Глава 15.
«Иногда правда — это не то, что тебе сказали. Правда — это то, что ты видишь своими глазами, когда уже поздно закрыть их.»
---
Они шли быстро, не оглядываясь. Школа осталась позади, но тяжесть на душе — нет.
— Что им нужно? — шептала Оля, крепко сжимая лямку рюкзака. — Зачем они приехали?
— Не знаю, — Руслана оглянулась через плечо. — Но они не уехали.
Изабель чувствовала это спиной. Гул моторов, тяжёлый, настойчивый, приближался. Она оглянулась и увидела их — две чёрные «Волги» медленно катились за ними, держась на расстоянии, как хищники, которые не спешат, потому что знают — добыча никуда не денется.
— Бель, — Раиса взяла её за руку. — Спокойно. Не оборачивайся.
— Они едут за нами, — голос Изабель дрожал.
— Я знаю, — Раиса сжала её руку крепче. — Надень капюшон.
Изабель натянула капюшон, спрятала лицо. Оля, поняв без слов, обняла её, прижалась плечом, закрывая собой.
— Идите быстрее, — сказала Руслана, ускоряя шаг.
Но машины уже поравнялись с ними. Двигатели работали на холостых, выхлопные газы стелились по мокрому асфальту. Девочки шли, стараясь не смотреть в сторону тонированных стёкол.
Из передней машины опустилось стекло. Лицо мужчины — крупное, с тяжёлой челюстью и холодными глазами — повернулось к ним.
— Девушки, — голос его был спокойным, но в нём чувствовалась сила, не терпящая возражений. — Не торопитесь.
— Торопимся, — резко ответила Раиса, не сбавляя шага. — Нам некогда.
— Некогда — это понятно, — мужчина усмехнулся. — Но у нас к вам один вопрос.
— Мы не отвечаем на вопросы, — Раиса говорила твёрдо, хотя Изабель чувствовала, как дрожит её рука. — Либо езжайте, либо мы вызываем милицию.
— Милицию? — мужчина хмыкнул, обменялся взглядом с кем-то внутри машины. — Смелая.
— Я серьёзно, — Раиса остановилась, развернулась к машине. — Что вам нужно?
Машины замерли. Тишина на секунду стала плотной, как стена.
— Нам нужна Изабель Россо, — сказал мужчина, и его глаза скользнули по девочкам.
Изабель почувствовала, как кровь отливает от лица. Оля сжала её крепче, будто пыталась защитить своим телом.
— Изабель? — Раиса усмехнулась, и в этой усмешке было что-то вызывающее. — Её здесь нет. Она уже домой пошла. Ей в другую сторону.
— В другую сторону? — мужчина приподнял бровь. — А мы смотрели. Она вышла из школы с вами. Или я ошибаюсь?
— Ошибаетесь, — отрезала Раиса. — Это наша подруга. Она болеет. Мы провожаем её домой.
— Болеет? — в голосе мужчины появилась насмешка. — И как её зовут?
— Не ваше дело, — Раиса взяла Изабель за руку. — Пойдёмте.
Она развернулась, потянула подруг за собой, но из машины уже вышли трое. Высокие, широкоплечие, в чёрных куртках. Они встали на пути, перегораживая дорогу.
— Не спешите, — сказал один из них, тот, что говорил из окна. — Мы просто хотим убедиться.
— В чём? — Раиса загородила Изабель собой.
— В том, что ваша подруга — не та, кого мы ищем.
Он шагнул к ним, и Руслана с Олей инстинктивно сжались, закрывая Изабель. Но мужчина уже подошёл, протянул руку к капюшону.
— Не трогайте её! — крикнула Раиса, но было поздно.
Капюшон упал. Светлые волосы рассыпались по плечам. Изабель подняла глаза и встретилась лицом к лицу с этим человеком. Его холодные серые глаза смотрели на неё с интересом, с чем-то похожим на торжество.
— Изабель Россо, — сказал он, и в его голосе не было вопроса. Только утверждение. — Здравствуйте.
Он улыбнулся — той улыбкой, от которой кровь стынет в жилах. Победной. Холодной.
— Вы нас обманули, девушка, — он повернулся к Раисе. — А это нехорошо.
Раиса сжала кулаки, её лицо было бледным, но глаза горели.
— Чего вы хотите? — спросила она.
— Поговорить, — мужчина перевёл взгляд на Изабель. — Всего лишь поговорить.
— О чём? — Изабель чувствовала, как голос срывается, но заставила себя говорить твёрдо.
