Отцовская Копия | Зима

Со дня, когда Марину похитили, а Валеру отправили в больницу, прошло два дня. Время будто замерло, но жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Валера уже выписался из больницы, хотя на его лице всё ещё оставались следы пережитого. Марина тоже, наконец, нашла в себе силы успокоиться.

Наступил четверг вечер. Город погрузился в осенние сумерки, и холодный ветер гулял по улицам, срывая с деревьев последние листья. Марина сидела в своей комнате, завернувшись в тёплый плед. На её столе стояла чашка остывшего чая, а в руках была тетрадь, в которую она делала наброски — привычное занятие, помогавшее ей отвлечься.

Зазвонил телефон. Марина вздрогнула, но быстро взяла трубку.

— Алло? — её голос был немного напряжённым.

— Мариш, это я, Валера, — раздался знакомый голос. Он звучал бодро, но чувствовалось, что парень старается не показывать усталости. — Как ты?

— Уже лучше, — ответила она, расслабляясь. — А ты как? Тебя точно рано выписали.

— Да нормально всё. Слушай, может, встретимся? Прогуляемся, поговорим?

Марина задумалась. После всего, что произошло, они с Валерой почти не обсуждали случившееся, каждый погружённый в свои мысли. Наверное, сейчас был подходящий момент.

— Хорошо. Где встретимся?

— Я через минут 5 буду у твоего подъезда, — сказал он с лёгкой усмешкой.

Марина усмехнулась, накинула кофту и спустилась вниз.

Марина спустилась вниз, поправляя юбку. Тёплый вечерний воздух сразу окутал её, пахло липами и пылью. У подъезда её ждал Валера. Он стоял в белой майке и джинсах, лениво постукивал по стене носком кроссовки. Увидев её, он выпрямился.

— О, шевелишься, наконец, — усмехнулся он. — Я уж думал, тут околею.

— Валера, на улице июль, — Марина усмехнулась в ответ, глядя на его притворную серьёзность. — Как ты мог замёрзнуть?

— А то, — огрызнулся он, но в его тоне была заметна мягкость. — На нервах, значит. Ждать тебя, знаешь ли, дело не для слабаков.

— И всё же дождался, — Марина улыбнулась. — Куда пойдём?

— Куда-когда, — Валера махнул рукой. — Просто гулять. Чё, не всё ли равно? Главное, чтоб ты рядом была.

Они пошли по тротуару, освещённому редкими фонарями. Валера шёл чуть впереди, оглядываясь через плечо.

— Ты чё, вообще не думала, как мне эти два дня были, а? Я ж чуть башкой не поехал.

Марина, удивлённая его резкостью, остановилась.

— Валера, ты о чём?

Он развернулся к ней, подняв брови.

— О чём? Да о тебе, Мариш. Думаешь, легко было, когда ты там, в хате этой чёртовой, сидела? А я в больнице, как дурак, валялся. Всё время о тебе думал, вот о чём.

Марина растерянно посмотрела на него.

— Валера, я же не нарочно...

Он махнул рукой, перебивая её.

— Да я понимаю, что не нарочно! Просто, знаешь, привык я за тебя переживать, а ты такая — раз, и пропала. У меня же сердце не железное, блин.

Она не знала, что ответить. Валера вздохнул, глядя в сторону.

— Короче, — продолжил он уже тише, — я тут думал... ну, я не какой-то там романтик, стихи тебе не напишу. Но ты мне важна, понимаешь? Прям до чертиков.

Марина почувствовала, как её сердце начало биться быстрее.

— Валера...

Он снова перебил её, подняв руку.

— Не-не, подожди. Я это сказать должен. Слушай, если кто-то тебя тронет, я ж ему голову откручу. А если ты меня прогнать захочешь, то тоже фигушки — не уйду. Поняла?

Марина улыбнулась, впервые за долгое время чувствуя, как на душе становится теплее.

— Поняла, Валера, — мягко ответила она.

Парень немного смутился, отвернулся и пробурчал:

— Ну и ладно. Тогда идём, что ли. А то, глядишь, опять простынешь, а мне тебя по больницам таскать.

Девушка посмеялась и пара пошла дальше

***

Тем временем Богдана сидела на покосившейся лавочке в соседнем дворе, где жил Андрей. Ему всего пятнадцать, но его лицо было мрачным и усталым, будто он пережил больше, чем можно представить в таком возрасте. Богдана внимательно смотрела на него, а он, нервно поигрывая зажигалкой, пытался объяснить ситуацию.

— Выходит, Юлю хотят в детский дом забрать, — тяжело вздохнул Андрей, глядя себе под ноги. — А маму... в больницу на неизвестное время. Она совсем сдала, говорят, долго там будет. Я... у того мента Ильдара просить даже ничего не хочу.

Богдана нахмурилась, поджав губы. Ильдар был известен своей коррумпированностью, и вряд ли он стал бы помогать просто так. Она внимательно слушала Андрея, не перебивая, а затем, выдержав паузу, сказала:

— Я отцу расскажу. Он, скорее всего, поможет. Связи есть, и он знает, как такие дела провернуть.

