inhale. the heart of the north

 Весь вечер старательно его игнорировала, но Чонгук не расстраивался. Знал, кого выбирал. И что просто не будет, тоже знал. Успокаивал и придавал уверенности тот факт, что они стояли в начале своего пути: все успеется.

Раздражали только взгляды мужчин на ней, которые он периодически перехватывал. И если большинство глаза отводили, то некоторые, самые смелые и отчаянные, продолжали смотреть. Как Зигрид, например. Сильный и жестокий воин родом с другого двора, он дольше всех сражался за право быть с Лисой. С трудом, но был побеждён. И настолько не принял своего поражения, что пришлось вмешаться старшим.

Чонгук откинулся назад, сел свободнее, широко расставил ногии положил руку на спинку стула своей жены. Лалиса, чувствующая все эти взгляды и тоже периодически ловившая их на себе, инстинктивно подалась назад под его защиту. Зигрид заметил эти движения и взбесился ещё сильнее, сжимая в руках вилку, отчего та даже погнулась. Чонгук нахмурился и перевёл взгляд на северянку, что сидела у него под боком. Та только покачала головой, прося не вмешиваться.

- С ней все будет в порядке? – прошептала Лалиса.

- Да. Правда всегда будет за женщиной, - очертил пальцем овал её лица, но Лалису ответ не устроил и она нахмурилась. Это уже не понравилось Чонгуку: словно она понимала что-то такое, чего не понимал он.

Тем временем застолье подходило к концу. Старшие ещё раз всех поздравили и ушли. Рядом с Лисой появилась улыбающаяся Агот и мужчина нехотя передал жену тетушке. Все новоявленные мужья молча потянулись к другому выходу, а женщины – к бане.

Лалиса никогда раньше не была в бане и знала о ней только по рассказам: там жарко и там потеют. И не понимала одного: как ты будешь чистым, если ты все время потный?

Эта баня была не очень большой - все разом в предбаннике не умещались. Поэтому заходили партиями: две-три девушки и сопровождающие их женщины. Агот помогла переодеться в длинную, практически до пят, свободную белую рубаху, распустила несколько заплетенных косичек и, благословив, открыла дверь, аккуратно вталкивая туда девушку.

За белым паром практически ничего не было видно. На ощупь Лалиса прошла вперёд и села на первом же попавшемся выступе. Здесь действительно было жарко, с непривычки воздух, пахнущий неизвестными ей травами, казался тяжелым и густым. Аромат одурял и кружил голову, отчего все звуки сливались в монотонный гул. В животе начало приятно тянуть, во рту пересохло и желание неизведанного заполнило все её существо. Встряхнувшись, Лалиса огляделась и поняла, что остальные девушки тоже находятся в таком состоянии: они полулежали и тяжело дышали, отчего их полные груди высоко поднимались. Некоторые уже откровенно постанывали, широко раскинув бедра и несмело двигая тазом вверх-вниз. Лиса захотелось кричать, что их здесь чем-то специально травят, надавать всем пощечин, чтоб пришли в себя – сейчас от скромных с вечно потупленным взглядом северянок ничего не осталось. Это были жаждущие женщины, буквально истекающие соками, сжимающие и разжимающие бедра, просунувшие руки между ног, но не достигающие пика наслаждения. К своему огромному удивлению Лалиса чувствовала все то же самое, и то, насколько всепоглощающим было это чувство, пугало.

Но сделать она ничего не успела – двери резко распахнулись и в нагретое помещение вместе с холодным воздухом ворвались, гикая и свистя, несколько полураздетых мужчин. Девушки тут же встрепенулись, завизжали и бросились к единственному выходу, выпархивая из бани, как стайка белых птиц. Лалиса бежала первой – она сидела ближе всех к выходу – и не очень понимала куда и от кого она бежит. Но первобытные инстинкты гнали её вперёд, а когда сзади послышался догоняющий её топот, сердце подскочило к горлу и она ускорилась, насколько могла. В голове полнейшая неразбериха, паника, непонимание того, что происходит – визжащих девушек слышно все меньше. Что, вашу мать, здесь творится?!

Сзади коротко вскрикнули и до девушки донеслись звуки молчаливой борьбы. Лалиса от неожиданности поскользнулась и едва удержалась. Дом близко. Нужно туда.

×××

Дыхания уже не хватало и оно вырывалось из горла с хрипом, но звук хрустящего под ногами преследователя снега раздавался все ближе, и, разжигая в руках потрескивающие шары, она на ходу развернулась к нему лицом. Не успела опомниться, как её тут же подняли в воздух, крепко сжимая ягодицы, чуть испугалась потемневших синих глаз, уже по привычке обвила ногами талию и, даже не успевая выдохнуть, задохнулась под напором жадных губ. Желание вспыхнуло сразу же, как она его коснулась, сметая только что перенесенный страх и панику.

