2
Через полчаса Егор высаживает нас на стоянке у огромного торгового центра «Великий каньон». Я, вообще-то, за свою жизнь повидала немало магазинов, потому что мама занимается последние лет пятнадцать торговлей, но очутившись внутри этого — теряю дар речи.
Он спроектирован так, что магазины и бутики расположены расположенным друг напротив друга по двум стенам высотой в пять этажей. А на дне самого каньона предусмотрена зона отдыха с обилием зелени, фонтанов и маленьких кафе.
— Круто, да? — проникает в ухо голос тети Мадины.
— Ага...
— Я в Стамбуле похожий видела, только там водопад прямо из-под крыши льется.
Схватив меня за руку, тащит к панорамному лифту, а затем ведёт вдоль длинного коридора, по одну сторону которого расположены бутики, а по другую — потрясающий вид на, светящуюся неоном, противоположную сторону и дно каньона.
Не успеваю опомниться, как мы оказываемся в магазине, где тетю Мадину все знают и встречают, как самую желанную гостью.
— Лика, — обращается она к одной из продавцов-консультантов, — Нам надо пару платьев на эту красавицу.
И указывает при этом на меня.
— Но...
— Сейчас подберём, — щебечет радостно Лика.
Если бы это была мама, я бы без разговоров развернулась и свалила отсюда подальше. С тетей Мадиной я позволить себе такого не могу, поэтому, сцепив зубы, молча прохожу в примерочную.
А родительницу вечером ждёт серьёзный разговор.
Дальше начинается бесконечная карусель из платьев, брюк, костюмов, юбок и блузок. Я не успеваю мерить, сбеваюсь со счету и бешусь, потому что мне ничего не нравится.
Всё это, во первых, мне не идёт. А во вторых — за чужой счёт.
Заметив мою кислую мину, тетя Мадина расстраивается.
— Тебе не нравится?
— Непривычно...
Я терпеть не могу платья и юбки. Стоило мне только их надеть, как мама при посторонних начинала концентрировать на этом внимание.
— Валенька, какие у тебя стройные ножки!
— Какая дочка у меня красавица!
— Повезет же кому-то!
Поэтому безопаснее и спокойнее я чувствую себя в джинсах и багги.
— Как я тебя понимаю! — с улыбкой качает головой мамина подруга.
Что? Понимает?...
Даже не пытаюсь сделать вид, что поверила. Для меня тетя Мадина — икона стиля. Эталон женственности и элегантности.
Она одинаково прекрасно выглядит, как в узких брюках-дудочках, так и в вечернем платье. Отлично разбирается в парфюме, косметике и последних веяниях моды.
Как и подобает жене мэра.
— Когда-то я тоже считала, что все это, — обводит рукой вешалки с одеждой. — Не для меня.
— Это не всем идёт...
— Не всем, — легко соглашается, — Но ты, к счастью, в их число не выходишь.
— Ну, да...
В итоге, через полтора часа мы выходим из магазина с тремя объёмными пакетами. Платье-шифт, юбка с блузкой для учебы, и жутко модный костюм, состоящий из узких брюк и укороченного жакета.
Тетя Мадина светится от счастья, я тоже делаю вид, что довольна. Скольжу взглядом по витринам и вдруг замечаю бутик с нижним бельем.
На женском манекене, стоящим в соблазнительной позе у входа, комплект из черного кружева с чулками на подвязках.
У меня есть почти такой же, только без подвязок.
— Зайдём? — спрашивает она, заметив мой интерес.
Я заливаюсю краской. Зачем я вообще туда смотрела?!
Красивое нижнее белье моя слабость, мама это знает и, наверняка, разболтала тёте Мадине.
— Пойдем, — подталкивает она меня к бутику.
Совсем оробев, я послушно переставляю ноги туда, куда она меня ведет.
Оказавшись внутри, ошалело смотрю по сторонам. Такое разнообразие я только в интернет-магазинах видела.
Боди, монокини, корсеты, тедди.
Роскошные пеньюары, комбинации и, о, Боже.... кэтсьюеты и стрепы!