Андрей поднял на неё благодарный взгляд, но не успел ничего сказать. Богдана вдруг перевела взгляд вправо, почувствовав что-то странное. В тени старого дуба стояла фигура. Сердце сжалось, но через мгновение она узнала силуэт.

Это был Вахит. Он стоял неподвижно, скрестив руки на груди, и наблюдал за ними. Его тёмные глаза хмуро блестели в сумерках, но он не делал ни шагу вперёд. Было ясно, что он услышал часть их разговора.

— Вахит, ты что здесь делаешь? — голос Богданы дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

Парень не сразу ответил, медленно шагнул вперёд и бросил взгляд на Андрея. Его лицо оставалось каменным.

— Проходил мимо, — наконец сказал он, но интонация выдавала его. — Интересные у вас тут разговоры.

Андрей молча кивнул, перекинул через плечо лёгкую сумку и медленно направился прочь. Через минуту от него и следа не осталось.

Вахит остался стоять напротив Богданы, скрестив руки на груди и внимательно на неё смотря.

— Знаешь, Богдана, — начал он сдержанно, но в голосе сквозило недовольство, — я, конечно, всё понимаю, но уже который раз ловлю тебя с пальто. То у него какие-то проблемы, то его побили. И всё время он к тебе бежит, а не к пацанам.

Богдана подняла бровь, удивлённая его тоном.

— Он ещё ребёнок, Вахит, — спокойно ответила она. — И знает, что я всегда помогу, если ему нужна поддержка.

Вахит усмехнулся, но безрадостно.

— Ребёнок, говоришь? — хмыкнул он. — Этот "ребёнок" уже вовсю по дворам бегает, дела мутит, и всё равно к тебе бежит. Нормально это, по-твоему?

Богдана вздохнула, видя, что разговор идёт в неприятное русло.

— Он никого, кроме нас, толком не знает, — попыталась объяснить она. — И потом, неужели тебе сложно? Это же просто помощь.

Вахит скривился и отвёл взгляд.

— Мне не сложно. Просто не нравится, что он всё время тебя ищет. Как будто у него, кроме тебя, никого нет.

Вахит раздражённо выдохнул, а Богдана, видя его реакцию, сама начала заводиться. Она скрестила руки на груди, в глазах блеснула решимость.

— Знаешь что, Вахит, ты всегда такой, — выпалила она. — Как только что-то не по-твоему, сразу начинаешь рычать и обвинять.

Он прищурился, чувствуя, как его злость нарастает.

— А ты-то всегда права, да? — усмехнулся он холодно. — Ты даже не думаешь, как это выглядит со стороны. Я твоего пальто здесь каждый вечер видеть должен?

Богдана фыркнула, делая шаг ближе.

— Ну, конечно, — саркастично сказала она. — А ты, значит, можешь по дворам шататься с кем угодно, и это нормально? Или я должна молча смотреть, как ты вечно куда-то пропадаешь с Вовой?

Вахит хмыкнул, скривив губы.

— Это совсем другое, — бросил он. — Я хотя бы не таскаюсь за каждой кепкой, как некоторые.

Эти слова будто взорвали что-то внутри Богданы.

— Ах, вот оно что! — повысила голос она. — Значит, я виновата, что Андрей пришёл за помощью? А может, вспомнить, сколько раз ты оплошал? Или ты думаешь, я не помню, как ты опаздывал на наши встречи или вообще забывал, что мы договорились?

— Да я...

— Нет, ты что-то ещё скажи! — перебила она. — Ты никогда не признаёшь свои ошибки, Вахит. Тебе проще злиться и всё.

Парень на мгновение замолчал, стиснув зубы, но явно не собирался уступать.

— Ладно, делай, что хочешь, — бросила Богдана, развернулась и пошла к дому.

Вахит смотрел ей вслед, сжав кулаки. Он даже не попытался её остановить — злость кипела слишком сильно, чтобы сделать хоть шаг.

***

Марина опустила глаза, её голос звучал тихо, но решительно. Она понимала, что разговор этот неизбежен.

— Валер, мне правда не хочется сейчас ссориться. Но ты понимаешь, что это не просто слова? Мама меня знает, а уж если увидит нас вместе, всё — хана.

Валера задумался, на мгновение отвёл взгляд, но тут же вернулся к её глазам.

— Так, стоп. Ты вообще чё сейчас паришься? — сказал он, постаравшись улыбнуться. — Ты думаешь, я тебя так просто отпущу? Ну уж нет, Москва так Москва, я и туда доеду.

Марина покачала головой, её лицо озарила тень улыбки.

— Ты даже представить не можешь, что ты говоришь, — тихо произнесла она. — Как ты там жить собираешься? У тебя ни работы, ни планов. Это не Казань, Валер.

