Глава 8. Рейна
Одним Богам известно, какая ярость клокотала во мне! Этот Родель совсем страх потерял, раз тянул ко мне свои склизкие щупальца. И где был в это время Лиадор? Он обещал не отходить от меня ни на шаг, а в итоге исчез после первого танца. Если бы я не сбежала, неизвестно, чем бы все закончилось. Но этого наглеца ничто не могло остановить, навязался проводить меня в сад, чтобы мне стало легче. «Леди Старнар устала от шума. Я провожу ее на прогулку. Разумеется, вместе с компаньонкой», — сказал он. Но я-то знаю, что никакой компаньонки не было и быть не могло.
Я уже слышала, как он, пыхтя, пытался нагнать меня, так что ничего не оставалось, как спрятаться в бельевой комнате. Попав внутрь, я сразу успокоилась. Тут было тихо и темно. Я решила подождать, пока этот индюк вернется в зал, а потом тихо подняться в свою спальню. Я прислушивалась к топоту ног и закрыла глаза. Судя по всему, он ошивался где-то рядом, стук каблуков не прекращался. По крайней мере, здесь он меня точно не найдет.
Но как же я перепугалась, когда дверь резко открылась, а потом также резко захлопнулась. В этот момент я испытала все оттенки ужаса. Не знаю, что двигало мной тогда, страх или ярость, но я сжала ладонь в кулак и со всей силы попыталась нанести удар. Кажется, я попала в цель, потому что костяшки пронзила боль, а до ушей докатился негромкий вскрик. Внезапно бельевую залил свет светляка. Я зажмурилась. Страх все еще накрывал удушающей волной, а костяшки нещадно саднило. Я несмело открыла глаза и увидела перед собой удивительную картину: тот юный граф, сгорбившись, держался за свой нос, из которого капала кровь, словно вода из текущего крана. Страх тут же сменился полным недоумением. Я что, врезала графу по носу? О Святые, да что со мной не так?!
— Это вы! Простите меня... Граф... О, как мне стыдно, дайте я посмотрю, — заголосила я и дотронулась до его руки.
Я даже представить не могла, что теперь будет. Если кто-то узнает, что я ударила графа, мне, наверное, отрубят пальцы. Но что самое страшное — меня запрут дома, как канарейку в клетке, чтобы весь высший свет не снес мне голову в отместку за графа. Я ждала чего угодно: ждала, что он наорет на меня, что начнет угрожать, что, в конце концов, ударит в ответ. Но, в итоге, он просто рассмеялся. Заливисто. От всей души.
Я открыла рот от удивления. Ситуация была донельзя странной: я, стоящая в темной бельевой, пытаясь собрать разрозненные от шока мысли воедино, и граф с расквашенным носом, смеющийся, словно увидел смешную сцену в театре. Мне хотелось провалиться от стыда под землю. Может, встать на колени и начать просить прощения? Нет, этого делать точно не стану. И вообще, если кто-то узнает, что я врезала графу, к нему тоже появятся вопросы. Проще говоря, я пришла к выводу, что ему самому не выгодно рассказывать о том, что произошло. Я немного успокоилась.
— Тяжелая у вас рука... Леди Старнар, — наконец произнес он, шмыгая окровавленным носом.
— Не могу не согласиться, — прошептала я и тут же прикусила язык. А получше не могла что-нибудь придумать?
Граф снова рассмеялся, а я полностью пришла в себя.
— Не знаю, как просить вас о прощении. Мой поступок просто немыслим, ужасен. Я искренне раскаиваюсь в содеянном и молю вас быть милосердным и принять мои извинения. Я просто сгораю от стыда...
Я тараторила и даже не понимала, что несу. Мне было важно говорить хоть что-то.
— Не переживайте, леди Старнар, все в порядке, — заверил граф. — Я даже завидую вашей силе. Знаете, до этого ни у кого не получалось врезать мне так хорошо, как это получилось у вас. Но я бы предпочел, чтобы ваши успехи в искусстве ближнего боя остались нашим секретом.
Я закивала головой.
— Надо смыть с вашего лица кровь. Вы не испачкались?
— Только перчатки. С остальным, вроде, порядок.
