XVI глава
****
Кира вернулась в класс и тяжело опустилась на место. Внутри всё клокотало, но она заставила себя успокоиться. Ну и чёрт с ним, если не хочет говорить — его дело.
Антон бросил на неё быстрый взгляд, но ничего не сказал. Она только пожала плечами, как бы говоря: «Да ну его».
Полина продолжала смотреть в тетрадь, водя по бумаге ручкой, но Кира видела, как дрожат её пальцы.
Следующие уроки прошли напряжённо. Пятифан не смотрел в её сторону, но пару раз Кира ловила его взгляд — тяжёлый, задумчивый, будто он всё же хотел что-то сказать, но не решался.
Когда прозвенел звонок на большой перерыв, Бяша тут же подскочил.
— Пойдёмте хавать, я с утра ничего не жрал, кроме маминых нервов, — бодро объявил он.
Антон только кивнул, но Кира задержалась, бросив взгляд на Полину.
— Идёшь?
Полина подняла голову. Глаза у неё были уставшие, но она всё же кивнула.
— Да.
Все четверо вышли в коридор, но Кира заметила, что Рома даже не собирался вставать с места.
Бяша, конечно, тоже это увидел.
— Эй, Пятифан, ты чего?
— Не хочу, — коротко бросил Рома.
— Ты чего, в траур впал, что ли? — усмехнулся Бяша, но, увидев выражение лица друга, замолчал.
Кира не стала ничего говорить. Если он хочет сидеть в одиночестве — пусть.
Полина шла рядом с Антоном, немного позади. Она всё ещё выглядела потерянной, и Кира не знала, как с ней говорить.
Когда они дошли до столовой, Бяша первым делом рванул за булками.
— Да у вас тут всё как обычно, а я, значит, страдал, — пробормотал он, хватая сразу две.
Антон спокойно взял чай, сел за стол и только после этого заговорил:
— Сегодня он не придёт в себя.
— Ага, я уже поняла, — буркнула Кира, откусывая бутерброд.
Полина молча смотрела на кружку с чаем.
— Ты... ты как? — наконец спросила Кира, чувствуя, что молчание стало слишком тяжёлым.
Полина медленно подняла взгляд.
— Не знаю, — тихо ответила она.
Кира хотела что-то сказать, но так и не смогла подобрать слов.
Антон вдруг облокотился на стол, серьёзно глядя на Полину:
— Если хочешь, можешь сказать ему всё, что думаешь.
Полина на секунду замерла, но потом снова опустила глаза в чашку.
— Не знаю, что сказать, — прошептала она.
Кира откинулась на спинку стула, раздражённо выдохнув.
— Да ладно вам, — вдруг вмешался Бяша. — Сколько можно страдать? Живы же, целы, давайте уже успокоимся.
Кира фыркнула.
— Легко тебе говорить.
— Ну так я и говорю, — ухмыльнулся он. — Всё будет нормально.
Но Кира не была в этом уверена.
Она украдкой взглянула на Полину и подумала, что если кто-то сейчас и страдает больше всех, так это она.
———
После обеда никто особо не спешил обратно в класс. Полина всё так же молчала, Кира украдкой на неё поглядывала, но не знала, стоит ли сейчас что-то говорить. Бяша, кажется, чувствовал напряжение, но продолжал вести себя по-своему — болтал без умолку, перекидывался с Антоном какими-то короткими фразами.
Когда они вернулись в класс, Рома всё так же сидел на месте, уткнувшись взглядом в стол. Даже не поднял головы, когда они вошли.
— Да ладно, Пятифан, ты так скоро в землю врастёшь, — не удержался Бяша.
Рома никак не отреагировал.
— Ладно, молчи дальше, — пробормотал Бяша и занял своё место.
Кира тяжело опустилась за парту, ощущая, как ноет голова. Этот день тянулся бесконечно.
Когда прозвенел звонок на последний урок, Полина вдруг медленно собрала вещи и тихо сказала:
— Я домой.
