Тайна Академии «Донум»

В глаза будто насыпали песку. Не хотелось не только вставать, но и жить, однако громко распахнувшееся окно старательно светило прямо мне в лицо, слепив лучами так, словно оно пыталось мне выжечь глаза. Я окончательно проснулась, удивляясь сколько сил пришлось затратить для такого обычного действия и обнаружила себя возлегающей в куче подушек, по уши замотанной в одеяло, как в кокон.

Возле моих ног спало какое-то странное существо, со стороны напоминающее человека, а сбоку что-то щекотало левую руку и я повернула голову, наблюдая за драконом, который спал, уткнувшись в меня мордочкой и конкретно его усы меня и щекотали. На широком подоконнике покоилось еще одно тело, которое вообще было на мели, чтобы выпасть в ту сторону. Я нахмурилась. 

На прикроватном столике стоял стакан воды и я потянулась к нему рукой, пытаясь достать хотя бы пальцами, чувствуя нездоровую дрожь в суставах, но получилось так, что я опрокинула стакан. Он со звоном разбился об пол и неясное существо, спавшее у моих ног резко вскочило с кровати, а потом ударилось головой об высокий угол постели и взвыло, хватаясь за затылок.

Я тихо засопела, пытаясь не смеяться над муками Александра. Он, словно с бодуна, посмотрел на меня заспанными глазами. Я пока упорно отказывалась думать и разговаривать, а поэтому лишь натянуто смотрела на него в ответ. Брюнет потер глаза и широко зевнул. Так широко, что в этот момент ему в рот вполне мог залететь птеродактиль.

— Доброе утро. — пробормотала Мэй с подоконника, а затем вскочила и закрыла окно, видимо, наконец осознав, что спать на подоконнике зимой - не самая благородная идея.

В ответ я широко зевнула, приподнимаясь на пятую точку. Волосы растрепались, глаза неестественно сверками то черным, то обычным видом и я тут же нахмурилась, наблюдая за неполадками в своем организме.

— Как ты себя чувствуешь? — хриплым после сна голосом спросил Александр.

В ответ я многозначительно кивнула с твердым «да». Александр возмутился и приподнял бровь, а я уже вскочила с постели, вдруг обнаружив интересную вещь. Я была переодета. В чью-то рубашку.

— Это что? — укоризненно спросила я, неистово тыкая на себя пальцем.

— Твоя новая ночнушка. — ответил Алекс.

Я нахмурилась, представляя как они меня переодевали, но потом упорно перестала об этом думать в страхе, что меня стошнит. С невозмутимым лицом я забрала свой сарафан, колготки и гольф, и угрюмо посандалила в ванную, велев им обоим немедленно убраться до момента, когда я закончу мыться. Они умные, повторять два раза не пришлось и поэтому быстро ретировались вон, очень навязчиво сообщив, что вообще-то они меня спасли.

Я бросила одежду на крышку унитаза и замерла, рассматривая черную рубашку, длинной мне по бедра, а потом быстро расстегнула пуговки и попыталась забыть о ее существовании, юркнув в душ. После яда и отравления, душ приносил мне максимум удовольствий. Еще никогда водные процедуры не казались для меня таким наслаждением, как сейчас, но быстро это наслаждение закончилось и надев всю заготовленную мной одежду, я вышла из душа.

Магией ветра, я аккуратно подсушила волосы и надумала сходить погулять. Внезапно я впала в огромную лень и мне не хотелось видеться с кем-то из своих друзей. Понимаю, они меня спасли и всю ночь караулили меня возле кровати, чтобы мне не стало хуже, но! Мой мозг все еще спит и единственное, что я хочу - свежий воздух. 

Я захватила курточку и вышла из спальни, угрюмо спускаясь вниз. Мне несказанно повезло, что я траванулась именно в пятницу, а поэтому отходняк пришелся на выходные. Не пришлось сидеть на уроках и судорожно гадать в какой именно момент меня вырвет. Примерно так и было, когда я на первом курсе отравилась паленым виски. 

— Нонна, доброе утро! — послышался неестественно бодрый голос Конрада, который в академической суматохе схватил меня за руку. Пришлось начать диалог.

— И тебе не хворать. — почти почтительно кивнула я, поворачиваясь к нему всем корпусом, однако Конрад увел меня к окнам в коридоре, чтобы не стоять в центре потока.

— Ты в порядке? С тобой все хорошо? — ласково спрашивал он с широкой улыбкой на лице и я сразу обрадовалась, что он действительно рад меня видеть. 

— Да, все отлично. 

— Но как ты держишься, Нонна? — искренне недоумевал парень. Конрад нежно дотронулся рукой к моей щеке, а затем осторожно завел руку мне в волосы, заправляя их за ухо. — Ты вчера была на грани смерти, а сегодня продолжаешь радоваться как во сне. В чем секрет твоей стойкости?

Кажется, на этот вопрос я и сама не знала ответа.

— Ни в чем. — пожала плечами я, смущенно улыбаясь. — Просто нет смысла раскисать, как просроченное молоко. Случилось и случилось.

