного пошиба.
Всё же иногда у Оскара промелькивали такие странные повадки, привычки, манеры, видя которые невольно хотелось возвести его на другую социальную ступень. Если бы в нашей стране водились аристократы, я бы могла назвать Оса с его манерностью как минимум герцогом.
— Итак, — начала, утягивая своего кавалера с набережной вниз по ступенькам, ведущим прямо к узкой линии галечного берега. — За что вас посадили в КПЗ?
Он тяжело вздохнул, чуть нахмурился, но всё же ответил.
— За подозрение в торговле наркотиками.
Всё же хорошо, что мы спустились к воде, подальше от людских глаз, потому что после его слов меня просто перекосило. Нет, я всякое могла предположить, но чтобы такое! Потому резко остановилась и уже не смогла спокойно промолчать.
— Расскажи, как так получилось? — проговорила сдавленным голосом. Что-что, а к наркоте у меня всегда было очень категоричное отношение.
Рядом очень удачно обнаружилась длинная доска, видимо, принесённая сюда каким-то заядлым любителем посидеть на бережку. На ней-то мы и расположились.
В опускающихся на город сумерках всё ярче разгорались огни кораблей, порта и окружающих бухту зданий. Ветра почти не было, над водой лениво кружили жирные чайки… а мы сидели почти у самой кромки берега и зачем-то держались за руки.
— Это неприятная история, Варь, — снова попытался отговориться Оскар.
— Если ты считаешь, что я не должна об этом знать, то не говори, — сжалилась, решая, что нет смысла на него давить. Кто он мне, в конце концов? Наёмный работник…
— Просто в ней нет ничего хорошего, ни единого позитивного момента. Уверена, что хочешь услышать? — Он на самом деле предупреждал, не желая портить вечер и расстраивать меня своим рассказом. Но взыгравшее любопытство уже не позволило бы мне отказаться.
— Расскажи, — попросила, крепче сжимая его руку.
А он вдруг кивнул, мягко высвободил свои пальцы из моего захвата… и обнял меня за плечи. От его близости, от ощущения его тёплого тела рядом по моей коже пробежала обжигающе горячая волна. Я даже на миг ощутила, что краснею, чего со мной в принципе случалось крайне редко.
— Когда Яру было двадцать, его родителей убили, — выговорил Оскар, а мне вдруг показалось, что вся кровь в один момент сошлась к гулко забившемуся сердцу. Одно хорошо, покраснеть я так и не успела… мгновенно побледнев от озвученных слов. — Как ты понимаешь, это стало для него ударом. Из родственников остались только бабушка со стороны матери и дядя со стороны отца. Но никто из них не мог заменить ему потерянных родителей. А вот деньги у Ярика были.
— Мне жаль… — выговорила, не представляя жизнерадостного весёлого Ярослава растерянным и сломленным.
— Мы тогда в институте учились. Но Яр перестал появляться на занятиях. Всё чаще я видел его пьяным, а через несколько месяцев узнал, что он подсел на кокс, — продолжал рассказывать Ос. — Он никого не слушал. На все попытки вразумить — грубо посылал всех матом. Меня избегал. На самом деле, едва ли не прятался, только бы со мной не встречаться. Но как-то мы всё же пересеклись в клубе. Он был под порошком… а я просто не сдержался. Вмазал ему. Он мне. Вмешалась охрана. Они же нашли у Ярика пакетики с кокаином. Вызвали ментов. Дальше хуже…
— Куда уж хуже? — спросила, ближе прижавшись к Оскару.
— В его машине нашли ещё наркотики, приписали ему не только хранение, но и распространение. А меня, так как я старался его выгородить, взяли, как подельника.
— И как же вы освободились?
— Дядя Ярика — Всеволод, когда-то работал в органах, дослужился до подполковника, а потом ушёл. Ныне он глава службы безопасности у одного бизнесмена. Вот он-то и помог нам избежать наказания. Дело замяли. Нас выпустили, а Яр получил такую головомойку от работодателя его дяди, что желание принимать наркотики у него отпало сразу, — закончил Ос, а помолчав какое-то время, добавил: — А знаешь, я не прав. В этой истории есть хотя бы один плюс, ведь именно после неё Яр взял себя в руки. Только почти сломав самому себе жизнь осознал всю степень собственной глупости.
— Мне сложно представить его таким, — проговорила, подняв взгляд на Оскара. — Так он… сирота?
— Да, Варь. Но у него были замечательные родители. Алексей Иванович — его отец, до сих пор является для меня олицетворением чести и достоинства. Он очень высоко ценил законы, боролся за справедливость, — поведал Ос, и, как-то особенно тяжело вздохнув, добавил. — Я не знаю подробностей, меня никто в них не посвящал, и мне известно лишь то, что убили их с супругой из-за этого самого стремления отца Ярика к справедливости. Вроде как он получил на руки доказательства очень крупных мошеннических операций кого-то из элиты города, возможно даже уличил в чём-то представителей власти, я точно не знаю. Но… машина родителей Ярика взорвалась, врезавшись в заправочную станцию. И все бы сочли это несчастным случаем… но Всеволод докопался до того, что это было убийством. Как оказалось, их застрелили и только потом направили машину в сторону колонки.
— Этих людей… нашли? — спросила, чувствуя, как по коже бегают мурашки.
— А как ты думаешь, Варь? — спросил, отводя взгляд. — Нет. Не нашли. И почти не искали.
— Так те, кто это сделал, так и остались безнаказанными?
