Hospital
- Ты меня слышишь? Открой глаза.
Я словно выбирался из черной дыры. Усилий прикладывать не хотелось. Было легче остаться внизу и спать. Но у меня чесалось лицо, и желание, чтобы это прекратилось, взяло верх. Я попытался дотронуться до лица, но мою руку откинули.
- Можешь назвать свое имя? Какой сегодня день?
Я открыл глаза и сразу же их закрыл из - за яркого света, затем проморгался, смягчая жжение. Я лежал в машине "Скорой помощи". Надо мной, улыбаясь, стоял молодой омега с гладко причесанными волосами.
- Привет. Добро пожаловать обратно, - улыбнулся он.
- Чимин, Пак Чимин! - пробормотал я.
Я сдвинул кислородную маску и попытался сесть.
Омега аккуратно опустил меня назад, надавив на плечи:
- Полежи спокойно, пока не доедем до больницы, а там доктор тебя осмотрит.
Живот скрутило. Я поискал взглядом Юнги, но увидел только свисающие со стен трубки и пластиковые коробочки, очевидно с препаратами для оказания первой помощи. По другую сторону от меня сидел рыжеволосый парень с планшетом. Похоже, Мин успел сбежать до того, как приехала "скорая". Эта мысль помогла мне расслабиться. Я не хотел, чтобы парень попал в неприятности, а он был уверен, что так и произойдет, если он попадет в руки властей.
Я остался лежать, но убрал с лица маску:
- У вас есть телефон? Хочу позвонить родителям.
- Какой номер? Мы попросим их встретить нас в больнице.
🍫
Папа обычно не плакал, так что меня удивили слезы в его глазах. И тогда я тоже пустился в рыдания. Мы плакали по разным причинам. Он от радости: его сын жив. Я из - за того, что чувствовал себя ужасно, дав повод думать обратное. Папа прижимал меня к себе так долго, что доктору в конце концов пришлось сказать ему, что мне нужно поставить капельницу, чтобы предотвратить обезвоживание организма.
- Пап, я в порядке.
Глубоко вдохнув, папа заставил себя успокоиться, промокнул глаза и выпрямился:
- Я знаю, что ты будешь в порядке. - Он повернулся к доктору, пока медсестра возле меня подготавливала иглу: - Когда он сможет вернуться домой?
- Как только мы прокапаем литр физраствора и снова проведем необходимые анализы.
Папа кивнул.
Медсестра показала на мою толстовку:
- Сними, пожалуйста, чтобы я могла поставить тебе капельницу.
Я забыл, что был в толстовке Юнги. Подумав о нем, я посмотрел на ноги, на которых его носки все еще были натянуты на джинсы. В тот момент, когда папа повернулся ко мне спиной, я выправил джинсы. И вместо того, чтобы снять толстовку, как попросила медсестра, я закатал рукав. Мне до сих пор было холодно.
- Так пойдет?
Кивнув, женщина-бета рассмотрела мою левую руку в поисках идеальной вены, затем поднесла иголку. Я тут же отвернулся и отвлекся на разговор с папой:
- Где отец?
- Едет сюда.
Я втянул воздух сквозь зубы, когда игла вошла в кожу. Медсестра прикрепила иголку пластырем.
- У кого - нибудь есть мои ботинки? - спросил я.
Медсестра и доктор обменялись взглядами и оба покачали головами.
- Мы посмотрим у входа, сказала медсестра, и они с доктором оставили нас одних.
- Они, наверное, до сих пор в библиотеке, - улыбнулся папа. - Сомневаюсь, что кто - нибудь догадался забрать.
Я даже прекрасно помнил, где ботинки стояли - под стулом, рядом с рюкзаком Юнги. Возможно, он забрал их, когда убегал. Надо будет спросить его в школе.
- Ты больше беспокоишься за ботинки, чем за телефон? - спросил папа. - Впечатляет.
- Точно. Мой телефон.
Я не хотел думать о своем рюкзаке в машине Хосока и о том, что с ним случилось. Но знал, что должен. Теперь, когда я все объяснил и папа вроде начал успокаиваться, настало время узнать о Хосоке.
Но не успел я и рта раскрыть, как вошел мой старший брат Тиен, а за ним отец, пересекающий тот пугающий вопрос.
- Что ты здесь делаешь? - спросил я Тиена. - А как же учеба?
