Роза Ветров

До обеда я проходила, гадая, почему не видно Лиадора. Накануне он говорил о каком-то подарке, но ни его, ни подарка нигде не было.

Честно говоря, на этот его подарок мне совершенно плевать. Дело и не в нем вовсе. Вспоминая, как он касался меня, я чувствовала, что у меня начинают гореть уши, а внутри зарождалось чувство отвращения. Не к Лиадору, но к его прикосновениям. Мне не хотелось, чтобы он касался меня так, как делал это вчера. И я прекрасно понимала, на что он намекал. От этого мне становилось еще противнее. Я осознавала, что проблема во мне. Он никогда не ставил меня перед выбором и ничего от меня не ждал. Он уважал мои чувства, потому что знал о них все. За это я была ему благодарна.

Я хотела поговорить с ним, но он словно провалился под землю. Я спрашивала у Изабеллы, где он, но та лишь пожимала плечами. Энна тоже не знала. Мы тихо разговаривали с ней в ее спальне, пока я заплетала ее волосы в прическу. В последнее время она доверяла это только мне. Энна выглядела счастливой, хотя я знала, что она переживает из-за Элиаса. А точнее, из-за того, что он абсолютно с ней холоден. Она ни разу не заговаривала о нем, но я чувствовала, как она хотела выплеснуть свою боль. Она хотела, чтоб я выслушала ее. И я могла бы в этом помочь, но слушать о ее страданиях было выше моих сил. В конце концов я и сама находилась не в лучшей ситуации. Просто застряла между двух огней. Вот и выходило, что каждая из нас хотела поделиться друг с другом своими переживаниями, но упорно молчала, не желая выслушивать чужую боль. Две эгоистки.

После обеда я направилась в свои комнаты, не зная, чем себя занять. Энна предложила помузицировать, но я решительно отказалась. Нет, сегодня я не хотела слушать современные модные арии.

Когда я заходила в спальню, меня уже ждал очередной букет цветов, который Дина аккуратно ставила в вазу у кровати. Увидев, как я вхожу, она улыбнулась мне и сделала книксен.

— Господин Лиадор просил передать вам, что ждет вас в парке, леди.

Неужели? Объявился, значит. На улице сгущались сумерки, а он тащит меня в парк.

Я накинула плащ, отороченный мехом, и быстро зашагала вдоль парковых дорожек. Хотя солнце уже вовсю грело днем, по вечерам все еще было холодно. Я теплее запахнула плащ и накинула капюшон. Как же хотелось настоящего летнего тепла.

— Тебе не кажется, что уже поздновато для прогулок по парку? — Спросила я, подойдя к ожидавшему меня Лиадору.

— Самое время, по-моему.

Меня тут же затошнило от идеи идти по лесу в полной темноте и лютый холод. Но Лиадора, кажется, все устраивало. Я зажгла над нами светляк. Хоть что-то будет освещать дорогу.

— Где ты пропадал весь день? — Бесцветно спросила я, держась за его локоть, чтобы не свалиться в полумраке.

— Тебе правда интересно?

Я почти не видела его лица, но точно знала, что он улыбается.

— На самом деле, нет. Мне все равно.

— Говоришь, словно жена, которая ругает меня за то, что я опоздал на ужин. Мне даже нравится. — Он резко схватил меня за талию, предотвращая мое очередное падение. — Я ездил за одной вещью.

Я промолчала. Вообще-то, мне было неинтересно, за какой вещью он там ездил. Больше меня интересовало, почему мы идем к домику на дереве так поздно. Этот вопрос я и задала Лиадору.

— Как ты понимаешь, я только вернулся и мне не терпелось увидеть тебя. Потому и встретились так поздно.

— А завтра было совершенно невозможно увидеться?

— Именно, леди Старнар. Я бы не смог дожить до завтра. Каждую ночь ты мучаешь меня во сне, приходя в мою спальню в ночной сорочке.

У меня загорелись щеки. Конечно, он просто издевался, но в его голосе не звучала насмешка. Мне показалось, что он говорит совершенно серьезно. О Святые, когда мы уже придем?

Я забралась наверх и открыла дверь домика. Вслед за мной залез Лиадор. Мы вошли внутрь. Я сразу принялась зажигать свечи, а он — занавешивать темные шторы, чтобы в лес не просачивался свет из окон.

