глава 14
На улице никого. Только пару бродячих псов склоняются в поисках еды. Но видимо без особых результатов. Затем собираются в кучку в середине двора и укладываются, явно не так представляя себе, очередной вечер осени.
- Дальше не надо, - прошу я, понимая, что могу привлечь лишнее внимание. Пусть лучше высадит возле первого подъезда.
- Как угодно, - вздыхает тяжело так. Даже не знаю, что и сказать. Вроде злюсь на этого грубого высокомерного парня, а с другой стороны, один Бог знает, как ему возможно, сейчас больно. Тут и не до благодарности.
- Спасибо, - говорю одними губами и тянусь к ручке. Закончить бы поскорей весь этот вечер и забыться. По телу пробегает легкий мороз от нервов, а в голове калейдоскоп мыслей, сменяют одна другую.
- Т/И, - резко поворачивается всем телом ко мне. Голос с легкой хрипотцой звучит довольно жестко, даже как-то грубо. Боюсь даже глаза поднять, что посмотреть на него. Этот парень вызывает во мне противоречивые чувства. - В следующий раз, лучше пройди мимо. - Сказал, как отрезал. Вот тебе и спасибо, Т/Ишечка. Вместо тысячи слов.
- Если ты такой, - поднимаю голову, эмоции вдруг вверх берут. Поджимаю губы от обиды, которая рвет на части грудную клетку. Не пойму, почему так нахлынуло вдруг. Да как он может вот так. Я рисковала собой, ведь могло произойти все что угодно. И ради чего? Чтобы получить плевок в душу. Чтобы потом выслушивать претензии и нравоучения. - Я не такая. И если человек человеку не поможет, то, что тогда? - Практически кричу, а у него глаза ледяные. Смотрит так пронзительно. И не сказать, что там в этих зелёных отливах пустота.
Дальше просто все как во сне. Открываю дверь и быстро, практически бегу, до своего подъезда. Не оглядываюсь. Боюсь даже выдохнуть, до того нервы колотят по клеткам. Трясущимися руками открываю входную дверь, едва не падаю, пока мчусь по ступенькам. И только напротив нашей квартиры останавливаюсь. Перевожу дыхание. За спиной никого нет, что бы там мозг не фантазировал. И вообще у нас тут сегодня довольно тихо. Тянусь к ручке и переступаю порог домашней обители. В коридоре темно, экономим. Тетя Люба в этом плане не промах. Считает каждую копейку. Скидываю обувь и иду на кухню.
- Т/Ика, - разливается на всю квартиру голос Дашы. Да за что мне это. Почему она вообще дома, а не на какой-нибудь тусовке. - Ты чего так поздно?
- Работа, - односложно отвечаю. Подхожу к чайнику и наливаю себе воды. Сестра садится за стол и тут начинается просто эпопея года, иначе не назвать.
- Мне нужно к завтрашнему утру реферат, - спокойно выдает она.
- Удачи, - разворачиваюсь, чтобы уйти. Понимаю, сейчас опять будет ультиматумы ставить, а мне совсем не до ее домашки. Хочу в ванну и на кровать. Забыть обо всем, что произошло. До сих пор ноги трясутся.
- Ты что в себя поверила? - Огрызается она. Понятно, значит, мачехи нет. Видимо у соседки. Обычно при ней Дашка более сдержанная.
- Еще раз тебе говорю, - стараюсь звучать уверенно. - Я не буду делать за тебя уроки. Малина закончилась.
- А я тебе еще раз говорю, - копирует мою интонацию сестра, - что если ты не делаешь за меня, то веселье будет в школе и дома. Ох, как я позабавлюсь, - сидит и руки потирает.
- Даш...
- Знаешь, как весело твоим папочкой помыкать, а? - Словно лезвием по стеклу. Слышу и не могу сглотнуть образовавшийся комок в горле. - Или ты думаешь, что он тебе поверит? Наша с тобой репутация на разных уровнях, убогая. - Последнее слова она особенно выделяет. - Так ведь тебя кличут в классе?
- Делай, что хочешь. - Резко обрываю ее, собираясь уйти. А она не успокаивается, хватает меня за руку.
- Серьезно? Не боишься?
- Отпусти, - прикрикиваю на нее.
- Пожалеешь об этом, сестричка, - кидает на последок. А затем резко выходит из кухни, закрываясь в своей комнате. И сестра действительно сдержит слово, только не сразу.
На следующий день я жду подвох. Даже утром, когда ищу свою старенькую курточку. Мало ли она ее порезала или выбросила, а ведь может. Для нее это сущий пустяк. Порой вообще кажется, что по Янке плачет психотерапевт. Иначе объяснить ее маниакальное желание сделать мне больно, не могу.
С курткой, к счастью, оказывается все отлично. С обувью тоже. Немного пугает меня такое молчание, потому как обычно сестра не дремлет в своих угрозах. По пути в гимназию вспоминаю про Бессмертных. И сразу становится как-то не по себе. Мороз пробегает внутри, под кожей от противного чувства. Вроде бы я сделала что-то хорошее, а вроде и нет. Никогда не обращала на него внимания. Да если честно и некогда было. Так погружена в свои проблемы, что другие люди и их жизни проходят фоном.
