Глава 7
Питер. Место встречи.
Поставщики разложили документы, Марат сел чуть в стороне, заняв позицию наблюдателя — так, чтобы видеть всех сразу.
Турбо же остался стоять, положив руки на спинку пустого стула, словно даже мебель не заслуживала того, чтобы он на неё сел.
Даша открыла первую папку: маршруты, сроки, цены.
Формальности, которые обычно занимали минут десять.
Но сегодня воздух дрожал, будто каждый звук резонировал сильнее, чем нужно.
— По последней партии есть вопросы. - начал старший поставщик, указывая на схему перемещения товара.
— С логистикой? - спокойно уточнила Даша.
— Да. На границе усилили проверки. Нужно либо менять транспорт, либо брать человека, который умеет проходить точки без риска.
Пауза.
Коридор возможностей сжался до одного имени.
Все понимали — но никто не хотел произносить.
Марат кашлянул, как будто пытаясь взять инициативу, но Турбо сделал шаг вперёд, и тишина упала сама.
— Я возьму. - сказал он тихо, но так уверенно, что это прозвучало как приговор.
Поставщики сразу замолкли.
Даже Марат слегка напрягся.
Только Даша не шелохнулась.
— Туркин. - она произнесла холодно и ровно, не поднимая глаз. — Здесь рабочая встреча. Мы не обсуждаем кандидатуры, пока не пройдём по документам.
Он усмехнулся, медленно, будто проверяя её границы.
— Значит, идём по документам. - сказал он и наконец сел в пустой стул, который до этого будто ждал именно его.
Он расположился близко — слишком близко, так что Даша чувствовала его присутствие, как электричество под кожей.
Она продолжила говорить:
— Маршрут номер три. Там изменили время пропуска, нужно перенастроить расписание тягачей...
Но пока она говорила, Турбо не смотрел на бумаги.
Он смотрел на неё.
Не броско, не демонстративно, а так, будто пытался сопоставить то, что помнил четыре года назад, с тем, что видел сейчас.
Поставщики, не чувствуя личного подтекста, работали дальше, разъясняли детали.
Даша отвечала уверенно, чётко, профессионально.
Но разговор прервался, когда один из посредников невинно уточнил:
— И всё-таки... нам нужен тот, кто сможет пройти погранпункт без шума. Марат не подходит, его знают. Нужен другой человек.
Пауза.
Взгляд всех медленно переключается туда, где сидит Турбо.
Он чуть приподнял бровь, словно ждал этого.
Даша закрыла папку
— Мы хотим, чтобы проведением маршрута занялся Турбо. У него есть опыт... нужный нам опыт.
Марат резко поднял взгляд.
В комнате будто похолодало.
Турбо даже не вздрогнул, наоборот, откинулся на спинку стула, скрестил руки и ждал.
Слишком самоуверенно.
Даша медленно повернулась к поставщикам.
— Вы уверены в этом? - спросила она ровно.
— Да. - подтвердил посредник. — Он прошёл самые сложные точки, знает серые коридоры, а главное, с такими людьми проще. Надёжнее.
«Такими людьми».
Слово ударило в комнату, как камень о стекло.
Турбо смотрел только на неё.
Он ждал, как она отреагирует.
Он знал, что это момент, где всё может сломаться, или измениться.
— Интересный выбор. - сказала она тихо, почти ласково.
Но это было хуже крика.
— Вы, конечно, свободны в своих предложениях. Но вы точно пролистали его досье? - она наклонила голову чуть в сторону. — Или просто смотрите на имя, а не на то, что за ним стоит?
Поставщики слегка напряглись.
Турбо не шелохнулся.
Даша открыла папку на одной из страниц, не показывая её всем, только проводя пальцем по строкам, словно напоминая ему, что она знает каждую букву.
— Первые два года. - сказала она спокойным, холодным голосом. — Человек сидел в тюрьме.
Драки. Карцер. Агрессия.
После выхода — алкоголь. Срывы. Потери.
Она подняла глаза.
Её взгляд был ледяным.
— Скажите, господа... вы действительно хотите ставить товар стоимостью в несколько миллионов на человека, которого относили как «неконтролируемый»? Если мне память не изменяет, формулировка была именно такая.
Поставщики переглянулись.
Один тихо пробормотал:
— Но... он знает проходы...
— Проходы? - Даша едва заметно усмехнулась. — Прекрасно. Но я не веду дела с людьми, чьи решения могут зависеть от бутылки с вечера.
И экономически, и юридически — это риск, который я не возьму на себя.
Тишина в комнате стала вязкой.
Турбо слушал это без единой эмоции на лице, но в глазах что-то вспыхнуло, не ярость, но удар, который он, кажется, ожидал... и всё равно почувствовал.
Даша закрыла папку медленно, нажимая ровно так, чтобы звук был слышен всем.
Турбо наконец подался вперёд, положив локти на стол.
Улыбки не было, только стальная тень.
— Ты играешь грязно, Зималетдинова. - произнёс он тихо.
— Я играю безопасно. - парировала она. — Разница огромная.
Поставщики удалились для обсуждения всей полученной информации и в помещении осталась тройка, когда-то друзей.
— Что, решили мне насолить? Не выйдет. - ухмыльнулся Туркин. — Поверьте, у меня тоже много чего есть на вас. Марат, не оставишь нас?