— А мне и не надо планов, если ты рядом, — неожиданно серьёзно ответил он, глядя ей прямо в глаза. — Марин, ну ты же знаешь, я не какой-то там мимолётный. Всё это — фигня. Москва, Казань... Какая разница, где? Главное, вместе.

Марина вздохнула, понимая, что Валера говорит искренне. Но эта искренность её и пугала.

— Ты такой наивный, Валер, — шепнула она. — А что, если у нас ничего не выйдет? Ты бросишь всё ради меня, а я...

Он резко перебил её, сжал её ладонь своей.

— Не выйдет? Да ты что, издеваешься?. Если надо, я хоть сейчас поеду с тобой, поняла?

Марина молча смотрела на него, и её сердце забилось сильнее. Но слова так и не находились.

🎵 Виа Гра- Алло, мам.

Богдана вошла в квартиру, пытаясь сдержать слёзы. Она тихо закрыла дверь и, не снимая обувь, направилась к своей комнате. Но едва она дошла до коридора, её перехватила мама.

— Доченька, ты чего? — с тревогой спросила Елена, заметив покрасневшие глаза и дрожащие руки Богданы.

— Нормально всё, мам, дай пройти, — отмахнулась девушка, но голос её дрогнул.

Елена мягко, но настойчиво взяла дочь за руку и повела в гостиную.

— Садись, рассказывай. Я же тебе не чужой человек.

Богдана устало опустилась на диван, утирая слёзы. Некоторое время она молчала, но под тёплым взглядом матери наконец-то не выдержала.

— Мам, — начала она тихо, — мы с Вахитом поссорились... Опять из-за его ревности.

Елена ничего не сказала, только кивнула, давая дочери возможность продолжить.

— Он... Он видит, как я помогаю Андрею, и сразу начинает высказывать. А я ведь просто не могу ему отказать, мальчишка в сложной ситуации... — Богдана закрыла лицо руками. — Но это не всё. Знаешь, я недавно узнала, что однажды Вахит с Вовой и Валерой пошли в клуб. Там были Ксюша и Маша. Они заметили их и рассказывали потом, как вокруг пацанов вились девушки.

Она горько усмехнулась.

— Вахит, конечно, старался отталкивать их, он был пьяный, но... Мне от этого не легче. Я чувствую себя глупо, мам.

Елена мягко обняла дочь, прижимая её к себе.

— Знаешь, Богдана, — сказала она тихо, — мужчины иногда ведут себя как дети. Но Вахит тебя любит, это видно. Он просто не всегда знает, как правильно выразить свои чувства. Ревность... это от страха потерять тебя.

Богдана всхлипнула, но немного успокоилась.

— А ты уверена, что сможешь простить его? — спросила Елена, отодвигаясь, чтобы заглянуть дочери в глаза.

— Не знаю... Просто хочу, чтобы всё было, как раньше, — ответила Богдана.

Елена кивнула, нежно проведя рукой по волосам дочери.

— Тогда поговори с ним. Но только когда оба остынете. Ссоры случаются, главное — не затягивать с примирением.

— Мам, я люблю его. Очень люблю. Я без него жить не могу, — тихо произнесла Богдана, её голос задрожал от эмоций.

Эти слова, словно молнии, пронзили сердце Елены. Она крепко обняла дочь, ощущая, как её собственное сердце сжимается от переживаний. Она не ожидала такого откровения, и эти слова заставили её задуматься. Она промолчала несколько секунд, но потом, слегка отстранив Богдану, взглянула на неё.

— Ты знаешь, когда мне было 13 лет, я познакомилась с твоим папой. Ему тогда было уже 17, а мне было всего 13... — Елена начала свой рассказ, её голос становился всё мягче, а взгляд — мечтательным. — Мы с ним как-то встретились во дворе. Он с ребятами сидел, а я проходила мимо. Тогда он только в армию уходил, и я сразу почувствовала что-то. Я никому не рассказывала, но была по уши влюблена в него. Письма ему писала, но ни одного ответа не получила.

Богдана с интересом слушала, внимательно следя за каждым словом матери.

— Когда он вернулся, мне было уже 15, а ему 19. Мы начали гулять вместе, но, поверь, твоя бабушка меня сильно ругала, закрывала дома. Ты же знаешь, 4 года разница, а я ещё ребёнок. Я бантики на волосы накручивала, а он с ребятами уже воровал что-то, — Елена усмехнулась, вспоминая свою молодость. — Потом мы начали встречаться официально, но не всё было так просто. Было много сложных моментов. Он часто пропадал. Было даже такое, что он сидел в бутырке, пока я рожала тебя. Он тебе этого не рассказывал, но оно было. И всё это мы прошли, потому что любили друг друга.

Богдана внимательно слушала, чувствуя, как её сердце успокаивается, ведь мать, кажется, понимала её переживания.

— Всё не всегда бывает идеально, — продолжала Елена. — Бывают трудности, но если есть любовь, всё можно преодолеть. Ты же это понимаешь, правда?

Богдана кивнула, ещё крепче обняв маму. Она почувствовала, как её страхи немного уходят, ведь слова матери были полны мудрости и опыта.

