12
На кухне было тепло. От чайника тянулся пар, пахло борщом, чёрным хлебом, ещё чем-то своим, домашним. Тем, чего мне обычно не хватало.
Мы расселись кто куда. Вова сразу на табурете развалился, как у себя дома, Марат сел осторожно, будто боялся испачкать воздух, а Валера устроился рядом со мной, но так, что не касался. Даже локтем. Я видела он всё ещё не до конца понял, как ему себя вести.
-Нихрена себе у тебя уютно, - сказал Вова, выдыхая. - Прям… не как у нас.
-Потому что у меня никто не орёт с утра, - бросила я.
-Это сейчас было в мой адрес? - Вова усмехнулся, взял ложку и уже тянулся к борщу, не спрашивая.
-Ага. И в адрес мелкого, - кивнула я на Марата.
Тот сразу напрягся: - Я вообще молчал.
Я смотрела на него внимательно. Слишком внимательно. Мне не нравилось, как он сидит - как будто готов в любой момент вскочить и сбежать. Марат был спокойным, но не таким. Не таким дерганым, будто на коже у него кто-то бегает.
Он старался не поднимать глаза на меня.
Турбо это заметил - посмотрел, коротко. Но промолчал.
Мы ели. Разговаривали о простом.
-На районе чё? - спросила я.
-Да как обычно, - ответил Вова. - Мелочь гоняем. Пацаны тренируются хорошо. Зима вообще красавчик, форму поднабрал. Турбо вот гоняет всех.
-Иди ты, - хмыкнул Турбо, но нос у него тронулся лёгкой гордостью.
-Нет, серьёзно, - Вова продолжил. - Я смотрю - он уже командует там, суетится, всех строит. Прям шеф.
Турбо покраснел.
-Да чё вы, я просто…
-А это как бы твоя обязанность, - посмотрела я на Вову, - Или ты там с Наташей?
Мы посмеялись.
-На турниках были? - спросила я.
-Были, - ответил Вова, хлебая борщ. - Мелкий чуть руку не оставил, как обычно.
-Это я виноват? - возмутился Марат. Но в его голосе был страх, и он торопливо взглянул на меня, будто искал подтверждения, что я на него не злюсь.
Я продолжала смотреть. Долго, не моргая.
Турбо зацепился взглядом за мой профиль - понял, что я не просто так выжидаю.
-Ты чего на него так? - осторожно спросил он, будто не хотел меня задеть.
-Просто смотрю, - ответила я спокойно.
Марат сглотнул.
Вова поднял голову от тарелки, посмотрел на него, потом на меня и понял, что что-то не то.
-Мелкий, - сказал он, - ты давай не ссы. Она тебя не сожрёт.
Я ничего не сказала, но губы дёрнулись.
Не от смешка - от мысли, что если бы нужно было, я бы сожрала.
Мы говорили. И чем дольше тем тише я становилась.
Тем чаще цепляла глазами Марата.
Тем сильнее он ёрзал.
Даже Турбо понял, что это не просто разговор.
Он попытался перевести тему:
-Ты вчера сказала, что давно их не видела… - он посмотрел на Вову. - Вы чё, реально не искали её?
-Да зачем? - Вова пожал плечами. - Она ж не пропала. Если ей что-то надо - сама объявится.
-Это называется доверие, - добавила я спокойно.
Марат тихо хмыкнул.
Я повернула к нему голову.
Он сразу отвёл глаза.
-Ты чего такой дёрганый, мелкий? - спросил я мягко, но так, что он понял: врать бесполезно.
-Нормальный я, - пробормотал он.
Вова шумно выдохнул:
-Он просто не выспался. Я его в восемь утра поднял, вот и…
-Вова, - перебила я. - Он боится.
Вова нахмурился:
-Чего?
Марат вскинулся:
-Не-не, нормально всё!
Но я видела, как у него дрогнули пальцы.
Даже Турбо почувствовал напряжение, посмотрел на меня вопросительно, будто молча спрашивая: "что происходит?".
Я не ответила ни ему, ни им.
Пока - не время.