— Нет. — Теперь на лице Оскара появилось совершенно дикое, непривычное выражение. Его взгляд стал жёстким или даже жестоким. Да и сам парень на мгновение показался совсем чужим… странным, незнакомым. — Но подробнее я тебе рассказывать не стану. И на этом мы с тобой закроем тему печального прошлого Ярослава. А ему лучше и вовсе не знать, что я тебе это рассказал.
— Я не скажу.
Повисла пауза, в которой мне почему-то стало совсем неуютно. Теперь ни близость Оскара, ни море, ни мягкий закат больше не казались приятными. Наоборот, стало искренне тошно. Но я ведь сама настояла на этом рассказе. Сама хотела узнать… И вот. Узнала. Только что-то мне от этого совсем не радостно.
— Не грусти, Варенька, — попросил Ос, погладив меня по плечу. — Хочешь, я тебе что-нибудь весёлое расскажу? Вот про Вику, сестру мою. Она тоже то ещё чудо. Представляешь, вбила себе в голову, что непременно должна выйти замуж за Ярослава.
— Может, она в него влюблена? — уточнила я, покосившись на Оскара.
— Нет, поверь, — хмыкнул он. — Она влюблена в себя. Давно и по уши. А Ярик для неё что-то вроде не завоёванного трофея. У них это уже почти традиция. Она соблазняет, он вяло сопротивляется. Они проводят вместе ночь, после чего снова разбегаются по своим жизням. А через несколько недель или месяцев всё начинается заново. У них это что-то вроде странной игры.
— А чем занимается твоя сестра? Ну, в промежутках между соблазнениями Ярика?
— Она дизайнер одежды, — с откровенной гордостью сообщил мой сегодняшний кавалер. — Не знаю, слышала ли ты про бренд «Miroslava», так вот Вика там один из ведущих модельеров. Потому большую часть времени она ошивается в Москве, а в Питере бывает набегами. И пусть мы видимся редко, но каждая встреча выдаётся очень запоминающейся.
Ос чуть крепче прижал меня к себе и мягко улыбнулся, глядя на спокойное море. Он явно о чём-то задумался, может даже о своей странной сестрёнке, а вот я вдруг подумала, что его жизнь ведь совсем не здесь. Да, сейчас он живёт на побережье, но это точно ненадолго. С его талантами, амбициями, с его умом нужен город побольше. Тот же Санкт-Петербург. И Оскар обязательно вернется туда.
— Ты ведь здесь не задержишься, — сказала, не в силах промолчать. — Уедешь обратно.
Он повернул ко мне лицо, внимательно посмотрел в глаза и медленно кивнул.
— Уеду, Варь, — ответил, отводя взгляд. — Скоро.
— Ясно, — сказала, тоже отвернувшись. Потому что просто не могла позволить ему увидеть те эмоции, что точно отразились в моих глазах.
Уедет.
А я останусь.
Так какой смысл во всём этом?
Для меня смыла не было.
Мягко освободившись из его объятий, я поднялась и неспешно подошла к морю, а после и вовсе вошла в воду по щиколотку. Мелкие волны легко омывали каменистый берег, то подбегая, то снова уносясь назад. В небе кружили чайки… и наглые голуби. И всё вокруг казалось таким спокойным и безмятежным, что и не передать. А у меня на душе было гадко. Но показывать этого я не собиралась.
Разве кому-то в этом мире есть дело до того, что прячется за чужой весёлостью? Разве кому-то интересно, чего стоит молодой девушке казаться сильной? Нет. А значит нужно привычно заталкивать все лишние мысли и переживания подальше, искать во всём происходящем вокруг что-то хорошее и улыбаться этому. Ведь иначе… можно просто тронуться умом.
— Хочешь прокатиться по морю? — спросила, оборачиваясь к Оскару. Он всё так же сидел на дощечке и смотрел на меня с сомнением. — Тут катер прогулочный есть. Катает желающих по бухте. Оттуда шикарный вид на город открывается.
— А может, лучше в ресторан? — предложил парень. — Честно говоря, уж очень хочется поесть чего-нибудь нормального.
— А вот это уже камень в мой огород, — хмыкнула, с притворной обидой.
— Прости, но… ты далеко не самый лучший повар, — с виноватым видом проговорил Ос. — Борщ у тебя ещё нормальный, но вот вареники…
— Слушай, борщ гадостный получился, — выпалила, разведя руками. — А вареники — это полуфабрикат. Они сами по себе не очень съедобные. Но когда желудок слипается от голода, можно поесть и их.
— Поэтому я и предлагаю пойти и скушать чего-нибудь вкусного, — продолжил Ос, поднимаясь и протягивая мне руку. — Заодно посмотрим на Ярика при исполнении, — добавил, хитро ухмыльнувшись. — Если честно, я вообще с трудом представляю его официантом. Потому просто хочу увидеть это своими глазами. А в идеале — сфотографировать.
— Хорошо, — кивнула, но вот руку его принимать не стала.
Не стоит. Не нужно этих жестов, нежностей, глупостей. Пусть лучше мы так и останемся друзьями. Точка. И не важно, что от одного воспоминания о поцелуе Оскара у меня сбивается дыхание и учащается пульс, но лучше притормозить развитие наших отношений. Почему? Да потому, что он уже значит для меня неимоверно много. Но что будет, если я подпущу его ещё ближе, а он потом просто махнёт мне ручкой? Нет уж… не хочу. Лучше уж мы просто будем дружить.
— Каждый платит за себя сам, — бросила я, покачивая на ходу зажатыми в руке босоножками.
— Нет.
