20.
День 5.
За эти несколько дней доказательств того, что он чист, Иван буквально вытек из жизни с друзьями. Поэтому, когда Мел позвонил и сказал что нужно срочно собираться в базе он даже ничего не понял.
Был поздний вечер. Киса почти договорился с одним челом по поводу товара в то время, как он позвонил. Пришлось перенести. Оказалось, что не зря.
В городе днём снимали рекламу для местной кафешки. Ну и выбрали туда Анжелу на главную роль, ну от которой Мел прямо без ума. Честно, начало не особо интересное.
Вечером, эту главную героиню оттрахал чел который дал ей роль в рекламе. А Мел решил, что убьет его. И по его лицу было видно, что он явно не намерен шутить. Тогда Гена предложил идею с дуэлями. Просто на бум. И тут же начал оправдываться и сливаться.
Но намечалось что-то интересное. Неправильное. В голову хлынул адреналин.
-так это мы теперь в ответе за справедливость, пацаны - на радостях говорил Киса. - всех тварей на место будем ставить
-ты понимаешь, что если мы кого-то убьём, меня посадят? - агрессивно говорил Гена. Гарнитур должен был достать он.
-а ты как планировал? Запугать, типа "смотри: настоящее" и вали? Да он сука как домой приедет тут же заявление накатает
-из дуэли нельзя делать фарс - влез Мел. Киса был согласен. Мочить значит мочить. Вот этого мента он бы точно не пожалел. Пуля ему только к лицу будет.
-пацаны, вы реально собирались стрелять? То есть вы тут все такие правильные, деньги не возьмёте если предложат, да? - продолжал Зуев.
Он начал нести хуйню. Решили стреляться, чел! Засунь в жопу свои деньги, ясно?
-и во сколько ты оцениваешь девственность? А чувства его? - Киса указал на Егора - Да у этого Спилберга денег не хватит чтобы отмыться от этого всего!
-пацаны, я согласен с Геной - сказал вдруг Хэнк - ну мы зарядим, побалуемся, а его просто припугнём
-закрой рот свой, ментёныш - сказал Кислов - папашка даже за такое спасибо не скажет, не волнуйся
Хэнкин хотел было на него накинуться, итак все были на нерваке, но Гена загородил путь рукой.
-так, так, так, пацан, успокойся, сейчас всё мирно решим - говорил Геннадий загораживая Кислова.
-а у ментов всё, сука, спокойно решается, да, Хенкалина? - спродолжал тот.
-закрой свой рот! Ты если про своего отца ничего не знаешь, не значит, что к каждому лезть надо, ясно? - поднимал тон Хэнкин.
То есть он серьёзно думает, что это всё из-за 'неизвестного' отца? Из-за того, что Киса ниче про него не знает? А он своего больно знает?
-а ты этого, блять, Константина Анатольевича, думаешь знаешь? А какого хрена он по чужим матерям шляется, а?
Хэнк не верил. Был готов ударить. Но их утихомирили. Через силу конечно, но обошлось без драк.
-поехали - сказал Гена выходя из базы.
-куда?
-за гарнитуром к бате. Потом решим, что делать.
-не, пацаны, без меня. Я итак одного клиента придержал - сказал Киса надевая на плечи рюкзак. - до связи.
Как там что было он узнает потом. Пока нужно решать дела.
В тем типом они по итогу встретились. Тот отвалил ему хорошую сумму и исчез. А Иван созвонился с клиентами поменьше. Вообщем, до утра проходил по городу, а в часов 7 вдруг попал в тот район жила где та девушка.
Ну и решил её позвать погулять. С одной стороны - просто нечего было делать, надо время скоротать. А с другой- ну прикольная она. Можно и пообщаться. Даже просто так.
Она встомнил как она его обняла и улыбнулся. Прикольная вообщем такая. Надо было записать её номер всё таки.
Он стоял под её окном и курил. Хотя делал вид, что курит — сигарета давно погасла, а руки не поднимались выкинуть бычок. Стало смешно. Он всю ночь таскался по городу, решал вопросы, шёл куда-то без цели — и в итоге снова оказался здесь.
Ну конечно.
Сколько было времени? Семь? Семь с чем-то? А какая к чёрту разница. Спать он всё равно не собирался. А тут вдруг захотелось просто увидеться, поговорить номерально, по человечески так сказать.
Он постучал, зная, что это может быть самой тупой идеей на свете. И всё равно постучал.
Когда створки открылись, он невольно улыбнулся. Как всегда — чуть перекошенно, небрежно.
Стало смешно. Она - вся такая лохматая, злая и с расчёской в руке, направленной в его сторону.