Мы ещё немного поговорили - о ерунде, о пацанах, о том, что Жёлтый "сидит", о том, что хрен его знает, кто на него настучал. Валера жевал хлеб, слушал, смотрел то на Вову, то на меня - как будто собирал картинку из кусочков.
-Он вылезет скоро, - сказал Вова, помешивая борщ ложкой. - Но не сейчас. Там дело мутное.
Я почувствовала, как внутри что-то кольнуло.
Турбо тоже поднял голову: - Чё там мутного?
-Да хрен его знает, - буркнул Вова. - То говорят, что его своим же сдали. То, что он сам влез куда не надо. Инфа разная.
Я молчала.
Турбо посмотрел на меня:
-Ты чего? Ты это всё так слушаешь… будто не удивлена.
-Я не удивлена, - ответила я тихо.
Марат опять напрягся. Я это увидела краем глаза.
Вова поставил пустую тарелку в раковину:
- Но всё равно. Странная движуха идёт. Пацаны вчера говорили.
Я кивнула: - Я знаю.
Турбо замер. Он заметил, что Марат перестал дышать.
Он заметил, что я слишком спокойна.
Слишком.
-Ты знаешь больше, - сказал он негромко. - Да?
Я доела последнюю ложку борща и поставила тарелку.
-Это не разговор за столом, - сказала я.
И на пару секунд стало так тихо.
Но я видела уже всё, что мне нужно было увидеть.
Вова - спокойный.
Турбо - внимательный, настороженный.
А Марат…
Марат весь утопал в страхе.
Он знал, что Желтый не просто так сел.
И я знала, что он держит это в себе.
Его взгляд постоянно убегал от моего.
А когда я случайно дотронулась до его руки, он вздрогнул так, будто к нему приложили ток.
Да. Он знал.
И в этот момент телефон в коридоре завибрировал.
Сначала тихо.
Потом настойчивее.
Я сразу поняла - кто это.
Я подняла голову.
-Кристина? - осторожно спросил Валера. -Кто там?
-Папа, - ответила я.
У Марата побелело лицо.
Я встала из-за стола.
-Мне нужно ответить, - сказала я спокойно, хотя внутри всё уже перевернулось.
Перед тем как выйти из кухни, я бросила короткий взгляд на пацанов:
-Сидите тут. Не ходите за мной.
Вова нахмурился:
-Серьёзно всё, да?
-Серьёзно, - сказала я.
Марат тихо пискнул.
Турбо встал, будто хотел пойти за мной, но я покачала головой.
-Потом, - сказала ему тихо.
Он сел обратно.
Я вышла из кухни, закрыла дверь и пошла брать трубку.
И знала, после этого звонка уже никто из нас не будет жить так, как вчера.
Я сняла трубку, едва успев сделать вдох.
-Алло? - мой голос прозвучал тихо, но уверенно.
-Кристина… - голос отца сразу заставил меня замереть. Он был напряжённый, но не панический. Глубокий, собранный, как всегда, когда дело касалось опасности. - Слушай внимательно…
Я уже почувствовала, как кровь застыла в жилах.
-Жёлтый… - продолжал он, - его выпустили. Откупили, Кристина. Но не думай, что он теперь свободен. У него есть свои люди, и он ищет тебя.
Сердце заколотилось. Я поняла, что каждая секунда теперь может быть решающей.
-Что значит "ищет меня"? - спросила я спокойно, стараясь удержать голос от дрожи.
-Он знает, кто ты. И не просто знает… - отец тяжело вздохнул, - он понял, что ты не просто девчонка, что за тобой стоит кто-то. И он будет идти до конца. Кристина, это… опасно. Твоя жизнь и жизнь людей рядом с тобой теперь под угрозой.
Я молчала, пытаясь проглотить ком. В горле стоял страх, такой, какой я редко ощущала.
-И парни? - спросила я, вслух выдавив слова. - Вова и Марат?
-Они тоже должны быть осторожны, - сказал отец. - Их жизнь на линии. Они пока не знают, но это не значит, что можно шутить. Всё серьёзно.
