Глава 6. Суворовские будни.
не забываем про тгк фанфика, где вся информация, видео, анонк (есть ответы на различные вопросы, также можете задать сами), музыка, под которую можно читать главы.
беда-беда
https://t.me/ff_zarinka
– Сегодня мы поговорим о правилах поведения за столом, – начала урок Полина Сергеевна, размеренно прохаживаясь по кабинету с указкой в руке. Её белоснежная блузка подчеркивала идеальную осанку, а строгий взгляд говорил о серьёзности темы. – На стол можно опираться только запястьями. Женщинам иногда позволительно ненадолго опереться локтëм, – добавила она, сделав паузу.
– Полина Сергеевна, разрешите вопрос, – раздался голос Саши. Он поднял руку, привлекая к себе внимание.
– Да, конечно, – ответила Полина Сергеевна, переводя взгляд на суворовца. Её лицо выражало готовность выслушать.
– Суворовец Трофимов, – поднялся со своего места Саша. – А почему это женщинам можно… – Он бросил быстрый взгляд на Настю, – …а мужчинам нельзя?
– Что именно тебя смущает, Трофимов? – спокойно спросила Полина Сергеевна, пристально глядя на него. В её голосе слышалась лёгкая ирония.
– Ну, это… дискриминация какая-то, – пробормотал Саша, оглядывая класс, – несколько парней улыбнулись, обменявшись многозначительными взглядами.
– Ну хорошо, – усмехнулась Полина Сергеевна, – тогда женщинам и Трофимову можно.
По классу прокатилась волна смеха, на этот раз гораздо громче. Настя, не сдержавшись, рассмеялась от души.
– Также сидя за столом нельзя играть с приборами, – продолжила Полина Сергеевна, стараясь вернуть урок в нужное русло. – И скатывать хлебные шарики.
– Слыхал, Печка? – не удержался Макар, подколов друга. Его голос, полный ехидства, снова вызвал смешки в классе.
– Также нельзя вытягивать ноги под столом, – продолжила Полина Сергеевна. – Тут Трофимов может не волноваться, это правило касается и мужчин, и женщин. Отдельное занятие мы посвятим пользованию столовыми приборами. Нож не в коем случае нельзя использовать при употреблении пудинга, солянки, вермишели, омлета. В этих случаях можно пользоваться только вилкой. Что касается раков… – Полина Сергеевна запнулась, её речь прервал внезапный телефонный звонок.
****
Сырников тихо подошëл к Александровой и опустил руки ей на плечи. Девушка стояла у окна, погруженная в свои мысли. Прикосновение вырвало еë из задумчивости. Резко повернув голову, она встретилась взглядом с улыбающимся Сырниковым. На долю секунды их глаза застыли друг на друге, прежде чем Александрова быстро скинула его руки и сделала шаг назад. Расстояние между ними оставалось небольшим. Парень в ответ лишь слегка усмехнулся, приподняв уголок губ. Но в этой усмешке не было ни тени хитрости или торжества, скорее сквозь неë проглядывала тихая, почти незаметная грусть.
– Ты свихнулся? – выдохнула девушка, изумленно глядя на парня. Такого она от него никак не ожидала.
– Почему сразу «свихнулся»? Просто мимо проходил, тебя увидел. Стоишь, как одинокая роза… – в его голосе послышались нотки двойного смысла, намек, явно обращëнный к девушке. Но Настя, похоже, не придала значения его словам, пропустив мимо ушей скрытый подтекст.
– Чудной ты… – пробормотала девушка, бросая на парня последний взгляд, прежде чем развернуться и уйти. – Одинокая роза… ужас, ну и странный он. – Покачивая головой, она ускорила шаг, стараясь не опоздать на урок и избежать неприятностей.
****
– Так, я, кажется, русским языком говорил! Форма одежды: голый торс. Александровой – майка, – рявкнул майор, грозно прохаживаясь вдоль строя суворовцев. – Леваков! – Майор остановился напротив суворовца. – Тебе что, на французском объяснить?!
Леваков, нервно сглотнув, выдавил:
– Товарищ прапорщик, разрешите мне так остаться…
– За какие такие заслуги перед Отечеством?! – Майор приблизился к Левакову, впиваясь в него взглядом.
– А он стесняется нам свои сиськи показывать, – съязвил Трофимов, не удержавшись от комментария. Его слова вызвали смешки в строю, но тут же оборвались под грозным взглядом майора.
– Отставить смех! – рявкнул он. – В чём дело, суворовец?
– Знабит меня, товарищ прапорщик, – промямлил Леваков, потупив взгляд.
– Да вроде не горячая голова, – пробурчал майор, оглядывая суворовца с ног до головы. – Ну что, я тебе помогу. К турнику, шагом марш!