Он улыбнулся так искренне, что я буквально влюбилась в белозубую улыбку парня, затем он крепко обнял меня, по-настоящему ценя меня и я обняла его в ответ и кажется, безвозвратно растаяла и растеклась в маленькую розовую лужицу. 

— Слушай, давай вместе сходим куда-нибу...

Он замер, удивленно смотря за мою спину, а потом его щеки стремительно покраснели. Я сначала обрадовалась, думая, что предметом его смущения стала непосредственно я, а потом повернулась назад и увидела Александра, который неприличными жестами намекал Конраду на интимную близость. Парень растерялся и смущенно попрощался со мной, быстро и уверенно теряясь среди студентов. Только я осталась стоять на месте с непроходимым возмущением на лице, понимая одну дикую мысль. Александр уводит у меня парней!!!

— Какого хрена ты подкатываешь к моим мужикам?! — воспылала я, силой толкая его в грудь. — Сначала Джонатан, теперь Конрад! Ты всех мужчин города решил соблазнить, что-ли?!

— Не всех, а только твоих. — с улыбкой на лице ответил он, игриво дотрагиваясь пальцем к моему носу.

— Мы это уже проходили, радужный ты ловелас! Не буду я с тобой встречаться!

— Это мы еще посмотрим. — авторитетно заявил он и мои брови стремительно полезли на лоб. 

— Только когда замерзнет Ад, Александр. — гордо произнесла я и мотнув головой, ушла.

Весь путь я красочно придумала самые жестокие пытки для Алекса. Как он вообще посмел отбивать у меня парней? Что за дурдом? Мысли о жестокой расправе значительно поднимали мне настроение и я решила заскочить в столовую, а потом, увидев знакомую стать, оперативно развернулась на 180 градусов и стартовала бежать. Куда-либо, неважно вообще куда, лишь бы убежать, но не тут то было. Он услышал громкий топот моих ног и побежал следом.

Я вдруг начала размышлять о том, чтобы прыгнуть с окна, но падение с третьего этажа как-то не давало мне уверенности и я продолжила свой галоп вдоль коридоров, пока не врезалась в выбегающего из другого коридора Оливера. Плохо! С грохотом мы упали на пол (я еще кубарем покатилась) и поспешили подняться на ноги. Быстро схватив упавшую шляпу, я снова побежала, как никогда до этого, искренне думая, что у меня вот-вот выпрыгнет сердце.

— А ну стоять!

Громкий голос придал мне некого ускорения и я ловко увернулась от летящих в мою сторону учебников ученика, которого я безграмотно толкнула, чтобы пробиться вперед. Студенты расступились, квадратными глазами наблюдая за погоней и я на всех парах гналась вперед, как ополоумевшая борзая.

Рука парня дотронулась до моей спины, затем меня насильно остановили. Очень уставшая и нервная я повернулась к брату лицом, понимая, что сейчас начнется очеретной концерт. Держа меня за шкирку одной рукой, второй он уперся в колено, переводя дыхание и я уж было хотела двинуть ему ногой в живот, но нога оказалась беспощадно перехвачена рукой. 

Западня!

— Собирай манатки, ты едешь домой. — выпалил он.

Детективный мир рассыпался на моих глазах. Зацепки сгорели в огне предстоящего Рождества и пустующая академия в преддверии праздников быстро сдохла в моих мечтах. Оливер отпустил мою ногу и крепко держа за руку (чтобы я не убежала) повел в спальню, как какого-то провинившегося ребенка. Несколько раз я слезно просила сказать родителям, что я пропала без вести и оставить меня в академии, но брат был неумолим и во всем согласен с предками. Я насупилась, понимая, что Оливер, с которым мы все детство вместе пакостили родителям, вырос и стал предателем. 

— Я никуда не поеду!!! — запрокинув голову, закричала я в потолок, пока он толчками впихивал меня в комнату.

А я наотрез отказывалась заходить, руками и ногами вцепившись в косяк.

— Мама и папа сказали, чтобы я привез тебя домой, но не уточнили в каком состоянии, так что если ты не успокоишься, ты приедешь домой призраком. — проворчал он, активно толкнув меня и не устояв перед силой крупного и взрослого парня, я вывалилась в комнату и упала на пол.

— Ты избил меня! — патетика в моем голосе так и рвалась наружу, доводя брата ну просто до белого каления. — Я расскажу все папе, накатаю на тебя заяву в ментовку, как за домашнее насилие, и сниму побои!

В довесок на меня еще полетела подушка, яростно выброшенная со всем вселенским возмущением Оливера.

— Собирайся, я же от тебя не отстану!

— Я ненавижу тебя, Оливер! Ты предатель! Тьфу на тебя! 

Побежденная, но все еще не покоренная я, грустно достала из-под кровати чемодан и с театральным плачем и всхлипами, принялась собирать вещи. Оливер только и забавлялся, наблюдая за своей победой надо мной, расплоставшись на моей кровати, как лепешка и тихо посмеиваясь. Его тихий и противный хохот пробудил во мне внутреннего Везувия и со всем своим недовольством, я огрела его подушкой. 