- Сейчас праздник. К счастью, тебя объявили мертвым в праздник, не то чтобы я пропустил лабораторку по химии.
Точно, сейчас праздник, и конечно же брат добирался шесть часов из университета до дому.
Папа хлопнул его по руке:
- Не паясничай, все серьезно.
- Теперь уже нет, - ответил брат, обнимая меня. - Рад, что ты жив.
- Да, я тоже.
Тиен крепко взял меня за руку и не отпускал, пока я со смехом его не оттолкнул.
Папа присел на край кушетки:
- Что случилось?
Пришлось снова описывать всю ситуацию. Только я умолчал о Юнги. Я обещал ему, что никому о нем не расскажу, и планировал сдержать свое слово.
- Как ты сейчас себя чувствуешь, малыш? - спросил отец.
- Проголодался. Молочный коктейль и картошка фри наверняка меня вылечат, хлопая ресничками, ответил я.
- Отец взъерошил мои волосы:
- Похоже, ты в порядке.
- Я тоже почувствую себя лучше с молочным коктейлем, влез Тиен. - Знаете ли, еще утром мой Чимин~а был мертв.
Папа закатил глаза:
- Пойдет, Тиен, - улыбнулся папа. - Возьмем коктейли на всех.
И они ушли, но перед этим брат показал мне большой палец.
Папа так сильно сжимал мою руку, что пальцы побелели. Но у меня не хватило духу попросить его ослабить хватку. Я заерзал на кушетке: жесткие больничные простыни вызывали зуд. Доктор сказал, я могу уйти, когда весь физраствор из висящего рядом пакета вольется в мою руку, но, очевидно, это надолго, потому что пакет по - прежнему оставался почти полным.
- Пап, - произнес я, не желая задавать вопрос, который нужно было задать. Я не хотел слышать ответ. Хотел притвориться, что теперь все нормально, раз я выбрался из библиотеки. - Как Хосок? Ты что - нибудь слышал?
- Он все еще в критическом состоянии - это последнее, что я слышал. Но я не узнавал со вчерашнего дня. Был занят.
- Прости, пап.
- Ты не виноват. Я так рад, что ты в порядке.
Слезы жгли мои глаза.
- Мне можно его увидеть? Он здесь?
- Он в Квимс - в отделение интенсивной терапии. Посещения разрешены только членам семьи.
Я кивнул. Может, отправить ему цветы или что - нибудь еще. Может, позвонить в больницу, и они расскажут мне, как он. Скажут, что он в порядке. Потому что с ним все будет хорошо.
Я пялился на прозрачный пакет физраствора, пока не приоткрылась дверь и не появился белый стакан.
Я улыбнулся:
- Посмотрите - ка, кто пришел навестить меня. Молочный коктейль.
Папа повернулся на стуле:
- Заходи, Чан~и, не то доктор увидит, что ты протащил это сюда. Отец вошел, а за ним следом брат со своим стаканом коктейля.
- Я протащу что угодно и куда угодно ради Чимина.
Я сделал большой глоток.
- И сколько дней вы будете "мы рады, что ты жив" родителями? Хочу знать, как долго я могу вами пользоваться.
Папа попытался смерить меня серьезным взглядом, но в итоге ему пришлось снова сдержать эмоции.
Тиен закатил глаза и за папиной спиной проговорил одними губами:
- Молодец.
- Ладно, хорошо, я не стану вами пользоваться, если ты перестанешь плакать, - улыбнулся я папе.
- Я просто так рад, - произнес он.
Отец положил руку мне на плечо.
- Знаю, пробормотал я.
Я знал, что родители уже в порядке. Но мне казалось, что для меня настоящая трагедия только началась. И все же ради них я постарался выглядеть счастливым.
Мои родственники были не единственными посетителями. Не успел закончиться литр физраствора, как ко мне заглянули Джин, Чонгук, Намджун и Тэхен. Они рассказали, что по новостям объявили об окончании поисков.
- Я думал, ты поехал с Хосоком, - прошептал Джин, пока остальные общались с моими родителями, - Был в этом уверен. Мы даже не успели развести костер, когда повалил снег. Мы только добрались до поляны и решили отправиться сразу же в коттедж, чтобы потом не пришлось буксировать машины. Хосок уехал первым.
- Почему ты подумал, что уехал, не сказав тебе?
