The game
Как бы сильно мне не хотелось поспать на диване в комнате отдыха, в ней было слишком холодно. Так что мы снова разместились в главном зале библиотеки в окружении книг. Альфа одолжил мне носки, а также спальник. Я, сидя на полу, как можно выше натянул его носки.
- Что ты сделал с моей пастой? - спросил парень с другой стороны стола.
С тех пор как час назад я отказался от своей идеи включать сигнализацию, Юнги стал менее настороженным. Как будто теперь больше мне доверял. Хорошая перемена. Мы словно заключили некий договор и теперь, находясь в одной комнате, сделались командой.
- Ой, она в туалете. Сейчас принесу.
Я начал вставать, но Мин меня остановил:
- Все нормально. Я сам заберу.
- Хорошо.
Мой голос эхом разнесся по залу. Не знаю, то ли от усталости, то ли от скуки, но я начал хихикать и уже не мог остановиться.
- Мне стоит начать волноваться? - усмехнулся Юнги.
- Нет, - ответил я сквозь смех. - Иди почисти зубы. Не обращай на меня внимания.
В последний раз меня пробирал бесконтрольный смех недели две назад, когда мы с братом лопали из миски тесто для печенья. Папа в это время разговаривал по телефону. Когда он вернулся, чтобы помочь нам с печеньем, теста уже почти не осталось.
- Вас стошнит. Там сырые яйца.
Я посмотрел на брата, и, вероятно под влиянием огромного количества съеденного сахара, мы оба начали смеяться. И чем сердитее становился папа, тем громче мы хохотали. В итоге нам удалось склонить папу на нашу сторону, и он присоединился к нашему веселью.
- Ты все еще смеешься, - заметил альфа, вернувшись через несколько минут.
- Когда я начинаю смеяться, то мне сложно остановиться.
- И часто такое случается?
- Только когда я устал... или возбужден.., или рад чему - то. Ох, и иногда когда нервничаю.
Мин усмехнулся:
- То есть да.
- Думаю, да. - Я снова засмеялся.
Парень растянулся на полу с другой стороны стола, свернул футболку и положил ее под голову:
- Но в итоге ты перестаешь смеяться?
Обычно к этому моменту я заражал смехом всех, кто находился рядом. Но не Юнги, и от этого я засмеялся еще сильнее:
- Мы застряли в библиотеке.
- Спокойной ночи. - альфа потянулся к столу и выключил свет.
- Ты совсем не понимаешь шуток.
Мое хихиканье растянулось еще на несколько минут, но в итоге прекратилось.
Заснуть не получалось, так что я просто лежал и смотрел в потолок. Может, дело в воспоминаниях о папе или в темноте, окружавшей нас, но в мою голову закралось беспокойство и свободно устроилось там, рассеивая все веселье. Беспокойство за родителей, пытающихся до меня дозвониться. Беспокойство за друзей, считающих, что я их бросил. Мой мозг не отключался ни на минуту. Я постарался отвлечь себя, придумывая, о чем можно поговорить с Юнги.
- Как бы ты устроил управление? - спросил я.
- Что? - удивился Мин.
- Каковы твои жизненные правила в нашем выдуманном мире?
- Правило первое: не разговаривать, когда гаснет свет.
Я хихикнул.
- Я бы сразу наложил вето на это правило.
Юнги издал какой - то звук - то ли смешок, то ли вздох.
- Потому что мы соправители в нашем библиотечном мире. - Я повернулся на бок и оперся на локоть, хоть и не видел альфу. Его тело представляло собой темное пятно в шагах двадцати от меня, и я попытался сосредоточиться на нем. - Моим первым правилом были бы игры. Мы должны играть.
- В игры разума? - сыронизировал парень.
Я снова хихикнул:
- Ты в этом хорош, но нет. В настоящие игры.
- Типа покера?
- Да, типа покера.
- Тебе нравятся игры, - заключил Юнги.