Кира удивлённо на неё посмотрела:
— Ты точно хочешь одна идти?
Полина кивнула, но тут вмешался Антон:
— Я провожу.
Полина будто колебалась, но потом всё же кивнула.
— Хорошо...
Кира провела их взглядом, когда они вышли, а потом вновь уставилась в окно.
Весь класс быстро опустел, но Рома всё так же сидел на месте.
Она задумалась, не сказать ли ему что-нибудь, но в итоге решила, что не стоит.
Кира вздохнула, покосилась на Бяшу, но тот уже закинул рюкзак за спину и направился к выходу.
— Ладно, Пятифан, удачи в твоём монашеском уединении, — бросил он через плечо, ухмыляясь.
Рома не ответил.
Кира подождала, пока за Бяшей закроется дверь, а потом всё же медленно поднялась и подошла к Роме.
— Эй.
Он не шевельнулся.
— Слушай, если ты так и будешь сидеть здесь, тебе что, учителя потом ключи от класса отдадут?
Рома наконец поднял голову, и его взгляд был тяжёлым, усталым.
— Тебе-то что? — глухо спросил он.
Кира нахмурилась.
— Да ничего, просто ты выглядишь так, будто мир уже закончился, а ты один остался.
Рома усмехнулся, но как-то горько.
— Может, так и есть.
— Не говори ерунды.
Он снова опустил голову, будто закрываясь.
Кира посмотрела на него ещё секунду, а потом раздражённо выдохнула:
— Ну и сиди тут, раз тебе так нравится.
Развернулась и пошла к двери.
Но когда она уже потянулась к ручке, услышала его голос:
— Кира.
Она остановилась, но не обернулась.
— Что?
Повисло молчание, и на секунду ей даже показалось, что он передумал говорить.
Но потом он тихо сказал:
— Забудь.
Кира сжала зубы.
— Ты, если что, говорить нормально можешь, — бросила она. — А то из тебя слова вытаскивать — как из камня воду.
Она вышла из класса, чувствуя, как внутри что-то неприятно колыхнулось.
Почему-то это «забудь» задело её больше, чем должно было.
——-
Кира быстрым шагом вышла в коридор, но вместо того, чтобы сразу пойти домой, остановилась у окна.
Серый осенний день давил на плечи, словно кто-то невидимый прижимал её к земле.
Она злилась.
Злилась на Рому, который молчит, будто за язык схватили. На себя, потому что вообще подошла к нему. На этот бесконечный день, который, кажется, никогда не кончится.
Кира провела рукой по лицу, потом по волосам, запустила пальцы в пряди, будто пытаясь прийти в себя.
— Баян бы точно что-нибудь сказал, — пробормотала она себе под нос.
Сама не знала, зачем подумала о нём.
Наверное, потому что он никогда не был таким. Никогда не молчал, если хотел что-то сказать.
Её передёрнуло от раздражения.
Плевать.
Она развернулась и пошла по пустому коридору, шаги гулко отдавались от стен.
Рома сам разберётся со своими мыслями.
А она сойдёт с ума, если будет об этом думать.
——
Кира вышла за школьные ворота, натянув на запястья рукава. Осень давила сыростью, воздух был тяжёлый, и небо низкое, серое, будто нависало прямо над ней.
Она шла быстро, будто пыталась убежать от собственных мыслей, но они всё равно догоняли.
Рома...
Раньше он всегда был рядом. Не навязчиво, не так, чтобы раздражать. Просто был.
А теперь – нет.
И от этого было странно.
Кира нахмурилась, засунула руки в карманы.
Он вообще избегает её.
Раньше, если бы что-то случилось, он бы сказал. Пусть грубо, пусть с усмешкой, но сказал бы. А сейчас...
Она вспомнила его взгляд, этот тяжёлый, задумчивый, полный чего-то, что ей сложно было разобрать.
Он даже не смотрит на неё, как раньше.
Не ищет глазами, не огрызается.
И от этого становилось неуютно.
Кира резко остановилась и подняла голову к небу.
Почему её это так волнует?
