Жена для Чон Чонгука [Приостановлено]

Утро началось не с кофе, а со шквала уведомлений. Лиса едва успела открыть глаза, как поняла: их план сработал даже слишком хорошо.

Спустившись на кухню, она застала Чонгука в его привычном амплуа: безупречная белая рубашка, строгий взгляд и планшет в руках. Однако сегодня в его позе было чуть больше напряжения, чем обычно.

— Доброе утро, — тихо произнесла Лиса, подходя к столу.

Чонгук поднял на неё взгляд. На мгновение в его глазах отразилось воспоминание о вчерашнем вечере, но он быстро скрыл его за маской вежливости.

— Доброе. Посмотри, — он пододвинул к ней планшет.

Экран пестрил заголовками. Фотографии, сделанные папарацци, были удивительно качественными. На одной из них Чонгук бережно придерживал её за талию, склонившись к самому лицу, на другой — их поцелуй на фоне огней города выглядел как сцена из высокобюджетной мелодрамы.

— «Архитектор Чон Чонгук официально подтвердил отношения», «Тайная невеста знаменитого дизайнера», — вслух прочитала Лиса, чувствуя, как щеки обдает жаром. — Это… это именно то, что ты планировал, верно?

— Именно, — кивнул Чонгук и улыбнулся. — Слухи о моей ориентации начали затихать. Акции компании даже немного поднялись на фоне «романтических» новостей. Мы справились с первой частью.

В этот момент его телефон, лежащий на столе, завибрировал. Чонгук взглянул на дисплей и слегка нахмурился, но трубку взял.

— Да, мама.

Лиса замерла. Она слышала приглушенный, но очень эмоциональный женский голос. Ын Хи, мать Чонгука, явно была в восторге.

— Чонгук-а! Почему я узнаю такие новости из газет? Она прелестна! Такая утонченная девушка. Ты должен привести её к нам сегодня. Никаких отговорок! Отец тоже ждет. Мы устроим семейный ужин.

Чонгук коротко взглянул на Лису, которая затаила дыхание.

— Хорошо, мам. Мы будем к семи. Да да, я передам ей.

Когда он положил трубку, в кухне повисла тишина.

— Мы едем к твоим родителям? — Лиса нервно сжала края своей кружки

— Выбора нет, — спокойно ответил Чонгук, хотя в глубине души он тоже чувствовал легкое беспокойство. — Моя мать очень добрая женщина, она легко принимает людей. Но отец… отец ценит традиции и статус. Тебе не нужно ничего придумывать. Просто будь вежливой и поддерживай легенду о нашем знакомстве в офисе. Мы пара, которая решила не афишировать чувства до поры до времени. Понимаешь?

Лиса кивнула.
— Понимаю. Я постараюсь не подвести.

*

Вечерний Сеул встретил их мягким закатом. Особняк семьи Чон располагался в тихом, престижном районе, окруженный высокими стенами и вековыми соснами. Лиса, будучи ландшафтным дизайнером, невольно оценила безупречный сад: всё было выдержано в классическом стиле, подчеркивая богатство и консерватизм владельцев.

Чонгук припарковал машину и повернулся к Лисе.

— Выглядишь отлично, — коротко заметил он. На ней было элегантное платье цвета пыльной розы, которое подчеркивало её естественную красоту, не делая образ вызывающим. — Просто держись рядом со мной.

Как только они переступили порог, их встретила Ын Хи. Она оказалась невысокой, очень изящной женщиной с теплой улыбкой.

— Добро пожаловать! — она сразу подошла к Лисе и мягко взяла её за руки. — Дорогая, я так рада наконец познакомиться. Чонгук такой скрытный, никогда ничего не рассказывает о личной жизни.

— Спасибо за приглашение, госпожа Чон. У вас чудесный дом, — искренне ответила Лиса.

В гостиной уже собрались остальные. Старший брат Тэ Ён со своей женой Да Хён вежливо поприветствовали их. Младшая сестра Ха На, двадцатилетняя студентка, с любопытством разглядывала Лису.

— О, так это ты та самая Лиса Монобан? — Ха На подошла ближе, улыбаясь. — Я видела кучу твоих чертежей на столе у Гука в офисе, видимо он часто любуется на твои работы

Чонгук слегка кашлянул, явно чувствуя себя неловко от прямолинейности сестры, но Лиса лишь улыбнулась в ответ.

Ужин проходил в приятной атмосфере. Мать Чонгука расспрашивала Лису о её семье и работе, искренне восхищаясь тем, что девушка сама строит карьеру.
Да Хён, жена брата, тоже оказалась приятной собеседницей — они быстро нашли общие темы для разговора. Лиса начала понемногу расслабляться, чувствуя, что эта семья, несмотря на их статус, умеет быть гостеприимной.