- Да, - согласился я. Особенно игры с множеством пошаговых инструкций, на которых можно сосредоточиться и не дать тревожному расстройству одержать надо мной верх. Разговор о правилах уже меня успокаивал. Иногда четкое структурирование помогало мне почувствовать себя в безопасности. - Что скажешь о себе? Что тебе нравится?
Я думал, Мин не ответит - ничего удивительного, - не ошибся.
- Пеший туризм. Природа.
- И чтение?
- Да.
- Изучение новых мест?
- Да... думаю, да.
- Это может быть вторым правилом. Ты должен читать в библиотеке. Знаю, в этом правиле нет никакого смысла, но мы его оставим.
Скорее всего, Юнги не видел мою улыбку, Но я - то слышал ее в своем голосе.
- В нашем мире не должно быть правил, - заключил парень.
- Ты прав, - кивнул я. - Это будет третье правило.
На этот раз альфа засмеялся. От его теплого смеха моя улыбка стала еще шире.
Я впервые услышал смех Юнги и надеялся, что не в последний раз.
- Спокойной ночи, Мин Юнги.
- Спокойной ночи.
🍫
Когда я проснулся, парня на своем месте уже не было. Я потянулся. Учитывая, что спал на полу, должен сказать, что я очень хорошо выспался. Мне было тепло и комфортно. Теперь же, когда я проснулся, живот слегка свело от голода, а мочевой пузырь грозился лопнуть, но мне не хотелось выбираться из спальника. Я оставался в нем до тех пор, пока больше не мог терпеть.
Сходив в туалет, я выпил целую чашку воды, надеясь обмануть желудок. Немного помогло. Затем вернулся к стойке библиотекаря, где вчера кое - что заметил, пока искал сигнализацию.
- Что ты делаешь? - спросил Юнги, когда вошел в зал и увидел, что я роюсь за стойкой в плетеной корзине.
- Здесь лежат дешевые игрушки, которые дарят детям. - Я откинул в сторону несколько таких игрушек.
Моя рука нащупала то, что я искал.
- Ага! - Я поднял это в воздух, затем бросил в кучу игрушек, которые уже нашёл.
- Что это?
- "Липкая рука".
- Ладно. - Юнги кинул мне протеиновый батончик. - Теперь я почитаю.
- Нет, не почитаешь. Я с ума схожу от скуки.
- Может, тебе попеть.
Мой взгляд устремился на парня. Он слышал, как в первый день я горланил песни? Конечно же слышал.
- Ты прекрасно знаешь, что я не умею петь.
Мин засмеялся, и у меня покраснели щеки.
- Я ввожу первое правило, - заявил я, сменив тему. Разорвал обертку протеинового батончика и откусил. - Ты уже ел?
- Я же сказал, что они твои.
Я отломил себе кусочек, а остальное протянул ему:
- Я не могу все съесть сам. Голова разболится от чувства вины.
- Голова разболится от чувства вины?
- Именно.
- Должно быть, такое случается с хорошими людьми.
Мин закинул батончик в рот.
- Смешно, - буркнул я.
- Так какое первое правило? - спросил он, переключая внимание на кучу игрушек.
- Устраиваем игры. Поедим, а потом поглядим. - Я хихикнул. - Получилась рифма.
Юнги закатил глаза, но в них плескалось веселье. Да, хорошо, что я не включил тогда пожарную сигнализацию. Теперь мы точно были в одной команде.
🍫
Мы стояли наверху раздвоенной деревянной лестницы. Юнги держал упакованную зеленую шагающую пружину, а я - красную.
- Тот, кто спуститься первым, выигрывает. Трогать ее можно, только если застрянет, - проинструктировал я, мой голос эхом разнесся по огромному помещению.
- Прямо сейчас я мог читать.
- А я прямо сейчас мог есть домашнюю еду, но мы оба чем - то жертвуем ради общего блага.
Мин улыбнулся, затем зубами вскрыл обертку:
- В этом ты так же хорош, как в покере?
- Эй! Подкалывай, когда победишь.