Она сжала пальцы в кулак.
Рома важен. Он друг. Они столько всего пережили.
Но...
Она покачала головой, срываясь снова на шаг.
Глупости.
Просто она не привыкла, что он так себя ведёт. Вот и всё.
Кира нахмурилась, чувствуя, как что-то неприятное ворочается внутри.
Почему вообще она об этом думает?
Любовь – это не про неё.
Ну, точнее... Она просто никогда не задумывалась об этом всерьёз. Да, иногда бывало – смотришь на кого-то, кто-то нравится, но так, чтобы по-настоящему...
Она даже не знала, как это вообще должно выглядеть.
В фильмах всё понятно – страсть, признания, красивые слова. В книгах тоже – героиня страдает, герой мучается, потом они обязательно друг друга находят.
А у неё что?
Кира мрачно пнула камешек на дороге.
Она не страдает.
Но... если представить, что, например, Рома вообще исчезнет...
От этой мысли у неё неприятно сжалось в груди.
Она попыталась представить, что вот, он больше никогда не будет рядом. Не будет молчаливо стоять рядом, пока она ворчит. Не будет закатывать глаза, когда она что-то говорит. Не будет раздражаться, когда она его толкает.
Будет тишина.
Кира резко остановилась.
Да ну нафиг.
Она вздохнула, подняла голову к серому небу.
Это не значит, что она его любит.
Просто...
Просто привыкла.
Да?
Может, стоит сходить к Баяну? Отвлечься.
В конце концов, именно Рома разбил ему нос. Может, если она увидит Баяна, если поговорит с ним, злость на Пятифана станет сильнее? Может, даже удастся его ненавидеть за это?
Хотя... вряд ли.
Но всё же надежда была.
Кира решительно развернулась и направилась к выходу.
Всё-таки на улице дышалось легче, чем в классе, где всё казалось натянутым и тяжёлым.
Она сунула руки в карманы и быстрым шагом направилась к дому. Баян, скорее всего, был там. Хотя, зная его, мог где-нибудь шататься.
На улице было пасмурно, небо затянули серые облака, и казалось, что вот-вот пойдёт дождь. Кира поёжилась, но не остановилась.
Всё это время в голове крутилась одна и та же мысль: почему Пятифан так себя ведёт?
Он же не первый раз кого-то бил, не первый раз нарывался. Так с чего вдруг теперь этот унылый вид?
Хотя...
Кира скрипнула зубами.
Может, это из-за неё?
Он ведь не хотел, чтобы она узнала. Старался избегать, не смотрел в глаза.
Но почему?
Чувствует вину?
Кира чуть сильнее сжала кулаки в карманах.
— Какого чёрта, — пробормотала она себе под нос.
Этот идиот делает что хочет, а потом ведёт себя так, будто его это сожрало.
Она сама не знала, злилась на него или нет.
Может, злилась.
Но пока ей нужно было думать не об этом.
Она ускорила шаг, не замечая, как её дыхание становится чуть более напряжённым.
⸻
Когда Кира подошла к дому, ей сразу показалось, что внутри кто-то есть.
Дверь была закрыта, но из-за окон пробивался тусклый свет.
Она не стала стучать — просто толкнула дверь и вошла.
В доме было тихо.
— Баян? — позвала она, прислушиваясь.
Ответа не было.
Она прошла вглубь, глянув на лестницу.
— Ты дома, нет?
На этот раз сверху послышался голос:
— Дома.
Кира закатила глаза и быстро поднялась наверх.
Дверь в его комнату была приоткрыта. Она заглянула внутрь.
Баян сидел на кровати, прислонившись к стене. Рядом лежало что-то вроде тряпки, скорее всего, он только что прикладывал её к носу.
— Ну, живой? — бросила Кира, заходя внутрь.
Баян скосил на неё взгляд.
— Ага.
— Нос не отвалился?
— На месте, — он хмыкнул. — Но Рома, конечно, постарался.
Кира нахмурилась, садясь на край кровати.
— Сильно болит?