Единственным, кто оставался безучастным, был отец — Чон Мин Сок. Он сидел во главе стола, изредка задавая сухие вопросы о бизнесе, и его взгляд, тяжелый и оценивающий, постоянно возвращался к Лисе.

Когда десерт был закончен, Мин Сок поднялся.

— Чонгук, зайди ко мне в кабинет. Есть пара рабочих вопросов, которые не терпят отлагательств, — произнес он властным тоном.

Чонгук кивнул и, бросив на Лису обнадеживающий взгляд, последовал за отцом.

Лиса осталась в гостиной с женщинами. Ха На показывала ей фотографии их семейного пса, а Ын Хи увлеченно рассказывала истории из детства Чонгука. Лиса слушала, улыбалась, но краем уха прислушивалась к тишине, царившей в глубине дома.

В кабинете отца пахло старым деревом и дорогим парфюмом. Мин Сок сел в свое кресло и указал сыну на стул напротив.

— Ты думаешь, я не понимаю, что происходит? — начал отец, едва дверь закрылась. — Эти слухи о тебе… они вредили репутации. Твой ход с невестой это грамотный пиар-шаг

— Это не пиар-шаг, отец, — ровным голосом ответил Чонгук, стараясь сохранять спокойствие. — Лиса - моя невеста.

Мин Сок усмехнулся, но в этой усмешке не было тепла.

— Она милая девушка, не спорю. И, кажется, умная. Но посмотри правде в глаза, Чонгук. Она - ландшафтный дизайнер из простой семьи. У неё нет имени, нет связей, которые могли бы помочь нашей империи. Для временного увлечения - прекрасно. Для того чтобы закрыть рты сплетникам - идеально. Но для семьи Чон… — он сделал паузу, — нам нужна партия получше. Девушка из нашего круга. Поиграй в это, раз уж начал, но не заигрывайся. Свадьбы с ней я не допущу.

Чонгук почувствовал, как внутри закипает глухое раздражение, но он лишь крепче сжал подлокотники кресла. Он знал характер своего отца: спорить с ним сейчас - значит вызвать открытый конфликт, который только навредит Лисе.

— Я сам решу, кто подходит для моей жизни, отец. Лиса - достойный человек, и я не позволю судить о ней только по размеру её банковского счета.

— Достоинство не строит корпорации, — отрезал Мин Сок. — Иди. Гости ждут.

Когда Чонгук вернулся в гостиную, Лиса сразу заметила перемену в его лице. Он стал еще более закрытым, хотя старался улыбаться матери.

— Нам пора, — тихо сказал он, подходя к Лисе. — Завтра рано вставать на объект.

Они попрощались. Ын Хи обняла Лису на прощание, шепнув: «Приходите почаще, деточка».

Когда они сели в машину и ворота особняка остались позади, в салоне воцарилась тишина. Лиса видела, что Чонгук сосредоточен на дороге, его профиль в свете уличных фонарей казался еще более резким.

— Всё в порядке? — осторожно спросила она. — Твой отец… он кажется очень строгим человеком.

Чонгук вздохнул, ослабляя узел галстука.

— Прости за него, Лиса. Мой отец… он старой закалки. Он слишком зациклен на статусе и «кругах влияния». Если он сказал что-то холодное или вел себя отстраненно — не принимай это на свой счет. Это его способ общения с миром.

Лиса внимательно посмотрела на него. Она понимала, что в кабинете произошел непростой разговор, но ценила то, что Чонгук не стал выливать на неё свой негатив или жаловаться.

— Я понимаю. Я и не ожидала, что все сразу будут в восторге. У каждого свои критерии «подходящего выбора». Но твоя мама и Ха На… они очень милые. Мне было с ними комфортно.

Чонгук на мгновение оторвал взгляд от дороги и посмотрел на неё. В его глазах промелькнула благодарность.

— Рад это слышать. Маме ты действительно очень понравилась. Она редко бывает так открыта с первого взгляда.

Они ехали молча некоторое время. Но это молчание больше не было тяжелым. Оно было спокойным, почти домашним. Лиса смотрела на свои руки, лежащие на коленях, и думала о том, как странно всё получается.

— Знаешь, — нарушил тишину Чонгук, когда они уже подъезжали к дому. — Ты сегодня отлично справилась. Ты молодец, я не сомневался в тебе

— Ну спасибо, что-ли, — улыбнулась Лиса.

Зайдя в дом, они разошлись по комнатам. Лиса, смывая макияж перед зеркалом, поймала себя на мысли, что сегодняшний вечер сблизил их по-человечески. Чонгук не был просто холодным архитектором — он был сыном своего отца, пытающимся отстоять свое право на выбор, даже если этот выбор был временным и фиктивным.

А Чонгук, стоя у себя в спальне, долго смотрел на контракт, лежащий в ящике стола. Слова отца о «партии получше» всё еще звучали в голове, но перед глазами стоял образ Лисы, которая так искренне смеялась над шутками его сестры.