— Бегу и падаю. - грубо ответил тот.
— Свали, а. - уже грубее сказал парень.
— Марат, все хорошо, иди покури. - сказала девушка и парень покинул помещение.
Турбо встал со стула и двинулся ближе к девушке. Холодок прошелся по спине Зималетдиновой, но она пыталась сохранять самообладание.
— Решила найти рычаги давления. Только видимо сама забыла сколько убийств на тебе. И что в тюрьме я сидел, защищая тебя. - он наклонился ближе и его дыхание обжигало шею девушки. — Или ты боишься работать со мной, потому что все еще дрожишь при виде меня, потому что все еще любишь меня и не забыла.
Его фирменная ухмылка, которая ее бесила. Он попал точно в цель. Она боится своих чувств к нему, ведь каждый день во снах видит именно его. Но она не могла признать этого.
— Мне плевать на тебя уже давно. Я просто не хочу работать с зеком алкашом. Судя по тому, что ты сюда приперся, это ты меня забыть никак не можешь. - она перешла из защиты в нападении.
— Да у меня уже столько девушек было, я о тебе вообще не вспоминаю. - уверенно заявил он и девушка рассмеялась.
Даша открыла папку и пальцем указала на графу «ни одной женщины за 4 года».
— Много говоришь было? - улыбнулась она. — Что, до сих пор меня забыть не можешь, или не даёт никто? В прочему мне плевать, я не боюсь тебя.
Парню стало не по себе, что она знает о нем слишком много и что все факты указывали против него.
— Но ты же боишься со мной работать.
— Ничего я не боюсь, мне вообще плевать.
— Я заметил, из кожи вон лезешь, чтоб они выбрали кого-то другого, а не меня.
— Да я хоть прям щас им скажу, что я не против.
— Ну давай. - парень улыбнулся, понимая что победил. Он вывел её на эмоции и теперь она самостоятельно согласится.
Девушка на эмоциях зашла в комнату поставщиков и заявила.
— Я согласна работать с Валерием.
Они вышли на улицу. Утренний воздух был сырой, от влажного ветра прохватывало кости, но ей казалось, что она горит.
Она открыла дверь машины, уже собираясь сесть, когда сзади раздался спокойный, слишком уверенный голос:
— Бежишь?
Турбо стоял в нескольких шагах, будто и не шел за ней. Как будто материализовался из тени.
Она резко обернулась.
— Не беги от того, что уже решила. - сказал он тихо. — Ты же понимаешь, что тебе всё равно нужен кто-то, кто проведёт маршрут. - он развёл руками. — И ты знаешь, что лучше меня нет никого.
— Ты мне не нужен, — процедила она.
— Тогда почему ты дрожишь?
Она вцепилась пальцами в дверцу машины, пытаясь удержать себя от ответа.
Гнев, который она держала все эти годы, рванулся наружу.
— Знаешь что? - сказала она. — Я устала. От тебя, от их давления, от всего этого дерьма.
— Тогда подпиши. - он бросил на капот тонкую папку — договор о совместном участии в операции.
Бумаги, печати, подписи поставщиков.
Оставалось только её имя.
Она смотрела на документы, чувствуя, как внутри всё ломается.
Он знал, что загоняет её в угол.
Знал, что выбора почти нет.
— Ты опасен. - тихо сказала она.
— Я эффективен. - поправил он.
Марат шагнул вперёд:
— Даша, не нужно...
Но она подняла руку, заставляя его замолчать.
Мир сузился до них двоих.
Капот машины, подписанный договор, ручка в её пальцах, и Турбо — стоящий слишком близко, слишком уверенный, слишком живой.
Она подписала.
Один короткий росчерк ручкой.
Подпись, которая перечеркнула её собственные правила.
Папка захлопнулась.
Турбо скользнул по документам взглядом.
— Вот и всё. - сказал он. — Добро пожаловать обратно.
Она хотела ударить его.
Хотела накричать.
Хотела сказать, что это не «обратно», что её жизнь совсем другая, что у неё есть сын, работа, принципы.
Но сказала только:
— Если ты подведёшь...
— Я не подведу, — прервал он.
Он сделал шаг к ней.
Настолько близко, что она почувствовала запах его кожи, еле уловимый алкоголь ночей, и что-то ещё — усталость, которую невозможно скрыть.
— И я заполучу то, что захочу. - добавил он.
Даша резко закрыла машину, будто ставя барьер.
— Не вздумай командовать мной. — сказала она.
— Даже не пытался. - усмехнулся он. — Пока.
Она уехала первой — быстро, будто спасаясь.
Турбо остался стоять в утреннем свете, с папкой под рукой, и с тем выражением, которое он носил только тогда, когда получал ровно то, чего хотел.
Но самое страшное было не это.
Самое страшное было то, что Даша, сжимая сумку поняла, он снова стал частью её жизни.
— Черт, какого хрена ты это подписала?!
— Не знаю, Марат, что на меня нашло.
— Не знаешь?! Ты понимаешь, что нам придется видеться с ним каждый божий день?!
— Слушай, мне и так хреново. Не надо сейчас на меня орать и читать мне морали! Я и так уже сто раз пожалела.