- Т/Ф, привет, - слышу голос Ярика и торможу у выхода из двора. Выглядит довольно бодро, улыбается. Все те же классические штаны с идеально ровными стрелками, уж матушка не выпустит его в неопрятном виде, рубашка белая аккуратно заправлена, поверх полувер шерстяной и теплый пиджак. Совсем не идет ему наш «белый вверх темный низ». Летом и на каникулах Иванов ходит в джинсах и кроссах, да и в принципе мечтает, что однажды выбросить всю эту «классику» из шкафа.
- Утро, - отвечаю и зеваю одновременно.
- В какой руке? - Иванов протягивает кулачки вперед и ждет моей реакции. Совсем не в его стиле, обычно от таких детских забав он косит лицо, а тут сам предложил. Показываю на левую и передо мной появляется конфета в зеленой обертке.
- О, да мне везет, - подыгрываю ему.
- И вторая тоже тебе, - открывает правую руку и протягивает еще одну сладость, такую же.
- С чего такая щедрость с утра?
- Чтобы ты не грустила, Т/Ф, - расплывается еще больше обычного в улыбке. Стоит, перекидывая вес тела с ноги на ногу, смотрит на меня так, будто волнуется. Пожимаю плечами и беру конфеты.
- Что ж, спасибо, - отзываюсь, и мы начинаем двигаться в сторону гимназии. Идем не быстро, потому что времени еще вагон. Зато можем насладиться тишиной обычного осеннего денька. Под ногами уже шуршит листва, а улицы покрылись ярко-красными красками. Солнце светит и хочется подставить лицо навстречу его лучам, и забыть обо всем на свете. Люблю осень, вот кто бы что ни говорил. Чудесное время года.
Пока идем, Игорь делится новостями с полей: сетует на мать, на ее тотальный контроль и репетиторов, которые с домашними заданиями уже перегибают палку. Мне тоже хочется поделиться, конкретно вчерашним событием. Однако решаю умолчать. Не знаю почему. Просто в какой-то момент понимаю, что хочу сохранить в секрете. Зато вдруг решаюсь на вопрос, который не ясно, откуда пришел в мою голову:
- А ты Ивана Бессмертных знаешь?
- Конечно, - быстро отвечает Иванов, а потом останавливается и перегораживает мне дорогу. Дотрагивается до моих плеч и смотрит так серьезно, будто завтра катастрофа и мы можем спасти человечество. - Т/Ишечка , а ты чего про него спросила?
- Да просто, - пожимаю плечами.
- Он что нравится тебе? - Напирает Ярослав, сильнее сжимая мои плечи.
- Да ты совсем что ли, - отталкиваю его и хмурюсь. Это вовсе не похоже на Иванова. Понимаю, что относится ко мне как к сестре, но эта его забота иногда просто превышает грань.
- Честно?
- Больше ничего не буду у тебя спрашивать, раз так странно реагируешь, - бурчу то ли себе под нос, то ли погромче. Сама уже не разберу.
- Извини, - как-то виновато звучит голос Ярика. Он делает шаг в сторону и наконец, позволяет мне пройти дальше.
- Просто интересно было, все вокруг говорят про него, - вру зачем-то. Сама не могу понять, слова вылетают паразитами изо рта. - А я и не слышала никогда о таком. Вот и все. А ты тут драму устроил.
- Он странный парень, - выдает Ярослав.
- В чем заключается его странность? Он же с Эвелиной встречается, а она...
- Не встречается он с ней, - перебивает меня Иванов, закидывая руки в карманы брюк. - Мы же одноклассники. Я же говорю, странный он.
- Говоришь загадками, - сама вроде и протестую, а мысленно не могу, не согласится с Яриком. Вчера я убедилась в его гипотезе. Бессмертных и правда, как будто не от мира сего. Далёк до нормально, это точно.
- Он вроде такой общительный, все его любят, и тянуться к нему. Он как вне гласный лидер школы, - рассказывает Ярослав, пока мы движемся по направлению к гимназии. - Просто если присмотреться, то можно узреть некоторые моменты.
- Какие? - Не унимаюсь я. Надо взять себя в руки, откуда такой дикий интерес к этому парню.
- Ну, вот смотри: он никогда не говорил, что у него есть девушка. Хотя девчонки в школе нет-нет, но болтают о нем. Обедают с ним вместе, да и откровенно вешаются. А Бессмертных их считает приятным бонусом, это очевидно. Да и с друзьями такая же песня. Многие думают, будто они его кенты. А на самом деле, он только с Саней(анек) дружит. И вот его считает реально близким человеком.
- И что это типа не нормально? - Не понимаю я. Конечно, про друзей вполне очевидно, что у парня есть те, с кем он тесно связан, а есть и те, с кем просто поддерживает неплохие отношения. Я вот тоже не могу назвать людей друзьями. Даже Иванова, хотя мы давно вместе и общаемся так тепло, но сказать, чтобы он за меня душу Дьяволу продал, не знаю даже, вряд ли. Уж сильно подвержен он влиянию матери, а она не далеко ушла от Тети Любы.
- А что тогда его парни в школе побаиваются? - Возмущенно вдруг вспыхивает Ярик.
- Ну, это уже надо у парней спрашивать, а не у меня. Ладно, закроем тему. И вообще пошли быстрей, а то опоздаем.