Мы положили пружины на верхние ступеньки. Я досчитал до трех, и мы их отпустили. Его пружина прошла три ступеньки, а потом упала на пол между рейками перил. Я засмеялся - моя пружина продолжала свой путь.
- Ты все еще в игре, - сказал я. - Просто должен поднять пружину и вернуть на ту же ступеньку.
Юнги спустился быстрее, чем я ожидал, и внизу перепрыгнул через перила. Взял пружину и побежал наверх. Никогда не видел его таким оживленным. Он вернул пружину на ступеньку и подтолкнул ее, чтобы она зашагала. Но слишком поздно - я привел свою к победе, не успела его прошагать и пяти ступенек.
Я вскинул руки в воздух:
- Победитель! И кто теперь может подкалывать?
Альфа скрестил руки и прислонился к перилам, словно ожидая моего лучшего подкола.
- Я победил, потому что лучший, - неуверенно произнес я.
- Вижу, у тебя было много практики.
- Я постоянно выигрываю. Просто не хвастаюсь.
Парень хохотнул и поднял пружину с пола:
- Два из трех?
- Конечно. У нас же куча времени.
🍫
После моей пятой победы подряд Мин, стоя на самом верху лестницы, рассматривал свою пружинку:
- Наверное, моя неисправна.
- Это ты придумал себе такое оправдание? - хихикнул я.
Парень перевернул пружину и потянул за конец:
- Будь у меня монета и жвачка ...
Я нахмурился:
- Что?
- Если одна сторона станет тяжелее, думаю, пружина зашагает быстрее.
- А для чего жвачка?
- Чтобы чем - то прикрепить монету.
- И жвачка - самый лучший вариант? Не скотч, не суперклей?
- Я пытался придумать, что реально можно найти в этом месте.
- Давай перейдем к следующей игре, пока ты не начал рыскать под столами.
- К следующей игре?
- Иди за мной.
Я повел его в конец коридора, мимо бронзового бюста директора колледжа, который раньше располагался в этом здании, и уже на месте развернулся. В моем кармане лежали и другие игрушки в упаковках, и я достал два мини - фрисби с пластмассовыми пускателями.
- Ты устанавливаешь фрисби в пускатель и запускаешь. Чей пролетит дальше, тот и победит.
- А есть секрет, как запустить его дальше?
- Не знаю. Это ты мастер по секретам. - Осознав, как это прозвучало, я быстро добавил: - В смысле монета, жвачка... может, и для этого что - то припасено.
- Нет.
- Ну, я не играл в них с детства, поэтому понятия не имею. Хочешь потренироваться?
Я думал, Юнги откажется, но он разорвал обертку, внимательно рассмотрел синий диск и кивнул. Он воспринимал это серьезнее, чем я думал. Я пристально посмотрел на парня.
- Что? - нахмурился альфа.
- Ничего.
- Лжешь. Что не так?
- Ты любишь соперничать.
Парень ухмыльнулся:
- Не я дулся каждый раз, как проигрывал в покер.
- Я не дулся.
- Тогда как это называется?
Я запустил диск:
- Я называю это проявлением эмоций. Тебе стоит попробовать.
- Каких таких эмоций? - Юнги тоже запустил диск. Его фрисби перелетел мой метра на два. Как он это сделал? - Так я победил?
- Нет! Это была тренировка. Ты хотел потренироваться.
- И кто из нас любит соперничать?
Я толкнул парня в плечо:
- Не я. Просто мне нравится следовать заранее установленным правилам.
Юнги засмеялся и забрал наши диски:
- Как хочешь, так и называй.
Когда он поднял руку с пускателем, я толкнул ее, и диск угодил в стену.
Мин заворчал, но его глаза улыбались.
Я поднял свой пускатель и не заметил, как альфа шагнул мне за спину. Он резко взял меня за талию и развернул в другую сторону.
- Жулик! - закричал я, когда мой диск отрикошетил от окна за нами.
