Глава 5.
Блондинка бежала, не разбирая дороги. Она не смотрела под ноги, не замечала прохожих — она просто неслась туда, куда путь был выучен наизусть. Казалось, она могла дойти до этого места с закрытыми глазами, даже в самом страшном кошмаре.
Руки Насти била крупная дрожь. В ушах всё еще стоял предсмертный хрип Николь. Она только что попыталась убить человека. Невинного человека.
Остановившись у дорогого ресторана на окраине города, Настя замерла. Огни заведения казались ей глазами хищника. Она не спешила заходить, пытаясь унять сердцебиение, но время поджимало. Сделав глубокий вдох, девушка распахнула тяжелую дверь.
— Пришла, — хмыкнул темноволосый мужчина с холодными зелеными глазами. Он сидел в глубине пустого зала, вальяжно закинув ногу на ногу. — Какую весть принесла, Настенька?
— Я сделала всё, как вы сказали, — быстро пробормотала она. Девушка спрятала трясущиеся руки в карманы, понимая, что перед этим человеком нельзя показывать слабость. — Девчонку отравила.
— Молодец, — лениво прикурил мужчина. Над столом поплыл едкий дым. — С сыном моим что? Почему он до сих пор не у меня?
— Я не могу так быстро, — голос Насти дрогнул. — Он о вас и слышать не хочет. Огрызается на каждое упоминание.
Мужчина резко вскочил. В одно мгновение он оказался рядом и мертвой хваткой вцепился в тонкую шею девушки. Настя не отвела взгляд, хотя сердце ушло в пятки, а воздуха стало не хватать.
— Так поторопись! — Стальной резко отшвырнул её в сторону. Девушка не удержалась на ногах и повалилась на холодный пол. — Ты узнала, кто такие эти приезжие? Что за деревенские объявились в ДК?
— Обычные... деревенские, — Настя медленно поднялась, потирая шею. — Понятий не знают, ведут себя дерзко, но просто. Можно вопрос?
— Задавай.
— Зачем вам смерть этой девчонки? Она же ни в чем не виновата, просто прибилась к ним...
— Затем, Настя, затем, — Стальной вернулся в кресло. Его лицо превратилось в каменную маску. — Мне нужно выманить Севера, вернулась его дочь, а значит он жив. И найти его дочь, пока эта сука не грохнула нас всех первым ходом.
— Стальной, но эта Николь явно не его дочь. Даже внешне — никакого сходства, — Настя с опаской взглянула на лидера группировки.
— Значит, ищем дальше! — рявкнул он и с силой ударил кулаком по столу. — Ты своё дело сделала. Иди, пока свободная. У тебя пара месяцев, чтобы промыть мозги Валере и вернуть его в семью. Живым или мертвым мне плевать, лишь бы был под рукой.
— Я... не уверена, что смогу вернуться, — тихо произнесла девушка, опустив голову. — Кто-то подкинул мне в карман зажигалку с вашими инициалами. Её увидели. Они теперь думают, что я работаю на вас... или меня подставили.
— А ты куда смотрела, дура?! — Стальной схватил со стола стакан и с силой швырнул его в стену. Осколки градом посыпались на пол. — Придумай что-нибудь! Выкручивайся! А лучше всего подставь эту компанию. Свали всё на них, пусть Универсам их сожрет.
— Я всё сделаю...
Настя быстро развернулась и почти выбежала из ресторана. На улице её накрыла истерика. Руки ходили ходуном, по щекам потекли жгучие слезы. Она не хотела такой жизни, не хотела быть пешкой в кровавой игре. Но назад дороги не было.
Девушка медленно побрела в сторону дома, из которого только что сбежала как последняя предательница. Она знала: если Николь выживет, её ждет ад. Но если умрет, ад будет еще страшнее.
***
Николь медленно открыла глаза. Сил не было даже на то, чтобы пошевелить пальцем, а яркий дневной свет больно ударил по зрачкам. Мир перед глазами плыл, как в тумане, но через минуту взгляд удалось сфокусировать. Ника поняла, что лежит в своей кровати, а в кресле рядом, ссутулившись от усталости, сидит Кира.
— Проснулась... — Кира мягко улыбнулась. Она тут же потянулась к тумбочке, взяла стакан с водой и помогла Николь приподняться, чтобы та смогла напиться. Горло нещадно драло от обезвоживания.
— Спасибо, — прошептала Николь, осушив стакан до дна. Она подозрительно огляделась, убеждаясь, что в комнате нет никого лишнего, прочистила горло и уже громче спросила: — Ты нормальная вообще? Какая я тебе селедка?
— Ты слышала?! — Кира округлила глаза от удивления, а потом звонко рассмеялась. — Ну а что мне оставалось? При Туркине кричать: Только попробуй помереть, Северова? А так — селедка... Почти похоже
— Ненормальная, — слабо усмехнулась Николь. Силы по капле возвращались, и девушка смогла самостоятельно сесть в постели, опираясь на подушки. — Где все? И что вчера произошло на самом деле?
