Глава 27
«Белая ночь опустилась, как облако,
Ветер гадает на юной листве,
Слышу знакомую речь, вижу облик твой,
Ну, почему это только во сне?
Белая ночь опустилась, как облако,
Ветер гадает на юной листве,
Слышу знакомую речь, вижу облик твой,
Ну, почему это только во сне?»
Мелодию было практически не слышно, так как ее перекрикивали слегка нетрезвые голоса, внезапно вылезших людей на сцену. Регина пыталась выхватить у Турбо микрофон, параллельно пританцовывая на месте, а за беспределом, что творился на сцене, наблюдали посетители Дома Культуры. Большинство не малоизвестных группировок, как «Хади-Такташ», «Дом быта», «Киноплёнка» веселились в недетское время, пока их празднования не нарушила сомнительная парочка на сцене.
- Отдай...и-к, четвертую... - устало лепетала Антипова, повиснув на плече Туркина.
- Не-а, белая ночь опустилась, как облако! - продолжал вести шарманку Валера, пританцовывая одной ногой на месте.
- Выгоните их отсюда! - проорал кто-то из зала, и все дружно закивали.
- Щас я тебя так выкину, мать родная не узнает! - вспылил Турбо с размаху швыряя микрофон в балабола. По неизвестной причине, того законтачило током, осаждая на пол. Лицо, покрытое сажей, исказилось в неблагоприятной эмоции, и друзья данного отродья с ором побежали в сторону сцены.
- Валим! - приказал кудрявый, хватая Регину за руку, и оба понеслись подальше от обозленной толпы.
- И чё им не понравилось? - возникает Регина, присаживаясь под какой-то ширмой и делая жадные глотки воздуха.
- Тот стриптиз, что ты устроила на сцене, - презрительно фыркает Турбо и устраивается рядом.
- Твой сольный концерт тоже не вызвал особого впечатления, - цокает девушка в ответ, и оба слышат приближающиеся шаги. Прикрывшись шторой, ребята подождали, пока топот утихнет, однако, в последнюю секунду Валера выставил ногу вперёд, делая бегущему преграду в виде подножки.
- Нахрена? - спрашивает Регина, глядя на то, как Туркин добивает на полу парня двадцати лет с солидной бородкой. Зря отращивал, правда, выглядела она весьма убого.
- Мразота хадишевская, - рычит Турбо, прикладывая мужчину пару раз головой об пол, а затем вставая, - один из тех, кто в туалете был.
- И вправду. Мразь, - соглашается Регина и подходит к бородатому, ударяя ногой по лицу. Умерив свой пыл, Шуба присаживается на корточки и приступает ощупывать карманы юноши.
- Ты чё делаешь? - удивляется кудрявый, не особо понимая, зачем ей трогать данное недоразумение в столь пикантных местах.
- У таких обычно героина полные карманы, - пояснив свои действия, Шубка продолжила на скорую руку рыться по карманам, пока Турбо на секунду замолчал, а после, понизив голос, уточнил:
- Ты употребляешь?
- Дебил? Нет, конечно. Заработать можно хорошо, - хихикает Антипова и, нащупав пакетик, махает им перед лицом Валеры.
- На ком? Разве что Кащею продать. И то, он пока главный в Универсаме, можем и по губам отхватить.
- В ресторане какому-нибудь солидному дядьке продадим.
***
- Что будете заказывать? - уточняет официант, подходя к Регине и Туркину, устроившихся за дальним столиком.
В целом, интерьер ресторана был вполне приличным и тут можно было найти достойного покупателя. По сей причине, ребята переглянулись и единогласно потребовали мороженое, после чего работник заведения без лишних расспросов удалился.
- Кого обчистим?
- Видишь справа мужика? - уточняет Регина, указывая взглядом на крупного дяденьку, чей каждодневный счёт обходился не меньше чем в сто рублей.
- В вельветовом костюме? - серьезно спрашивает Турбо, обращая внимание на их цель.
- Да. Он одинок, так что я сейчас вернусь, - загадочно растягивает слова Антипова, удаляясь вслед за какой-то женщиной в нарядном платье.
