Обочина

Погода была не самой. лучшей. С туманом, мокрыми кедами, тяжёлыми взглядами. Они уснули на тихом часу.

Голос Виолы был тише, чем обычно.
— Похоже, нас правда ищут.

Вика села на кровати, не сразу вспомнив, где она. Сны были какие-то странные: обрывки фраз, лес, Коди рядом, только он был не он. А когда проснулась — в блоке было напряжённо. 

Дверь в комнату открылась без стука. На пороге стояла вожатая Оля — обычно визжащая, сегодня неожиданно спокойная. Это пугало больше, чем кастрюля.

— Все пятеро. Идёмте. Сейчас. Без вопросов.

Они переглянулись, встали. Даже Даня не шутил.

Их завели в кабинет. Маленький, душный, с облупленным шкафом и старым магнитофоном в углу. За столом — не только Оля, но и мужчина в серой рубашке. Лицо — типичное «служебное»: без возраста, без выражения, с ручкой в руках, как с оружием.

— Садитесь, — сказал он. — Фамилии называем по списку.

Они сели.

— Значит так, — начал он, не представляясь. — Вчерашнее мероприятие — игра, командная, по инструкции. Но кое-кто посчитал, что это хорошая возможность... исчезнуть. На полчаса. Во время игры вас не могли найти. Пять человек. Команда. Сговор?

— Мы просто отстали, — тихо сказал Коди. — Сложный участок. Мы пошли в обход.

Мужчина кивнул, будто записал. 
— Понимаю. А вы знаете, что за последние два года здесь пропало двое подростков?

Повисла тишина. 
Даже Даня замер.

— Пропали? — переспросила Вика. — В смысле... совсем?

— Официально — один ушёл домой раньше, второй перевёлся. Неофициально — никто толком не знает. Камеры старые. Записи нет. Свидетелей — ноль. Место — лагерь. Лес. Границы. 
Он посмотрел на них. 
— Вы не подумали, что ваши игры с «побегами» кому-то могут напомнить прошлое?

— Мы не... — начала Виола, но замолчала.

— Мы просто хотели немного свободы, — вдруг сказал Егор. — Здесь давит. 

Мужчина кивнул. Спокойно. 
— Я понимаю. Но имейте в виду: лагерь под наблюдением. Территория нестабильная. Мы не рассказываем об этом детям. Но вам — стоит знать. И ещё... — он наклонился ближе, — если вдруг найдёте что-то странное. Предметы, символы, знаки. Особенно в лесу. Немедленно сообщайте. Не геройствуйте.

Он встал. 
— На сегодня вы — под наблюдением. Без штрафов. Пока. Можете идти.

Они вышли молча. Только на улице Даня выдохнул: 
— Что, чёрт возьми, было?

— Кто этот мужик? — Вика оглянулась. — Он что, из полиции?

— Нет, — Коди покачал головой. — Не коп. Он наблюдатель. Есть такие. В лагерях, в интернатах. Типа психологи, но на самом деле — те, кто смотрит за тем, что не говорят вслух.

— А что не говорят? — спросила Виола. 
Но Коди не ответил.

В тот же вечер они снова вышли — не сбегать, а просто дышать. За старую сцену, где было тихо. Вика села на ступеньки, закурила. Коди рядом. Остальные — чуть поодаль, не мешали.

— Ты думаешь, это правда? — спросила она. — Про пропавших?

— Думаю, да. Но не так, как он сказал.

— А как?

Коди посмотрел в темноту сцены.

— Иногда люди не исчезают. Они просто... перестают быть теми, кем были. Здесь есть что-то. Не мистика. Просто — место, которое меняет. Вынуждает выбирать. Бежать, остаться. Прятаться или говорить.

— А ты что выбрал?

Он повернулся к ней.

— Я выбрал остаться. Пока рядом ты.

Она замерла. И в этот раз — не отвернулась.

Молча, медленно, она коснулась его руки. Он не отдёрнул. Только сжал в ответ.

И на секунду — всё стало тише. Даже сосны замерли.

Это была не любовь. Ещё нет.

Но это было начало. 
А завтра... завтра им покажут карту. Настоящую. С метками. Одной из которых будет — знак совы.

Но об этом они узнают позже. 
Сейчас — просто ночь. Просто двое. Просто лагерь, где исчезают не только дети. 
Но и страх.