— Я постараюсь поговорить с ним, и, может быть, мы всё решим.

****

С того дня прошло ещё четыре дня, и отношения Марины и Валеры развивались с невероятной скоростью. Это пугало Богдану, но, несмотря на тревогу, она была рада за свою подругу. Она видела, как счастливы Марина и Валера, как быстро они сблизились, и, возможно, даже завидовала их лёгкости.

В то же время, Вахит и Богдана чувствовали себя как чужие люди. Они дважды встречались в одной компании, но между ними оставалась странная пустота. Оба молчали, избегали прямых взглядов и разговоров. На этих встречах они сидели как два человека, которые не знали, что сказать друг другу.

Они оба хотели поговорить, понять, что происходит, но страх, обида и непонимание держали их на расстоянии. Богдана чувствовала, как в её груди растёт тяжесть, но она не знала, с чего начать. Вахит, в свою очередь, не решался сделать первый шаг, понимая, что каждый его поступок может только ухудшить ситуацию.

Так они и не поговорили. Время шло, и между ними только росла дистанция.

***

Воскресенье вечером.

Бар, музыка на фоне, свет тусклый, атмосфера непринуждённая, но напряжённая. Вова, Валера, Марина, Богдана и Вахит сидят за столом, наблюдая за происходящим.

Марина, не теряя времени, хватает Богдану за руку и тянет её на танцпол. Богдана, несмотря на свою неохоту, соглашается.

— Пойдём танцевать, — улыбается Марина. — Не хочешь, а я хочу!

Богдана кидает взгляд на Вахита, который сидит за столом, а затем молча встает.

Парни из-за стола пристально следят за ними. Вахит, не сводя глаз с Богданы, сжимает стакан, излучая недовольство. В его глазах чётко читается ревность, но он пытается не показывать этого.

Валера, пытаясь развеять напряжение, обращается к Вове.

— Как там твоя Наташа? — спрашивает он. — Что-то давно не слышал, чтобы вы встретились.

Вова, не слишком заинтересованный в этом разговоре, отмахивается.

— Она с братом за город поехала, — отвечает он, не глядя. — У тетки проблемы, сам понимаешь.

Вахит чувствует, как его ревность нарастает. Он не может оторвать взгляд от Богданы, которая танцует, и всё больше нервничает, видя, как парни за столом провожают её взглядом.

— Слушай, а вот эти парни что-то совсем уже... — Вахит нервно выдыхает, кидая взгляд на танцующих. — Как будто сейчас сожрут её взглядом.

Богдана замечает, как её начинают «поглощать» взгляды других мужчин, но продолжает танцевать, всё ещё не осознавая, как сильно это расстраивает Вахита. Она видит, как он сжимает кулаки, но не решается подойти и поговорить.

В этот момент один из парней из компании решает подойти к Богдане. Он вежливо, но с явной уверенности обнимает её сзади. Богдана резко отталкивает его.

— Отпусти меня! — отрывает она его руки. — Ты что, с ума сошел?!

Парень, не обращая внимания на её слова, пытается продолжить, но тут Вахит, не сдержавшись, подрывается с места.

— Ты что, совсем охренел?! — кричит он, быстро подходя к парню.

Он хватает парня за плечо, отрывая его от Богданы, и, не сдерживаясь, врезает ему в бок.

Парень, ошарашенный, отступает, но не сдаётся. В этот момент его друзья из компании подбегают, и начинаются быстрые толчки и крики.

— Эй, не трогай его! Что за дела?! — кричит один из друзей парня, бросаясь в сторону Вахита.

Вова, который сидел спокойно, уже встал и направляется к группе. Он понимает, что ситуация выходит из-под контроля.

— Парни, успокойтесь, — говорит он, но его слова не могут разнять толпу. — Ну, чего, начнём драку прямо здесь?

В этот момент Валера, заметив, что ситуация накаляется, пытается вмешаться, но один из парней резко толкает его.

— Не лезь, тебе что, не понятно?! — кричит он, готовый затеять драку.

Богдана в ужасе смотрит на всю эту сцену, её сердце бешено стучит, когда она видит, как Вахит вступает в конфликт.

— Хватит! — кричит она, стараясь пробиться через толпу. — Перестаньте, мы не на улице!

Но Вахит и тот парень не слышат её. В это время Валера и Вова пытаются остановить своих друзей, но ударов становится больше, и, в конце концов, драка набирает обороты.

Драка завершилась жестоко, но победили всё же универсамовские. Разбитые лица, вытирание крови, но парни— и Вахит, и Валера , и Вова — стояли, тяжело дыша, и не могли отдышаться от того, что только что произошло. Атмосфера в баре всё равно оставалась напряжённой, и было понятно, что этого конфликта ещё не будет достаточно.

Марина и Богдана, не говоря ни слова, быстро забрали свои вещи, бросив какие-то деньги на стол, и направились к выходу.