— Я придушу тебя! — клятвенно пообещал он, яростно поднимаясь с кровати.

— Не подходи, стрелять буду! 

Я  отбежала в другую часть комнаты, и стала в оборонительную позу, выхватывая учебники из полок, грозясь запустить в него весь арсенал «патронов», но даже не смотря на это, Оливер, словно солдат, ровно шел ко мне и тут началась перестрелка. Я активно забрасывала брата книжками, пока у него не получилось подсечь меня под ноги и с грохотом, я упала на пол. В процессе падения я попыталась схватится рукой за полку и случайно оторвала ее. Книги и все то, что было до этого на полке посыпалось мне на голову и к концу падения, меня огрела эта зловещая полка.

— Черт возьми, сестренка, ты жива там? — обеспокоенно спросил он и аккуратно потормошил меня ногой.

Я пыталась очень качественно изобразить смерть.

— Мама меня убьет. — вдруг запереживал за себя Оливер. За себя!

Скривившись, брат не спеша поднял полку с меня, а потом не поверил моему спектаклю и сгреб все книги в сторону, за шкирку поднимая меня на ноги. Пришлось чудесным образом воскреснуть и продолжать собираться, борясь с сильным желанием прописать Оливеру под зад коленкой, пока он, грязно ругаясь, пытался повесить полку на место.

На кипишь сразу прибежал непонятно где пропадавший Айк и сразу обрадовался новости, что на зимние каникулы он едет домой и поэтому подписал соглашение с моим братом, вступая с ним в некий протекторат, целью которого было повергнуть сильную и независимую меня. Я запыхтела и... коладнула в сторону дракона, из-за чего у него на лбу выросла красивая прядь синих волос, заплелась в косичку и упала на нос. Оливер расхохотался, смотря как дракон устремил взгляд глаз на косичку, а затем аккуратно пощупал ее лапками и истошно заорал.

В центре всего этого бедлама я чувствовала себя уже более отомщенной, а поэтому, уселась сверху на чемодан, чтобы застегнуть его. Оливер уже непонятно каким образом справился с полкой и подошел ко мне, отгоняя меня от чемодана, как надоедливую муху. Я засопела, патетически складывая руки на груди. Иш ты, герой-воитель! Ну попробуй сам закрыть чемодан, дурак!

И он, прижав крышку одной рукой, а второй быстрым движением застегивая замочек, закрыл чемодан, после чего самодовольно мне улыбнулся и как джентльмен понес мой груз, второй рукой держа мою руку. Я очень качественно вырывалась, пока спускалась по лестнице, но когда Оливер отвесил мне подзатыльник, сдалась, окончательно поникнув.

Выйдя из академии, я увидела знакомую машину и начала корить себя за то, что я взяла шестерку, а не автомобиль Оливера. Сейчас бы его ненаглядная машина догорала где-то в овраге и начинающий бизнесмен ездил бы на работу на старой шестерке отца.

Какая прелесть! Почему я сразу до этого не додумалась?

Пока Оливер грузил мой чемодан в багажник, я обидчиво стояла в стороне и писала грустное сообщение в групповой чат, что меня украл маньяк. Друзья сразу заволновались и начали четко меня расспрашивать, но быстро послали меня на три буквы, как только я любезно объяснила им, что брат забирает меня домой на зимние каникулы.

— Я тоже уезжаю. — ответила мне Мэй.

— Как и я. — написал следом и Конрад.

— Я остаюсь, родители уехали в другой город по делам. — ответил Юджин и я вдруг впала в резкую подозрительность.

— А ты, Александр? Тебя родители не забирают домой на каникулы? — спросила я, угнетающе наставив огромное количество вопросительных знаков.

— Не забирают. — спокойно ответил он, поставив еще и угрожающую точку в конце сообщения.

— Земля вызывает чудо в перьях! — вскрикнул брат мне прямо в ухо и я с визгом выронила телефон, из-за чего послышался хохот дракона. — Доложи состояние на орбите!

— Знаешь, Оливер, мозг человека на 80% состоит из жидкости. У многих - из тормозной, но тебе даже конкретно не долили, идиот! — я нагнулась, поднимая телефон.

— Ага, не надо тут трогать мои достоинства своими недостатками. А лучше садись в машину, мелочь.

Оливер галантно открыл дверцу переднего сидения и с еле заметным реверансом пригласил меня внутрь. Я, как китаец, сложила ручки и поклонилась, медленно усаживаясь на сидение, но потом галантность моего брата быстро улетучилась и он недовольно затолкал меня внутрь, хлопая дверью.

Брюнет вместе с Айком обошел автомобиль и в мою голову внезапно посетила мысль о побеге. Пока Оливер садился за руль, я быстро открыла дверь и поспешила убежать.

— Несанкционированный побег! — предательски завопил Айк с заднего сидения и Оливер рывком схватил меня за штаны.

— Не в мою смену! — азартно выкрикнул он и утянул меня обратно, быстро заблокировав двери.

Я обиженно засопела и сложила руки на груди, смотря как академия медленно отдаляется от меня и понимая, что каникулы пройдут без моих друзей, в полной скукотище.