Глава 29. Караул у сердца
Ночь прошла без снов — впервые за долгое время я провалилась в тяжелое, но спокойное забытье. Когда первые лучи зимнего солнца начали пробиваться сквозь щели в шторах, я открыла глаза. В голове еще стоял туман, а на щеках чувствовалась стянутость от вчерашних слез, но внутри было на удивление тихо. Буря утихла.
Я медленно поднялась, накинула домашнюю кофту и, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить сестер, подошла к двери. Нажала на ручку, толкнула полотно... и замерла. Дверь открылась всего на несколько сантиметров, во что-то упершись. Я нахмурилась и толкнула чуть сильнее. Раздался глухой звук, а затем послышался сонный, хриплый голос:
— Ну и куда ты собралась в такую рань, Туркина?
Я застыла на пороге. Прямо у моей комнаты, прислонившись спиной к стене и перекрывая проход, сидел Валера. Он притащил старый деревянный стул из кухни и, видимо, так и заснул на нем, сложив руки на груди.
— Ты... ты что здесь делаешь? — выдохнула я, глядя сверху вниз на его взлохмаченную голову.
Валера медленно потянулся и поднял на меня взгляд. Глаза у него были красными от недосыпа, но в них читалась странная решимость.
— Сказал же вчера: буду спину прикрывать. Вот и прикрывал. Мало ли, вдруг ты решишь ночью опять на балкон пойти.
Я смотрела на него, и горло снова сжало от невыносимой нежности. Он просидел всю ночь на жестком стуле у моей двери. Чтобы я знала: он рядом.
— Валер... Спина не затекла? Стул же жутко неудобный.
Он усмехнулся, поднимаясь на ноги.
— Нормально. Иди на кухню, чайник поставь. А я хоть умоюсь, а то рожа такая, что Лилит испугается.
Он легонько щелкнул меня по носу, проходя в ванную. Казалось, утро будет спокойным. Но идиллию прервал резкий, тяжелый стук в дверь. В этом звуке было что-то властное и до тошноты знакомое. Я почувствовала, как в легких закончился воздух. На пороге стоял мужчина в дорогом пальто. Отец.
— Отойди, парень. Это семейные дела, — высокомерно бросил отец, пытаясь отодвинуть Турбо рукой.
Валера даже не шелохнулся. Он перехватил руку отца за запястье и сжал так, что тот поморщился.
— Семейные дела, говоришь? — Валера усмехнулся. — Ну так ты по адресу. Потому что я её муж. А значит, это и мои дела тоже.
Сердце пропустило удар. Я стояла за его спиной, вцепившись пальцами в края своей кофты, и не проронила ни слова. Могла бы возразить, но язык словно прирос к нёбу. Моё молчание в этот момент было громче любого согласия.
Отец на мгновение опешил, а потом по его лицу разлилась презрительная усмешка.
— Муж? Не смеши меня. Кому она нужна? Эта девка всегда была никем. Кого ты к себе в квартиру пустила, Лира? Я пришел забрать Лилит и Лану. Ты не справляешься, ты нищая, у тебя ни гроша за душой. Собирай их вещи, им не место в этом клоповнике.
Я сжала кулаки, чувствуя, как старый страх пытается снова парализовать меня. Но Валера среагировал быстрее. Он притянул меня к себе за плечо, собственническим жестом прижимая к своему боку.
— Для тебя она, может, и была никем, — голос Турбо стал опасно тихим, — а для меня она — всё. Так что рот прикрой, пока я тебе его не зашил.
Отец побледнел, но его гордыня взяла верх.
— Послушай меня, щенок. У меня связи в министерстве, в милиции. Один мой звонок — и тебя упекут так далеко, что солнце видеть перестанешь. А девчонок всё равно заберут. Ты думаешь, ты со своими кулаками попрешь против системы?
Валера усмехнулся ему прямо в лицо.
— Твоя «система» здесь не работает, дядя. Здесь район «Универсам». Твои связи в министерстве не помогут тебе в сугробе, если я решу, что ты нам мешаешь. Мы — это и есть система здесь. Понял меня?
Встретившись с абсолютно безумным взглядом Валеры, отец осекся. Он понял: перед ним тот, кому действительно нечего терять.
— Ты об этом пожалеешь, Лира! — крикнул он, уже поспешно спускаясь по ступеням.
Валера с грохотом захлопнул дверь. В прихожей повисла тишина. Турбо обернулся ко мне. Его взгляд мгновенно смягчился.
— Прости, что назвался мужем, — хрипло сказал он. — По-другому это дерьмо не заткнуть было. Он за сестер заикнулся, вот я и...
Я подняла на него глаза.
— Он никогда не поверит, что меня можно любить... — прошептала я.
Валера сделал шаг ко мне и обхватил моё лицо ладонями.
— Плевать, во что он верит. Главное, что теперь я здесь. И ни одни «связи» его не спасут. Слышишь?
Я молча кивнула, утыкаясь лбом в его плечо. Впервые за всю жизнь мой личный кошмар отступил.