Я почувствовала холод, который пробежал по спине, словно откуда-то из-под ног. Я уже понимала масштаб проблемы. Жёлтый не просто "вышел", он вышел, чтобы действовать, и у него есть ресурсы.
-Я сама решу, - сказала я твёрдо, ощущая, как голос становится громче от внутренней решимости. - Не нужно мне говорить, что делать.
-Кристина… - отец чуть охрип, - я понимаю, но…
-Папа, слушай меня, - перебила я, ощущая, как сердце бьётся, как будто собирается выскочить из груди. - Ты берёшь отпуск. На себя и на меня. Переезжай туда где тебя никто не найдёт. Может у твоих знакомых есть дача и будь там. Машины перегоняешь туда. Всё. Это мой план.
-Кристина… - в голосе отца сквозила тревога, смешанная с яростью. - Ты сама понимаешь, что это…
-Я понимаю, - сказала я. - Но иначе будет хуже. Ты не должен быть рядом. Если кто-то придёт - лучше, чтобы его там не было. Это не шутки.
Отец молчал. Я слышала, как он тяжело дышит. Его молчание растягивалось, как будто он пытался найти слова, которые не причинят мне больше страха, но которые нужно сказать.
-Ты… настаиваешь? - наконец сказал он. Его голос был низкий, почти рычащий, но с ноткой усталости.
-Да. Я сама решу, - повторила я.
-Чёрт… - тихо, но резко сказал он, будто кусая себя за язык. - Ладно, Кристина. Ты решила. Перееду. Машины перегоню. Отпуск возьму. - Он сделал паузу. - Но я не могу перестать быть против. Это… всё равно безумие.
Я не ответила сразу. Вместо этого слушала шум улицы за окном, далёкие шаги, которые вдруг стали казаться слишком громкими, будто кто-то идёт прямо сюда.
-Слушай, - продолжал он, - я всё равно буду рядом в доступе. Ты знаешь, что я могу контролировать многое, но не всё. Если что - сразу звони. Любые малейшие намёки… сразу.
Я кивнула, хотя он меня не видел.
-Я поняла, папа. - Мой голос стал ровным, но внутри бушевала буря. - Я сама разберусь, но предупрежу ребят.
-Они должны быть наготове. Ты точно знаешь, что делаешь? - Его тон уже почти не содержал приказа, только страх.
-Да, - сказала я. - У меня есть план. Но ты не вмешивайся. Если кто-то начнёт приближаться… у тебя других вариантов нет.
Я слышала, как он тяжело вздохнул.
-Ладно, Кристина, - наконец сказал он, - я доверяю тебе. Но будь осторожна. Понимаешь? Любая ошибка - и это… - Он замолчал. - Это конец.
Слова застряли в воздухе, как удар. Я почувствовала, как сжимается грудь, сердце бешено колотится. Жёлтый… он ищет меня. Его люди где-то рядом. Мы можем не успеть.
-Я поняла, - повторила я тихо. - Но я справлюсь.
Он молчал. Я слышала, как он делает глубокий вдох, будто собирается с силами, чтобы сказать ещё что-то важное.
-Кристина… если что-то пойдёт не так… - голос его дрожал, - я буду… я буду готов. Но ты… ты не должна быть рядом. Никогда.
-Я знаю, папа, - сказала я, пытаясь быть спокойной, хотя внутри всё горело. - Я сама всё сделаю.
Мы ещё несколько секунд молчали. Потом он сказал:
-Хорошо. Я перегоню машины. Возьму отпуск. Найду где пересидеть. Всё. Но… будь осторожна. Серьёзно. Это не игра.
Я кивнула снова, сжав эту бандуру в руке.
-Всё, - сказала я тихо, - спасибо, папа.
-Держись, - сказал он наконец, и я услышала, как он повесил трубку.
Я осталась стоять на месте, держа телефон. В груди всё сжалось. Я почувствовала, как страх превращается в ледяную хватку. Жёлтый свободен. Его люди на улицах. И они ищут меня.
Вернувшись на кухню. Я увидела что Вова и Марат уже ждали, каждый с напряжённым взглядом, будто чувствовали: сейчас будет серьёзно. Я присела за стол, руки сложила на коленях и посмотрела на них так, будто через мой взгляд они увидят всё.
