15.
I'm falling
In all the good times I find myself
Longing for change
And in the bad times I fear myself *
Еще больше насладиться импровизированными каникулами они не могли.
Брали максимум от минимальных десяти дней, которые смогли вырвать только для себя.
Десять дней наполненных горячим солнцем, теплым морем с идеально чистым пищамим дном и безграничной любовью, за которую многие все бы отдали. И какую многие почему-то совсем не ценят, презирают и выбрасывают на помойку, как какой-то хлам.
Они провели десять идеальных дней в месте, которое смело можно назвать раем на земле.
Вы смотрели когда-то "Голубую лагуну"? Двое молодых людей, парень и девушка, попадают на необитаемый остров еще совсем маленькими. Они растут там в гармонии с природой. Учатся выживать и радуются простым вещам.
Вы видели, какими счастливыми они были?
Так далеко от всей этой цивилизации и человеческой ненависти. Так далеко от всех этих современных технологий и правил этикета. От двойных стандартов и фальшивой морали.
Ева и Крис тоже жили в некой Голубой лагуне. В своей собственной голубой лагуне.
Проснуться в десять утра в объятиях любимого мужа, когда он нежно гладит твой животик и постоянно повторяет, что вы самые дорогие для него люди. А потом совместное приготовление завтрака. Свежие блины с шоколадом и фруктами и ее любимый черничный чай. Несколько часов ленивого лежания под солнцем и счастья в теплом море, когда вода больше напоминает парное молоко.
Он крепко стоит на песчаном дне, а она держится руками за его шею, обнимая ногами узкие бедра. Она откидывает голову назад и громко смеется, когда он в очередной раз пытается расстегнуть ее бюстгальтер.
Ноги щекочут стаи маленьких цветных рыбок, которые время от времени проплывают туда обратно.
Страна маленьких Немо. Просто здесь, у них под ногами.
Десять дней в месте, где в принципе одежда была нужна только для прогулок по солнечныму Палермо.
Никакого транспорта, кроме велосипедов она не признавала. Поэтому они и провели три дня катаясь центром Палермо и маленькими узкими улочками, которые напоминали Грецию.
- Не может быть, ты мухлюешь, - заявила Ева, сидя в саду, подобрав ноги под себя.
Они постелили покрывало молочного цвета на идеально подстриженую зеленую траву. Крис сидел напротив, вытянув ноги в сторону и подпирая голову рукой.
- Это всего лишь шахматы, принцесса, - он улыбнулся, когда она полностью не удовлетворена и возмущена, сложила руки на груди.
Короткое белое льняное платье идеально оттеняло ее загорелую кожу и прекрасно смотрелось с ее веснушками на носу и рыжими волосами, которые еще больше выгорели на солнце за эти дни.
- Ты выиграл пять раз подряд.
- Просто я мастер в этом, - Крис собрал все фигуры и начал снова расставлять их на шахматной доске.
- Глупая игра.
- Ты просто не любишь проигрывать.
- Это не делает эту игру менее глупой.
Крис запрокинул голову назад и громко засмеялся.
Это было до невозможности волшебно, когда она злилась, потому что не могла обыграть его в шахматы.
Совместное принятие ванны, каждый вечер по бокалу красного вина при свечах и ночные купания под сиянием луны. Похоже, это был их второй медовый месяц. Не менее удачный, чем первый.
Всегда мрачный Лондон встретил их проливным дождем и Крис еще не успев выйти из самолета, предложил зайти обратно и вернуться в Палермо. Кому нужна эта реальность и серые будни, если можно вернуться в солнечную Италию?
Он крепко держал ее руку, когда они проходили через регистрацию и забирали багаж. Он счастливо улыбался, когда с другого конца аэропорту им махала не менее счастливая пара.
Не обычно было видеть Ганса Шистада в обычных джинсах и белой тенниске, вместо делового черного костюма. Собственно, как и Даяну. Эта женщина всегда одевала сдержанные юбки или платья в пастельных цветах, а сейчас стоит в свободных брюках лимонного цвета по щиколотку и черной атласной майке на бретельках.