— Да, Ос, — заявила, глядя на него с непоколебимой решительностью. — Мы ведь просто гуляем.
— Нет, — он покачал головой, отобрал у меня обувь и крепко сжал мою ладошку. — Мы не просто гуляем. И мне не нравится, что ты вдруг будто закрылась. Варь… что тебя расстроило? Мой рассказ о Ярике?
— Нет, — ответила, глядя перед собой. — Это не важно, Оскар.
— Для меня важно.
Я промолчала, стараясь придумать хоть что-то, способное закрыть этот разговор или переключить его на другую тему, но Ос не собирался сдаваться. Он вдруг потянул меня к высокому бордюру, прижал к нему спиной и самым наглым образом приблизился к моим губам.
— Оскар, сюда могут спуститься люди! — зашипела, упирая руки в его грудь. — Это неприлично.
— Варенька, — проговорил он, даже и не думая отстраняться, но и ещё больше сокращать расстояние не стремился. Так и стоял, упираясь в мои ладони, и смотрел с прищуром. — Ты ведь прекрасно знаешь обо всех моих намерениях. И мне казалось, что мы с тобой хотим одного и того же. И почему-то я был уверен, что тебе не свойственны эти глупые женские метания из крайности в крайность. То хочу, то не хочу. Думал, ты в ладах сама с собой.
— Оскар, а ты хитрый тип, — сказала, вглядываясь в его глаза, которые рядом с морем стали казаться почти синими. — Значит, как только я начала вести себя не так, как удобно тебе, ты решил назвать меня глупой нерешительной девочкой?
— Мне просто непонятны некоторые моменты в твоём поведении, — сообщил Ос. — Но ведь у любого поступка и решения есть мотивы, есть причины. Именно они мне и интересны. Вот объясни, почему ты то разрешаешь мне тебя целовать, и даже готова позволить гораздо больше, то вот так упираешься?
Он красноречиво посмотрел на мои руки, до сих пор держащие его на расстоянии, и снова поднял взгляд к моему лицу.
— Расскажи, Варюша, что тебя останавливает на этот раз?
Он ждал ответа. Ему на самом деле было важно узнать, что именно мной движет, наверное, именно поэтому я и решила признаться.
— Ты скоро уедешь, — сказала, продолжая смотреть в его глаза. — А я боюсь к тебе слишком привязаться. И так рядом с тобой совершенно теряю голову. А что будет потом?
Он неожиданно улыбнулся, убрал от себя мои руки и крепко прижал моё несопротивляющееся тело к себе.
— Никто не знает, Варенька, — прошептал, упираясь лбом в мой лоб. — Сейчас нам приятно проводить вместе время, но ни тебе, ни мне не известно, как изменится жизнь через несколько дней или недель. Будущего не стоит бояться. Да, я уеду. Но ведь не на другую планету. И даже не в другую страну. Мы живём в век интернета, телефонов, самолётов, в конце концов. Тут до Питера лететь недолго. Потому… перестань смотреть туда, где ещё ничего не видно. Тебе хорошо со мной? Тогда будь со мной.
Я слушала внимательно, прекрасно понимая, что в его словах есть смысл, но…
— Твою дивизию, Оскар, как у тебя всё просто! — выпалила, выпутываясь из его приятного во всех смыслах плена.
— А зачем сложности? — усмехнулся он, опираясь спиной на бордюр и поворачиваясь ко мне лицом. — Варюш, как говорит Ярик, к жизни нужно относиться проще, и тогда она будет проще относиться к тебе.
— Твой Ярик для меня не авторитет, — бросила, вздёрнув подбородок. — И вообще… чего мы тут с тобой за глупость развели? Идем в ресторан.
А он вдруг улыбнулся особенно провокационно и самым наглым образом поманил меня к себе.
— Варюша, подойди, пожалуйста, — попросил, да только от его мягкого дразнящего тона меня бросило в жар. — Давай же. Не бойся.
— А с чего мне бояться? — заявила, решительно двинувшись к нему.
— Поцелуй меня
Поцеловать? Вот так сразу?
— Не буду.
— Ну, Варь…
Но с места так и не сдвинулся. Стоял и смотрел мне в глаза. Я же просто сгорала под этим взглядом. Плавилась. Не удивительно, что хватило моей выдержки ненадолго. И да, Ос получил свой поцелуй. Лёгкий, невесомый… в щёку. Но, тем не менее, его такое положение вещей вполне удовлетворило. Он ведь хотел, чтобы я сдалась, и посчитал бой выигранным, пусть и не полностью.
Может, это и странно, но и я не считала себя проигравшей. Хотя, это ведь только один бой, которых впереди ещё много. А вот каким станет итог войны — пока, увы, сложно предугадать.
* * *
Ресторан, куда меня привёл Оскар, оказался одним из элитных мест нашего города. «Серебряная птица» была известна своей кухней… и запредельными ценами на всё. Честно говоря, я могла себе позволить в этом заведении только кофе, да и тот без сахара и сливок. Хотя не уверена, что даже на это мне хватило бы денег. Вдруг там даже кофе какой-то супер-пупер странный, который добывается там, куда простым смертным не попасть.
Теперь мне стало понятно, почему Ярик так гордился своей должностью. Всё же работать официантом в таком заведении — это даже круто. Туда просто так не устроишься. Ума не приложу, как это удалось Ярославу.
— Ос, а может, мы поужинаем где-нибудь в другом месте? — попросила, замедляя ход.
— Почему? — поинтересовался он, глядя на меня с искренним непониманием.
