Часть 4. Марат
Идти после занятий в гости к новому другу было наилучшим решением. Страх понемногу отступал рядом с мальчишками, она крепко держала их под руки, лишая возможности на кого-то рыпаться. Андрей был не против таких прогулок, он уже привык, что его Диля виснет на руке, пока они идут домой или в музыкалку, а вот Марат напротив, был немного смущён подобным поведением, всё бубнил, что это не по-пацански за ручку ходить, но получив подзатыльника пару раз от девушки, сдался.
Подходя к подъезду пятиэтажки с каменными стенами, Дильназ замедлила шаг, чем вынудила своих охранников тоже замедлиться и, в конечном итоге, остановиться.
— Маратка, — это была её любимая форма, носитель этого имени обижался иногда, что она его называет так при других, — твоя мама точно не будет против незванных гостей? — неуверенно спросила девушка.
Парень, к которому обращались свободной рукой, почесал нос и с непониманием посмотрел на Дильназ.
— Против, — отведя взгляд, ответил парень. — Она мне потом выговор сделает, что друзей домой вожу.
«Друзей»
Приятно слышать это от Марата, что он считает их своими друзьями, а не просто знакомыми. Это был первый раз, когда он это так открыто сказал без шуток и неуместных подколов. Диля улыбнулась, но поняв всю ситуацию, поспешила стереть улыбку с лица. Ей бы не очень хотелось, чтобы коротко стриженный получал люлей от домашних.
— Как-то не очень, — сочувствующим взглядом посмотрела кудрявая. — Может погуляем где-нибудь в другом месте, чтобы твои родители не ругались?
Мальчики переглянулись друг с другом. Марат продолжил свою шарманку, а Андрей пытался скрыть свой вырывающийся смех.
— Не, Дилёк, — он тоже придумал ей форму имени, которая её раздражала, — я же обещал тебе! — наигранно мотнул головой, как бы говоря: «Ну ты чего, я мужчина, и я дал слово». — Ну получу по шапке значит, ничего.
Девушку передёрнуло. Она не знала, что родители Марата такие строгие. И сейчас чувствовала себя виноватой, что согласилась на его предложение посмотреть сюрприз. Теперь из-за неё он будет получать, это плохо, очень плохо. Нужно решать эту ситуацию.
— Марат! — обеспокоенно запротестовала. — Я не хочу, чтобы ты получал по шапке из-за моей прихоти, — забегав глазами по его лицу, произнесла Дильназ.
На этот раз Андрей не выдержал и заржал как лошадь, чем напугал кудрявую.
— Наивная! — сквозь смех говорил светлоголовый, Марат не отставал от друга и тоже подхватил настроение.
Диля хлопала глазами и переводила взгляд с одного смеющегося друга на другого. Улыбка сама вырисовывалась, ну не могла она рядом с мальчишками стоять по стойке смирно, даже когда понимала, что они над ней подшучивают. Это был не первый раз, когда они издеваются над своей кудрявой, изводя её и заставляя нервничать. Но к этому сама девчонка пока привыкнуть не смогла, ей только и оставалось раздавать подзатыльники этим неугомонным детям.
Смотрела она с нежностью, что на Маратика, что на Андрюшу. Сама не заметила, как за пару дней привязалась к хулигану, стала чаще интересоваться о его личной жизни и о том, что у них с Айгуль. Обещала кудрявая, что придет к подружке и обязательно, как бы невзначай поднимет эту тему. Влюблённый парнишка переживает, что краляКраля — девушка которая очень нравится откажет ему в общении, ведь для него она выглядит, как недосягаемая. Дильназ искренне была удивлена, что Марат, собственной персоной, не подошёл познакомиться, когда завидел девчонку, ожидающую машину отца. У неё уже был намётан план, как их познакомить и что нужно говорить своей подруге, чтобы та не отказалась.
Марат ей не был интересен как предмет воздыхания. Да, он был симпатичным и очень даже. Но его взрывной характер и повадки отталкивали. Рядом с собой она видела более взрослого мужчину, нежели сверстника. Про парней Диля никогда особо не задумывалась, не было времени как-то. Учёба — музыкалка — дом — учёба. И так по кругу. В этот столь плотный график общение с мальчиками не очень вписывалось.
Но что-то изменилось с появлением незнакомца с серыми глазами и кареглазого сорванца.
***
— Ма! Я тут с друзьями, — крикнул Марат.
Женщина средних лет вышла на крики сына из кухни, откуда доносился приятный запах специй, видимо она что-то готовила. Выглядела эта персона очень миловидно. Такие же кудрявые волосы, как и у самой Дильназ, но длина была куда короче, они еле касались плеч, в отличие от школьницы, её же волосы струились до лопаток. Карие глаза со столь глубоким оттенком, как и у самого парнишки. Пухлые губки, на которых была нежная розовая помада, острый нос, чуть вздернутый вверх и ярко-выраженные скулы. Она была похожа на манекенщицу, от чего Диля невольно удивилась, ведь если поставить рядом с тётей Светой маму Марата, то будут заметны колоссальные отличия.
