Глава 18
Питер.
Они ушли рано утром — тихо, почти незаметно. Только оставили на столе аккуратно сложенный листок. И исчезли.
Дом был слишком тих, и Турбо понял это ещё до того, как увидел записку. Он шел по коридору, на ходу надевая футболку, и чувствовал: что-то не так. Тишина была пустой, ненатуральной.
На столе — белый листок, будто ждал именно его.
«Мы поехали по работе. Срочно. Не звонить. Вернёмся поздно».
Подпись: Даша и К.
Турбо скривил губы.
— Ага. Конечно.
Он знал: если это командировка — он узнает об этом первым. У них общий бизнес, каждая поездка согласовывается, особенно срочная.
Он поднял листок, посмотрел на него ещё раз и пнул стул.
— Фальшивка. С первого слова.
И злость, которую он так долго удерживал, вышла наружу.
Кристина жала на газ, пока машина мчалась трассой прочь от города. Даша сидела рядом, ветер развевал её волосы, а на лице впервые за долгое время была настоящая, расслабленная улыбка.
— Ты уверена, что эта записка была не слишком палевная? - спросила Даша, открывая банку энергетика.
— Да отстань. - Крис фыркнула. — Они всё равно не читали бы, если бы мы сказали прямо. Ты знаешь, они бы нас не выпустили.
— Не выпустили. - согласилась Даша.
— Особенно Кудрявый. Он бы ещё лекцию прочитал, как «всё надо согласовывать».
— Вот именно! - Кристина рассмеялась.
— И поэтому... мы делаем что хотим.
Даша вытянула ноги вперёд и кивнула охраннику, сидящему спереди.
— Скажи ребятам сзади, что можно музыку погромче. Сегодня мы отдыхаем.
Тем временем Турбо уже шел к дому Вахита. Он не был человеком, который ждёт или надеется. Он тот, кто проверяет, ломает, требует.
Он не стал звонить. Просто вошёл.
Вахит сидел на кухне, глядя на свой телефон с таким выражением, будто пытался прожечь экран взглядом. Он поднял голову, увидел Турбо и встал.
— У тебя тоже? - спросил он ровно.
— Записка. - Турбо бросил листок на стол.
— Бред.
— У меня такая же. - Вахит поднял свой.
— Они думают, что мы идиоты? Командировка? С утра? Без предупреждения?
— Они думают, что мы проглотим. - процедил Турбо. — Но это не их стиль. Это бегство.
— Не бегство. - Вахит сжал кулаки.
— Кристина не убегает. Значит, что-то случилось.
Турбо хотел сказать «ничего не случилось», но сдержался.
Если это было бы чисто желание отдохнуть — Даша бы сказала.
Хотя... не факт. Упрямая.
Он втянул воздух и резко развернулся:
— Где Марат?
— В кабинете. Тоже ищет. - ответил Вахит. — Он... нервничает.
— Рад за него. - хмыкнул Турбо, поднимаясь наверх.
Марат стоял у окна. Его обычно спокойное лицо было жёстким, сжатым. Он держал свой телефон так, будто тот мог дать ответ, но не давал ничего.
— Она не отвечает. - сказал он, не оборачиваясь. — Третье сообщение оставил.
Турбо остановился в дверях.
— Она никому не отвечает, логично наверное, что и тебе не ответит.
Марат резко повернулся.
— Ты думаешь, что это нормально?
— Я думаю, что они уехали. И не сказали нам.
Марат шагнул ближе.
— Ты всегда всё знаешь. Всегда всё контролируешь. А сейчас? Стоило тебе припереться, так все опять начало рушиться.
— Сейчас я злюсь. - спокойно сказал Турбо.
— Это не из-за меня все рушится, сам то куда смотрел?
Между ними повисло тяжёлое, старое напряжение. Четыре года — не срок, чтобы забыть.
Марат выдохнул:
— Я переживаю за неё, ясно? Они могли поехать куда угодно.
— С чего вдруг ты за нее переживаешь? - грубо сказал Туркин.
— С того, тебя это волновать не должно, крыса ментовская. - ответил Суворов и подошел ближе.
— Ты кого крысой назвал, ублюдок! - Туркин схватил Суворова за воротник.
— А че не заслужено по твоему? Думал попытаешься ментам меня сдать, а я все забуду? Хотя знаешь мы квиты, пока не было тебя, твою девушку успокаивал я. - улыбнулся Суворов и по его лицу прошелся кулак.
— Ты че несёшь, тварь?! - рычал Турбо, ударяя Марата.
— Что слышал, все эти 4 года я был рядом с Дашей, пока ты гнил в тюрьме. В кровати с ней в одной спал. А ты ей жизнь тогда испортил.
— Не ври! Не ври, она не могла! - злился Туркин.
— Еще как могла. - улыбнулся Суворов и Туркин его отпустил.
— Да чтоб ты знал, я тебя не закладывал никогда. Мне даже срок сократить обещали, если сдам кого-нибудь. Но я сука не согласился! До последнего молчал! Если тебе интересно, тебя Филип московский сдал. Тварь.