— Да там… дорого очень, — ответила, почему-то впервые смущаясь своего финансового положения. — Нам с тобой точно не хватит.
— Варюша, — Оскар одарил меня таким взглядом, будто перед ним малое несмышленое дитя. — Я заплачу.
— Да откуда у тебя такие деньги? — поинтересовалась без тени насмешки. — Ос, правда, там цены заоблачные. У меня знакомая как-то пошла туда с супругом, семейный праздник отметить. Так они заказали рыбу, а потом, чтобы за неё расплатиться, активировали кредитку, которой вообще пользоваться не собирались. Поужинали так, что потом ещё три месяца карту гасили.
— У меня есть, чем расплатиться. Не сомневайся.
— Если только натурой. Почку там продать, или другой орган, — иронично бросила я. Но видя, что Оскар явно не желает отказываться от своей затеи, только вздохнула. — Пойми, это глупо — спускать такие огромные суммы на еду. Я знаю уйму прекрасных мест, где готовят даже лучше. А тут, плюс ко всему, бывали случаи отравлений.
В какой-то момент Оскару просто надоело выслушивать мои доводы. Он бесцеремонно обнял меня за талию и повёл ко входу в здание. Упираться было бессмысленно, да и странно бы это выглядело. Поэтому, придя к выводу, что он сам убежит, увидев цены в меню, я всё же решила согласиться на эту его затею.
Внутри оказалось красиво. Небольшое уютное фойе было залито золотистым светом, а по периметру располагались удобные диванчики. Нас встретила девушка, сидящая за небольшой информационной стойкой, мягко улыбнулась и поинтересовалась, заказывали ли мы столик.
— Заказ на фамилию Швецов, — спокойно ответил ей Оскар, а та в одно мгновение как-то вся разом подобралась.
Мне даже показалось, что у неё от волнения задёргался глаз. И, тем не менее, она кивнула, вышла и поспешила проводить нас к стоящему на возвышении угловому столику, частично скрытому от большей части зала ярким витражом. Здесь же располагалось и несколько мягких диванчиков, сидеть на которых оказалось очень удобно.
Когда девушка ушла, вручив нам меню, я всё же не смогла сдержаться от вопроса:
— Так ты заказал столик заранее? Тут же необходимо бронировать место за неделю минимум.
— Нет, Варь, всё гораздо проще, — ответил Ос, обворожительно мне улыбнувшись. — Швецов — не моя фамилия, а хозяина этого ресторана. И так уж получилось, что я знаю об одной особенности этого человека. По его распоряжению, во всех принадлежащих ему заведениях всегда один из лучших столиков забронирован на его имя. Это сделано для того, чтобы он сам или кто-то из его близких в любой момент имели возможность поесть в спокойной обстановке. Плюс платить ни за что не придётся. Всё за счёт заведения.
— А если объявится сам хозяин? Что будем делать? — спросила, чувствуя себя воришкой, забравшейся в чужой дом и собравшейся полакомиться чужим ужином.
— Ничего, — спокойно бросил Ос. — Поздороваемся и продолжим трапезу.
И всё у него так просто. А я-то Ярика ненормальным считала, а оказывается, самый сумасшедший из них именно Оскар.
— Заказывай, Варюш. Выбирай всё, что хочешь. А уж если возникнут какие-то проблемы, я смогу с ними разобраться. Не сомневайся.
Мне хотелось ему верить, хоть всё это и казалось странным. Но… сейчас мы с Осом находились за лучшим столиком самого дорогого ресторана города. И кем я буду, если не воспользуюсь ситуацией? Правильно, дурой. Потому, заговорщически улыбнувшись Оскару, я открыла папку в белоснежной обложке и принялась изучать меню.
Сначала просто хотела выбрать что-нибудь жутко дорогое, но потом меня всё же одолел голод, и я решила не выпендриваться. Заказала наиболее аппетитный, на мой взгляд, салатик, сёмгу в белом соусе и запеченный картофель. Ос же мелочиться не стал и решил полакомиться морепродуктами. Выбрал несколько блюд, причём все состоящие из даров океана.
— Что? — спросил, заметив, что я смотрю на него с непониманием. — Просто устал от обычной еды. Хочется деликатесов. Вот ты пробовала омара? А осьминогов? А мидии с сыром и лимонным соком?
— Я не любитель подобных извращений, — бросила, чуть скривившись. — Предпочитаю более съедобные вещи.
— Это какие, например?
— Курицу, свинину, индюшатину, в конце концов.
— А заказала сёмгу, — хмыкнул Оскар, расслабленно откидываясь на спинку диванчика.
— Ну и сёмгу тоже люблю. Филе, костей нет. Как эту рыбу вообще можно не любить?
— И всё равно я накормлю тебя осьминогами, — самодовольно заявил мой кавалер. — Вот увидишь, они вкусные. Их просто нужно распробовать. Как и улиток.
— Только умоляю, не заставляй меня есть этих ползучих монстров, — взмолилась, видя знакомый хитрый блеск в его глазах. — Ос, прошу. Я буду визжать на весь ресторан.
— Ладно, уговорила, — сжалился, едва сдерживая смех. — Но осьминогов попробуешь.
Мы лениво спорили о вкусовых предпочтениях, пока к нам не подошла миловидная молоденькая официантка, готовая принять заказ. Но, к моему удивлению, Оскар сообщил ей, что желает, чтобы нас обслуживал халдей по имени Ярослав. Объяснять свой каприз не стал, оставив это на волю фантазии девчушки. Она лишь понуро кивнула и отправилась обратно на кухню. Да только в её потухших глазах читалось откровенное непонимание. Видимо, она посчитала, что умудрилась чем-то не понравиться дорогому клиенту за ВИП столиком.