Он хотел сказать что-нибудь толковое, остроумное, но язык не слушался. Вместо этого выдал какую-то банальность — лишь бы она не захлопнула окно обратно.
Он видел, как она сомневается. И вдруг внутри всё затаилось. Если скажет «нет» — окей, он уйдёт. Наверное. А может, останется под окном, как идиот.
Не хотел давить. Просто хотел быть рядом. Просто сейчас. Просто немного.
Когда она сказала, что выйдет — у него внутри что-то отпустило. Он кивнул и остался стоять, как школьник, будто пойманный на проказе.
Он понял, что всё ещё смотрит на неё. Не мог отвести глаз. Хотел сказать, что у неё щёки румяные, что в этом свете она выглядит как кто-то из старого кино. Хотел сказать, что устал, но с ней — не так.
Кислов влез на подоконник не потому, что хотел нарушить границы, а потому что — не мог не попробовать. Хотел быть ближе. Хотел разозлить её немного. Засмущать.
Когда она сказала «выйди» он спрыгнул обратно и остался стоять, даже когда створки захлопнулись. Несколько секунд. Секунд её дыхания, его мыслей, их общего воздуха.
Щёки жгло. Да, и у него тоже. Но, черт возьми, оно того стоило.
Он ждал её не долго. Она выбежала на крыльцо, закрыла дверь и вышла за калитку. Когда они уходили, Кислов заметил как за ними из окна следили её родственники. Класс.
Ваня спросил что-то про море, она обиделась. Ну как всегда - девочки вообще любят на всё обижаться. И всё равно. С этой - было как-то легко. Диалог шёл сам. Так же ровно как дорога к морю.
Она дополняла свою обиду объяснениями, а он лишь отмахнулся. Назвал святой и вдруг подумал "а правда, настолько ли она правильная?"
-куришь? - спросил Иван когда она положила руку в карман куртки. Ему казалось, что она ищет сигарету и зажигалку.
-боюсь пробовать если честно - ответила она, а Кислов только усмехнулся. Ожидаемо. На что он рассчитывал? - а ты?
-иногда - отмахнулся. Не хотел раскрывать тему зависимостей.
Женя по любому поведёт себя как его мама. Нет, они не похожи между собой, просто они через чур правильные. Хотя если смотреть на то, что его мама решила, сука, закрутить роман с женатым мужчиной, то появляется много вопросов.
Короче, по наркотикам у них мнение по любому одинаковое.
-сигареты или электронные которые? - спросила девушка и он понял, что она просто хочет продолжить диалог. Ну не разбирается она в этой теме - это видно.
-сигареты - ответил коротко. Надо было уходить от этой темы пока она не спросила "а что-то ещё?" Ну кроме никотина зависишь от чего-нибудь?"
-папа курил - вдруг сказала она - а потом бросил. Сказал это было самое сложное решение.
Он удивился. Не ожидал, что их диалог повернёт в эту сторону. И осознал, что сигареты для неё - ужасно. Их бросить тяжело, от них люди страдают. А что на счёт веществ? Для неё они вообще - билет в один конец?
-это типа косвенное нравоучение? Кислов бросай пока не поздно?
-можешь считать и так. Буду выглядеть маленькой дурой, но никотин вредит здоровью, Вань.
Опять это обращение "Вань". Не привычно слышать своё имя от собедника. Он уже привык к прозвищу.
-да знаю я.
Она кивнула. Море уже было видно. А Женя говорила, что далеко. Он заметил как она улыбнулась заметив полоску воды впереди.
-а я говорил, что там красиво - перевёл тему он. - ты вообще как? Плавать умеешь?
-рано ещё плавать - она по доброму усмехнулась.
Потом она потеряла заколку. Не заметила, как выходила её с кармана. Расстроилась, а он поднял и спрятал. Отдаст как нибудь.
А потом - берег, вода, капли на лице, он и она. Ну романтика типа. Но всё таки холодно. Он не стал ныть - не любил.
Они смотрели друг на груга и он просто так улыбался. Было легко. Проблемы ушли на второй план.
А потом появился Мел. Пришлось объясняться перед Женей, наспех её провожать обратно и бежать на базу.
"Стволы привезли". Сейчас что-то поменяется. Будет не так, как было раньше. Он это чувствовал буквально всем. Чем там можно чувствовать?
______________________________________________
Ещё одна юбилейная глава!! Итак, раскрыла здесь диалог, который от её лица был описан как "они шли к морю". Ей это казалось не важным - просто слова, нет таких мыслей как у него, поэтому этот диалог я решила описать всё таки от лица Кислова.
Как-то так