Внезапно из карманов Левакова выпали бумажные деньги, разлетевшись по земле. Лицо майора потемнело.
****
– Эй, Трофим! – окликнула Настя, привлекая внимание Саши. Он обернулся, вопросительно глядя на девушку.
– Не знаешь, кто мне цветочки подарил? – спросила она с лукавой улыбкой, блестящими глазами.
Саша заметно занервничал. Он начал тереть ладони, поправляя воротник и трогая шею.
– С чего это? – выдавил он, стараясь казаться равнодушным.
– Колись, это с нашего взвода? – Настя прищурила глаза, словно пыталась прочитать мысли Саши. Он ещё больше смутился, щёки его порозовели. – Или это… ты?
– Я не знаю, кто тебе подарил одну красную розу, – пробормотал Саша, избегая её взгляда. Его голос прозвучал неуверенно, выдавая волнение.
– Э-э-э… а ну-ка! Букетов было два. Колись давай, – Настя встала перед Сашей, её лицо стало серьёзным. В глазах плясали озорные искорки.
– Ну я это, я – промямлил Саша, зажмурившись. – Белые розы… – добавил он тихо.
– Три белые розы – я люблю тебя… – прошептала Настя, вспомнив. Улыбка расцвела на её лице. – Дурак! – ласково произнесла она и, встав на цыпочки, растрепала волосы Саши.
****
С матерью Левакова приключилась беда – требовали деньги для дорогостоящего лечения. Поэтому все ребята из училища, сплотившись, старались помочь, кто чем мог. Каждый скидывался, сколько могли. Настя тоже внесла свою помощь товарищу, передав Левакову деньги.
Обеденная суета постепенно улеглась. Столовая пустела, парни расходились по своим делам. Леваков, однако, задержался в столовой. К нему подошëл Сырников. Настя, уже направляясь к выходу, боковым зрением заметила их. Любопытство вспыхнуло в ней маленьким огоньком, но девушка не стала подходить. Скрывшись, она наблюдала за парнями из угла, стараясь не выдать своего присутствия.
– Чë те надо? – резко, с явным раздражением бросил Леваков, едва Сырников приблизился.
– Чë там у тебя случилось-то? – с наигранной, почти наглой учтивостью поинтересовался Лëша.
– Где случилось? – холодно, без тени эмоций уточнил Андрей.
– Ну, не знаю… все пацаны скидываются… – протянул Лëша с фальшивым сочувствием. Настя, наблюдавшая за сценой, с трудом сдерживала себя. Ей хотелось подойти к Сырникову и прямо в лицо высказать всë, что она думает об этом бессердечном цинизме. Как он может говорить о такой трагедии с таким показным равнодушием, с такой явной издевкой?
– Ничего не случилось, – устало ответил Андрей, отводя взгляд. Он явно был измотан и не хотел обсуждать эту тему, особенно с Лëшей.
– Мне… попросили деньги тебе передать, – робко произнëс суворовец.
– Кто просил? – с нескрываемым интересом спросил Леваков, наконец отрываясь от своих невесëлых мыслей.
– Неважно. Ща, подожди, – Сырников сделал вид, будто что-то ищет в карманах, изображая серьезную занятость. Но это был всего лишь спектакль. Внезапно он выпрямился и показал Андрею неприличный жест. У Насти кончилось терпение. Она еле сдерживалась, чтобы не выскочить из своего укрытия и не дать Лëше как следует. В этот момент, словно по заказу, появился один из воспитателей. Он подошëл к Сырникову и жестом велел следовать за собой. Они направились в сторону, где стояла Настя. Сырников шëл спокойно, пока не заметил девушку, наблюдавшую за ним. Его брови чуть нахмурились, лицо выразило удивление, а в глазах мелькнул нервный огонек. Он явно не ожидал увидеть еë здесь.
****
Наконец-то наступило свободное время. Парни гоняли мяч на футбольном поле, а Настя, не разделявшая всеобщего футбольного энтузиазма, устроилась на траве, наблюдая за игрой. Леваков стоял на воротах. Внезапно к нему подошëл Сырников. Александрова, заметив это, насторожилась. Она напрягла слух, стараясь уловить каждое слово. Как выяснилось, Лëша был не в курсе ситуации с матерью Андрея и не знал, что ребята собирают деньги на еë лечение. С серьезным лицом он извинился перед Леваковым за своë прежнее поведение. Но Андрей, увлеченный игрой, отмахнулся от него, как от назойливой мухи. Ему сейчас было не до Сырникова и его извинений.
Лëша, не сдаваясь, достал из кармана деньги и протянул их Андрею. Тот отреагировал резко, посоветовав Сырникову убрать деньги куда подальше. Лëша, оскорбленный такой реакцией, что-то пробурчал себе, сунул деньги обратно в карман и, развернувшись, ушëл.