— Обидел девушку, — заметила я, глядя на Оса с укором. — А она, между прочим, очень искренне улыбалась. А твою просьбу о смене официанта приняла на свой счёт.
Но Оскара моя тирада ни капли не зацепила.
— Её работа — угождать клиентам, — с невозмутимым видом ответил он.
— Но это не отменяет того факта, что она тоже человек.
В этот момент к нам подошёл молодой официант, в котором я не сразу узнала Ярика. Сегодня он выглядел непривычно причёсанным. Его светлые, чуть вьющиеся волосы оказались собраны в малюсенький хвостик на затылке, а непослушные вихры спереди он тщательно зачесал набок. Да и вообще, было странно видеть его в рубашке, жилетке и… длинном форменном фартуке.
Судя по округлившимся глазам Оса, он тоже был несколько удивлён внешним видом друга, зато сам Ярослав, увидев нас, улыбнулся так довольно, будто ждал этой встречи всю жизнь.
— Добрый вечер, дорогие гости, — учтивым тоном поздоровался Яр. И я уж, было, подумала, что он решил вести себя прилично, когда услышала продолжение его приветствия: — Интересно, каким попутным ураганом вас закинуло в наше нескромное заведение? Чем собираетесь расплачиваться?
Он переводил взгляд с меня на хитро ухмыляющегося Оскара и явно очень желал получить ответ.
— А мы тут собрались трапезничать за счёт господина Швецова, являющегося хозяином сего заведения, — ответил Ос, внимательно смотря в глаза другу.
Яр удивлённо моргнул, потом задумчиво отвёл взгляд в сторону и чуть закусил губу.
— Значит, платить вы не собираетесь, — проговорил он, будто рассуждая вслух. — Что ж… А это может быть даже забавно.
— Почему? — в непонимании уточнил Оскар.
— Потому что вы первые, кто за время моей работы воспользовался здесь данной привилегией. Так что, есть вероятность возникновения непонимания с руководством.
— Что ж, — пожал плечами Оскар. — В таком случае придётся привлечь к решению конфликта самого господина Швецова.
Ярик же на эти слова друга отреагировал как-то странно. Он отрицательно помотал головой, провёл рукой по шее и с тяжёлым вздохом ответил.
— Будет скандал. И… не привлекай Швецова, — при произнесении фамилии хозяина Яр поморщился. — Заплати, а уж я позабочусь о том, чтобы тебе вернули всё до копейки.
— Договорились.
Они заговорщически переглянулись, а я окончательно перестала понимать происходящее. Это что получается, Оскару всё же придётся платить за ужин? Но откуда у него столько денег?
— Что будете заказывать? — как ни в чём не бывало спросил Ярик.
— Не думаю, что нам стоит… — начала я, но Оскар поймал мою руку и просто перечислил всё, что я до этого выбрала в меню. Затем продиктовал нашему официанту пункты своего заказа и в завершение попросил принести бутылку холодного брюта.
— Ос, — попыталась вразумить его, когда Ярик оставил нас одних.
Да только меня никто не собирался слушать. Вместо этого мой кавалер поднялся и пересел на диванчик рядом со мной. А потом… поцеловал. Точно так же, как тогда, в первый раз, в моей квартире. И его ни капли не волновало, что витраж скрывает нас далеко не ото всех гостей этого места, что мы находимся в ресторане, и что я вообще не давала своего согласия. Но все эти мысли покинули мою голову почти мгновенно, оставив вместо себя только одно желание — прижаться к Оскару ещё теснее.
Его губы ласкали, дразнили, обещали. Я же просто таяла, понимая, что пропаду с этим мужчиной. Уже пропала. Вот так просто взяла и растворилась в нём, в своих чувствах и ощущениях. Но хуже всего оказалось даже не это, а то, что он прекрасно видел, как остро я на него реагирую. И тут уже любые слова становились бессильны. Нет смысла отнекиваться: я хотела Оскара, и даже самые правильные и веские доводы разума были не в силах это изменить.
— Варюша, — этот завораживающий шёпот сводил с ума пуще любых прикосновений. — Ты должна мне доверять. Я сказал, что решу любые проблемы с нашим ужином, значит, так оно и будет.
— Оскар, — прошептала, не в силах говорить в голос. А подняв взгляд и заглянув в его горящие желанием глаза, ощутила самое настоящее нестерпимое предвкушение. — Это слишком… — призналась, просто не в силах держать весь ворох незнакомых непонятных эмоций в себе. — Слишком сильно. Я не понимаю, что происходит.
— Позже, Варенька, мы с тобой во всём разберёмся, — улыбнулся этот очаровательный провокатор. — Можем всю ночь разбираться. Не спеша и… подробно.
— Ос! — прошипела, прекрасно понимая, к чему он клонит. Но злиться не получалось. Совсем наоборот. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке. А я чувствовала себя так, будто мне вот-вот должны были доставить подарок моей мечты.
Но вдруг всё изменилось. Оскар напрягся, словно увидел нечто неприятное или даже пугающее, а его руки на моей талии сжались сильнее.
— Вот подстава! — прошипел он, причём таким тоном, которого я от него ни разу не слышала. — Гадство!
Но, будто опомнившись, отстранился, и посмотрел на меня с сомнением. И уже открыл рот, чтобы что-то сказать, когда заметил ещё кого-то.