— Так зачем мы пришли сюда? — Снова спросила я, устраиваясь на полу на мягком ковре.

— Потому что я скучал по тебе и хотел побыть с тобой вдвоем, — ответил он с улыбкой, тоже присаживаясь на пол.

— Лиадор, я серьезно. Если кто-то заметит мое отсутствие так поздно, поднимется шумиха.

— Не поднимется. Все знают, что ты можешь быть где-то так поздно только со мной. — Он расстегнул свой плащ и достал из внутреннего кармана маленькую шкатулочку.

У меня в ушах забарабанило собственное сердце. Он открыл ее, вытащил оттуда блестящий кулон на цепочке и протянул мне.

— Это тебе. Тот подарок, который я обещал. Хотя, я думаю, тебе больше интересны спрятанные шкатулки у меня в спальне.

Опять он про это напомнил. И почему он так любит издеваться надо мной?

Я осторожно взяла подвеску и внимательно посмотрела на нее. Это оказался медальон с печатью герба дома Эвенвуд. Дуб и скрещенные мечи. Трясущимися то ли от холода, то ли от смятения пальцами я открыла медальон. Внутри он был пуст.

— Отныне ты тоже Эвенвуд, Рейна, и вправе носить наш герб. Ты можешь положить в медальон все, что для тебя ценно.

Во мне заметался целый ураган эмоций. Это поистине невероятный подарок. Раньше я принадлежала к роду Эвенвуд только формально, но этот медальон давал мне право считаться полноправным членом семьи и носить настоящий титул графини Эвенвуд. Я растерянно посмотрела на Лиадора. Он ответил мне нежным взглядом. Почему он столько делает для меня? Почему? И почему я не в силах дать ему то, что он желает? Мне ни разу не пришлось сомневаться в своих чувствах к Элиасу, но порой Лиадор затмевал его образ в моей голове. Как сейчас. Он делал для меня все, уважал мой выбор, ценил мое мнение. Никогда не считал меня чужаком, он принимал меня такой, какая я есть. Он всегда пытался сделать меня счастливой. Эти размышления с болью отзывались в моей душе. В голове пронеслась дикая мысль, что я хочу поцеловать его. Но она тут же сгорела в воспоминаниях об Элиасе. Нет, я бы не смогла этого сделать. Но мне безумно хотелось хоть как-то отблагодарить его.

Я встала и погасила все свечи в домике. До боли сжала медальон в руке и села обратно, очень близко к Лиадору. Я дотронулась до его щеки и услышала, как быстро и отрывисто он дышит. Он накрыл мою руку своей и прильнул к моей ладони с болезненной нежностью.

— Закрой глаза, Лиадор, — прошептала я ему на ухо.

Наступила тишина. Я слышала, как колотятся наши сердца, почти в унисон. Я знала, чего он желал, но не могла ему этого дать.

Я надела цепочку ему на шею и вложила медальон в его руку.

— Теперь открывай, — снова прошептала я. Отчего-то приблизилась к нему слишком близко, почти дотронувшись губами до его виска.

Его дыхание стало тяжелым и глубоким, я чувствовала его жар. Я открыла медальон, лежащий в его руке, и домик озарил мягкий свет моей магии. Он бросился на стены переливающимися бликами и засиял, как маленькие солнца. На потолке и стенах отражались его теплые блики, словно сотни крохотных звездочек. Я увидела лицо Лиадора. Он вопросительно смотрел на меня.

— Это мой свет. И я хочу, чтобы он всегда был с тобой. Он не погаснет даже в самую темную ночь, даже в самый яркий день. Он согреет тебе сердце, когда меня не будет рядом. И осветит дорогу в долгие зимние ночи. Он будет с тобой. Всегда. Пока ты сам не захочешь его погасить.

Я улыбнулась. Лиадор поднял голову вверх, смотря как потолок сияет, освещенный крохотными огоньками. Все вокруг казалось ему таким необычным, сказочным. Я читала огромное удивление в его синих глазах. Он тихо засмеялся, наблюдая, как огоньки медленно пляшут, переходя от потолка к стенам и обратно. Я смотрела, как он радуется, точно ребенок. У меня на душе стало тепло и спокойно. Это единственное, что я в силах подарить ему. Мне хотелось смеяться над забавными светлячками вместе с ним.