Насте было искренне жаль Андрея. Этот грубиян Сырников совсем допëк парня. Впрочем, Лëша ведь действительно не знал про болезнь матери Андрея. Конечно, это не оправдывало его хамское поведение, но, по крайней мере, объясняло вчерашнюю выходку. Он, не разобравшись в ситуации, начал насмехаться над Леваковым. И всë же Андрей слишком резко отреагировал на извинения. Понятно, что у них с Сырниковым давние счëты, но Лëша ведь всë-таки пришëл, извинился. Не стоило так грубо его отшивать.
****
И снова урок этики и эстетики. Полина Сергеевна, как всегда безупречная в своей строгости, стояла перед классом с прямой спиной, держа в руке указку.
– Как вы уже заметили, в этом месяце мы будем видеться в два раза чаще, – объявила она своим мелодичным голосом. – Добавляется ещë один час занятий танцами.
Суворовцы тут же переглянулись, обмениваясь многозначительными взглядами.
– Хорошо бы еще и жматься, – громко прошептал Трофимов, вызвав смешки в классе.
– Ага, ещё бы обниматься, – добавил суворовец синицын с широкой улыбкой. на что настя закатила глаза.
– Не волнуйтесь, Трофимов, – с едва заметной улыбкой произнесла Полина Сергеевна, – шманци-обниманцы, как вы изволили выразиться, как раз и входят в программу этого предмета.
– А практика будет? – с надеждой в голосе спросил Печка.
– Естественно, – ответила на вопрос Полина Сергеевна.
– Для закрепления материала, – продолжила она, – мы будем приглашать девушек из студии бального танца. И, кстати, для Александровой тоже будет пара, – добавила Полина Сергеевна, многозначительно посмотрев на Настю.
Класс взорвался гулом одобрения и аплодисментами.
****
Вечер опустился на суворовское училище. В комнате, едва освещëнной тусклой лампой, собрались Трофимов, Настя, Сухой и Печка. Печка старательно зашивал дырку на пиджаке, Илья штопал рукав рубашки, а Трофимов натирал до блеска свои ботинки. Настя же просто пришла посидеть с ребятами за компанию.
– Нет, ну вы видели этого Макарова? – возмущенно воскликнул Трофимов, прерывая тишину. – Он реально прогнулся! «Есть, товарищ прапорщик!», «Так точно, товарищ прапорщик!», «Будет сделано, товарищ прапорщик!».
Трофимов передразнивал Макарова с явным сарказмом в голосе, выражая всем своим видом крайнее недовольство. Настя бросила на него быстрый взгляд, пытаясь понять, что так задело Трофимова.
– Да не кипятись ты, – с усмешкой сказала Настя, – может, поумнел наконец.
– Ага, прям ручным стал, – с иронией в голосе вставил Сухой, не отрываясь от своего занятия.
– Интересно, чем это он его приручил? – задумчиво протянул Печка, закончив с штопкой.
– Точно не куском сала, – бросил Трофимов, многозначительно посмотрев на Печку.
В тот же миг дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошëл…сам Макаров.
– Слышь, Макар, чë происходит? – сразу же наехал Трофимов, не скрывая своего раздражения.
– Чë происходит? – переспросил Максим, мгновенно понимая, что Трофимов к нему цепляется.
– Тебя в последнее время не узнать, – продолжил наседать суворовец, сверля Макарова взглядом. В его голосе слышалась смесь недоверия и подозрения.
– А ты у окулиста давно был? – парировал Макаров, не оставаясь в долгу. Он явно не собирался терпеть нападки Трофимова.
– Кончай прикидываться, – подал голос Сухой, поднимая голову от своей рубашки. – Все же видят.
– Что видят-то? – недоуменно спросил Максим, искренне не понимая, к чему клонят его товарищи.
– Как ты перед философом танцуешь, – пояснил Илья, обводя взглядом присутствующих. Настя молча наблюдала за разворачивающейся перепалкой, стараясь скрыть едва заметную улыбку.
Мальчики начали гнать на Макара, пока не пришëл Кантемиров.
****
В коридоре Настя и Саша, оживлëнно о чëм-то болтали. Их голоса, переплетавшиеся со звонким смехом Насти. Трофимов, не удержался и бросил в сторону Насти: «Красивая!» Девушка отмахнулась: «Дурак!» Но в её голосе не было раздражения, скорее, смущенное веселье.
