Тайна Академии «Донум»

В глухом лесу наступила непроходимая тишина, в которой не было слышно ни единого звука, словно в один миг мир остановился, замер, подобно парам горячего дыхания вырывающегося из-зо рта русоволосого парня. Ресницы его слабо подрагивают, грудная клетка практически не поднимается, но что-то извне заставляет его организм начать работать и плотно сомкнутые веки медленно открываются, показывая янтарные, затуманенные глаза.

В пяти метрах от машины лежит еще один пострадавший. Он медленно открывает веки и голубые глаза парня туго смотрят в небо, а затем внутри возгорает пожар тревоги и плотно сомкнув зубы, он приподымается и с горечью смотрит на разбившейся автомобиль. Стекла все выбиты, осколки заполонили всю землю в радиусе метра от машины, а из-под капота вырывается густой черный дым.

Шатен поднимается и испуганно смотрит на ветку дерева, которую он только что чуть не задел головой, а затем в его сердце появляется наростающая тревога и янтарные глаза наполняются слезами. Он секунду смотрит на переднее сидение, из-за которого видно прядь огненно-рыжих волос и за эту секунду он осознает весь масштаб трагедии и осторожно подхватывает на руки рядом лежащую брюнетку. От прикосновения горячих рук, девушка приходит в себя и мимолетно смотрит в салон автомобиля, пока Конрад вытаскивает ее из машины.

Брюнет подходит к машине и с испугом заглядывает внутрь, а затем его, до этого момента холодное сердце сжимается и кажется разрывается на кусочки. Желваки на челюстях напрягаются и он забирает из машины тело дракона, с горечью смотря на ветку, что пронзило плечо бедной девушки насквозь.

— Вы в порядке? — спрашивает хриплый голос Александра, прежде чем поставить дракона на лапы.

Брюнетка открывает рот, в попытке ответить, но сразу же закрывает, услышав тихий и до того неведомый ей звук. Она поворачивает голову и видит как разбитая машина медленно возгорается. От боли утраты, девушка громко кричит, смотря как огонь медленно подбирается к безжизненному телу ее лучшей подруги. Стоящий сзади Конрад тут же заключает ее в объятия и разворачивает спиной к пожару. Мэй пытается вырваться и толкает его руками, плача навзрыд, но ничего не может поделать.

— Она же сейчас сгорит... — отстраненно произносит Александр.

— Ее не спасти. — с горечью в голосе отвечает ему шатен, пытаясь удержать вырывающуюся девушку в руках.

Перед их глазами сразу восстает силуэт Нонны. Ее закрытые навсегда веки. Огромная рана и ветка в плече. Сиденье, на котором лежит мертвое тело залито кровью. Яркие рыжие локоны аккуратно ниспадают на плечи и грудная клетка не двигается, она не дышит. 

На глазах Александра появляются слезы. Настоящие слезы, которые не появлялись у него последние 15 лет. Дыхание становится рваным, а затем он бросается за ней, чтобы все же спасти ее из горящей машины, но рука кареглазого насильно останавливает порыв Алекса.

— Александр, она мертва! — дрожащим голосом кричит ему друг, в попытке достучаться до голоса разума брюнета, но впервые в жизни парень отказывается слушать свой мозг.

— Последние мозговые извилины твои мертвы, а Нонна жива! — с неконтролируемой злостью шипит он и вырывает руку из захвата.

— Ты погубишь себя, Александр! Мне тоже больно, но ты не должен умереть, слышишь?!

Брюнет никак не мог свыкнуться с мыслью, что эта радостная и веселая девушка может умереть. С мыслью, что он уже никогда не увидит ее улыбки и бездонно черные глаза. Никогда больше не услышит ее по-детскому очаровательный голос и никогда не услышит ее саркастичные шутки. Больше эта рыжеволосая бестия не станет с ним спорить и уже никогда он не сможет ощутить ее теплые объятия.