— Та я его, блять, убью сейчас! — выкрикивал Валера, яростно оглядывая оппонентов. — Вова, кто эти пидорасы такие? Низы? Или кто?

Вова, немного склонив голову, ухмыльнулся. Это было не то, чтобы он не понимал гнева Валеры — скорее, ему было просто всё равно. В этот момент Вова скорее хотел остаться спокойным, чем разжигать ещё одну ссору.

— Брат, успокойся, — спокойно сказал он, положив руку на плечо Валеры. — Мы с ними уже всё уладили. Ты же не хочешь, чтобы оно зашло слишком далеко.

Валера не отреагировал сразу, продолжая вглядываться в парней, которые лежали на полу, как если бы они были его личной угрозой. Лицо Валеры выражало не только ярость, но и непонимание, почему так получилось.

— Да ты видел, как они на них смотрели?! Как они её... — его голос срывался от эмоций. Он поднимал руку, указывая на Богдану.

Марина стояла в стороне, молча собирая свои вещи. Богдана не могла поверить, что всё дошло до такого. Она просто хотела уйти.

— Всё, хватит, Валера, — сказала она, надевая пальто и пытаясь увести парней. — Пошли отсюда.

Марина молча последовала за ней, не оглядываясь. Оставив деньги на столе и бросив последний взгляд на ребят, Богдана и Марина вышли из бара.

— Всё, я не могу больше, — тихо сказала Богдана, как будто оправдывая своё поведение. — Пошли отсюда, Марина.

Вахит стоял, сжав кулаки, ещё пару секунд не двигаясь с места. Он пытался понять, как всё так пошло не так, но и не мог ничего сделать. Его взгляд остался на Богдане, но он молчал.

Вова, похлопав его по плечу, добавил:

— Не переживай, всё нормально. Все живы. — В его голосе звучала усталость. — Просто давай уйдём отсюда, пока не станет ещё хуже.

Парни вышли из бара вслед за девушками, оставив шум и драку позади. Бар всё равно оставался переполнен людьми, но как будто остался только один след — след недавнего конфликта.

Все ребята вышли из бара, и, несмотря на усталость, направились в сторону дома девочек. Атмосфера была напряжённой, и каждый из них по-своему переживал происходящее.

Вахит шёл впереди, сжимая кулаки. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась злость и недовольство. Он всё ещё не мог понять, что именно его так задело. Богдана... она была с ним, а другие парни смотрели на неё как на объект желания, и это его раздражало до предела.

Марина шла рядом с ним, молча, её взгляд был усталый, но всё же пыталась поддержать подругу. Она знала, что это не лучший день для всех, но не понимала, почему всё так резко ухудшилось.

— Ну что, Вахит, ты всё ещё будешь молчать? — не выдержала Богдана, смотря в его сторону. Она почувствовала, как её сердце сжалось от того, что они снова не могут найти общий язык. В этот момент ей было не до ревности и упрёков. Всё что она хотела — это поговорить, разобраться в ситуации.

— Не буду, — ответил Вахит, поворачиваясь к ней. Он был на грани взрыва, но старался контролировать себя. — Ты мне скажи, зачем ты с ними вообще говоришь? Ты могла бы просто сказать, что не хочешь танцевать и всё, зачем эта ситуация вообще?

Богдана остановилась на мгновение, чувствуя, как внутри неё всё кипит.

— Не я решаю, кто со мной будет танцевать, Вахит, — сказала она сдержанно. — Ты не мой хозяин, ты не можешь решать, кто со мной рядом. Я не позволю, чтобы ты меня контролировал. Я взрослая, и я сама решаю, что мне делать.

Вахит сжал челюсти, но ничего не ответил. Он чувствовал, как злость и разочарование переполняют его, но в то же время понимал, что она права. Он не имел права диктовать ей, с кем она должна общаться.

В этот момент Марина вмешалась, заметив, как напряжена ситуация.

— Ребята, давайте не начинать опять, — сказала она, мягко касаясь руки Вахита. — Всё уже прошло, зачем продолжать? Мы все были немного на нервах. Пойдём домой, как будто ничего не случилось.

Вахит кивнул, и они продолжили идти молча. Валера, казалось, был в своём мире, но когда они подошли ближе к дому девочек, он слегка поднял голову и оглядел группу.

— Ну что, мы там кофе пить будем? — спросил он с усмешкой. — Или сразу спать?

Богдана улыбнулась на его попытку разрядить обстановку, но её взгляд снова был серьёзным. Она не могла не думать о том, как всё это влияет на её отношения с Вахитом.

Ребята решили, что сегодня останутся у Марины, матери все равно дома нет.

Ребята зашли в просторную квартиру Марины, где царила уютная атмосфера. Богдана, уже хорошо знавшая это место, сняла обувь и бросила сумку на пуфик. Вахит, шедший последним, молча закрыл за собой дверь. Его мысли всё ещё крутились вокруг слов Богданы. Они резали по живому, но он старался не показывать этого.