— О том, кто наговорил вам чушь про Петра Карасева, — он смотрел на неё, не мигая. — Кто сказал вам то, что вы сказали ему вчера под дождём?
Изабель молчала. Внутри всё сжалось. Она смотрела на этого человека, на его холодные глаза, на его уверенность, и понимала — он не отстанет.
— Неважно, — сказала она тихо. — Это не ваше дело.
— Неважно? — он наклонил голову. — Для нас — очень важно. Кто?
— Я сказала — неважно, — голос Изабель дрожал, но она не отвела взгляд.
— Девочка, — в голосе мужчины появилась сталь. — Я не люблю повторять.
Изабель смотрела на него, и слёзы подступали к глазам. Она сжала кулаки, сделала глубокий вдох и прошептала:
— Да пошли вы.
Тишина повисла в воздухе. Мужчина смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Или на интерес.
— Характерная, — сказал он. — Это хорошо.
Он взял её за руку. Крепко, не больно, но так, что невозможно было вырваться.
— Вам нужно проехать с нами, — сказал он спокойно. — Недалеко.
— Отпустите её! — Раиса схватила Изабель за другую руку, потянула на себя. — Она никуда не поедет!
— Девушка, — мужчина посмотрел на неё. — Не стоит.
— Я сказала — отпустите! — Раиса дёрнула сильнее. — Я занимаюсь тхэквондо, и если вы сейчас же не...
Она не договорила. Мужчины переглянулись, и один из них усмехнулся. Усмешка была не злой, скорее снисходительной.
— Милые дамы, — сказал тот, что держал Изабель. — Мы вынуждены забрать вашу подругу. Всего на час. С ней ничего не случится.
— Не вынуждены! — Раиса встала между ним и Изабель. — Вы не имеете права!
— Имеем, — тихо сказал он. — И вы это знаете.
Он кивнул своим, и двое других шагнули вперёд, чтобы оттеснить Раису. Но она не отступала. Она стояла, как стена, и её глаза метали молнии.
— Не подходите! — крикнула она. — Я сказала — нет!
Руслана и Оля, не сговариваясь, шагнули вперёд. Оля встала рядом с Раисой, Руслана — с другой стороны. Трое против двух.
— Вы чего? — один из мужчин удивился. — Мы же ничего плохого...
— Отойдите от неё! — Раиса кричала, и в её голосе было что-то, что заставило мужчин на секунду замереть.
— Рая, — Изабель рванулась, выдернула руку из захвата и встала рядом с подругой. — Не надо.
— Надо! — Раиса не смотрела на неё. — Они не посмеют!
Мужчины смотрели на эту картину. Четыре девушки, вставшие плечом к плечу, готовые защищать подругу. В их глазах мелькнуло что-то — уважение, может быть, или непонимание.
— Ладно, — сказал тот, что держал Изабель. — Мы не будем применять силу.
Он отступил на шаг, и его люди сделали то же самое.
— Но, — он посмотрел на Раису. — Она может поехать еще в кое-каком случае.
— В каком? — спросила Раиса.
— Если поедешь с ней.
Тишина. Раиса смотрела на него, и в её глазах боролись страх и решимость.
— Хорошо, — сказала она. — Я поеду.
— Рая... — начала Изабель.
— Молчи, — Раиса взяла её за руку. — Вместе или никак.
Мужчина кивнул, открыл дверцу машины.
— Прошу.
Раиса повернулась к Руслане и Оле.
— Вы идите домой, — сказала она. — И никому ничего не говорите. Мы скоро вернёмся.
— Но... — начала Оля.
— Мы скоро вернёмся, — повторила Раиса, и в её голосе было что-то, что не терпело возражений.
Руслана кивнула, обняла Изабель.
— Будьте осторожны, — прошептала она.
— Мы будем, — ответила Изабель.
Они сели в машину. Внутри было просторно, пахло кожей и дорогим табаком. Мужчины сели спереди, двигатель заурчал.
Изабель и Раиса сидели на заднем сиденье, держась за руки, и смотрели в окно. Город проплывал мимо — дома, деревья, редкие прохожие. Всё было серым, мокрым, чужим.
— Всё будет хорошо, — прошептала Раиса.
Изабель кивнула, но внутри неё всё сжималось. Она знала, куда они едут.
---
Особняк встретил их тишиной и холодом. Высокий забор, кованые ворота, старые деревья — всё то же, что и в прошлый раз. Но сейчас Изабель смотрела на это с ужасом.
— Выходите, — сказал мужчина, открывая дверцу.
Они вышли. Ноги Изабель дрожали, но она держалась. Раиса шла рядом, сжав её руку, и её лицо было решительным.