Вахит вошёл, хлопнув дверью.
— Хватит. Разборки после. Сейчас ищем.
Трое мужчин посмотрели друг на друга и впервые за долгое время никто не стал спорить.
⸻
Девочки уже были в тире, частном, закрытом, километрах в тридцати от города.
— Дай мне тот маленький. - сказала Даша, указывая на компактный пистолет.
— Ты снова хочешь по банкам или по мишеням?
— По банкам. Хочу слышать звук.
— Хорошо. - Крис улыбнулась. — Только не прострели никому ногу, ладно?
Они смеялись, когда стреляли. Смех был звонким, настоящим, тем, которого в городе давно не слышали.
После тира они пошли на заднюю площадку, где стояли столы, напитки и закуски.
— За свободу. - сказала Кристина, подняв бокал.
— За то, что мы наконец-то можем сделать что угодно. - ответила Даша.
— И никто нас не трогает.
Они выпили, поставили бокалы, и Кристина включила музыку громче.
Сегодня они жили, не объясняясь, не отвечая на звонки, не оправдываясь.
⸻
А тем временем в офисе камер наблюдения начался хаос.
— Вот! - Вахит ткнул пальцем в экран. — Час назад охрана вывезла машину. Уволю их нахрен. Увезли их и трубки не берут.
— Они поехали на трассу. - добавил Марат, наклоняясь ближе. — Южное направление.
— Там тир. - сказал Турбо.
— Там три тира. - поправил Вахит.
— Тогда проверяем все. - Турбо уже доставал телефон.
Он звонил быстро, короткими фразами, резкими словами. Иногда срывался, иногда рычал, но всё по делу.
— У них не записано резервов. - сказал он спустя пару минут. — Но это ничего не значит.
— Значит, они просто поехали отдыхать. - Марат медленно опустил руку.
— Значит, нас не предупредили. - Вахит злился больше всех. — Что за хрень?
Турбо посмотрел на Марата.
— Ты переживаешь?
— А ты нет?
Они снова встретились взглядами, и напряжение вспыхнуло, но уже иначе.
Не как враги, а как двое мужчин, которые боятся за одну и ту же девушку.
— Ладно. - Турбо повернулся к двери. — Едем.
— Втроём? - спросил Марат.
— Да. Втроём. - ответил Вахит.
— А мой сын? Он не может поехать с нами.
— Ну вот и славно, значит ты останешься с ребенком. - ответил Суворов.
— Прекратите. Лева останется с охраной, они справятся. Пошли уже в машину. - грубо сказал Зималетдинов.
И никто ничего не сказал. Просто пошли.
⸻
Девочки тем временем уже сидели на крыше маленького домика возле тира. Отсюда открывался вид на поля, уходящие за горизонт.
У Кристины в руках была бутылка сидра, у Даши лимонадик со льдом.
— Ты счастлива? - спросила Кристина.
Даша подумала секунду.
— Да. Сегодня да.
— Без Турбо?
— Он... слишком спокойный стал. Тянет, терпит. А это меня бесит ещё сильнее.
— Понимаю. - кивнула Крис. — Мужик должен быть взрывным, а не губкой.
— Вот именно. А он терпит. Меня это раздражает.
Пауза.
— Они, наверное, сейчас злые как черти. - сказала Кристина.
— Сто процентов.
Они рассмеялись, касаясь бутылками.
Небо было ярким, музыка гремела, жизнь казалась лёгкой и далёкой от всего.
⸻
Турбо вел машину как танк. Марат сидел справа, сжатый, молчаливый. Вахит сзади проверял карту.
— Они на юге. - сказал он. — Но дальше туманно. Нет камер.
— Значит, будем искать вручную. - буркнул Марат.
Турбо сжал руль.
— Я её найду. Хоть землю разрою.
— Мы их найдём. - поправил Вахит.
— Мы. - согласился Турбо.
Впервые за долгое время, без сарказма.
⸻
Девочки делали маленькие глупости:
стреляли по бутылкам,
смеялись до слёз,
спорили, кто попадёт дальше.
В какой-то момент Кристина сказала:
— Даш, мы нужны им. И они сейчас, блин, сходят с ума.
Даша улыбнулась.
— Вот пусть сойдут. Один раз можно.
⸻
Машина резко остановилась у поворота.
Турбо вылез, осмотрел местность.
— Следы шин! - крикнул Марат. — Свежие.
— Идут в сторону закрытого тира. - добавил Вахит.
Турбо коротко кивнул.
— Тогда туда.
Они тронулись, каждый внутри сжимая тревогу, которая уже превращалась в злость.
Марат смотрел в окно, думал о Даше.
Вахит — о Кристине.
Турбо — о том, что она ушла, и не сказала.
И все трое — о том, что им страшно. Настояще страшно.
⸻
А на крыше девочки продолжали смеяться, не подозревая, что эти трое мужчин уже мчатся к ним.
И что через полчаса мир взорвётся.