— Тут детскую сделаем, — пошутил Валера, оглядываясь вокруг.

Марина со смехом ударила его по плечу:
— Давай-давай, мечтай больше!

Все дружно направились на кухню, где Марина начала хлопотать у тумбы.

— А чё, Марин, есть чего выпить? — спросил Вова, усаживаясь на табурет. Его голос был немного грубоват, но в то же время непринуждённый.

Марина прищурилась, размышляя, и спустя пару секунд достала из шкафа бутылку коньяка.
— Вот, коньячок.

Валера, заметив бутылку, оживился:
— Ооо, это по-нашему!

Парни быстро начали разливать напиток по стаканам, не заботясь о том, что время уже позднее. Богдана молча наблюдала за ними, пока Вахит молча сел напротив неё, избегая её взгляда. Напряжение между ними было ощутимым, но никто не хотел первым начать разговор.

— Давайте за встречу! — провозгласил Валера, поднимая стакан.

Все чокнулись, и в комнате на мгновение стало тише. Лишь звон бокалов нарушал эту тишину. После первого глотка Марина улыбнулась и попыталась развеять напряжение:
— Так, может, включим музыку?

— Давай, Марин, что-нибудь весёлое! — поддержал Вова.

Марина встала и направилась к музыкальному центру, начав перебирать кассеты. Богдана украдкой взглянула на Вахита, но тот всё ещё не поднимал глаз. Её начинала съедать вина за сказанные на эмоциях слова, но она тоже была слишком упряма, чтобы первой подойти к нему.

— А давайте в "Правду или действие"? — внезапно предложил Валера, лукаво улыбаясь.

— А давайте! — обрадовалась Марина, её глаза загорелись. Такие игры всегда поднимали ей настроение.

Валера повернулся к Вахиту, который всё ещё выглядел отстранённым:
— Брат, ты с нами? — голос Валеры звучал одновременно бодро и чуть насмешливо.

— Да, — коротко ответил Вахит, даже не пытаясь скрыть холодность в голосе.

Марина, не обратив внимания на его тон, тут же взяла инициативу в свои руки:
— Та-а-ак, я начну! — с энтузиазмом заявила она, посмотрев на Валеру. — Валер, правда или действие?

— Правда, — без колебаний ответил он, скрестив руки на груди.

Марина хищно улыбнулась, словно уже знала, какой вопрос задать:
— Как звали твою первую любовь?

Валера прищурился, поднимая бровь. Прежде чем ответить, он сделал небольшой глоток коньяка.

— Ахахах, малая с козырей пошла! — с хриплым смехом вставил Вова, постукивая пальцами по столу. — Давай, Валер, не тяни!

— Таня, — наконец ответил Валера, ухмыльнувшись. — Она жила на соседней улице. Мы с пацанами в детстве к ней во двор бегали.

— И как, бегали, да? — с усмешкой уточнила Марина.

— Бегали, бегали, — подтвердил Валера, не без гордости. — Но она меня и близко не подпускала. Говорила, что я мелкий.

— Да уж, Валера, времена не меняются, — подколол его Вова, и все за столом рассмеялись. Даже Богдана и Вахит, хоть и сдержанно, улыбнулись.

— Ладно, моя очередь, — Валера оживился и посмотрел на Вову. — Брат, правда или действие?

— Действие, — не раздумывая, заявил Вова, расправив плечи.

Валера хитро прищурился, обдумывая задание. Его взгляд задержался на бутылке коньяка.

— Хорошо. Значит так, брат. Выпей три рюмки подряд без закуски. — он пододвинул рюмку поближе к Вове.

— Пфф, это разве задание? — усмехнулся Вова и, не моргнув, налил себе полную рюмку. Он залпом выпил её, затем вторую, третью, поставив рюмку на стол с лёгким стуком. — Легкотня!

Все зааплодировали, Марина прыснула со смеху:
— Ну ты даёшь, Вов! Даже не поморщился.

— Чтоб ты знала, малая, я на свадьбе сестры с пацанами в пять раз больше осиливал, — усмехнулся он, откидываясь на спинку стула.

— Теперь я, — сказал Вова, оглядев всех за столом. Его взгляд остановился на Богдане. — Богдана, правда или действие?

Девушка, чувствуя на себе взгляд Вахита, ненадолго задумалась, а затем твёрдо ответила:
— Действие.

— Отлично, — Вова хмыкнул. — Танцуй. Прямо здесь, на столе.

— Ты издеваешься? — Богдана округлила глаза, а Вахит моментально нахмурился.

— Эй, это игра, я не виноват, — развёл руками Вова, хохоча. — Но если страшно...

После слов Вовы Богдана бросила на него укоризненный взгляд:

— На столе танцевать не буду. Выдумай что-то другое.

Вова хмыкнул:
— Ладно, ладно, шучу я. Ну тогда просто станцуй с Валерой. Пусть малый вспомнит, каково это — в танце двигаться.