Охранник открыл дверь, и они вошли.
В доме было тихо. Горел камин, на столе стояла бутылка просекко и два бокала. Изабель смотрела на это, и внутри неё всё переворачивалось.
А потом она услышала шаги.
Мягкие, неторопливые. Кто-то спускался по лестнице.
Изабель подняла глаза и замерла.
Умка.
Она была в шёлковом халате, волосы растрёпаны, лицо расслабленное, почти счастливое. В руке она держала пустой бокал. Она не сразу заметила их. Когда заметила — замерла на середине лестницы.
— Белли? — удивилась она. — Что ты... зачем ты здесь?
— Это ты нам скажи, — Раиса шагнула вперёд, заслоняя Изабель. — Ты что здесь делаешь? В таком виде?
Умка посмотрела на свой халат, на бокал, и её лицо изменилось. На нём появилось что-то, чего Изабель никогда раньше не видела. Стыд? Или вызов?
— Я... — начала она.
— Умка! — голос Пети прозвучал из кухни. — Иди сюда.
Она вздрогнула, но не пошла. Только смотрела на Изабель, и в её глазах было что-то, что Изабель не могла понять.
Из кухни вышел он.
Он был в простой футболке и джинсах, босиком, с чашкой кофе в руке. Увидел Изабель — и замер.
Кофе едва не выпал из рук.
— Белли? — его голос был хриплым. — Что ты...
Они смотрели друг на друга. Она — бледная, с мокрыми глазами, в капюшоне, который съехал на плечи. Он — растерянный, с тёмными кругами под глазами, с чашкой, которая дрожала в руке.
В комнате повисла тишина. Раиса смотрела на эту картину и не понимала ничего. Умка стояла на лестнице, сжимая бокал, и её лицо было белым как мел.
В дверях появились мужчины, которые привезли их.
— Шеф, — сказал тот, что разговаривал с Раисой. — Мы привели её. Как вы и просили.
Петя повернулся к нему, и в его глазах было что-то, от чего мужчина сделал шаг назад.
— Я просил? — голос Пети был тихим, но в нём чувствовалась такая сила, что все замерли. — Я просил найти того, кто наговорил ей чушь про меня. Я просил найти того, кто отстранил её. А не привозить её сюда, как... как...
Он не договорил. Его взгляд скользнул по Умке, по её халату, по бокалу, по лицу, которое вдруг стало виноватым.
— Умка, — сказал он, и в его голосе не было вопроса. — Это ты?
Она не ответила. Смотрела на него, и в её глазах были слёзы.
— Ты сказала ей? — он шагнул к ней. — Ты?
— Я хотела... — начала она, но голос сорвался.
— Что ты хотела? — он был уже рядом, и его голос дрожал. — Что?
— Я хотела, чтобы ты был только моим, — прошептала она. — Я думала, если она уйдёт... если она не захочет тебя видеть...
Петя смотрел на неё, и на его лице была такая боль, что Изабель почувствовала, как у неё самой сжимается сердце.
— Умка, — сказал он. — Зачем?
— Потому что я люблю тебя, — она вытерла слёзы. — Потому что я не могу смотреть, как ты смотришь на неё. Как ты ищешь её. Как ты... как ты забываешь обо мне.
— Я не забывал о тебе, — он провёл рукой по лицу. — Но это... это было не твоё решение.
— А чьё? — она смотрела на него, и в её глазах была боль. — Твоё? Ты бы когда-нибудь сказал ей правду? Ты бы когда-нибудь перестал искать её?
Петя молчал.
Изабель стояла, смотрела на эту сцену, и внутри неё всё рушилось. Она отшатнулась назад, наткнулась на Раису.
— Всё в порядке? — Раиса схватила её за руку.
— Мне нужно идти, — прошептала Изабель. — Сейчас. Немедленно.
Она развернулась и пошла к выходу. Раиса за ней. Они выбежали на улицу, и холодный воздух ударил в лицо, заставил сделать глубокий вдох.
— Бель, — Раиса бежала за ней. — Подожди!
Но Изабель не останавливалась. Она бежала, не разбирая дороги, к воротам, к свободе, от этого дома, от этих людей, от этой правды, которая разрывала её на части.
— Белли!
Голос Пети. Она обернулась — он бежал за ней, босиком, по мокрому асфальту, в одной футболке и штанах. Раиса отстала, не могла дышать, и Изабель осталась одна.
— Остановись! — крикнул он. — Пожалуйста!
Она бежала, но он был быстрее. Он догнал её, схватил за руку, развернул к себе.