- Не знаю. Это было похоже на безумие. Чонгук кричал, что промокнет. Все смеялись. Я давил на тебя, чтобы ты признался в своих чувствах Хосоку на костре. Вот и решил, что ты уехал с ним. И знаешь, что я подумал? Я подумал: "Вперед, Чимина". Я гордился тобой. А потом услышал новости и ощутил такую подавленность. Моя вина, что ты был с ним.
- Меня с ним не было.
- Знаю, но я думал, что ты с ним и что это моя вина. Извини.
Я покачал головой:
- Джин~и, прекрати. Даже если бы я был с ним, ты тут ни при чем. Это несчастный случай. - Я глубоко вдохнул. - Слава богу, с ним никого не было.
- Да уж!
- Но Хосок, - произнес я.
- Знаю. Поверь мне, я знаю.
- Тебе удалось его увидеть?
- Он в палате интенсивной терапии. Никаких посетителей.
Я вздохнул. Нельзя отчаиваться, пока я ничего о нем не узнаю. Лицо Джина отражало мое состояние - беспокойство. Похоже, это же чувство отразилось на моем лице, потому что друг прилег ко мне и обнял за талию:
- Я так рад, что ты в порядке.
- Мне и не грозила опасность. Со мной все хорошо.
Джин положил голову мне на плечо:
- Прости, что оставил тебя в библиотеке. Я идиот.
Джин потянул за рукав моей толстовки:
- Это чья?
Я вспомнил, как легко Юнги распознавал мою ложь, и попытался сохранять спокойствие.
- Нашел ее в библиотеке. Там было холодно.
Джин понюхал меня:
- Пахнет хорошо. Как...
Юнги! Она пахла как Юнги, а точнее как тёмный шоколад.
- Альфа, - договорил друг, и я засмеялся. - Приятно пахнет.
- Я тоже так подумал, когда ее надел.
Джин сел:
- Тебе было страшно?
Я покрутил ярко - фиолетовый браслет, который все еще обвивал мое запястье:
- Да нет.
- Ты должен обо всем мне рассказать, когда отсюда выберешься.
- Обязательно.
И я расскажу. Расскажу другу все через несколько недель, когда шумиха утихнет и люди перестанут задавать вопросы. Когда Хосока выпишут из палаты интенсивной терапии и он пойдет на поправку. Когда пройдет достаточно времени для того, чтобы Юнги понял, что не попадет из - за того, что случилось, в неприятности. Тогда я ему все расскажу.
🍫
В шесть часов следующего утра мои глаза открылись уже в одиннадцатый раз после того, как я закрыл их прошлым вечером. Мой разум наполнял сны беспокойством. Беспокойством о Хосоке, о Юнги, о моих родителях. Кровать была слишком мягкой, слишком теплой. Весь дом казался жарким. Родители увеличили температуру?
Я выбрался из кровати, но стоило мне подняться, как голова затрещала. Мне нужен аспирин.
К своему удивлению, я нашел отца сидящего в кресле в гостинной; открытый ноутбук стоял перед ним на подлокотнике, а на коленях лежал блокнот.
- Что ты делаешь? Ты здесь спал? - спросил я.
- Нет. Не мог заснуть. Я изучаю протокол о внутреннем распорядке в ночное время в административных зданиях.
- Отец!
- Тебя не должны были там запереть. Нужно обыскивать каждый зал, чтобы убедиться в том, что ушли все.
- Отец, ты можешь просто это оставить?
Он вздохнул:
- Мне все время кажется, что это все сон.Что я проснусь, а ты...
- Не надо. Я здесь. Я в порядке.
Я ощутил чувство вины за то, что не нажал на кнопку пожарной сигнализации. Именно так нас и нашли, как сказал мне папа, - с помощью пожарной сигнализации. Наверное, на кнопку нажал Юнги.
Я поцеловал отца в макушку и пошел на кухню:
- Тиен нормально добрался до университета?
- Да, отправил мне sms около часа ночи.
И снова чувство вины - из - за меня брат гнал по шоссе шесть часов, чтобы помочь родителям с поисками.
- А ты почему не спишь? - спросил отец.
- Тоже не мог заснуть. К тому же пора собираться в школу.
- Ты не идешь в школу!
- Иду. Я хорошо себя чувствую, и мне нужно отвлечься. К тому же я не хочу отстать.