- Я думал, отвлечение - одно из заранее установленных правил.
- Ладно, хорошо. В этот раз никаких помех. Запустим их вместе.
Когда мы подняли пускатели, я все косился на Юнги, ожидая, что он толкнет меня или учудит что - нибудь еще. Этого не произошло, но я сбился и слишком высоко запустил фрисби. Альфа же запустил свой твердой рукой. И победил.
🍫
- Еще не пора второму правилу вступить в силу? - спросил Мин, полностью разгромив меня в нескольких раундах игры во фрисби.
- Второму правилу?
- Чтение.
- А - а....
- Третье правило тоже сойдет.
- Я наложил вето на третье правило. Последняя игра. - Я потянул парня за руку в стеклянный переход. Витраж сверкал еще ярче, потому что свет отражался от снега, покрывшего все вокруг. Я передал Юнги "липкую руку". - Нам нужен дополнительный матч.
- Что за игра?
- Чья рука продержится на стекле дольше, тот и выигрывает.
- Выигрывает что?
- Ты хочешь на что - то сыграть? На правду?
Юнги пощупал игровую руку, будто проверяя ее липкость, затем кивнул:
- Да.
Я досчитал до трех и бросил свою красную руку через перила. Она приклеилась чуть выше арки на окне. Зеленая рука Юнги приклеилась к окну лишь частично. Я выиграю. Просто надо подождать.
- Как долго они провисят? - спросил парень.
- Однажды брат закинул руку на потолок, и она провисела там два дня, - улыбнулся я.
- Два дня?
- Это не норма. Ты не играл в такие в детстве?
- Нет. Не играл.
Я сел, прислонился к перилам и вытянул ноги перед собой.
- Классные носки, - сказал Юнги.
Я, улыбнувшись, натянул носки на джинсы, и, хотя знал, что теперь выглядел смешно, мне стало гораздо теплее.
- Спасибо. Всем стоит их так носить.
Парень сел рядом, наши плечи почти не соприкасались. Между нами будто сквозила какая - та энергия. Вероятно, в этом коридоре единственным источником тепла были мы, и от этого энергия казалась осязаемой.
- Сколько твоему брату? - спросил Мин.
- Он на втором курсе университета. Девятнадцать. Так что я самый младший, со всеми этими забавными чертами характера.
- Что за черты?
- Покладистый, целеустремленный, проницательный.
- Ты позволяешь этим чертам определять, кто ты есть?
- Нет. Есть много характерных черт самых младших детей, которые мне совсем не подходят. Что насчет тебя? У тебя есть братья?
Я слишком поздно понял, что для альфы это могло быть больной темой. Он жил в приемной семье. Я не знал, как поступают органы социальной опеки.
- Нет. Думаю, это придает мне черты, характерные для единственного ребенка в семье.
- И что это за черты?
- Эгоистичный, скрытный, равнодушный.
Юнги улыбался, так что я понял, что хотя бы отчасти это шутка.
- Мне кажется, ты имел в виду "уверенный, независимый, высокомотивированный".
- Ты читаешь много книг по психологии?
При моем - то состоянии - да, много.
- Да, и мой друг Джин тоже единственный ребенок в семье.
Ему нравилось хвастаться, что это дает ему преимущество почти в каждом аспекте жизни. "За исключением скромности", - всегда указывал я.
- Ты знаешь Джина? - через несколько секунд спросил я.
Юнги пожал плечами:
- Возможно, видел его.
Он не знал Ким Сокджина, но знал меня? Я всегда думал, что все в школе знают Всемирного красавчика журнала VOGUE.
Мой взгляд переместился с неподвижных "липких рук" на улицу. Снежный покров теперь стал ещё выше.
- Как думаешь, может погода влиять на сотовую связь?
- С таким небольшим количеством снега? Сомневаюсь. А что?