- Куда намылилась?
- Припудрить носик, - подмигнув, девушка скрывается за дверью, оставляя Турбо наедине со своими мыслями.
Он долго думал о своих чувствах, а также о девушке, которая спустя некоторое время возвратилась обратно в зал, только уже в краденом платье, наверняка стянутое с той самой женщины. Неаккуратно накрашенные губы алой помадой привлекают внимание издалека, но Валера отчаянно старается не смотреть на них, а сосредоточиться на задании, однако... Выходит весьма плохо.
Покрутив ей пальцем у виска, Туркин цыкнул и раскинул руки на диване, уже не особо радуясь подобным злодеяниям. И вот. Она садится напротив того самого толстяка, кокетливо играя глазками. Он угощает ее вином и, кажется, девушка уже напрочь забывает о плане, заставляя Турбо думать о спасении ситуации, как вдруг она ведёт мужичка за ручку в уборную. Дверь закрывается, но у него нехорошее предчувствие, поэтому кудрявый бежит за любительницей находить неприятности на ровном месте.
Гадкие ручонки сжимают женскую талию, пока Регина пытается врезать каблуком наглому уроду по пикантному месту.
- Отошёл от неё! - кулак Турбо незамедлительно целуется с пружинистой кожей пухляка, поваливая того на пол. Девушка облегчённо усмехается, и пока Валера расправляется с их целью, забирает одежду Туркина, которую оставила в туалете.
- Четыреста рублей, - усмехается Регина, осматривая бумажник полумертвого мужчины.
- Разгуляемся. Одевайся, давай, уходить пора, - приказывает универсамовский, заталкивая жертву в одну из кабинок уборной. Захлопнув дверь, он обнаружил уже готовую Антипову, и оба направились к выходу из ресторана.
- Чё с наркотой делать будем? - интересуется Туркин, почти шепотом, дабы их некто не услышал.
- Завтра придумаем. Сейчас спать охота.
- Вы куда, а как же счёт?! - недовольно кричит вдогонку официант и, не дождавшись ответа, обращаться уже к мужчине в рабочей форме, стоящему в нескольких метрах от нарушителей правопорядка, - охрана!!!
Ребята не особо реагируют на данное высказывание, пока служитель закона не достает пистолет. Оба, как по сигналу останавливаются на месте, пугливо осматривая мужчину, что, доставая из кармана наручники подходил ближе.
- Руки за голову, гиены малолетние! - приказывает охранник, грубо толкая Турбо в колено, отчего парень присаживается на пол, держа руки в замке прямо за головой. Мужчина брезгливо оглядывает его, а после обращается к девушке, - тебе особое приглашение нужно?
- Филиппов, что опять? - интересуется подошедший мужчина, облаченный в идентичную форму.
- Да опять, черти эти. Осмотри их карманы, - приказывает Филлипов, а Валера не может себя сдерживать и бросается на мужчину.
- Ты кого чертями назвал?
- Рот закрой, - спокойно произносит охранник, приставляя дуло пистолета ко лбу Турбо. Естественно, инстинкт самосохранения сработал, и парень смиренно заткнулся. - Вези их в участок, Антон.
Неприятный мужчина пнул Турбо и похотливо улыбнулся девушке, после чего развернулся и направился далее бороться с преступностью в данном заведении, пока Антон выводил парочку на улицу.
Ребята молчали, изредка переглядываясь. Порой Валера смотрел в девичьи глаза через стекло заднего видения, ведь его расположили на переднем кресле, а Регину поместили сзади. Дорога была не особо длинная, иногда встречались потухшие фонари на улице, а один раз, ребята проезжали под мостом. И вот, впереди появилось самое ненавистное место для людей, не ладящих с законом.
- Марин, пускай Альберт обшарит карманы ребят и не забудет выписать штраф, - поясняет Антон девушке, сидящей на входе. Подозреваемые мечутся на месте от безвыходности, оглядывая помещение.
- Поняла. Штраф за какую провинность? - уточняет женщина, набирая чей-то номер телефона.