-Слушайте меня внимательно, - начала я тихо, но так, чтобы каждый слышал каждое слово. Тут дело не шутки. Очень серьёзное.
Вова нахмурился, положил локти на стол:
-Что случилось?
-Жёлтый вышел, - сказала я спокойно. - Его откупили. Он знает, где я. Он ищет меня.
Марат приподнялся на стуле, пальцы сжались в кулаки:
-Чего ты… что значит ищет?
-Да, ищет, - повторила я. - Он не один. У него свои люди. И они не будут спрашивать, можно ли кого-то трогать. Если вы попадёте на его пути остерегайтесь. Очень.
Вова и Марат переглянулись. В их взглядах была смесь ужаса и недоверия. Но я не дала им возможности запаниковать.
-Слушайте, - продолжила я, почти шёпотом, но чётко, - я сама решу, что и как. Вы не лезете в это. Никому не звоните, не вмешивайтесь. Я беру ответственность на себя.
Вова нахмурился, губы сжались:
-Кристина… мы не можем просто так оставить тебя.
-Нет, - покачала я головой. - Это не ваше дело. Я сама буду действовать. Но есть кое-что, что нужно сделать срочно. Вы должны предупредить всех, кого знаете. Пацаны, друзья, кто может помочь. Они должны быть начеку.
Марат посмотрел на меня с тревогой:
-И что мы скажем им?
-Скажете, что Жёлтый вышел, что он ищет меня и что свои люди могут появиться в любой момент. Чтобы все держали ухо востро и никого не было на улице без нужды, - объяснила я. - Поняли?
Они кивнули. Я видела, как Вова сжимает кулаки, а Марат всё ещё боится. Но оба слушают. И я знаю, что они сделают всё, что я скажу.
-И ещё, - добавила я, чуть наклонившись к ним, голос тихий, почти мимолётный, - если кто-то придет ко мне... Убью.
Вова чуть откинулся на спинку стула, глаза бегали по кухне, как будто пытался впитать всю атмосферу:
-Ты уверена, что справишься?
Я вздохнула. Чувствовала, как напряжение растёт внутри, но внешне оставалась спокойной. Голос не дрожал, глаза холодные.
-И ещё - кто-то обязательно приедет, - тихо, почти шёпотом добавила я. - Не знайте, когда и как. Просто будьте готовы.
Марат вздрогнул, а Вова посмотрел на меня как на ледяную стену, которую нельзя пробить.
-Поняли, сказал Вова снова, решительно. - Всё будет как ты говоришь.
Я кивнула, поднялась со стула, подошла к двери:
-Тогда действуйте. Срочно. Каждому. И ни слова никому лишнему.
Они троя вскакивают, в воздухе ощущается тревога и скорость. Я наблюдаю, как они выходят из кухни, словно уже растворяясь в тумане, готовые разнести новости и подготовить всех к тому, что грядёт.
Я осталась одна, и в этой тишине слышу только себя. Сердце бьётся быстро, но лицо спокойное. Мекающее предупреждение о том, что кто-то идёт, повисло в воздухе. И я знаю, это только начало.
Я села на диван, телефон в руке дрожал чуть сильнее, чем хотелось бы. Набрала номер Серёги Таганского. Серёга и Губа мои главные, люди, которым можно доверять, но сейчас… сейчас даже им будет непросто справиться с тем, что происходит.
-Алло, Серёга? - голос мой тихий, почти беззвучный.
-Кристина, - сразу услышала я резкий, хриплый тон. - Что там случилось, блять?
Я сделала глубокий вдох:
-Серёга… Жёлтый вышел. Его откупили. Он ищет меня. Его люди тоже. Я блять боюсь за семью, за всех, кого я люблю. Не знаю, что делать. Какой план?
В трубке повисло молчание. Даже Губа ничего не сказал.
-Кристина, - наконец проговорил Серёга, голос хриплый, полный злости, - слушай внимательно. Слушай и не дрожи. Это будет грязно. Очень грязно.