Чувствуя, как горит лицо, не знаю, куда девать глаза.
В торговом центре, где мама торгует обувью, ее подруга тетя Наташа имеет несколько магазинчиков нижнего белья. Я с удовольствием помогала ей, когда был большой приход товара. Задерживалась допоздна, перебирая тончайшее кружево, развешивая откровенные комплекты наряжая манекены в соблазнительные пеньюары.
А за это тетя Наташа разрешала бесплатно выбрать что-нибудь для себя. Так в моей коллекции появились трусики - джоги и бюстье, брифы и красные стринги.
Я, наверное, больная на голову, но вместо трех модных платьев выберу одни трусики из черного кружева.
— Смотри, какая прелесть! — восклицает тетя Мадина, показывая мне на белоснежный комплект с нежно-розовой оторочкой по краю.
Красиво. Но мне кажется, к ее оливковой коже больше подойдет комплект из бюстгальтера с мягкими чашечками и трусиками шортиками лимонного цвета. Фигура позволяет.
— Мне этот больше нравится...
— Давай купим! Иди в примерочную!
— Что?.. Мне? Нет, я вас имела в виду. Мне не надо, — отшучиваюсь я.
— Думаешь? — склонив голову, задумчиво смотрит на белье.
На лице мелькает загадочная улыбка, и я вдруг понимаю, о чем она сейчас думает.
О, Господи...
— Я его примерю, а ты пока выбери что-нибудь для себя, — рукой подзывает консультанта и поворачивается ко мне, — пока не выберешь, мы отсюда не уйдем.
Чтобы успокоить ее, я решаю выбрать себе что-нибудь скромное. Трусики слипы и спортивный бюстгальтер, но когда начинаю перебирать все, что мне предлагает продавец, не могу остановиться.
Я точно озабоченная.
Приходится буквально бить себя по рукам, чтобы остановиться только на относительно скромном комплекте из черного кружева.
— Оу, прекрасный выбор, Валя! — всплескивает тетя Мадина руками, — у тебя есть вкус!
Я лишь пожимаю плечами, но настроение мое значительно улучшилось.
Позже, сидя в кофейне, она пересылает на мне на телефон мои фото в новых нарядах.
— Маме отправь…
— Хорошо. Спасибо, — бормочу смущенно.
— Платье тебе очень идет, — разглядывая экран телефона, проговаривает она, — можно надеть его на вечеринку.
— Какую вечеринку? — настораживаюсь я.
— А Егор тебе разве не сказал? Он хочет познакомить тебя со своими друзьями.
Мне приходится приложить немалые усилия, чтобы не расплескать кофе на белую скатерть.
— О каком Егоре идет речь? — не удерживаюсь от сарказма.
О том самом, что не помнит моего имени? Или который забыл, что я уже почти три недели живу в доме его родителей?
— У них хорошая компания, — как ни в чем ни бывало, продолжает врать тетя Мадина, — он познакомит тебя со своей девочкой, вы обязательно подружитесь…
На миг опустив глаза, вспоминаю ее «Егорчик, я вся горю!» и невольно морщусь.
Мне кажется, я не хочу с ней дружить. И с друзьями его знакомиться – тоже. Более того, я уверена, что это даже идея не тети Мадины, а моей неугомонной мамаши, мечтающей подложить меня под их старшего сына.
Остается надеяться, что сам Кораблин-младший сможет уговорить мать выкинуть эту бредовую идею из головы.
Pov Егор
Немного пригнувшись к рулю, наблюдаю, как Алинка, эффектно виляя булками, идет к своему дому.
Оборачивается через плечо, подмигивает, посылает воздушный поцелуй.
Усмехнувшись, задираю большой палец кверху.
Класс. Впечатлила.
И это я не о жеманстве, а о виртуозно исполненном только что минете. С каждым разом все лучше и лучше. Осталось ее избавить от привычки сосать так, будто она не ела неделю и вот-вот откусит головку, и будет вообще охрененно.
Ночевать решаю ехать к родителям. Алинкины предки живут всего в трех километрах от моих, так что, тащиться сейчас в город смысла не вижу. К тому же, где накормят лучше, чем на кухне родительского дома?