Что-то наряд совсем не по погоде и вовсе не для дождевого Лондона.
- Выглядите отдохнувшимы, - улыбнулся Ганс, пожав руку сына.
- Дорогая, ты удивительно выглядишь, - Даяна с Евой, как всегда, обменялись любезностями и поцелуями в щеку.
- Почему вы только сегодня сказали, что в Лондоне?
- Сынок, вы заслужили хороший отдых и время для себя. Мы не собирались портить вам планы.
- Надолго вы еще в Лондоне? - поинтересовалась Ева, когда они вышли из аэропорта через стеклянные автоматические двери. На улице их уже ждала машина.
- Сегодня ночью у нас рейс.
- Мы еще успеем пообедать вместе, - Ева улыбнулась. - Предлагаю поехать к нам и я что-то приготовлю.
- Замечательная идея.
***
В квартире на восьмом этаже царил уют и запах запеченного мяса, пока по стеклу все еще барабанил весенний дождь. На кухне и в гостиной слышались хоккейный матч в перемешку с приглушенными голосами The Ronettes.
I'll make you happy, baby, just wait and see
For every kiss you give me I'll give you three
Строки из Be my baby слетали с уст рыжеволосой девушки в черных домашних шортах. Она перемешивала картофель на сковородке, чтобы он не пригорел, в такт своей любимой песни.
У них с Дайаной на кухне все варилось и пеклось. А время от времени перед носом маячил Крис с тарелками и вилками, одновременно спрашивая у жены, которые салфетки следует класть на стол.
- Возьми сиреневые, - крикнула Ева, нарезая помидоры в салат.
- Здесь две пачки сиреневых, - ответил с гостиной Крис.
- Те, что светлые.
- Черт, надо их подписать, - пробормотал Крис и Ева улыбнулась, помотав головой.
Поставив на стол последнюю тарелку с запеченной курицей, Ева поправила вазу с фруктами и поставила ее по своему.
Чисто женский поступок.
Крис открыл бутылку белого вина и начал разливать в, до блеска начищенные, бокалы. Потом пошел на кухню и принес заблаговременно две бутылки сока. Апельсиновый и гранатовый. Помахал ими перед Евой и несколько секунд подождал, пока она ткнет пальцем и выберет один из них.
Крис отставил гранатовый сок на камин и наполнил стакан жены апельсиновым.
Без мякоти. Такой, как она любит.
- Мы поздравляем вас, - начал Ганс, когда все наконец заняли свои места за столом, и Ева поймала широкую улыбку Дайаны. Женщина бросила взгляд на живот девушки и ее улыбка стала еще шире.
- Это такая чудесная новость.
- Спасибо, - Крис положил руку на ее голое колено.
- Как ощущения, будущие родители? - подмигнула Даяна, наложив себе на тарелку немного курятины.
- Максимально счастливы, - с улыбкой ответил Крис.
Вот собственно именно сейчас кажется, что до этого он не имел понятия о счастье.
- Какой срок?
- Уже почти месяц.
- У тебя еще есть токсикоз?
- Нет. У меня недолго продолжалось. Неполные две недели.
- Ты счастливица, Ева, - улыбнулась Даяна.
- Вы себе даже не представляете какая.
Даяна действительно не представляет.
Эти два человека перед ними не имеют никакого представления о том, через что ей пришлось пройти, чтобы заслужить этого ребенка. Они не знают, сколько слез она пролила и не знают о бесконечном количестве анализов, которые ей пришлось пройти.
Страшно вспомнить сколько тестов на беременность она сделала за долгие шесть месяцев. Теперь в их выборе Ева может стать лучшим советником. Она перевернула все аптеки Лондона и перепробовала все возможные марки. Как будто две полоски зависели от ценовой политики или страны производителя.
- Я принесу мороженое, - останавливая живое обсуждение в семейном кругу, Ева отодвинула свой стул.