— Пипец! Двойной! — выпалил, поднимая глаза к потолку. Но, мгновенно взяв себя в руки, повернулся ко мне и быстро затараторил: — Варя, сейчас будет шоу. И мне очень нужно, чтобы ты подыграла.
— Какое шоу? — не поняла, боясь, что объявился хозяин ресторана и сейчас нас будут торжественно выгонять.
— Вон двое молодых мужчин, — спешно пояснил Ос, указывая взглядом в сторону входа в зал. — Беседуют с сидящей за крайним столиком крупной леди. И на нас смотрят.
— Вижу, — хмыкнула, разглядев в одном из них того, кого точно не желала встречать.
— Так вот, старший из них — наш с Яром бывший однокурсник, — быстро заговорил Ос. — Он уверен, что всё у нас в жизни сложилось лучшим образом. И ни в коем случае не должен увидеть Ярика официантом. Это вопрос чести, Варь. Мне тоже придётся разыгрывать успешного бизнесмена. Поможешь?
— Но как мы будем прятать Ярика? Он же тут работает! Он же…
— У тебя очень красивая грудь, — зачем-то невпопад одарил меня комплиментом Ос.
Ну и взгляд опустил именно в район декольте. А потом бесцеремонно приподнял руку и расстегнул две маленькие пуговички на моём платье. Ткань разошлась в стороны, открыв обзор на край белоснежного кружевного лифчика.
— Вот так, солнышко, и ни один нормальный мужчина просто не сможет заставить себя смотреть на какого-то там официанта.
— Ос, это перебор! — зашипела, шокированная его поведением.
И уже хотела застегнуть пуговицы обратно, но этот негодяй поймал мои руки и пристально посмотрел в глаза. В этот момент его взгляд показался мне поистине ледяным, а желание спорить пропало мгновенно.
— Варя, так нужно. Если Ярика узнают, случится катастрофа вселенских масштабов. А нам необходимо во что бы то ни стало этого избежать. Пожалуйста. Я взамен обещаю выполнить любое твоё желание, — продолжал уговаривать Ос, то и дело кидая взгляды в сторону зала.
Я тоже повернулась и, заметив, что эти двое идут прямиком к нам, просто не смогла ответить отказом.
— Хорошо, — кивнула, снова встречаясь взглядами с напряжённым Оскаром. — Помогу, но… я знаю одного из них, — добавила шёпотом, потому что указанные субъекты уже были слишком близко.
— Выкрутимся, — бросил Оскар, явно не придав значения второй части моей фразы. — Главное, чтобы Ярика не увидели, а он уже идёт сюда. Не успеет перебросить наше обслуживание на кого-то другого. Так что не подведи, Варенька. Покажи, как ты умеешь производить впечатление на мужчин.
Не успела я осознать, что именно он просит, как Ос отпустил меня, откинулся на спинку дивана и с вальяжным видом уставился прямо на подошедших к столику гостей.
— Неужели глаза меня не обманывают? — выдал плотный темноволосый тип в светлых брюках и такой же рубашке. — Огарев? Тебя-то как занесло в такую глушь?
— И я рад тебя видеть, Валентин, — ленивым тоном отозвался Ос, нехотя поднимаясь и протягивая знакомому руку. — Отдыхаю здесь. С девушкой.
И тут три пары глаз устремились в мою сторону. Вот только смотрели они не в лицо… а чуть ниже. Именно туда, где призывно торчал краюшек бюстгальтера.
— И как же зовут твою очаровательную спутницу? — поинтересовался знакомый Оскара, так и не отводя взгляда.
— Варвара, — ответил Ос, а его рука снова собственническим жестом обвила мою талию.
В этот самый момент к нашему столику подошёл Ярик, который только сейчас заметил Валентина. Увы, уйти он уже не мог, потому просто старался не поворачиваться к бывшему однокурснику лицом.
К счастью, тот был не на шутку увлечён моей грудью, от которой я как-то даже не ожидала подобной популярности. Ведь и не такая уж она и большая… обычный третий размер. Да и… вообще. Чего так пялиться-то?
— А это мой младший брат, Виктор, — представил Валентин того, кого я и так прекрасно знала.
— Рад познакомиться, господин Огарев. А вот с Варварой мы знакомы, — очень не вовремя отозвался тот, и судя по его тону, радости наша встреча ему не доставила. Более того, Витенька по каким-то причинам был искренне зол.
Видимо, его родственник тоже расслышал эти интонации, и уже хотел повернуться и узнать о причинах такого тона, ну и попутно расспросить об обстоятельствах знакомства, но… рядом с Витей стоял Ярик, который ещё не закончил расстановку блюд, потому пришлось импровизировать.
Чуть поведя плечом, я положила запястье на край стола и немного подалась вперёд. Ракурс обзора груди изменился, став не просто выгодным, а поистине развратным. Но цель оказалась достигнута. Валентин и думать забыл про брата, а в его глазах появился жутковатый блеск.
Я же чувствовала себя бессовестной развратной девкой, которую купили и теперь показывают друзьям. Дескать, «зацените, парни, какую цыпу отхватил». На душе было мерзко, и хотелось только одного — замотаться в паранджу, а лучше встать, отвесить Оскару пощёчину и гордо удалиться.
Он явно хотел добавить ещё что-то, сказать гадость, но почему-то промолчал. Да только его светло-карие глаза так и кричали о скорой мести. Он ведь понял, что я ему соврала про вшей. Блин… и подозреваю, что обиделся. А когда Витя на кого-то обижался, это обычно заканчивалось очень плохо.