Паркую тачку на подъездной аллее и захожу во двор.
— Егор!!! — визжит Кира и несется ко мне со всех ног.
Я всерьез опасаюсь, как бы эта маленькая торпеда не вылетела с траектории полета, поэтому бегу ей навстречу.
— А-а-а!.. Попалась Кирка!!! — подхватываю малышку на руки и подбрасываю вверх.
Она хохочет, кричит «Еще, еще!!!».
Вообще бесстрашная оторва растет.
— А ну, иди к папе! — раздается со спины голос отца.
Я подкидываю Киру, а батя ловит ее на лету. Обнимает его за шею и тут же лезет с поцелуйчиками. А тот цветет как майская роза.
— Здорово, — жму его руку.
— Привет, в офисе сегодня был?
— Канеш, — хмыкаю я, — кипу доков перелопатил, чуть не ослеп.
— Нашел что-нибудь?
— Нашел, отправил на переделку.
Разворачивается с Кирой на руках и направляется в сторону дома. Я иду следом.
— Тебе следующую неделю здесь пожить придется.
— Почему?
— Мы с мамой решили на море съездить перед тем, как у Кира школа начнется.
— Малые дома остаются?
— С нами едут, — смеется отец, — расслабься…
Ну, тогда, отлично. Можно будет дома тусу замутить. Алинка будет счастлива.
Целую мамину щеку и поднимаюсь к себе. Стягиваю футболку, а джинсы меняю на домашние шорты.
Падаю на кровать и открываю сообщения, которыми Алина завалила меня, пока я три минуты ехал от нее до дома.
«Уже скучаю»
«Мне все понравилось, на языке до сих пор твой вкус»
«Ммм…»
«Ты такой вкусный»
Пока ломаю голову, что на это ответить, в комнату, стукнув два раза, заходит мама. Поправляет шторы на окнах, аккуратно складывает брошенную мной в кресло одежду, а затем садится на край кровати.
— Что случилось? — спрашиваю с улыбкой.
Очевидно же, что не просто так зашла.
— Как дела? — начинает издалека, — папа говорит, ты хорошо справляешься.
— Нормально…
— С Алиной тоже все хорошо? — прочистив горло, спрашивает она.
Машинально сглотнув, прячу телефон с ее пошленькими сообщениями под подушку.
— Мам… давай, не томи.
Мама поворачивается ко мне полубоком, разглаживает покрывало на кровати.
— Познакомишь Валю со своими ребятами?
Блин. Опять эта Валя – Варя. Какого черта мать с ней так носится?
У меня уже только при упоминании их семейки кишки сводит. С детства приходилось терпеть лицемерную подружку матери, теперь ее дочурка у нас прижилась.
— Мам, меня не впутывай!
— Егор, девочка безвылазно сидит в своей комнате…
— Кто ее заставляет? Пусть едет в город, гуляет, где хочет и с кем хочет.
— С кем, Егор? Она же никого здесь не знает!
— А я тут при чем?
— Егор! — повышает мама голос.
— Мама! — копирую ее интонацию.
Она тяжело вздыхает и отворачивается, обхватив себя руками. Типа, обиделась.
А я, типа, ведусь.
— Мам, ну как ты себе это представляешь? — сажусь и, придвинувшись, по-щенячьи кладу подбородок на ее плечо, — ты же знаешь, какие у меня друзья. Она им не понравится.
— Это еще почему? Симпатичная приятная девочка…
— Глухонемая…
— Чего?! Если она не хочет с тобой говорить, значит, ты себя так ведешь…
— Как? Я вообще с ней общался от силы пару раз в жизни.
Мама меняет тактику. Разворачивается ко мне лицом и, обняв за шею, легко массирует затылок.
— Ну, Егор, ну, пожалуйста…
Обреченно стону, а мама, почувствовав слабину, усиливает напор.
— Может, получится у нее с Алиной подружиться. Ей же с вами в одном ВУЗе учиться…
Черт! Черт! Черт!