- Счет не оплатили. Да и посмотри на них, избитые, с синяками... Фу! Аж смотреть тошно. Наверняка ОПГ.
- Совершеннолетние?
- Совершеннолетние? - в манеру первой, уточняет Антон, оглядывая ошарашенных ребят.
- Естественно, - заверяет их Антипова, а женщина подозрительно спускает узенькие очки на нос.
- Естественно, в паспорте не напишешь, - фыркает администраторша, обращаясь уже к Анатолию, - ну, дети, понимаешь? Веди их в зал ожидания. Наручники снять не забудь. Родителям звонить будем, пускай штраф выплачивают.
Вздохнув, Регина весьма правдоподобно назвала свое имя:
- Вероника Ахмедова.
- Родион Нагаев, - в манеру ей добавил Турбо и ребят повели в зал, пропахший потными одеждами. Там сидело множество печальных людей. Весьма грустно, что большинство здесь частые посетители. Девушка сама помнила, как бегала раз в месяц к папе, дабы переговорить около двух минут.
Но ради чего?
- Дёрнитесь - пожалеете. Я за вами наблюдаю, - предупреждает ребят Анатолий и, сняв наручники, уходит к выходу, где остаётся на протяжении довольно долгого времени.
- Твою мать... - шепчет Турбо, сползая спиной по деревянной спинке стула, периодически от усталости потирая глаза. Регина на это лишь фыркает и, сложив руки на груди, отворачивается в противоположную сторону. - Ты чего?
- «Так» вы гуляете? - обиженно ворчит Антипова, понимая, какой выговор ее ждет дома.
- Идея с наркотиками - твоя! - шепчет Туркин, вскидывая руки.
- А не платить счет - твоя, - фыркает Шубка, и усмехаясь уточняет, - чья принесла больший ущерб?
- Ну, ты... - раздражённо шепчет Турбо, до невозможности испепеляя девушку мятными глазами, что при тусклом свете зала ожидания приобрели новый, салатовый оттенок.
- Какая? - вскидывает брови Регина, надеясь наконец-то заставить его сказать то, о чем думает.
Однако, она вовсе не ожидает получить в ответ столь неосознанное... слишком вымотанное:
- Невыносима... - запуская пальцы в волосы, парень их сильно оттягивает, после чего раскидывает руки по сторонам, оставляя одну из них на плече Регины.
- Раз невыносима, то и выбирайся сам. У меня-то хотя бы шокер есть! - последние слова она произносит весьма кокетливо, дабы вызвать нескрываемый интерес к своей персоне.
- Шокер? - он видит, как Антипова аккуратно вертит вещицей, вытянутой из-под свитера. - Охуеть... Ну, тогда выбираемся?
***
Покинуть помещение оказалось весьма просто, ведь пока Регина мотала на ус Антону про свое отвратительное самочувствие, Турбо воспользовался шокером, избавляя обоих от одной из преград. Далее ребята выбежали из участка, чуть не поскользнувшись на гололеде, который образовался на крылечке, а после сверкая пятками метались по дворам от преследующих милиционеров.
- Наконец-то эти догонялки прекратились! - довольно пробормотала Регина, когда они с Турбо зашли на родной район. В какой-то степени, здесь ребята в безопасности. Поэтому оба молча шли, каждый думая о своем. Сейчас было около четырех часов утра, однако холодная ночь отнюдь не давала таких ощущений.
- Тебе ведь понравилось, - смеётся Валера и достает из-за пазухи сигаретку, тут же ее поджигая.
И вот виднеется ее дом. Такой серый и вовсе не родной...
- Понравилось что? Бегать в твоих галошах?
- Уже оценила их удобство? - усмехается юноша, довольствуясь ее внешним видом.
- Ноль баллов, - фыркает Шубка, перелезая низенький забор вслед за Турбо.
- Ну, не горячись. В Москве по распродаже студенты раздавали, - от воспоминаний этой «распродажи», самодовольная улыбка лезла на лицо. Однако, Турбо вовсе не мог понять, по какой причине рассказы о себе в нем вдруг вызвали такую потеху.