Тётя Света — настоящая мама, затюканная рутиной и маленьким ребёнком, у неё нет времени следить за своим внешним видом, когда на горбу два спиногрыза. У неё не такие блестящие волосы, как у мамы Марата, от неё не исходит шлейф дорогих цветочных духов, и одета она по-простому, в потрёпанный халат. Светлана Михайловна была стандартной мамой в советском союзе.
Что не скажешь про семью Марата. Отца не было дома. Как-то при разговоре Марат упоминал, что тот находится в отъезде, но Дильназ была уверена на все сто процентов, что выглядел он так же статно, как и его жена.
Мама его была низкого роста, от чего казалось, что её можно не заметить под ногами. Фигуристая, с выраженной талией, маленькой грудью и широкими бедрами. Одета она была не в халат из неприятного материала, а в кофточку с длинным рукавом, которая была украшена интересными узорами, на ногах были штаны явно из дорогого материала, они выгодно подчеркивали фигуру женщины, показывая, что та была довольно спортивного телосложения с плоским животом и подтянутыми ягодицами.
Женщина приветливо улыбнулась и вышла навстречу, чтобы поцеловать сына в щеку.
— Сыночка! — целуя в щёку, сказала та. — Вижу у вас с Андрюшей подружка появилась, представишь?
Кудрявая засмущалась от столь открытого внимания, покраснела и сильнее сжала руку своего лучшего друга. Непривычно ей было приходить и знакомиться с чьими-то родителями. Ведь с Айгуль и Андреем она знакома давно, поэтому уже и отвыкла от этих ощущений, когда от волнения желудок скручивается в узел до такой степени, что хочется показать всем свой обед, не успевший перевариться.
— Дильназ, — посмотрев на девушку, которая прятала красные щеки за плечом светловолосого, — близкая подруга Андрея.
Поняв, что на неё смотрят три пары глаз, девушка сдавлено произнесла:
— Здравствуйте.
Женщина с оценивающим взглядом осматривала внешний вид девчонки. Подметила, что пальто явно не из дешёвого материала, раз сидит по фигуре, платок на голове был явно не в комиссионке купленный, а на ногах ботиночки, привезённые из-за границы. Накрашена, тоже понимала, что краситься себе не каждая позволит, ведь один только «Балет» стоил около пяти рублей. Сложилось ощущение у шатенки, что девочка эта из обеспеченной семьи и явно воспитанная.
— Ну что ж, Дильназ, рада знакомству, — наклонив голову на бок, сказала кудрявая. — Проходите, мойте руки и за стол. Я как раз заканчиваю обед готовить!
— Взаимно, — уже более увереннее ответила Диля, продолжая держаться за руку Андрея.
Марат быстро скинул куртку и ушёл вслед за женщиной, бесцеремонно заявив о том, что он пошел в "тубзик". Андрей осторожно посмотрел на всё ещё сконфуженную подругу. Посмотрев друг на друга, одними только уголками улыбнулись и принялись снимать верхнюю одежду. Парень уже по-хозяйски закинул свое пальто на вешалку, а шапку на полку, в то время как Диля замерла с зимним пальто в руках.
— Всё будет хорошо, — прошептал парень, забирая вещь у девушки. Дильназ кивнула, согласившись с другом и прошла в гостиную. Андрей повесил вещи на крючок и двинулся следом за пугливой подругой.
Квартира была просторной с большими окнами, которые давали уйму света даже без искусственного освещения. Прямо из маленькой и уютной прихожей можно было попасть в гостиную. Огромные двери, которые занимали не маленькую часть стены, привлекали внимание, они были молочного цвета с мутным стеклом внутри.
Сама гостиная была обставлена очень даже по-богатому. Большой ковер посреди комнаты давал понять, что семья себе ни в чем не отказывает. Ковры нынче дорогие, помнила Диля как родители Айгуль копили деньги на ковер в зал. Потому и судила, что мама и отец Маратки солидные и уважаемые люди.
Большой дубовый стол, за которым скорее всего устраивали застолья, стоял прямо на этом ковре. Его украшала ваза с белыми розами, шикарный букет бросался в глаза. По периметру стояли стулья из такого же же материала. Дильназ посчитала, что эта мебель из-за границы, потому что выглядит дорого.
Стенка была почти такой же, как и у тёти Светы — большая и вместительная. В серванте стояли хрустальные стаканы и графины, которые поблёскивали от лучей солнца. На тумбе, которая была расположена посередине всей этой дубовой стенки, стоял цветной телевизор больших габаритов. Сверху над этой техникой висели часы, что медленно отмеряли минуты до встречи с группировкой.
Окинув взглядом шторы, струящиеся до пола, девушка улыбнулась. В их квартире тоже такие, светло-лимонные, привезенные из Москвы на мамино день рождения.
Осмотреть всё не получилось, отвлеклась девчонка на ноты, струящиеся из инструмента. Развернулась и ахнула от такой дерзости друга.
— Андрей! — зашипела та. — Это неприлично.