— Значит мы умрем вдвоем! Ее спасение стоит моей смерти!

И он срывается, прямо как настоящий герой детской сказки и не смотря на огонь подбегает к машине. Он пытается открыть дверь переднего сидения, но ее заклинивает и от безысходности, он хватается ладонями за дверцу и со всей силы вырывает ее, а затем отбрасывает прочь. Парень перегибается через всю машину и пытается достать рукой до Нонны, но ее длинны не хватает и плюнув на свою безопасность, он запрыгивает внутрь, прямо в эпицентр дыма.

Глаза буквально выжигает жар. Сердце брюнета неистово стучит в груди, словно птица в клетке. Он понимает, что машина может взорваться в любой момент. И может взорваться вместе с ними, но его ничего не останавливает. Он поклялся, что больше ни один его близкий человек не умрет. А эта рыжая бестия стала для него не просто другом, она стала чем-то другим, чем-то более близким. 

Он хватается рукой за ветку и рывком достает ее из плеча и тело Нонны сразу падает на боковую часть машины. Прямо на окно, лежащее сейчас на земле. Кровь сразу вытекает из раны, впитываясь в земляную почву. Александр берет ее на руки и выбирается из машины. Девушка безжизненно лежит у него на руках и черная рубашка Александра начинает блистеть из-за впитавшейся крови.

Он отходит на пару метров от машины. Слышится счастливый крик всех его друзей, а затем они замирают, не в силах выдать и звука, смотря как за спиной кудрявого парня взрывается машина. Всю территорию сразу заполнил огонь и густой черный дым, из-за которого уже не видно ни Нонну, ни ее нелюбимого Александра, которого она всегда считала настоящим дураком. Узнает ли она о том, что этот дурак стремглав бросился ее спасать, когда никто не верил в возможность ее спасения?

Через несколько секунд, под болезненный рев дракона и криков Мэй с Конрадом из огня выходит Александр, держа на руках хрупкое тело Нонны. Легкая улыбка едва касается его лица, а внутри разливается что-то теплое. Возможно, именно так ощущается настоящее счастье.

Он выходит к дороге и аккуратно кладет девушку на асфальт. Вмиг тепло заменяет непроходимый холод. Он смотрит на нее и понимает, что все старания были зря. С его глаз льются слезы и он судорожно пытается прижать рукой рану, но видимо, она потеряла слишком много крови.

Она умерла.

— Ну же, рыжуля! Очнись! — хриплым голосом кричит он, схватив ее за плечи. — Боже, Нонна, не пугай ты так! Открой глаза! Открой чертовы глаза!

Я начинаю слышать над собой голоса. Все тело болит и мне хочется кашлять. Что-то не так. Невероятная боль в районе плеча начинает сводить меня с ума и веки медленно открываются и первое, что я перед собой вижу - Александра. Он судорожно берет мое лицо в руки и что-то шепчет, но я ничего не могу разобрать.

— Шурик... — сиплю я и он сразу же смотрит мне в глаза.

— Нонна... ты... жива!

— Мне так больно, Александр...

Я хватаюсь за его руки. Это произошло скорее на уровне рефлексов. Пальцы сами собой сжимаются и я никак не могу ничего понять. Последнее, что я помню это... О, Боже! Ветка! Она прошла насквозь, через плечо. Глаза слезятся и по щекам скатываются слезы прямо на асфальт. Черт, это конец.

— Александр, я не могу пошевелиться... — с горечью в голосе шепчу я. 

— Все будет хорошо. Ты не умрешь, слышишь?! — судорожно отвечает он и прижимает ладонь к ране, в попытке остановить кровь.

— Отлив лениво ткет по дну...

— Я знаю, что ты восхитительная певунья, рыжуля, но эта не та песня, которую нужно петь! Не смей произносить эти слова, ты не умрешь, Нонна! 

— Узоры пенных кружев... Мы пригласили тишину...