— Отпусти! — крикнула она, пытаясь вырваться. — Не трогай меня!
— Нет, — он держал её, не отпускал. — Выслушай меня.
— Что слушать? — она смотрела на него, и слёзы текли по щекам. — Что ты не знал? Что ты не хотел? Что ты...
— Что я не знал, — перебил он. — Что я не хотел, чтобы ты пострадала. Что я... Белли, я не знал. Я не просил, чтобы тебя привозили. Я не хотел, чтобы ты видела это.
— А что ты хотел? — она смотрела на него, и в её глазах была боль. — Чтобы я верила тебе? Чтобы я ждала? Чтобы я...
— Чтобы ты знала правду, — он сжал её руку. — Всю правду. Да, я делаю то, что делаю. Да, у меня есть люди, есть дела, есть всё, что ты обо мне слышала. Но это не значит, что я... не значит, что ты мне не нужна.
— Не нужна? — она усмехнулась сквозь слёзы. — Я тебе нужна? Зачем?
— Не знаю, — он провёл рукой по её щеке, вытирая слезу. — Я не знаю, зачем. Но ты застряла у меня в голове. Я вижу тебя, когда закрываю глаза. Я слышу твой голос, когда вокруг тихо. Я не могу... не могу забыть тебя.
Она смотрела на него, и внутри неё боролись боль и что-то ещё, чему она не могла дать название.
— Почему? — прошептала она. — Почему я?
— Не знаю, — он взял её за руку, и его пальцы были холодными. — Но это как... как нить. Кто-то связал нас, и я не могу её разорвать.
Она почувствовала тепло его рук. И боль в сердце, которая была там всё это время, вдруг стала тише. Не ушла, но стала легче.
— Петя, — сказала она. — Я не могу. Я не могу быть там, где Умка. Я не могу...
— Я знаю, — он кивнул. — Я знаю.
Она увидела Раису — подруга стояла у ворот, смотрела на них, и в её глазах было беспокойство. Изабель вырвала руку, отошла на шаг.
— Тебе пора, — сказала она, не глядя на него. — Тебя ждут.
— Белли...
— Тебя ждут, — повторила она, и в её голосе была такая боль, что он замолчал.
Раиса подошла, обняла подругу за плечи.
— Пойдём, — сказала она. — Пойдём домой.
Они пошли, и Изабель не оборачивалась. Она чувствовала его взгляд на своей спине, но не оборачивалась.
— Петя, — голос Раисы прозвучал резко. — Вас ждёт Умка. Пора сделать выбор.
Она обняла Изабель, и они ушли.
---
Дома было пусто. Мама у бабушки, Лука в университете, Лукреция, наверное, ещё спит или уехала по делам. Изабель зашла в прихожую, прислонилась к стене и медленно сползла вниз.
— Бель, — Раиса опустилась рядом. — Не надо.
— За что? — прошептала Изабель. — За что мне это? Что я сделала? Почему я должна страдать?
Слёзы хлынули потоком. Она рыдала, закрыв лицо руками, и не могла остановиться. Раиса обняла её, прижала к себе, гладила по голове.
— Тише, — шептала она. — Тише. Всё пройдёт. Я здесь. Я с тобой.
— Почему? — Изабель подняла на неё мокрые глаза. — Почему она так поступила? Она же... она знала. Она знала, что я... что он...
— Не думай о ней, — Раиса вытерла её слёзы. — Не думай о нём. Думай о себе.
— Я не могу, — Изабель покачала головой. — Я не могу не думать. Он в моей голове. Всё время. Я вижу его, когда закрываю глаза. Я слышу его голос. Я... я не понимаю, что это.
— Это называется чувства, — тихо сказала Раиса. — Дурацкие, противные, которые делают больно.
— А у тебя так было? — Изабель посмотрела на неё.
— Было, — Раиса вздохнула. — Когда я только начала встречаться с Серёжей. Я не могла спать, не могла есть. Думала только о нём.
— И что ты сделала?
— Ничего, — Раиса усмехнулась. — Просто ждала. И он пришёл.
— А если он не придёт? — прошептала Изабель.
— Придёт, — Раиса взяла её за руки. — Если чувства настоящие — они не проходят. Они ждут. И ты жди. Но не здесь, не в слезах. Живи. Танцуй. Улыбайся. А он... он сделает свой выбор.
— А если он выберет не меня? — слёзы снова потекли по щекам.
— Тогда это не твой человек, — Раиса обняла её. — Твой человек будет только с тобой.