- Я понимаю, почему друзья не беспокоятся: они решили, что я уехал домой. Но я не звонил родителям тридцать шесть часов. Удивлен, что они не обшаривают город в поисках меня. Они должны были уже позвонить Джину в коттедж. Ведь они думали, что я там. Ким сказал бы, что меня нет, и кто - нибудь решил бы, что я здесь. Ничего не понимаю.
- Коттедж наверху? В горах?
- Да.
- Там, наверное, больше снега.
- Так, может, и связь хуже?
- Возможно. Если вышка повреждена или что - то еще.
- Если бы они не смогли ни с кем связаться, то просто предположили бы, что нас занесло снегом, да? Такое уже случалось. В смысле, что заносило снегом.
- Ну вот и все. Загадка отгадана.
- Да... наверное.
- У тебя есть другая теория?
- Нет.
Мин был прав. Ребят занесло снегом. Родители предположили, что и меня тоже. Хосок не открывал багажник все выходные, поэтому не видел мой рюкзак. Это единственное разумное объяснение. Джин с Гуком, наверное, сидят сейчас в коттедже и злятся, что я их бросил. Мы посмеемся над этим, когда ребята узнают правду. Что я провел все выходные в большой безлюдной библиотеке. Для меня это было новым приключением.
- А где ты еще ночевал? - спросил я.
Юнги молчал, и я вдруг понял, как это прозвучало вне хода моих мыслей.
- В смысле, когда уходишь из дома, а на улице идет снег, - исправился я.
- Это происходит не каждую неделю.
- Знаю, но могу утверждать, что это и не редкость...
Когда молчание парня затянулось, я добавил:
- Ты прав, лучше не говори мне, не то я появлюсь в твоем следующем убежище.
Этот комментарий вызвал у Юнги слабую улыбку:
- Некоторые церкви иногда не запирают на ночь. И еще я не раз оставался в школе.
- В нашей школе? Правда?
Мин заерзал, и его плечо коснулось моего. Я не отодвинулся.
- Да.
- Тебе когда - нибудь бывает страшно?
- Нет.
- А ты чего - нибудь боишься? Что первым приходит на ум, если я попрошу назвать то, что тебя пугает больше всего?
Альфа задумался.
- Я попросил ответить сразу. Не думать, а просто сказать.
- Обязательства.
- Типа перед омегой?
- Перед всем. Перед омегой, котом, учебой. Чего боишься ты? - спросил парень, пока я не заставил его объясниться.
- Потери контроля.
- Над чем?
- Над альфами, котами, учебой. - Мин улыбнулся. - Не знаю, наверное, над всем. Вызовет меня учитель на уроке или нет. Сможет ли папа сохранить работу. Это неразумно, ведь не в моих силах это контролировать. Но в этом - то и суть. Мне бы хотелось иметь контроль на любой ситуацией.
Моя попа онемела от холода, но я сидел неподвижно, глядя на "липкие руки" на стекле и желая, чтобы зеленая рука провисела подольше, тогда игра не закончиться. Что со мной не так? Прошло тридцать шесть часов, и мне, видимо, просто захотелось человеческого контакта. Я оперся на правую руку, разрывая нашу связь. Я наблюдал перед лицом свое дыхание, выходящее белыми облачками.
От стекла отклеилась еще одна часть зеленой руки.
- Кажется, моя сейчас упадет, - сказал альфа и поднялся.
- Я хочу выиграть честно.
Мин отступил:
- Выиграешь
- Ты куда? - спросил я, когда он прошел вперед.
- Дай знать, кто победит. Я замерз.
- Нельзя просто так уходить. А что, если упадет моя рука?
- Ты из тех, кто об этом расскажет.
- Я могу соврать.
Юнги хохотнул, продолжая идти:
- Нет, не сможешь.
- То, что тебе хорошо удается считывать мимику, не означает, что я не смогу соврать, - пробормотал я, но альфа уже ушел.
Вполне вероятно, он даже меня не услышал. Не знаю, почему я пытался выставить себя закоренелым лгуном или почему он заставил меня думать, что это должно стать моей целью. Я ведь не такой.