— С тобой бы станцевала, но боюсь, коньяк тебя к стулу приклеил, — с легкой усмешкой ответила Богдана и повернулась к Валере. — Ну что, Валер, пошли?

— Ведёшь меня в последний танец? — подмигнул Валера, вставая и пританцовывая на месте.

Они отошли к свободному месту на кухне. Марина тут же включила что-то лёгкое и ритмичное. Богдана и Валера начали двигаться, причём Валера шутливо отыгрывал каждое движение, вызывая смех у Марины. Вова лениво наблюдал за происходящим, подливая себе ещё коньяка.

Вахит не сводил глаз с Богданы, в его взгляде читалось напряжение. Когда Валера в шутку попытался закрутить её, он едва сдержался.

— Так, а ты чего такой серьёзный? — спросил Вова, замечая его настроение. — Расслабься, брат.

— Расслабиться? — хмыкнул Вахит, потянувшись за рюмкой. — Как тут расслабишься, когда твою девушку в танце чуть не закружили?

— Эх, ревность тебя сжирает, братан, — подначил Вова. — Валера же, не чужой человек.

Вахит молчал, стараясь держать себя в руках. Тем временем музыка закончилась, и Богдана с Валерой вернулись к столу.

— Ладно, теперь моя очередь, — заявила она, посмотрев на Вахита. — Правда или действие?

— Действие, — тихо, но твёрдо произнёс он, продолжая смотреть на неё с вызовом.

Богдана задумалась на секунду, а потом хитро улыбнулась:
— Тогда поцелуй меня.

Все за столом оживились. Вахит молча встал, подошёл к Богдане, взял её за подбородок и, не отводя взгляда, наклонился к ней, целуя её долго и страстно. Марина захлопала в ладоши, а Вова и Валера переглянулись с ухмылкой.

Когда Вахит отстранился, он посмотрел на Богдану, в его глазах была смесь злости и желания:
— Надеюсь, я выполнил задание? — бросил он, возвращаясь на своё место.

— Даже перевыполнил, — шепнула она, пряча улыбку.

Марина хихикнула и повернулась к Вове:

— Ладно, Вов, правда или действие?

Вова лениво потянулся и ответил:
— Действие.

Марина ухмыльнулась, её глаза заблестели:
— Тогда поцелуй любую из нас в щёку.

Вова недолго думая наклонился к Богдане и легко чмокнул её в щеку.

— Вот, доволен? — усмехнулся он, откинувшись на спинку стула.

Вахит напрягся, скрестив руки на груди, но ничего не сказал.

— Теперь моя очередь, — Вова повернулся к Валере. — Ну, Валер, правда или действие?

— Действие, — без раздумий ответил тот.

— Тогда выпей три рюмки подряд.

Марина фыркнула:
— Это ж для Валеры не наказание, а удовольствие.

Валера только ухмыльнулся, поднял рюмку и, не моргнув, принял вызов. После третьей рюмки он шутливо хлопнул себя по груди:
— Легкотня.

— Ладно, теперь я, — Валера обвел взглядом комнату и остановился на Марине. — Марина, правда или действие?

— Правда, — ответила она, потягивая коньяк.

— Ты когда-нибудь хотела сбежать от всех и начать всё с чистого листа?

Марина на мгновение замолчала, её улыбка потускнела.

— Честно? Да. Иногда кажется, что всё это — слишком. Но потом смотрю на вас и понимаю, что никуда бы не убежала.

Комната наполнилась лёгким молчанием, затем Вахит наконец заговорил:
— Ладно, идём дальше. Марин, твой ход.

Она кивнула, возвращая себе боевой настрой:
— Богдана, правда или действие?

— Правда, — коротко ответила та.

— Ты когда-нибудь жалела, что начала встречаться с Вахитом?

Богдана взглянула на Вахита. Их взгляды встретились, и она мягко улыбнулась:
— Ни секунды.

Эти слова немного смягчили его настроение, и он кивнул в знак благодарности.

Игра продолжилась, напряжение в комнате постепенно спадало, уступая место лёгким шуткам и смеху.

***

Разошлись ребята ближе в двум часам ночи. Вова остался спать на диване, Марина с Валерой пошли в родительскую комнату, а Вахит с Богданой остались в комнате марины

Когда дверь за ними закрылась, Богдана устало села на кровать, разуваясь. Она уже собиралась укрыться одеялом, как Вахит, стоявший до этого молча, резко заговорил:

— Это что сейчас было?

Богдана подняла на него взгляд, удивлённо нахмурившись:
— О чём ты?

— О том, что Вова тебя поцеловал. В щеку, конечно, но всё равно.

Она закатила глаза, не веря, что он снова завёл эту тему:
— Вахит, это было ничего не значащей шуткой. Просто игра.

— Игра? — Вахит прищурился, его голос стал грубее. — Тебе нормально, что другой парень прикасается к тебе, даже если это «шутка»?

Богдана поднялась с кровати, сложив руки на груди:
— Ты серьёзно? Это просто Вова. Он наш друг, и это был дружеский жест. Ты опять накручиваешь.