— Было хуже.
Она смотрела на него, ожидая, что он скажет ещё что-то. Может, начнёт жаловаться. Или злиться.
Но он просто молча сидел.
Кира резко выдохнула:
— Ну и что ты думаешь?
— О чём?
— О нём.
Баян вдруг усмехнулся.
— О Пятифане?
— О ком же ещё.
Он задумчиво повёл плечами.
— Не знаю, малая. Мне вообще-то плевать.
Кира прищурилась.
— Да ладно?
Баян посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то странное.
— Он злится на меня. Он давно на меня злится.
Кира сжала губы.
— Это я поняла.
— Ну так что тут думать? Он хотел меня ударить, он меня ударил. Теперь, наверное, доволен.
Кира смотрела на него, но по выражению лица Баяна было сложно сказать, что он правда не злился.
— Ты точно не бесишься?
Он задумался.
— Нет.
— Ты уверен?
Баян вдруг наклонился ближе, ухмыляясь:
— Ты хочешь, чтобы я злился?
Кира вздрогнула от такого вопроса, но тут же нахмурилась:
— Чего?
— Ну, мало ли. Может, тебе легче было бы, если бы я пошёл ему в морду дал в ответ.
Кира скривилась.
— Не говори ерунды.
Баян снова откинулся на стену.
— Ладно-ладно.
Она смотрела на него ещё несколько секунд, потом выдохнула и откинулась назад, тоже прислоняясь к стене.
— Не знаю, что мне делать с ним.
— С Пятифаном?
Кира кивнула.
Баян на секунду задумался.
— А ты уверена, что вообще что-то должна с ним делать?
Она нахмурилась.
— Что?
— Ну, он ведь сам во всём виноват. Чего ты паришься?
Кира открыла рот, но не смогла ничего ответить.
Она смотрела на Баяна, чувствуя, как внутри неприятно тянет.
Правда ли это?
Должна ли она вообще о нём думать?
Баян усмехнулся, будто увидев её замешательство.
— Расслабься, малая. Всё будет как будет.
Но Кира не была уверена, что всё будет так просто.
Некоторое время они сидели молча. В комнате было тихо, только с улицы доносился шум ветра.
Кира чувствовала, как внутри всё будто сжимается. От злости, от непонимания... Она сама не знала, почему ей так не по себе.
Почему Пятифан так себя ведёт?
Почему она вообще об этом думает?
Она скосила взгляд на Баяна. Он сидел, глядя в потолок, будто вообще ни о чём не переживал.
— Ладно, — наконец сказала она, резко вставая. — Я пойду.
Баян лениво повернул голову.
— Ты только пришла.
— И что?
Он ухмыльнулся.
— Ну давай, иди.
Кира закатила глаза и направилась к двери. Уже выходя, она услышала, как Баян вдруг сказал:
— Малая.
Она остановилась, не оборачиваясь.
— Чего?
— Ты не злишься на него?
Она замерла.
Этот вопрос... Она сама его себе задавала, но так и не нашла ответа.
Она не знала.
Может, злилась.
Может, нет.
Может, ей просто хотелось, чтобы всё было не так.
Кира шумно выдохнула.
— Пока, Баян.
Она захлопнула дверь, не дав ему сказать больше ни слова.
Она не могла выкинуть из головы его слова.
Ты не злишься на него?
Чего он вообще этим добивался?
Она не знала, чего ожидала от Баяна. Может, того, что он разозлится? Начнёт говорить, какой Пятифан мудак?
Но он только усмехался.
Как будто ему и правда было всё равно.
Кира сжала зубы.
А ей?
Она не могла просто так взять и сказать, что ей тоже плевать.
Она шла, не замечая, куда ведут ноги.
Может, ей надо поговорить с ним?
Спросить, какого хрена он вообще творит?
Она покачала головой.
Нет.
Сейчас нет.
Она сама не знала, готова ли она вообще с ним разговаривать.
———
Кира едва успела лечь в кровать, как сон тут же сморил её.
*****