Сырников шëл по коридору в окружении своей шумной компании. Они что-то бурно обсуждали, перебивая друг друга и то и дело взрываясь хохотом. Но на мгновение взгляд Сырникова выхватил из общей сутолоки Александрову, а затем скользнул по стоящему рядом Трофимову. Внутри что-то кольнуло. Ему тоже хотелось бы так запросто подойти к Насте, заговорить с ней, услышать этот лëгкий, задорный смех. Но рядом с ней был Трофимов – парень, который, как казалось Сырникову, был во сто крат привлекательнее, харизматичнее и, что самое главное, знал, как общаться с девушками. Эта мысль вызвала у Сырникова неприятное чувство собственной неловкости и неуверенности. Он отвëл взгляд и, стараясь не выдать своего замешательства.
– Эй, Лёха, ты чего завис? В каких облаках летаешь? – окликнул его товарищ, вырывая из задумчивости.
– Да так, ни о чëм, – отмахнулся Лёха, натянуто улыбнувшись. Он поспешил переключить внимание на разговор ребят, стараясь больше не смотреть в сторону Насти и Саши, мимо которых они как раз проходили. Внутри всë ещë теплилась досада, смешанная с неловкостью. Он делал вид, что внимательно слушает друзей, но мысли то и дело возвращались к девушке.
****
Настал день первой танцевальной практики. Весь взвод выстроился в две длинные шеренги в просторном зале. Перед ними, чуть в стороне, стояла Полина Сергеевна, готовая начать урок. Воздух гудел от оживлëнного шëпота и смешков.
– Полина Сергеевна, а где девчонки-то? – громко спросил Сухомлин, оглядываясь по сторонам. Его вопрос мгновенно заставил всех замолчать. Взгляды обратились к Полине Сергеевне, ожидая ответа.
– Какие девчонки? – удивилась она, – Анастасия, вроде как рядом с вами стоит.
– Ну, чтобы танцевать, – пояснил Трофимов, немного растерявшись от такого вопроса. Он ожидал, что всë и так понятно.
– А с чего вы взяли, что должны быть ещë девушки? – спокойно, но с лëгким нажимом в голосе переспросила Полина Сергеевна, ожидая более внятного объяснения.
– Первому взводу на прошлой неделе приводили девушек, – с явным непониманием и нарастающим разочарованием в голосе ответил Трофимов.
– Ну, во-первых, у первого взвода уже было три практических занятия, а вы начали позже, – терпеливо начала объяснять Полина Сергеевна, – А во-вторых, зачем вам девушки на первом занятии? Вы что, хотите, чтобы они со смеху попадали, глядя на ваши неуклюжие попытки вальсировать? Раз так переживаете, суворовец Трофимов, будете танцевать с суворовцем Александровой. Надеюсь, вы её не истопчете. – В голосе преподавательницы послышались ироничные нотки. – А теперь, прошу, станьте в две шеренги, как вы обычно строитесь. Первый ряд у нас – дамы, а второй – кавалеры. Во второй половине урока мы поменяемся местами, чтобы все смогли попробовать себя в обеих ролях.
– Итак, начнём, – объявила Полина Сергеевна, обводя взглядом шеренги суворовцев. – Домашнее задание было: приглашение на танец. Суворовец Трофимов, покажите, пожалуйста, как это делается.
В зале повисла тишина. Все взгляды обратились к Трофимову. Сделав шаг вперëд, он встал напротив Насти и, слегка склонив голову, выставил свой локоть в сторону девушки, предлагая ей просунуть руку.
– Трофимов, вы что, жениться на Александровой решили? – раздался вдруг удивлëнный голос Полины Сергеевны.
Трофимов резко повернул голову к преподавательнице, непонимающе глядя на нее. – Почему? – спросил он, нахмурив брови.
– Ну, если какая-то дама, или в данном случае, Александрова, ответит на этот жест согласием, то вы можете жениться, не задумываясь, – с лëгкой иронией пояснила Полина Сергеевна.
Еще несколько парней, краснея и запинаясь, попробовали пригласить своих «дам» на танец, повторяя ошибку Трофимова. Полина Сергеевна терпеливо поправляла каждого.
– Итак, сложившиеся пары расходятся по кругу, – наконец скомандовала она. – Запоминаем основной шаг венского вальса. Сначала шаг по небольшой дуге вправо, нога опирается на носок. И… раз, два, три, – парни старательно начали крутиться в вальсе, то и дело наступая друг другу на ноги. – Приставили, раз, два, три… раз, два, три, приставили. Правая нога находится на носочке, левую ногу вы притягиваете к правой, и скользите… В вальсе нужно скользить, попробуйте!
И тут же, с первой же секунды, Александрова, не удержав равновесия, с грохотом падает прямо на Трофимова. По залу прокатилась волна смеха.
– Что смешного? – строго спросила Полина Сергеевна, глядя на хохочущих суворовцев. – Трофимов, ну видите, а вы хотели с девушками танцевать. Вы вон Александрову чуть жизни не лишили! На каждое падение на девушку я буду наказывать. Упали? Следующее занятие танцуете со стулом.