— Друг? — усмехнулся он, покачав головой. — Твой «друг» не первый раз позволяет себе лишнее. Я не дурак, Богдана.

Её терпение начало иссякать:
— Ты снова ищешь повод для ревности? Может, хватит контролировать каждый мой шаг? Я устала от твоих претензий.

— Контролировать? — Вахит шагнул ближе, его голос стал тише, но в нём закипала злость. — Ты думаешь, мне приятно смотреть, как кто-то другой к тебе липнет?

Богдана усмехнулась с горькой иронией:
— А может, ты наконец-то начнёшь доверять мне? Или тебе проще закатывать сцены из-за каждого пустяка?

— Если для тебя это пустяк, то что тогда важно? — парировал он.

Она отвернулась от него, забрав с кровати одеяло:
— Знаешь что, Вахит? Может, тебе стоит научиться держать себя в руках. Спокойной ночи.

Она легла, отвернувшись к стене, оставив его стоять посреди комнаты.

Тем временем в соседней комнате Марина уже устроилась на кровати, когда Валера, лениво потягиваясь, лёг рядом. Он обнял её за талию, притянув ближе.

— Ну что, малая, как тебе вечер? — тихо спросил он, улыбаясь.

Марина усмехнулась:
— Весело, но немного устала.

Валера наклонился ближе, нежно поцеловав её в висок. Потом его поцелуи начали спускаться ниже — на щёку, шею.

— Валера... — тихо сказала Марина.

— Что? — прошептал он, не отрываясь. — Я ведь давно хотел это сделать.

Марина мягко отстранилась, положив руку на плечо Валеры:

— Валер, я не готова.

Парень остановился, посмотрел ей в глаза, а потом медленно отодвинулся, сев на кровати.

— Понял, — тихо сказал он, почесав затылок. Его голос был спокойным, без раздражения. — Никаких вопросов.

Марина слегка улыбнулась, чувствуя облегчение от его реакции:
— Спасибо, что понимаешь.

Валера кивнул и, взяв её за руку, нежно сжал:
— Ты главное скажи, если что-то не так. Я не тороплюсь.

Она с благодарностью посмотрела на него:
— Ты хороший, Валер.

— Ну, ещё бы, — попытался пошутить он, и напряжение немного спало.

Они легли обратно, и Валера, обняв Марину за плечи, тихо сказал:
— Спи спокойно, малая. Я рядом.

Марина закрыла глаза, чувствуя себя в безопасности, а Валера задумчиво смотрел в потолок, думая о том, что ему действительно повезло встретить её.

***

Антон, отец Богданы, находился в знакомом ему месте — кафе «Снежинка». Когда-то он продал это заведение Виктору Желтухину, а девять лет назад Виктора застрелили прямо у дверей этого же кафе, на глазах его сына, Вадима Желтухина. Тогда парню было всего 18 лет, но он не сломался — взял на себя бизнес отца, включая его тёмные дела.

Сейчас Вадиму 27. Он сидел за столом напротив Антона, держа в руках сигарету. Напряжение в воздухе можно было почувствовать без слов.

— Что делать будем? — задал вопрос Вадим, пристально глядя на собеседника.

Антон неторопливо затянулся, глядя перед собой.

— Это ты мне скажи, Вадим. Ты меня позвал — тебе и предлагать.

Вадим глубоко вдохнул, загасив сигарету о пепельницу.

— Мы вроде соседи, но почему ваши парни к нам бегают и пытаются наших гасить? — его тон был спокойным, но в голосе проскальзывало напряжение.

Антон приподнял брови, но сохранял невозмутимость.

— Весточка прилетела, что ваши пацаны на наш, а точнее, мой видеосалон начали глаз класть, — добавил Антон

Антон прищурился, едва заметно ухмыльнувшись.

Вадим усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Врут тебе твои голуби, Антон, — спокойно ответил он, даже с ноткой веселья. — Нам ваш салон не сдался. Мы свой открываем, у нас планы побольше будут.

Антон подался чуть вперёд, его глаза хищно сверкнули.

— Ты меня, Вадим, за лоха держишь? Или думаешь, я не знаю, как ваши пацаны шмаль засовывают в кассеты?

— Антон, давай без шоу, — перебил Вадим, не теряя спокойствия. — Я своё сказал. Салоны нам неинтересны. Но если твои начнут нас подрезать, разговор будет другой.

Антон выдохнул, на секунду задумавшись, и откинулся на спинку стула.

— Ладно, по рукам. Пускай ваши занимаются своим, но чтоб без наездов. Я за своими тоже присмотрю. — Он встал, беря пиджак с вешалки. — Ты, Вадим, сильно на батю своего похож. Такой же холодный и принципиальный.

Вадим слегка улыбнулся, но ничего не ответил.

— Ну ладно, не буду мешать, — Антон поправил воротник. — Бывай, пацан.

С этими словами он вышел из «Снежинки», оставив Вадима сидеть в полумраке кафе.