Быть может, все дело в вредной девчонке, что щеголяла рядом с ним, в его же кроссовках и мамином пальто?
- Кто бы сомневался, - закатив глаза, она, хрустя снегом под ногами, опускает голову вниз, прижимая подбородок. Скорее от холода, чем от чего-либо еще...
- Че ворчишь, а? Сигаретку хочешь свиснуть? - серьезнеет Валера и достает специально для дамы еще одну, но пока что не вручает, а ждет...
- Я не курю, - но точно не такого ответа.
- Издеваешься? Ты еще вчера как паровоз пыхтела!
- А вот теперь не пыхчу. И вообще, это - вредно, - демонстративно показав мускулы будто спортсменка, девушка продолжила стучать зубами на морозе. Турбо пытался переварить информацию, полученную за столь короткий промежуток времени, а также пытаясь найти логическое объяснение подобному поведению.
- Тебя че, запалили? - интересуется Валера, останавливаясь под окнами Регины и переходя на более серьезный тон.
- Нет.
Слишком коротко... Слишком неясно... Он ловит себя на мысли, что хочет слышать ее...
Чувствовать.
- Так будешь? - во второй раз спрашивает Туркин, подходя по ближе и впервые замечая маленькую родинку на девичьей щеке.
- Нет, - балуется девушка, тем самым будоража парня.
Она чересчур зачастила выводить его из себя, и с этим, увы, нужно было что-то делать...
- Невыносима... - шепчет Турбо и набирая в легкие побольше табачного дыма, резко притягивает Регину к себе, накрывая сладкие и столь желанные губы своими.
Испугано распахнув глаза, девушка застыла на месте с полуоткрытым ртом, пока Турбо наполнял дымом ее легкие. Что-то теплое обволокло сердце, заставляя живот затянуться в тугой узел. Он заканчивает выдыхать продукты горения, наконец сминая теплые губы своими. Столь мягкие и нежные, они сводят его с ума, будто наркотик, который он ни разу в жизни и не пробовал, лишь, порой, слушая рассказы Кащея. Он не осознавал, что творит, но собственнически положил свои руки ей на талию. Он не осознавал, что творит, но поглаживал женские ребра. Он не осознавал, что творит, ведь на языке чувствовался сладкий привкус малиновой помады.
И он осознал все, лишь тогда, когда его оттолкнули...
- Дурак, - девушка начинает кашлять от сигаретного дыма, заполнившего ее легкие около двадцати секунд назад. Но она не убирает свои ладони с его крепкой груди, лишь с невероятно смущенным лицом кашляя в сторону. Он улыбается, ведь надежды заполняют его сердце, душу, и даже голову.
Ведь это - уже осознанное решение.
Парень ловит ее возвращающийся взгляд, однако, не все в жизни случается так просто, и откуда-то свыше доносится глухой звук деревянной фурнитуры.
- Молодежь! - пыхтит заспанный Скряба, потирая глаза и стараясь разглядеть нарушителей своего сна. Поначалу это удавалось крайне трудно, ведь девушка была не в привычной одежде и на фоне Турбо, если глядеть свысока, явно потеряла какой-либо размер. - Э, Регина, ты что ли? А ну-ка домой дуй! Щас Антип проснётся, будет и с тобой разбираться и этими недоделанными «друзьями», поняла? Бегом, я открою.
Девушка кивает и выпутывается из рук Валеры, который будто заколдованный наблюдал за данной картиной. Она в последний раз смотрит на него и, как всегда, невыносимо хмыкнув, покидает его компанию и убегает к подъезду.
Он смотрит на грязно-белый снег, обдумывая свой поступок и в конечном итоге сплёвывает куда-то в сторону, но не уходит.
- А ты че стоишь? Особое приглашение нужно? - уточняет Сергей, скептично оглядывая Турбо, который в тот же момент покидает территорию пятиэтажки.
К которой вернётся не один раз...
Куртка нараспашку, а сердце нет. Он тот же, что и пару минут назад, но с совершенно другими мыслями. Ведь понимает, насколько трудно будет любить, эту... невыносимую...