Ярик, к счастью, ушёл, и я очень надеялась, что больше сегодня он тут не появится. Но вот мне из-за выходки Оскара теперь до конца вечера придётся сидеть вот с таким кричащим декольте. А может, сделать вид, что не заметила расстегнувшихся пуговичек, и искренне удивиться? Сказать что-то вроде: «Ох, как стыдно!» и застегнуть? Подозреваю, что это будет выглядеть ещё более глупо.
— А вы, как я понимаю, имели очень тесное знакомство? — уточнил Валентин, с трудом оторвавшись от созерцания моего бюста. Обращался он к брату, а тот явно не собирался ничего скрывать.
— Нас с Варей связывало… многое, — с коварной улыбкой ответил Витя. — Представляешь, я даже подумывал на ней жениться. К сожалению, не сложилось.
Теперь Оскар с Валентином смотрели на меня одинаково удивлёнными взглядами, а я не отводила глаз от Виктора, в который раз отмечая, насколько он внешне идеален. Высокий, подтянутый, красивый до неприличия. Не удивительно, что я растаяла, едва его встретив. Это сейчас мне известно, какой он на самом деле, а тогда я видела перед собой настоящего ангела, разве что без крыльев.
— Думаю, всё же к счастью, — ответила, изобразив улыбку. — Наши пути разошлись, и теперь у каждого своя судьба.
— Ну да, — иронично заметил Витя, покосившись на Оскара.
— А мы собирались здесь поужинать, но столиков свободных, увы, нет, — проговорил Валентин, переводя тему.
Ос намёк понял и, естественно, пригласил старого знакомого и его брата присоединиться к нам. Те приглашение приняли, расположились на диванчике напротив нас, вызвали официанта… и к моему облегчению, к столику снова подошла молодая девушка, которая и должна была обслуживать нас изначально. То есть хотя бы относительно Ярика можно было больше не волноваться. Осталось только пережить ужин.
— Оскар, слышал, ты открыл шестой магазин, — проговорил Валентин, сделав заказ. — Всё так же занимаешься строительными материалами?
— Да, — спокойно, как ни в чём не бывало ответил парень, делающий ремонт в моей квартире. — Мне интересно работать в данной области.
— А как же империя твоего родителя? — продолжил интересоваться бывший однокурсник Оса. — Надеюсь, процветает?
— Конечно, — чуть нахмурившись, отозвался Оскар. — Но ты ведь знаешь, что я не имею к его делам никакого отношения.
— Ах, да, — со мешком бросил Валентин. — Ты же у нас парень самостоятельный.
— А тебя как сюда занесло? — перевёл тему Ос.
— У меня родителя живут в этом городе. Я погостить приехал. А как прознал, кто хозяин этого ресторана, решил зайти.
— Воспользоваться привилегией столика Швецова? — зачем-то уточнила я, просто перестав понимать происходящее. А в таких ситуациях держать язык за зубами никогда не умела.
— Да, — улыбнулся брат Виктора, посмотрев на меня с одобрением. — В конце концов, его самого тут точно быть не может. Кстати, — вспомнил, обратившись к Оскару, — как поживает Ярик? Всё никак не может оторваться от своей ненаглядной Касси?
— Он считает, что она без него не сможет существовать, — ответил Ос, как-то странно поглядывая в мою сторону. — Ты же знаешь, что она для него значит.
— Да, — с понимающим видом покивал Валентин. — Слышал, он называет её «моя девочка». Странное отношение к тор…
— Это его дело, — перебил Оскар, зачем-то крепче стиснув мою талию. — Лучше расскажи, как поживаешь? Сумел открыть спорткомплекс, который собирался?
— Всё в процессе, — ответил его старый знакомый, в чьём голосе слышалось искреннее воодушевление. — Здание почти закончено, идут отделочные работы. Сейчас ведутся переговоры по закупке тренажёров и инвентаря.
Он увлечённо рассказывал о своём детище, а мы с Оскаром, наконец, приступили к еде. Вот только есть под тяжёлым осуждающим взглядом Виктора оказалось не так уж приятно. Он смотрел на меня так, будто мы женаты, а я смею изменять ему на его же глазах. И явно хотел сказать мне много неприятных вещей, но пока молчал… из-за брата.
Но я слишком хорошо знала Витеньку. Он не умел быть сдержанным, не видел в этом смысла. Не сдержался и не этот раз…
Когда им принесли их заказы, разговор за столом стих. Но, к моему глубокому сожалению, это тоже продлилось недолго. Где-то на середине трапезы, когда я умудрилась и наесться, и немного расслабиться, у Валентина зазвонил телефон. Извинившись, он поднялся и покинул столик, направившись на улицу. И только стоило ему уйти, как я снова поймала на себе злой взгляд Виктора, который не предвещал ничего хорошего.
— Вижу, Варвара, от вшей ты всё же избавилась, — с напускной ленцой протянул он. — И стричься не пришлось.
Ос подавился кусочком осьминога, который как раз в этот момент пытался проглотить. Закашлялся, и мне пришлось ласково пару раз стукнуть по его спине. Но вот Виктор, казалось, и не заметил этого.
— Избавилась, — ответила, когда Оскар перестал кашлять. — Благо, сейчас существует много средств от этой заразы.
— И нашла себе мужчину побогаче, — хмыкнул Витя, а повернувшись к хмурому Оскару, добавил: — Господин Огарев, простите, если говорю лишнее. Но мне на самом деле до вашего материального положения ещё очень далеко. Да по сравнению с вами, и я, и мой брат — лишь бомжи, живущие под мостом. А Варенька всегда любила деньги.