— Хорошо, но это будет первый и последний раз. Если не успеет ни с кем найти общий язык за этот вечер, это ее проблемы. Нянчиться с ней я не собираюсь.
— Спасибо, сынок! Я в тебе ни секунды не сомневалась!
Я в тебе тоже, мам.
Манипуляторша.
Как только за ней закрывается дверь, я хватаю клубок из носков и швыряю его в стену.
Твою мать! Да нахрена мне это надо?!
Добровольно таскать с собой шпиона матери!
Падаю на подушки и, закинув руки за голову, пялюсь в потолок. Пытаюсь успокоиться и найти выход из ситуации.
Поговорить с этой Валей и попробовать убедить ее самой отказаться от этой идеи?
Получится вряд ли. Если она хоть немного похожа на свою мамашу, то из кожи вон вылезет, лишь бы оказаться в моей компании. Хотя, попытаться стоит, кажется, она пуглива, как мышь.
С намерением освежиться в бассейне, переодеваюсь в купальные плавки и выглядываю в окно на задний двор. Там никого, если не считать торчащих из-под зонтика ног на шезлонге.
Ну, что ж, на ловца и зверь бежит.
Быстро спускаюсь вниз, распахиваю дверь, ведущую на задний двор, и с разбега ныряю в прохладную воду.
Кайф.
После загазованного городского воздуха и душного салона Лексуса, как глоток свежего воздуха. Доплыв до дальнего бортика, разворачиваюсь на спину и разрешаю себе поболтаться на воде в позе морской звезды.
После этого делаю еще один заплыв, вылезаю из бассейна и иду прямиком к девице, упорно делающей вид, что меня не замечает.
— Загораешь? — усевшись на близстоящий шезлонг, интересуюсь мило.
Изо всех сил стараюсь, чтобы в моем голосе не было сарказма, потому что лежит она под зонтиком, да еще в каком-то длинном бесформенном халате. Напялив очки на нос, залипает в телефоне.
Непонятно, зачем вообще сюда выперлась. С таким же успехом можно было и на кровати в комнате полежать.
— Ага…
Так, спокойно, Егор… Чувствуя, как в груди зарождается раздражение, сдержанно выдыхаю.
— Значит, хочешь познакомиться с моими друзьями?
Варя – Валя, наконец, отвлекается от своего смартфона и, слегка задрав брови, с недоумением на меня смотрит.
Ой, блядь, первый раз слышит, ага…
— Я?!
— Ну, ты дурочку-то не включай, — почти по-доброму усмехаюсь я, — я тебя, конечно, могу познакомить, мне не сложно, только будь готова, что ты им не понравишься.
Вижу, как глаза за стеклами очков мгновенно вспыхивают. На шее расцветают алые пятна. Тело словно деревенеет, а пальцы на ногах с перламутровыми розовыми ногтями пожимаются.
Задело ее.
— Это почему же?
Опа! Амеба-то разговаривать умеет! Значит, мне тогда ночью не послышалось.
— Не по формату.
Губы девчонки превращаются в тонкую бледную полоску.
— Так что, скажи моей матери, что сама передумала. Так будет лучше.
С этими словами, уверенный в своем успехе, поднимаюсь, встряхиваю мокрой головой так, чтобы капли забрызгивают ее ноги и, подмигнув, разворачиваюсь, чтобы уйти.
— С удовольствием познакомлюсь с твоими друзьями, — догоняет в спину.
Я ослышался? Обернувшись, напарываюсь на злой взгляд поверх очков.
Бунт?
— Я тебя предупредил, — проговариваю вкрадчиво, перед тем, как зайти в дом.
Возвращаюсь в комнату и звоню Максу, чтобы предупредить, что завтра приду не один.
— Родственница? — переспрашивает с энтузиазмом.
— Дальняя… пятиюродная сестра…
— Да ладно! — ржет он, — первый раз слышу!
— Ага, сам только узнал.
— Красивая хоть?
— Завязывай…
— Ну, какая она?
Какая? Да я даже сейчас, пообщавшись с ней всего пару минут назад, не вспомню ее лица.
— Никакая.