- Я помогу, - Даяна пошла следом, тактично оставляя отца и сына наедине.
- Да, нам нужно поговорить с Крисом.
Ганс сделал большой глоток воды, пока фигура его жены не исчезла на кухне.
- Сынок, я не был хорошим ...
- Отец ...
- Нет, дослушай, пожалуйста, - Ганс отставил тарелку чуть дальше от себя и сложив руки на столе, внимательно посмотрел на своего сына.
Казалось, что в них почти ничего не было общего. Совершенно разные, разве что форма челюсти, рост и цвет волос. Все остальное ему досталось от матери.
Было больно смотреть на своего сына и не видеть в нем отражение себя. Хотя разве он заслужил этого? Каждую ночь напоминал себе благодарить Бога, что его сын не стал таким, как он и молиться, чтобы он не повторял его ошибок.
- Я не был хорошим отцом. Если говорить откровенно, я был ужасным отцом, - он опустил взгляд на свою пустую тарелку. - Я занял неправильную позицию в твоем воспитании. Я был слишком занят. Не видел твоих первых шагов, не слышал первого слова и даже пропустил твой первый футбольный матч. Я знаю, ты ждал меня.
Крис слегка кивнул.
Конечно, он ждал. Постоянно оглядывался на трибуны, а место рядом с его мамой так же оставалось пустым.
- Если бы я чаще был рядом, ты бы не попал на бои. Я бы не позволил, - он начал нервно потирать ладони. - Я хотел, чтобы ты вырос настоящим мужчиной, но занял неправильную позицию.
Крис не сводил с него глаз, внимательно слушал каждое слово. У них с отцом в архиве не было много откровенных разговоров, поэтому он действительно ценил этот момент.
- Но тебе удалось это сделать самостоятельно. Ты вырос хорошим человеком и настоящим мужчиной. И мне очень жаль, что в этом нет моей заслуги.
- Отец ...
- К сожалению, я ничего изменить не могу. Но хочу, чтобы ты не повторял моих ошибок. Будь добрым отцом для своего ребенка. И заботливым мужем для Евы. Я вижу, как она светится возле тебя. Глаза полные счастья. Она получает то, чего заслуживает, в отличие от твоей матери, - Ганс поднял взгляд на сына. В уголках глаз собирались слезы. - Прости. Я виноват. Я был таким молодым и глупым. Не умел ценить то, что имею. И так быстро это все потерял.
- Я не повторю твоих ошибок.
- Я знаю ... Знаю, сынок.
- Я люблю этого ребенка. И Еву люблю. Это вся моя жизнь, - хриплым голосом ответил Крис и Ганс улыбнулся уголком рта.
- Поэтому ты и будешь хорошим отцом.
- Я буду стараться.
- Я никогда тебе этого не говорил, - Ганс поднялся со своего места и обойдя стол, стал возле Криса. Он тоже поднялся, чтобы быть с отцом на одном уровне. - Я горжусь тобой.
- Отец.
Настоящие сдержанные мужские объятия. Они похлопалы друг друга по спине, пытаясь сдержать слезы.
Они столько всего упустили. Никогда не было той связи между отцом и сыном, никогда не имели того общения. Не ездили на рыбалку, не ходили в лес, не собирали грибы, не играли в футбол.
Боже, они так много упустили.
А время то идет.
И уже столько лет позади.
Долгих двадцать четыре года.
- А вот и ... - Ева остановилась на месте с подносом, полным тарелок с мороженым. - Я не хотела перебивать.
- Все в порядке, - Ганс улыбнулся невестке и снова занял свое место.
- Я помогу, - Крис забрал поднос из ее рук и поставил на край стола, пока Ева расставляла каждому по тарелке.
- После десерта мы уже поедем. У нас рейс через несколько часов.
- Я отвезу вас в аэропорт.
- Не нужно, Крис. Мы закажем такси.
- Все в порядке. Я и так собирался в офис.
- Ты поедешь сегодня в офис? - поворачивая голову в сторону мужа, спросила Ева.