Граф посмотрел на меня, и я застыла. Его взгляд просто пригвоздил меня к полу. Не могу описать, что было в нем, слишком много читалось в карих глазах. Проходили секунды, но он все не отрывался от меня, словно пытался разговаривать со мной не голосом, а чувствами. Душа будто бы понимала его, но это понимание не доходило до головы. Я чувствовала его тепло всем телом, от него шла сила, я ощущала полную безопасность. И вдруг осознала — что бы ни произошло, он ни за что не обидит меня. Никогда.
— В оранжерее есть небольшой фонтан. Сейчас она закрыта для посещений, нас там никто не заметит, и вы сможете смыть кровь, — хрипло сказала я. Голос меня больше не слушался.
Граф кивнул.
Как мы прошли незамеченными к оранжерее, я не имею ни малейшего понятия. Как только граф взял меня за руку, все осознанные мысли тут же выветрились из головы. Слава Святым, идти было недалеко. Уже совсем скоро показалась стеклянная витиеватая дверь, за которой находился зимний сад. Внутри стояла темнота, только редкие фонарики горели в цветочных клумбах и немного рассеивали мрак. В центре тихо журчал фонтан. Мы сели на его мраморный бортик, и я снова решила осмотреть нос графа. Перелома, вроде, не было, так что я успокоилась. Только его губы и мужественный подбородок перепачкались в крови.
Я сняла перчатки и окунула одну из них в воду, затем хорошо отжала и повернулась к графу.
— Позволите? — Я спросила, но вовсе не ждала его разрешения.
Я приблизилась к нему и приподняла его подбородок пальцами, повернув больше к свету, исходящего от крошечного фонарика, освещавшего куст гортензии у фонтана. Увидев, что я щурюсь, граф зажег над нами светляк. Я так и думала, что он маг. Сильно же он рискует, используя передо мной магию. А вдруг я бы не стала молчать? Но, видимо, у графа имелось на этот счет другое мнение.
Теплый свет озарил лицо графа, а я стала вытирать кровь своей мокрой перчаткой. Его ровное дыхание я чувствовала на своих щеках, и в моей душе что-то трепетало от того, как он смотрел на меня и как близко находился. Когда я закончила, то попыталась отстраниться и встать, но граф перехватил мою руку, не дав мне сделать этого. Наши взгляды встретились. Не знаю, что происходило между нами в эти секунды, но, клянусь, я понятия не имею, как это можно назвать. Раньше я никогда не испытывала такого. Мне хотелось, чтобы он смотрел на меня так вечно.
Он осторожно коснулся моего лица, а затем потянулся к прическе. Граф вытащил шпильки, и волосы упали мне на плечи. На голове остался лишь серебряный венец. Он дотронулся до темных кончиков и странно улыбнулся. Все это делал он настолько нежно, что моя кожа горела адским пламенем под его пальцами. Граф провел рукой от виска до шеи, а потом коснулся открытых плеч. Я вся покрылась мурашками.
— Рейна... — Отрывисто прошептал он.
Мне тоже так нестерпимо хотелось коснуться и его, но я не позволила себе сделать этого. Нет. Это уже слишком. И это опасно. Нас могут заметить и тогда моя репутация развалиться в труху.
В подтверждение моих слов, где-то недалеко прозвучал мужской голос. Кто-то явно намеревался посетить закрытую оранжерею. Я дернулась, резко поднялась и на негнущихся ногах побежала через розовые кусты к противоположному выходу. Вылетев через комнату для прислуги, я со всей скоростью, на которую только способна, поднялась к себе в спальню и захлопнула дверь.
Боже... Что это было?
Мне потребовалось несколько минут, чтобы восстановить дыхание. Ноги по-прежнему не слушались меня, сердце колотилось так, будто сейчас возьмет и остановится. До кровати я чуть ли не ползла. Я даже не стала раздеваться, только с трудом сняла туфли. Лишь добравшись до постели, я смогла прийти в себя. Меня все еще не отпускало то чувство, которое я испытывала от прикосновений молодого графа. А то, как он произнес мое имя, заставило мучительно потянуть низ живота. Подождите... Я ведь до сих пор не знаю, как его зовут. Какой позор!
Я накрыла горящее лицо руками и забралась под одеяло. Все! Спать! Достаточно на сегодня впечатлений. Провалившись в лихорадочную дрему, через сон я вдруг услышала негромкий шум и уловила тонкий аромат цветов, наполнивший мою спальню.