Во время своей речи я потянулся к бутылочке с аспирином, но остановил себя. Если отец увидит, что я беру аспирин, то точно меня не отпустит. Я взял успокоительное, стакан, и как раз в этот момент он вошел на кухню.
После нескольких минут внутренней борьбы отец все же ответил:
- Хорошо, но сразу вернешься домой, если почувствуешь недомогание.
Моя голова пульсировала в такт сердцебиению, пока я наливал в стакан воду из холодильника.
- Конечно - пообещал я.
🍫
Я и представить не мог, как отреагируют остальные ребята, когда я войду в коридоры школы. Меньше всего об этом думал. Но должен был догадаться. Мое лицо мелькало по всем новостным каналам и социальным сетям. Меня объявили мертвым. Конечно, ребята из школы об этом знали. Я вошел в здание, и не успела за моей спиной закрыться дверь, как несколько человек, оживившись, поздоровались со мной.
- Привет, - улыбнулся я.
Передо мной появился альфа из моего класса:
- Добро пожаловать обратно.
- Спасибо?
- Чимин! - крикнул Югём, защитник футбольной команды. - Ты выжил!
- Выжил?
Это все очень быстро надоест.
Мои друзья вели себя не лучше. Джин и Чонгук отреагировали так, словно не видели меня вчера в больнице, и стиснули в крепких объятиях.
- Ты сегодня пришел в школу! Я не думал, что ты придешь, - сказал Джин.
Что ж, это объясняло его реакцию. Затем ко мне подлетел Минхо, лучший друг Хосока. Он закинул меня на плечо и понес по коридору, крича: «Он жив! Он жив". Его реакция смутила меня больше всего. Я думал, что сегодня увижу его в неком раздрае, так как Хосок все еще находился в критическом состоянии, но Минхо казался самим собой.
В это время я заметил идущего по коридору Юнги. Мое сердце подскочило к самому горлу, и я понял, что он был единственной причиной того, почему я сегодня пришел в школу: хотел убедиться, что с ним все в порядке. Когда я поднял руку, чтобы помахать, Мин отвернулся. К тому времени как Минхо донес меня до конца коридора, в голове трещало еще больше, чем утром.
Я хлопнул альфу по спине:
- Отпусти меня, Минхо. Пожалуйста!
Он отпустил, едва не уронив меня на спину. Затем взял меня за плечи:
- Надо устроить на этих выходных вечеринку "Восставший из мертвых" в твою честь. С тематикой зомби или типа того.
Я прищурился, размышляя, беспокоился ли он за Хосока больше, чем хотел показать.
- Никаких вечеринок в мою честь. Я хочу передохнуть.
Минхо задвигал бровями:
- Посмотрим.
А потом убежал - вероятно, чтобы преступить к раздаче приглашений на вечеринку, которой я совсем не хотел.
🍫
Джин сел рядом со мной на шестом уроке - политологии:
- Где ты был на ланче?
- Избегал людей.
И искал Юнги. После того как я видел его этим утром, больше не смог найти. Вот так он собирался играть? Мы просто должны были вернуться к нормальной жизни, будто совсем друг друга не знали?
- Выглядишь уставшим.
- Так и есть. Надо было остаться дома.
- Просто всю следующую неделю тебе надо носить табличку "Коснетесь меня, и я размещу в ежегоднике вашу уродливую фотографию".
Я улыбнулся:
- Думаешь, сработает?
- Это страшная угроза, Чим~а. Используй свою силу.
Я достал из рюкзака блокнот и ручку, потому что миссис Ли начала что - то писать на доске.
- Хочу после школы съездить в больницу и пообщаться с родителями Хосока. Отвезу им цветы или еще что - то.
- Ты знаешь его родителей?
- Познакомился с ними прошлым летом на его вечеринке у бассейна. Мне кажется, я должен что - то сделать.
- Я тоже. Поеду с тобой.
- Спасибо.
Я надеялся, что Джин так ответит. И все еще не был уверен, что скажу его родителям. "Вы, наверное, меня не помните, но я должн был быть в той машине с вашим сыном. Простите, что меня с ним не было, когда он рухнул с двенадцати метров в реку." Это отлично снимет напряжение.
- Думаю, они обрадуются, когда увидят его друзей, - улыбнулся Джин.
- Они же скажут нам, как он, правда? - спросил я.
- Надеюсь.
- Миссис Ли дважды хлопнула в ладоши:
- Итак, класс, поработайте над вопросами, а потом мы их обсудим.