- Надо разобраться с пожаром в клубе. Чарли что-то нашел.
- Тебя сегодня не ждать?
- Нет, любимая, - Крис подвинулся ближе и поцеловал ее в лоб. - Я приду поздно. А ты, когда за мной закроется дверь, включишь сигнализацию и если что сразу звони мне. Я приеду.
Ева позволила себя обнять большой рукой. Он сгреб ее в охапку, как букет цветов, пока она облизывала ложку от мороженого.
- Телефон теперь всегда при мне. И я предупрежу Лейта, что ты остаешься одна.
- Не нужно.
- Это не обсуждается.
***
Кажется уже было три часа ночи. А может и позже.
Ева уснула только час назад. Не могла спать, когда Криса нет рядом. Крутилась и металась по кровати, будто в агонии.
Надела его старую футболку, которая сохраняла его запах и легла на его подушку, на его половине кровати.
Грейпфрут и бергамот.
Единственный запах, который мог ее успокоить.
Она расслабилась и сильнее обхватила белую подушку.
А дождь все еще барабанил по закрытым окнам...
Ева еще долго крутилась сквозь сон, пока не почувствовала резкую боль внизу живота. Она открыла глаза и положила руку ниже пупка.
Она не могла отравиться. Это невозможно. Всю еду сегодня готовили они с Дайаной, а в самолете она вообще ничего не ела.
Еще одна резкая волна боли прошлась по телу и Ева резко приняла сидячее положение.
Что за черт?
Она хотела потянуться, чтобы включить ночник, когда буквально закричала. Согнулась пополам на кровати, держась за живот.
Одна, в темноте, когда по окнам барабанил лондонский дождь.
- Малыш, с тобой же все в порядке?
Она погладила живот, когда ей было даровано ничтожные секунды без боли.
Еще одна вспышка.
Она закричала.
Создавалось впечатление, будто кто-то живьем вырывает из нее органы.
Она сидела на кровать и не могла пошевелиться.
Еще одна волна боли и Ева почувствовала что-то мокрое у себя между ногами.
Быстро сбросила покрывало в сторону. На белой простыни и на белой футболке ее мужа были пятна крови.
Еще одна вспышка боли и кровь на ее глазах потекла по ногам.
- Нет, нет, нет.
Она запаниковала.
Сердце билось как сумасшедшее, виски пульсировали, а ладони вспотели.
- Держись, маленькая, держись.
Ева потянулась к своему мобильному телефону и дрожащими пальцами стала искать номер. Перед глазами все размывалось через слезы.
Когда она начала плакать?
- Пожалуйста, держись.
Она наконец нашла нужный номер и дрожащими руками приложила трубку к уху. Какие бесконечно длинные секунды она слушала противные гудки.
Гудки, которые заглушили даже шум дождя.
- Ева, все в порядке? - обеспокоенный голос по ту сторону.
- Что-то не так, Крис. Я ... Я, кажется, теряю ее ...
- Я еду, - она услышала, как он отодвинул стул, а потом стукнул дверью. - Я скоро буду. Держись. Вы обе держитесь.
Если бы он видел как она дрожала. Руки в крови.
Она пытается закрыть кровотечение, сдержать. Но ничего не получается.
Боже, помоги.
Опять волна дикой боли и хриплый крик. Телефон падает из ее рук и она уже не слышит как Крис неистово повторяет ее имя.
- Пожалуйста, я должна тебя сохранить.
Слезы капали на ее обнаженные ноги, перемешиваясь с кровью.
Она не может ее потерять.
Нет. Нет. Нет.
Это невозможно. Ее малышка.
Она не потеряет ее.
Нет, пожалуйста, нет.
Умоляю.
- Я так сильно тебя люблю. Ты должна жить. Моя маленькая, ты должна жить.
Она повторяла это и повторяла.
И снова повторяла.
А за окном небо плакало.
И город плакал.
И она плакала.
* - Lady Gaga and Bradley Cooper - Shallow.