— Слушай, — прорычала я, понимая, что сейчас моё терпение не просто лопнет — рванёт подобно ядерной бомбе. — Что-то не помню, чтобы хоть когда-то давала повод думать, что неравнодушна к деньгам. Тем более, к чужим.
— И тем не менее, я оказался для тебя слишком беден, — тоном несчастного великомученика ответил Витя, чуть склонив свою светловолосую головушку. — Придумала каких-то там вшей. Так бы и сказала, что встретила куда более выгодного любовника. Я бы понял.
Он с такой уверенностью говорил о богатстве Оскара, что я начала сомневаться в том, кто их них врёт. С одной стороны, и Витя, и Валентин явно были уверены, что Оскар до неприличия богат, но с другой… Ос ведь сам сказал, что лгал бывшему однокурснику по поводу своей материальной обеспеченности. Зачем? Вопрос второй.
— Витенька, моя личная жизнь тебя никоим образом не касается, — холодно протянула я, и уже хотела сказать, что мы с Осом просто друзья, но быстро передумала. Судя по всему, Виктор считает Оскара тем, с кем лучше не ссориться. А значит и ко мне не полезет. По крайней мере, я очень на это надеялась.
— Почему же не касается? — возразил мой бывший ошибочный ухажёр. — Учитывая то, сколько всего между нами было, я имею право беспокоиться о твоём благополучии.
— Благополучие Варвары теперь моя забота, — заявил Оскар, прямо глядя в глаза Виктору. — Я понятно выражаюсь?
— Более чем, господин Огарев, — с ехидной ухмылкой бросил Витя, поднимаясь из-за стола. И хотел демонстративно уйти, но вдруг обернулся и добавил, обращаясь к Осу: — Простите, если сказал что-то не то. Просто Варя очень запала мне в душу. Никак не могу забыть, как она стояла передо мной на коленях, как умело ласкали её губы…
Я всё же не выдержала. Схватила со стола свой бокал с шампанским, поднялась и выплеснула всё содержимое прямо в наглую ухмыляющуюся морду этого козла. Он же настолько опешил, что просто застыл и, подобно рыбе в аквариуме, лишь молча открывал и закрывал рот.
— Уходи, — выдавила я из себя, всеми силами стараясь сохранить невозмутимый вид. — И можешь забыть, что мы с тобой когда-то были знакомы.
Тот хотел ответить, высказать мне всё, что думает и обо мне, и о моём поступке, но снова нарвался на ледяной злой взгляд Оскара, и всё же решил нас покинуть. Уходя, мокрый разгневанный Виктор зацепил край одного из столиков, опрокинув на какого-то парня тарелку с салатом. И, естественно, даже не подумал извиниться или хотя бы остановиться. Он просто ушёл, позабыв и про брата, и про необходимость оплаты заказа.
Почти сразу же к нам подошёл Валентин, который явно не понимал, что случилось с Витенькой. Так Ос ему рассказал. Причём говорил таким тоном, что я попросту удивлённо застыла, а сам Валя побледнел и выглядел явно напуганным.
— Оскар, он дурак. Забудь о нём. Не смог язык за зубами сдержать, — попытался сгладить ситуацию старший родственник Вити. Причём, судя по его виду, всерьёз переживал за благополучие брата.
— Скинь мне его номер телефона, — ледяным тоном приказал (да, именно приказал) Ос.
— Конечно, но…
— Я сам с ним побеседую.
— Ос, он не понимает…
— Сказал, сам с ним поговорю, — отрезал мой наёмный работник.
И мне вдруг показалось, что именно эта его ипостась — настоящая. Что сейчас в таком амплуа властного грозного хозяина жизни он выглядит наиболее правильно. А всё остальное — не больше чем спектакль.
Но зачем ему могло понадобиться разыгрывать из себя бедного несчастного парня? Если он на самом деле богат, то для чего ему делать ремонт в моей квартире? Да и друг у него никакой не олигарх, а обычный официант.
— Варенька, пойдём? — мягким тоном спросил Ос, отвлекая меня от странных мыслей. Потом перевёл взгляд на бывшего однокурсника и добавил: — Валентин заплатит. Ведь так?
— Конечно, Оскар. Заплачу. Не беспокойся, — воодушевлённо затараторил тот. — И номер тебе пришлю. И вообще… приятного вам вечера.
А когда я поднялась, схватил мою ручку, сжал её в ладонях и с надеждой посмотрел мне в глаза.
— Варвара, простите ещё раз моего непутёвого брата. Он иногда бывает совершенно невыносим. Обещаю, больше Витя себе намёков или оскорбительных высказываний в ваш адрес не позволит.
— Я прекрасно знаю Виктора, — ответила, высвобождая свою конечность. — И мне лучше других известно, что оскорблений он не прощает. А я при всех вылила ему на голову шампанское. Думаете, он забудет?
Валентин сглотнул, опасливо покосился на стоящего за моей спиной Оскара, и снова обратился ко мне.
— В этот раз он не сделает ничего. Обещаю вам, Варвара. Если хотите, даже извинится перед вами.
— Спасибо, обойдусь, — буркнула, забирая с дивана свою сумочку и решительно направляясь к выходу.
Брат Виктора явно хотел добавить ещё что-то, но не стал меня догонять. Он утверждал, что всё уладит, но я почему-то ему не верила. И пусть мой поступок был глупым, пусть мне следовало сдержаться, но теперь уже поздно о чём-то жалеть. А возмездие разгневанного Витеньки меня ещё нагонит, и вот тогда действительно всё может обернуться поистине жутко. Для меня.