-Серьёзно? - сказала я тихо, но в голосе пробежала дрожь. - Подходящий момент?
-Ты что тупишь? Ты наша! Он тебя может порешать - рявкнул он. - Он тварь, мать её, сам себе закон, и если его сейчас не убрать - он размажет, как собак!
-Но… - я пыталась вставить слово, но он перебил меня.
-Никаких "но", Кристина! - Серёга заорал в трубку так, что мне пришлось прислонить ладонь к уху. - Дня через два мы встанем на ваши точки, точно! Машины, пацаны, всё. И Желтый… блять, эта сука получит то, что заслуживает.
Я замерла, два дня. Это уже не завтра. Два дня,а до этого момента он свободен. Его люди могут придти, нанести удар, найти кого угодно. Сердце стучало так, что хотелось закрыть уши.
-А… какой план? - выдавила я, голос дрожал. - Что именно вы будете делать?
-План? - Серёга фыркнул, воздух в трубке будто сжался. - План такой, блять, простой, убрать его. Конкретно. Без разговоров, без шансов на милосердие. Он нам сука мозг выносил достаточно. И знаешь что, Кристина? - тут его голос понизился, приобрёл ледяной оттенок - это уже наши проблемы, а не твои.
-Выдохнула я, сдерживая дрожь. Решили значит так!
-Кристина! - закричал Серёга. - Он тварь ебаная, что он делает нам похуй, теперь он проебался, понимаешь?
-Ну, да. Верно. Что будет делать с его людьми? - спрашиваю тихо, словно боюсь услышать правду.
-Его? - снова рявкнул Серёга, голос режет уши. - Потом - это уже наши проблемы, а не твои. Тебе - сидеть тихо, Кристина, и не лезть, пока мы делаем своё дело.
-Хорош, - за батька печусь.
-Бояться надо не за себя, а за него! Эта дрянь думает, что он верховный. Мы его покажем, что такое, когда его кровь только на нас.
Я замолчала, дрожа, но сохраняла вид спокойствия. Моя рука сжимала телефон так, что ногти вонзались в ладонь.
-Кристина, - продолжал Серёга, теперь уже чуть тише, но всё равно хрипло и угрожающе, - через два дня всё будет ясно. Если кто-то из его людей полезет к вам - вы уходите, разбегаетесь. Ни шагу на месте. Поняла?
-Поняла, - шепотом.
-И ещё, - Серёга врубает гнев в голос снова, - ни одного лишнего слова никому! Никому! Не хочу, чтоб эта мразота что-то узнала раньше времени. Мы придём, заберём его и разберёмся. Точка.
Я кивнула, хотя он меня не видел.
-Мент, - тихо сказала Губа наконец, - держи пацанов под контролем.
Я вздохнула, чувствовала, как комок страха поднимается в груди:
-Я сама решаю. Они не будут лезть.
-Верно, - Серёга сделал паузу, будто вслушивался в мои слова, - а иначе будет, блять, хуже, чем ты думаешь.
И не нужно спорить.
-Понимаю, тихо сказала я.
-Никто, - отрезал он, - кроме них, блять. И Желтый, и его свора - им конец. Всё.
Я закрыла глаза на секунду. Сердце стучало так, что казалось, что оно выскочит из груди. Дрожь не проходила. Но я понимала нужно быть спокойной. Сила вот что сейчас нужно. Спокойствие. Решительность.
Я услышала, как Губа тихо вздохнул:
-Мы всё держим под контролем.
-И ни одного движения без нас, - добавил Серёга.
-Само собой.
-Отлично, - хрипло сказал Серёга, - готовься, два дня. И держи всех под контролем.
Я повесила трубку и села на диван, ощущая, как в груди всё ещё бушует страх, но наружу я его не даю. Внутри - паника, дрожь, холод по коже, но глаза - твёрдые, взгляд - решительный.
Я выключила свет во всей квартире,плотно закрыла окна, подпёрла входную дверь.
Что же со мной? Где моё могущество. Казань полностью высосала меня или он?
____
Где актив? Пишите впечатления или догадки.