— Тебя убить хотели. Отравить, — лицо Киры мгновенно стало жестким. — Лёха сейчас на базе Универсама. Пацаны на взводе, они уверены, что это дело рук девки Турбо. Зажигалка сделала своё дело, все подозрения теперь на ней.
— Ну и славно, — губы Николь тронула холодная улыбка. — Как вы поняли, чем меня накачали?
— Ты с Туркиным курила на балконе, а обратно он тебя уже на руках занес. Сказал, что ты просто обмякла. Дыхание было едва ощутимо, пульс почти пропал. Наташа молодец, быстро сообразила, что это химия. Ну и Лёха отцу твоему звонил...
— Папа в курсе?! — сердце Николь ёкнуло. Она резко подорвалась, забыв о слабости. — Телефон тащи! Живо! Он же сейчас сорвется и сам сюда приедет!
Кира вскочила и принесла трубку. Николь лихорадочно набрала знакомый номер.
— Кто?! — на том конце провода рявкнул отец. На заднем фоне слышался какой-то шорох, звон металла и тяжелые шаги.
— Пап, это я, — Николь почувствовала, как отец на том конце провода шумно выдохнул, сбрасывая колоссальное напряжение.
— Только вернитесь... я Лучика собственными руками задушу! — Северов с силой грохнул кулаком по столу. — Я уже вещи собрал, думал лично ехать головы отрывать.
— Пап, всё хорошо. Я в порядке, честно.
— Тебя чуть не убили, Николь! — процедил отец сквозь зубы. — Я больше чем уверен, что это дело рук Стального. Он почуял что-то.
— Нет, пап. Это просто девушка его сына. Мы, скажем так, не нашли общий язык, — соврала Ника, чтобы немного успокоить его. Эта девчонка что-то затеяла на самом деле.
— Николь, гляди в оба. Беда может прийти оттуда, откуда ты её совсем не ждёшь, — голос отца стал пугающе спокойным. — Стальной не должен тебя узнать. Мы всё подчистили: по документам у тебя теперь другая фамилия и отчество. Для всех ты просто приезжая. Поняла меня?
— Пап, всё будет хорошо, ты же меня знаешь, — Николь бросила взгляд на Киру. Обе понимали: хорошо уже точно не будет.
Входная дверь в квартиру вдруг с грохотом распахнулась, ударившись о стену. Николь в панике оглянулась на дверь спальни.
— Всё, целую, у нас, похоже, гости!
— Позвони вечером! — бросил отец, и трубка запищала.
В дверном проеме показалось сразу несколько фигур: впереди — разъяренный Турбо, за ним — бледная и растерянная Настя. Следом в комнату ввалились Адидас, Вахит, Кощей и Лёха. Последний выглядел по-настоящему напуганным. А на скулах Валеры гуляли желваки, кулаки были сжаты до белизны костяшек, а в правой руке он судорожно сжимал ту самую зажигалку.
— Чё уставились? — Николь первой нарушила затянувшееся молчание, выгнув бровь. — У нас тут, вроде, не проходной двор.
В комнате повисла тяжелая, душная тишина. Внутри у Ники зародилась паника, но она подавила её привычным усилием воли. Взгляд остался ледяным и колючим.
— Слушай, тут это... — начал было Вахит, пытаясь подобрать слова, но Валера его грубо перебил.
Он резко шагнул вперед и швырнул зажигалку в сторону кровати. Николь на лету поймала тяжелый металлический предмет.
— Красивая, — не подала виду девушка. Она спокойно чиркнула колесиком, глядя на ровный язычок пламени. — Чья вещь?
— Ты дураков из нас не строй! — рявкнул кудрявый, и его голос сорвался на хрип. — Это ведь твоя, да? Признавайся, сука, на отца моего работаешь?! Или шпионить за ним приехала?
— Ты за языком-то следи, — Кира мгновенно поднялась с кресла и преградила Валере путь, закрывая собой подругу. — Остынь, Туркин, а то быстро охладим.
— Я впервые вижу эту вещь, — Николь спокойно пожала плечами и покрутила зажигалку в руках. — Это твоя девка на меня наговорила, чтобы жопу свою прикрыть? — Ника горько усмехнулась. — Хотите сказать, я сама себя отравить решила? Чуть на тот свет не ушла, чтобы вам спектакль показать? Она просто отводит от себя подозрения, потому что понимает, за такое с неё спросят.
— Она дело говорит, — Вова задумчиво почесал усы и, подойдя к Николь, забрал у неё зажигалку. — У нас нет никаких доказательств против неё, Валер. Зато Настя твоя сбежать пыталась.
— А вы вот так просто взяли и поверили какой-то тёлке, которая в городе меньше недели?! — Турбо сорвался на крик.
Николь, превозмогая слабость в ногах, медленно поднялась с постели. Она подошла к парню вплотную, так, что между ними оставалось всего пара сантиметров. Она смотрела ему прямо в глаза, не моргая.
— Тёлка — это твоя белобрысая. С ней так общаться будешь, — прошептала она сквозь зубы. — Да, мы приехали недавно! Но почему вас это так напрягает? Неужели люди не имеют права на переезд, или вы тут на каждого кидаетесь?