Чонгук перешёл с бега на быстрый шаг, продолжая удерживать под ягодицы и зацеловывать девушку, отрываясь лишь на секунду, давая им возможность вдохнуть. Пнул входную дверь и уверенно поднялся по лестнице, дошёл до своей комнаты и сел на кровать, продолжая удерживать Лалису на себе.

Дорожкой из коротких поцелуев спустился по вырезу рубахи, рукой откидывая каштановые волосы. Одним рывком разорвал ткань и, боясь, что ещё чуть-чуть и не сможет себя контролировать, уложил её на кровать.

Красивая.

Такая идеальная, словно сделанная специально для него.

Она часто дышала сквозь приоткрытый ротик и смотрела во все глаза, пока он стаскивал с себя штаны. Брови поползли наверх и она немного отползла назад, словно хотела убежать, когда он выпрямился перед ней, демонстрируя свою полную готовность.

Разум Чонгука на миг затмила ревность. Эта сволочь Зигрид побежал за Лисой, а не за своей невестой, и мог стать её первым.

Шумно выдохнул, отгоняя эти мысли. Потом. Сейчас нужно было быть максимально в себе.

- Далеко собралась от меня убежать? – потянул её за щиколотку и навалился сверху, отвлекая поцелуями.

Те травы, которыми девушки дышали в бане, должны были расслабить и пробудить в них желание, чтобы не было сильно больно и страшно в их первый раз. На Лалису пока все действовало именно так, судя по тому, как она к нему льнула и отвечала. Немного злило - это только действие специально подобранных составов, а не его заслуга. Но и с этим он разберётся.

Оставаться в разуме, когда под тобой горящая желанием желанная девушка – невероятно сложно. Хотелось сорваться и пуститься во все тяжкие, но отрезвляла вероятность того, что он будет жалеть об этом позже. Поэтому он выцеловывал каждый миллиметр её груди, чувствуя вкус и запах разгоряченной кожи. И удерживал шаловливые ручки, чтобы не провоцировали лишний раз.

А когда почувствовал, что девушка в руках поплыла, приставил член к её влажному входу и немного надавил.

Сцепив зубы, поймал расфокусированный взгляд Лисы и толкнулся ещё немного вперёд. Взгляд, за которым он неотрывно следил, стал яснее и девушка предупреждающе положила руку ему на грудь.

Оглушающий тело Лиса жар перемешался с распирающей внизу болью. А когда Чонгук двинулся ещё вперёд, попыталась отползти назад. Нет, нет, давайте все немного отложим?

Чонгук был напряжен до предела, внимательно ловил каждую эмоцию и, когда почувствовал, что она дернулась назад, вдохнул сквозь сжатые зубы и резко вошел на всю длину. Лалиса вскрикнула, сильно вздрогнула, вцепляясь в него ногтями и на глаза набежали слезы.

- Все, все, малышка, - губами убирал слезинки и успокаивал её мужчина, еле разжав зубы, чтобы заговорить, - все прошло...все хорошо...ты молодец.

Он в ней не двигался, ощущая весь её внутренний жар и тесноту, и сделать хотя бы пару движений хотелось нестерпимо. Прижался лицом к её плечу, стараясь выровнять дыхание и тазом медленно, сводя самого себя с ума, повёл назад, выходя из неё. Тело в руках напряглось в ответ на это и со вздохом расслабилось, когда он покинул её мягкость.

Понадобилось ещё несколько минут, чтобы окончательно прийти в себя. И хоть он по-прежнему был возбужден и это причиняло физический дискомфорт, в душе ликовал. Теперь его. Во всех смыслах его.

Аккуратно, стараясь не причинять боли, поднял девушку на руки и отнёс в душевую, где сам отмыл ее от крови, несмотря на все протесты.

- Лалиса, - строго посмотрел на нее, - просто постой, ладно?

Быстро сполоснулся сам.

- А тебе...эм...не надо? – глазами стрельнула во все ещё гордо стоящее достоинство.

- Не сегодня, - улыбнулся ей Чонгук, закутал в полотенце и отнёс обратно на кровать.

Забрал за дверью кувшин со стаканом и налил ей.

- Пей.

- Что это?

Чонгук покачал головой.

- Успокаивающий сбор.

- Я спокойна.

- Лалиса-а, - протянул мужчина и девушка послушно взяла стакан.

В сон клонить начало практически сразу и все время, пока девушка медленно засыпала, сидел рядом, держа руку на её животе, согревая собственным теплом. А когда уснула окончательно встал и вышел на улицу, туда, где уже вовсю били барабаны.