Затем его взгляд остановился на мне. Мое сердце ухнуло куда-то в желудок, ладони тут же вспотели. Мне стало не по себе, потому что таким взглядом на меня смотрел только Элиас. Щеки горели беспощадным пламенем, хотелось крикнуть ему: «Отвернись, не смотри на меня так!», но я не могла вымолвить ни слова. Я просто смотрела ему в глаза и пыталась понять, что он хочет сделать.

Проходили секунды, но Лиадор молчал. Он не двигался, лишь только его взгляд блуждал по моему лицу, надолго застывая на губах. Я ждала. Не знаю чего. И тоже не двигалась. Мне было не страшно, я точно знала, что он ничего не позволит себе без моего разрешения.

Наконец он приблизился ко мне вплотную, почти коснувшись своими губами моих. Я подумала, что Лиадор сейчас поцелует меня, но он не сделал этого. Я незаметно выдохнула.

— Я люблю тебя, Рейна, — сказал он, касаясь пальцем моей скулы. — Люблю тебя так сильно, что мне больно каждый день видеть тебя. Но не видеть — еще больнее. Я не хотел говорить тебе этого, но ты вынудила меня. Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко, потому и не собирался говорить ничего подобного. Я не хотел ставить тебя перед выбором. Я бы и дальше продолжал молчать, но сейчас не смог сделать этого. Я люблю тебя. Безумно. Безусловно. Я не могу жить без тебя, не могу спать, дышать. Мне тяжело сдерживать свои желания, когда ты рядом, когда я могу прикоснуться к тебе. У меня перехватывает дыхание всякий раз, когда я вижу тебя. А ты даже этого не замечаешь. Но я все знаю. Знаю, кто забрал твое сердце. И потому я одновременно ненавижу его и завидую ему. Не думай, что я просто так сдамся. Потому что я люблю тебя. Всю тебя. От кончиков твоих прекрасных волос до подола платья. Я люблю тебя. Я готов шептать тебе на ухо об этом каждую секунду. Как же я мечтал тебе это сказать.

Я слушала его, пытаясь собрать свое расколотое на куски сердце. То, как он говорил это, заставило желание поцеловать его вновь вернуться. Но оно осталось ненастоящим, это была лишь яркая, но неправильная эмоция. Я понимала, что, на самом деле, этого не хочу. В этот момент мне до ломки в костях хотелось увидеть Элиаса. Слушать Лиадора было пыткой для меня. Я знала, что он любит меня, но всегда была уверена, что не услышу это от него. Видимо, он сам не ожидал, что скажет.

Я резко поднялась с пола. Лиадор захлопнул медальон, и комнатку поглотила чернота. Я снова зажгла светляк и собралась убежать отсюда как можно скорее.

— Рейна, подожди. — Лиадор быстро спустился за мной на землю и схватил меня за руку. Я не могла даже поднять на него взгляд. — Я никогда не заберу своих слов обратно, пойми это. Но это не значит, что я готов отпустить тебя просто так.

До поместья мы шли молча. Да и что тут было говорить? Между нами повис такой плотный туман неловкости, что его можно было резать ножом.

Когда мы раздевались в холле, ко мне побежала возбужденная Энна. Она схватила меня за руки и энергично затрясла их.

— Где вы были? Элиас Дальгар с матушкой у нас в гостях! А вы оба куда-то провалились.

Руки продолжали трястись, только уже без помощи Энны. Я посмотрела на Лиадора. Выражение его лица оставалось абсолютно спокойным, как будто несколько минут назад он не признавался мне в страстной любви. Его синие глаза внимательно посмотрели на меня. В них на мгновение пронесся огонек печали.

Мы вдвоем вошли в гостиную, где сидела вся семья вместе с гостями. Увидев меня, Элиас тут же подошел и нежно поцеловал мою руку. Мне хотелось остаться с ним наедине, хотелось поцеловать его и крепко обнять. Но сейчас это было невозможно. Я поняла, что он думал о том же.

— Граф Эвенвуд, — обратился он к Лиадору, — я приехал, чтобы поговорить с вами.

Я удивленно вскинула брови и увидела, как Лиадор переменился в лице.

— Пройдемте в мой кабинет, граф Дальгар.

Я так хотела броситься вслед за ними и послушать, о чем они будут говорить, но не могла этого сделать.

Я только проводила их взглядом и присоединилась к Изабелле за карточным столом.