Друг не слушал. Своими длинными пальцами со сбитыми костяшками играл произведение, которое он учил на последнем занятии по сольфеджио. У парня не было дома инструмента, о котором он так мечтал, а потому завидев как он стоит у других, не смог пройти мимо. Это был уже однозначно не первый раз, когда тот увлекается игрой на фортепьяно, ведь делал он это без робости, а с долей уверенности, будто разогревался. Диля облокотилась головой на косяк двери, наблюдая за игрой друга. Видела, что тот путает ноты из-за чего игра получается прерывистой и скудной.
«Забыл?»
Какой бы Диля не была язвительной, друга она своего любила и желала ему всего самого хорошего, хотела чтобы в его доме тоже появился инструмент, и он мог играть также ярко и открыто для Юлы с тётей Светой. Мама его восхищалась талантом сына, говорила, что сыночка её в гору пойдет и может даже группу музыкальную соберёт.
— Мария Ивановна тебя убьёт.
Шатенка не могла долго стоять и смотреть, как её друг путается. Хотела помочь. Дильназ наклонилась и сама начала нажимать на клавиши, надеясь, что их не наругают. С помощью кудрявой игра на инструменте значительно изменилась, темп больше не сбивался, и новые ноты не появлялись там, где не нужно. Андрей дарил ей красноречивую улыбку, когда та исправляла и говорила, что нужно подтянуться.
Увлеклись они не только игрой, но и тихой беседой. Теперь всё стало ясно насчет прогулов. Пообещал парниша, что придёт на репетицию во вторник и не огорчит Марию Ивановну своими навыками.
Дети и не заметили, как восторженно наблюдала за ними хозяйка квартиры, прижавшись виском к косяку двери. Она по-доброму улыбалась, а когда те закончили играть, подала голос:
— Какие же вы молодцы! — похлопала в ладоши. — Я и подумать не могла, что твоя подруга Андрей, — указывая кивком головы на девушку, — так хорошо играет. У нас никто не играл на инструменте, от деда остался вот и стоит пылиться, но с появлением Андрюши все поменялось!
Дильназ подняла глаза на портрет, который висел над фортепьяно.
— Маратик, слышал, как Андрей с Дильназ играют? — крикнула женщина. Дильназ закусила губу от похвалы чужого родителя, её отец никогда не хвалил, он принимал это как должное.
— Да! — крикнул парень, выключая воду.
— Пройдёмте, обед уже стынет, — улыбнулась его мама, подзывая детей рукой пройти на кухню.
За столом сидел Марат, улыбаясь, макал свой хлеб в красный борщ. Странная привычка, которую подметила девушка, большинство мальчишек так делали. Расположилась она между двух парней. Марат уплетал борщ за две щеки, порывами поглядывая на друга, который занимался таким же действием. Запах свежесваренного бурака и зажарки вызвал урчание в животе. Девушка не пожалела, что взяла в столовой именно салат, а то придя в гости, отказалась бы от такого сытного обеда. Как оказалось, маму Марата зовут Надежда Андреевна, так обратился к ней Андрей, когда попросил ещё кусочек хлеба.
Ели они в тишине до того, как Надежда Андреевна тактично не оставила детей наедине друг с другом. Тогда Марат сербанул с ложки красной жидкости и с полным ртом попытался что-то сказать.
— Эпта, — бубнел он невнятно.
Девушка посмеялась с попытки выговорить её имя.
— Маратик, когда я ем — я глух и нем. Знаешь такое? — подколола его кудрявая.
Андрей поперхнулся от смеха и громко закашлял, от чего мальчик в спортивном костюме засмеялся так громко, что мама его зашла на кухню проверить, все ли в порядке у детей. Убедившись, что всё хорошо, вернулась к уборке, которую она затеяла.
***
— «Ласковый май» знаешь? — с горящими глазами заговорил парень.
— Это.. И снова седая ночь.. — напела девушка.
На неё посмотрел удивленный Андрей. Он и ума не мог приложить, что его подруга знает эту группу, ведь она в ДК на дискотеки не ходила, чтобы услышать её.
— Откуда? — вырвалось у сидящего за фортепьяно парня.
Кареглазая закатила глаза и погладила себя по шее.
— Ты меня уже в бабульки записал, — иронично сказала та. — Айгуль помешана на этом Шатунове, как не встретимся, всё напевает его, да кассеты дома включает. Тут хочешь не хочешь — будешь знать, — фыркнула та.
Марат засмеялся и пихнул друга в плечо, намекая на то, что подруга его не такая уж и правильная, если знает песни кроме этих нот и устарелых произведений, громко кричащих под галочкой «классика». Андрей криво улыбнулся, не получится значит произвести нужный эффект неожиданности.
— Мы тут на ноты разобрали, послушаешь? — спросил Андрей.
Передёрнув плечами в предвкушении, эмоционально ответила:
— Конечно, давай, заводи шарманку!
Заструилась музыка, от чего голова непроизвольно закачалась в такт. Девушка улыбалась самой искренней улыбкой, на которую была способна. Смеялась с Маратом, когда Андрей путался, держались за руки и подпевали там, где нотами подразумевался текст. Весело и так чувственно выглядели они сейчас. Откинули в данный момент и в данную секунду проблемы и тревоги. Им было хорошо.
«Но продлиться ли эта эйфория надолго?»