— Нет, замолчи! Тебе нужно беречь силы, не смей! — срывается на крик Александр, а с его глаз капают слезы.

— На наш прощальный ужин...

Я закрываю глаза и парень судорожно трусит меня за плечи. Он что-то говорит, но я старательно делаю вид, будто перестаю дышать. Ощущаю, как он гладит меня по щеке, а затем с моих губ слетает тихий смешок и он замирает.

— Ты...

— Да-да, я пошутила. — с легкой улыбкой на лице отвечаю я и до того голубые глаза, полные скорби наливаются кровью.

— Шутница хренова. — произносит он, а потом все же расплывается в широкой улыбке и аккуратно кладет мою голову себе на колени. 

— Думали так просто от меня избавиться, тунеядцы? — произнесла я с неповторимым сарказмом и тут же закашлялась. 

— Дура ты набитая! — слышится раскатистый голос моей подруги. — Я тут уже клиническую смерть пережила, чертова ты юмористка!

— Не ну, а красиво скажи? — спросила я у Алекса. — «Мы пригласили тишину на наш прощальный ужин» и я такая типо умираю. Ну короче, это был просто умопомрачительный спектакль!

— Красиво, красиво. Я  чуть кони не двинул, красиво ей. 

— Я так и не поняла, как оказалась на асфальте. Где машина? 

— Она взорвалась. — произнес Конрад и ткнул пальцем куда-то в лес.

Я заинтересованно вскочила, чтобы посмотреть как горит папина машина, но тут же вскрикнула от боли в плече и Александр в ту же секунду надавил на меня, укладывая назад.

— Не рыпайся.

— Я просто без ума от тебя, когда ты так командуешь. — насмешливо произнесла я, пытаясь отшутиться. Все же вид на мое плече слегка наводил на меня ужас.

— Ты и так без него, но я тут не причем. — с улыбкой ответил мне Алекс.

— Я так понимаю, нам нужно вызвать скорую. — задумчиво произнес Конрад и полез в карман за телефоном. — Э... Связи нет.

— Десять из десяти! — выкрикнул Айк.

— Эй, не нужно скорую, плече заживет за счет регенерации. Оно, конечно, будет долго заживать, но того вполне хватит, чтобы добраться до мастерской.

Мэй села на асфальт вместе с Айком и посмотрела в небо.

— Солнце садиться, нам нужно искать ночлег. — произнесла она.

— И еду. — добавил Айк с умным видом.

— О, черт! — выкрикнул Конрад, хватаясь за голову. — Рюкзаки сгорели!

Айк нервно хихикнул, что напоминало скорее смешок перед истерикой, а Мэй просто плюхнулась плашмя на асфальт, смотря в небо.

— Как чувствуешь себя, неуклюжая? — поинтересовался Алекс.

— Расту цвету и пахну. 

— Идти можешь? 

— Думаю, да.

Я осторожно приподнялась и Алекс помог мне встать на ноги.

— Конрад, поможешь ей. — произнес он и шатен сразу подхватил меня и закинул мою руку себе на плечо и мы мирно зашагали вдоль дороги.

Солнце медленно но уверенно пряталось за линию горизонта. Постепенно небо окрашивалось в розовые краски, затем темно-бардовые, а вскоре на небе появились звезды и его укутала непроглядная тьма. На улице значительно похолодало и поднялся ветер и я съежилась от холода, а затем мы шли с Конрадом в обнимку. Учитывая, что ветка очень удачно продырявила мне плечо, сейчас все привилегии были у меня. Я над всеми шутила и никто мне ничего не смел сказать, а когда мне становилось трудно идти, все послушно останавливались. 

Мэй и Александр зажгли свет и скучающе плелись впереди. Мы с Конрадом шли в обнимку сзади, а рядом со мной и Айк, который вообще ни на шаг от меня не отходил.

— Красиво здесь. — прошептала я и Конрад кивнул, улыбаясь.