Они сидели на полу в прихожей, обнявшись, и слёзы постепенно высыхали. Раиса подняла её, повела на кухню. Налила воды, достала успокоительное, дала выпить. Сняла с неё ветровку, повесила в коридоре.
— Пойдём, — сказала она, ведя Изабель в комнату. — Ложись.
— Не хочу, — Изабель покачала головой. — Не могу.
— Тогда поговорим, — Раиса села на кровать, похлопала рядом. — Садись. Рассказывай. Всё.
Изабель села рядом, обхватила колени руками. Смотрела в одну точку на стене и говорила.
— Я не знаю, что со мной происходит, — начала она тихо. — Я никогда не чувствовала ничего подобного. Когда я вижу его, у меня сердце останавливается. Когда он говорит, я забываю, где я. Когда он смотрит на меня... мне кажется, что я единственная на всём свете.
— Это и есть любовь, — тихо сказала Раиса.
— Но это неправильно, — Изабель покачала головой. — Он не такой. Он... он из другого мира. Он убивает, Рая. Он делает то, что я не могу принять. И я не знаю, могу ли я быть с ним после всего, что узнала.
— А ты хочешь быть?
— Не знаю, — Изабель опустила голову. — Часть меня хочет. Часть меня кричит, чтобы я бежала. А часть... часть просто сидит и ждёт. Ждёт, когда он появится. Ждёт, когда скажет, что всё не так. Ждёт, когда выберет меня.
— А если выберет?
— Я не знаю, — прошептала Изабель. — Я боюсь. Боюсь, что сделаю неправильный выбор. Боюсь, что потом будет больно. Боюсь, что не смогу быть с ним, потому что не смогу принять его мир. И боюсь, что не смогу без него, потому что он стал частью меня.
— Бель, — Раиса взяла её за руку. — Послушай меня. Ты сильная. Ты справишься с любым выбором. Но не делай его сейчас. Дай себе время. Пусть всё уляжется.
— А если он не будет ждать?
— Будет, — твёрдо сказала Раиса. — Я видела его лицо, когда он смотрел на тебя. Он будет ждать. Сколько нужно.
Изабель смотрела на неё, и в её глазах была благодарность.
— Спасибо, — прошептала она. — Что ты есть.
— Всегда, — Раиса обняла её. — Я всегда буду рядом.
Они сидели, обнявшись, и в комнате было тихо. Только часы на стене тикали, да где-то за окном начинался дождь.
— Рая, — сказала Изабель. — А что будет дальше?
— Не знаю, — честно ответила Раиса. — Но что бы ни случилось — мы справимся. Вместе.
Изабель кивнула, прижалась к подруге. За окном дождь усилился, и капли стучали по стеклу, как сотни маленьких молоточков. Она смотрела на мокрое окно, на размытые огни города, и думала о том, что этот день изменил всё.
Она узнала правду. Увидела Умку в его доме. Услышала его слова. И поняла, что нить, которая связывает их, не разорвалась. Она стала только сильнее.
И что бы ни случилось — он будет ждать. И она будет ждать. Пока время не покажет, куда ведёт эта странная, невозможная, опасная дорога.
Телефон на столе зазвонил.
Изабель посмотрела на экран. Тот же номер. Тот самый.
— Не бери, — сказала Раиса.
— Я не буду, — Изабель откинулась на подушки.
Телефон замолчал. Через минуту зазвонил снова.
— Упрямый, — усмехнулась Раиса.
— Да, — тихо сказала Изабель, и в её голосе было что-то, что Раиса не могла понять. — Очень.
Телефон замолчал. На экране высветилось сообщение.
Изабель взяла его, прочитала.
«Я сделаю выбор. Дай мне время. Но пока оно не настало — знай, что я думаю только о тебе. П.».
Она смотрела на экран, и внутри неё что-то замерло. А потом, где-то глубоко, в самом сердце, затеплилась надежда. Слабая, хрупкая, но живая.
Она положила телефон на стол, отвернулась к стене.
— Что там? — спросила Раиса.
— Ничего, — прошептала Изабель. — Просто... надежда.
За окном шёл дождь. И где-то в темноте, на другом конце города, кто-то смотрел на её окна и ждал. Ждал, когда время сделает свой выбор.
А она закрыла глаза и представила, что этот дождь когда-нибудь закончится. И выглянет солнце. И она выйдет на улицу, и увидит его. И всё будет хорошо.
Или не будет. Но это уже не важно.
Важно то, что нить не оборвалась. И что у неё есть время. Время, чтобы понять. Чтобы простить. Чтобы решить, готова ли она любить его таким, какой он есть.