— Ты думаешь, я идиот? — процедил Турбо, делая шаг вперед. — Ты вчера назвала меня Труба. Так меня называл только один человек, злейший враг моего отца, Север. Это раз. Во-вторых, у этого врага есть дочь, которую тоже зовут Николь. И о, бинго! Ровно тогда, когда вы появились в городе, пошел слух, что дочь Севера вернулась. Добавь сюда зажигалку, твою смелость и то, что ты знаешь явно больше, чем положено приезжей.
— И? — Николь издевательски усмехнулась, хотя внутри всё натянулось, как струна. Просчиталась. Она действительно просчиталась с этим прозвищем. — Мне тебе документы показать, параноик? Тебе бы в больничку, Туркин, нервы подлечить.
Николь смотрела ему прямо в глаза, понимая, что прямых доказательств у него нет, но правда уже дышит ей в затылок.
— А покажи! — вдруг подала голос Настя, стоявшая за спиной Валеры. — Чего встала? Показывай, раз честная такая.
Николь едва заметно ухмыльнулась. Она медленно кивнула Лучику, и тот молча вышел в коридор. Через минуту он вернулся и протянул документ. Карпова Николь Витальевна.
Ну, папочка, спасибо, что вовремя подсуетился с липой, — подумала она про себя.
— Посмотрели? — Ника обвела толпу победным взглядом. — А теперь освобождаем мою квартиру. Все. А ты, — она ткнула пальцем в Настю, — останься. Нам нужно закончить женский разговор.
— Она не останется... — начал было Турбо, но Кощей, заинтригованный переменой атмосферы, молча взял Валеру за плечо и вывел из квартиры.
— Приносим извинения, Николь, — бросил Вова на прощание. — Настя нам такое напела, что не поверить было сложно. Выздоравливай.
Дверь захлопнулась. В квартире воцарилась зловещая тишина. Настя забилась в угол комнаты, глядя на Николь как на привидение. Ника медленно, хищной походкой двинулась к ней. Без лишних прелюдий она резко выпрямилась и наотмашь ударила девушку по лицу. Голова Насти дернулась, из разбитой губы тут же потекла тонкая струйка крови.
— Тебе жить надоело? — тихо, почти ласково спросила Николь, наматывая светлые волосы девушки на кулак и заставляя её смотреть вверх. — Я это быстро исправлю. Будешь спать не в теплой постели, а под сырой землей.
Лучик и Кира стояли в дверном проеме, наблюдая за расправой.
— Как думаешь, убьёт? — спокойно спросила Кира, скрестив руки на груди.
— Вряд ли, — отозвался Лёха. — Слишком много вопросов возникнет у Универсама.
— Зачем отравила? Отвечай! — Ника дернула Настю за волосы еще сильнее. В глазах блондинки плескался первобытный, нечеловеческий страх.
— Мне приказали! Я не хотела, клянусь! — затараторила Настя, глотая слезы. — Стальной... Он на всех приезжих девчонок сейчас охоту открыл. Сказал проверить тебя на прочность.
— Значит, я была права, ты работаешь на него, — Ника резко отпустила волосы, и Настя, потеряв равновесие, рухнула на пол. Николь присела перед ней на корточки, заглядывая в заплаканное лицо. — И почему ты так быстро мне всё вывалила? Он же тебя грохнет, если узнает.
— Я... — Настя вытерла кровь тыльной стороной ладони. — Я знаю, что ты дочь Северова. Я знала, что документы у тебя липовые, поэтому и просила их показать... Чтобы парни перестали копать под тебя. А... подставила я тебя по приказу Стального.
Николь замерла. Это было неожиданно. Посыльная врага прикрыла её перед бандой?
— Откуда ты всё знаешь? — Лёха сделал шаг вперед, напряженно вглядываясь в Настю.
— Слышала в ДК, как Николь назвали Аврора. А это прозвище дочери Севера, — девушка говорила уже увереннее, хотя её всё еще трясло. — Я просто сложила два плюс два.
— Зачем рассказала нам? Что тебе нужно? — прищурилась Николь.
— Я не хочу на него работать! Никогда не хотела! — Настя закрыла лицо руками, и из-под пальцев хлынули слезы. — Он заставил меня. Заставил встречаться с Валерой, чтобы я шпионила за ним, чтобы переманила его обратно к отцу. Я для Стального — просто расходный материал.
— Жертва обстоятельств, значит, — констатировала Кира. — И чего ты ждешь от нас?
— Защиты, — Настя подняла глаза, в которых светилась мольба. — Я расскажу всё, что знаю. Буду путать Стального, буду вашими ушами в его логове. Только не бросайте меня... Я не хочу умирать.
В комнате повисла пауза. Николь посмотрела на друзей. Ей стало... почти жаль эту девчонку. Она сама знала, каково это — когда тебя используют как пешку. Ника медленно поднялась на ноги и протянула руку блондинке, помогая ей встать.
— Сначала расскажешь всё до последней капли. А там посмотрим, заслуживаешь ли ты защиты.
Николь говорила холодно, но рука, сжимающая ладонь Насти, была твердой. Она понимала: теперь у неё есть свой человек в самом сердце вражеского лагеря.