— С тобой каждая ночь кажется красивой. — ответил он, смотря прямо мне в глаза. Меня аж в жар бросило.

— Меня сейчас вырвет. — буркнул Айк и поднажал вперед.

— Что ты почувствовал, когда думал, что я умерла? — парень остановился и посмотрел мне в глаза, чуть нагибаясь.

— Я испугался. Никак не мог в это поверить. Твоя смерть это настоящее безумие. Я не знаю, что бы я делал без тебя. — он улыбнулся и дотронулся своим лбом к моему, прикрывая глаза.

— Конрад, суда-ка подойти! — выкрикнул Александр и парень вмиг срисовался с виду.

Я тихо завыла, понимая, что Алекс безграмотно помешал моим амурным делам. У него невероятный талант - всегда лезть, когда у меня должно произойти что-то волшебное. А потом ко мне вновь подошел дракон. Сначала я не обратила внимания, а потом он уткнулся носом мне в ноги и я присела рядом с ним на корточки.

— Нонночка, я так испугался. — проблеял зверек и я была по-настоящему тронута его словами.

— Но я жива, ты так просто от меня не отделаешься, прохвост. — с улыбкой сказала я, почесывая его за ушком.

— Ты так и не поняла. Драконы связываются на всю жизнь с теми, кого они видят впервые. И я буду всегда обязан тебе жизнью и всегда буду рядом.

Я сразу вспомнила наше первое знакомство. Его несли к другому волшебнику, как подарок и он был такой маленький, что еще глаза не открыл. Так вот как это должно было быть! Вместо меня, Айк должен был увидеть волшебника. Ой, кошмар.

— Но я забрала тебя просто так, ты ничего мне не должен, Айк. Я тебя не держу. Э-э-э... Я тебя отпускаю, ты можешь идти... не знаю... — растерялась я.

— Но и я с тобой не только потому что связан, а потому что ты мой друг. — он улыбнулся и кажется я почувствовала как по моей щеке потекла слеза.

— Я люблю тебя, Айк. — произнесла я и сразу обняла дракона, что он впервые в истории не стал вырываться. 

— Эй, голубки, пошевеливайтесь! — прикрикнул впереди Александр и мы с Айком побежали вперед, но потом резко тормознули, потому что у меня разболелось плечо.

Пару минут мы просто шли вперед, пока не увидели за спиной единственную машину. Мы сразу остановились и стали на проезжей части, светя светом из ладоней. Кажется, наконец-то фортуна повернулась к нам лицом. Незадолго автомобиль остановился и Конрад сразу подошел к окошку договариваться с водителем, а Александр тем временем остался поддерживать меня за руку. 

— Садитесь. — крикнул он и махнул нам рукой.

Я подошла к мини-автобусу и села за переднее сидение, рядом с водителем. Им оказался какой-то тучный мужчина достаточно крупного телосложения. Парни и Мэй сели сзади и автомобиль тронулся. Предварительно Конрад назвал адрес и поэтому в салоне повисла неловкая тишина, а затем водитель посмотрел на меня снизу вверх, а потом и на всех остальных через зеркало в салоне. 

— Выглядите истощенно, пить не хотите? — вполне любезно поинтересовался водитель.

Я кивнула и мужчина достал бутылку воды из бардачка. Я слегка напряглась, почему-то он не вызывал доверия, хотя выглядел вполне прилично, но жажда брала надо мной вверх, да и Мэй сзади подгоняла, ведь тоже пить хотела и я сделала несколько жадных глотков и передала ей бутылку. Автобус все ехал, водитель почему-то улыбался и я запоздало ощутила какую-то свинцовую тяжесть в теле и глаза испуганно расширились. Я повернула голову к ребятам и те чувствовали себя так же неважно. Резко поклонило в сон и я еле-еле держала глаза открытыми, а затем...

— Это была уловка! — произнес Александр перед тем как упасть без сознания.