Город бриллиантов
-Алло?- слышишь до дрожи знакомый голос из трубки старого телефона, задерживаешь дыхание, боишься, что узнает, наслаждаешься его голосом, каждую секунду.
-Алло? Говорите, вас не слышно!- представляешь, как его губы немного пожимаются от неловкости и досады, а взгляд полон растерянности. Хочется ответить, хочется сказать:"Привет, Чимин". Вновь хочется услышать его ворчание :"Называй меня хёном, я старше тебя на целых два года". Но знаешь, едва он услышит твой голос, то бросит трубку. А тебе бы лишь послушать его голос ещё немного. Хотя бы несколько лишних секунд.
-Эй, я сейчас отключусь, отвечайте уже,- недовольства в его голосе всё больше, но ты не стремишься нарушить то хрупкое взаимодействие, что появилось между вами через это громоздкое старое оборудование для мира, полного технологий и машин.
-Знаете, позвоните ещё раз, и я обращусь в полицию. Мне не нужны сталкеры,- и гудки. Ты отставляешь трубку телефона от уха и наконец-то вдыхаешь. И сразу тысячи звуков города врываются в твою голову. Ты морщишься, выходишь из телефонной будки, поднимаешь воротник плаща, чтобы он скрывал от моросящего дождя, ведь ты вновь забыл зонт дома, вечный спутник в этой серой стране, и идёшь подальше от будки, смотришь сквозь слипшиеся от дождинок ресницы на разгорающиеся огни Лондона в преддверие сумерек.
Не сдержался. Идиот. Не смог, вновь. Сколько раз ты уже ему звонил в этом месяце? Раз пять точно, конечно же, он подумает, что ты сталкер.
Почему только он приехал именно сюда? Почему? Ты со вздохом поднимаешь взгляд на вечно плачущее небо этого города, и отвечаешь сам же себе.
Ведь это была его мечта, жить здесь, не твоя. Он всегда говорил, что его так привлекает эта серость и уныние, и что ему никогда не станет здесь скучно или грустно, ведь у него есть... Хосок.
Да-да, Хосок, его любовь, его страсть, его надежда, его солнце. Как Чимин ещё называл этого парня? Ты не помнишь, да? Ну и пусть. Ведь воспоминания ранят. А ты и не думал, что спустя семь лет он тоже появится здесь. Когда он тебя отверг, помнишь? Так жестоко, тебе казалось, с его стороны, ведь он то, уж он то должен был понять твои чувства. Такие же безнадёжные...
И плевать, что оказалось, что не такие уж и безнадёжные, и что рассказал ты ему о своих чувствах уже тогда, когда Чимин был вместе со своим любимым.
Но ты так хотел, чтобы у тебя осталось хоть что-то, что напоминало бы тебе о Чимине... Хотя бы этот грустный город, в котором ты жил так беспечно-глупо, отказавшись от собственной мечты и став просто некой диковинкой, гонимый расистами в этой консервативной стране. Просто неизвестный художник, мастер из тату-салона. Правда, ты знаешь своё дело, вот только твои навыки здесь нужны редко кому.
Ты уже давно убедился, что жить здесь можно лишь с любимыми. И эта серость, и дожди- всё из пыли превратится в бриллианты. А ты решил монополизировать этот бриллиант, в каждой улочке видя рядом с собой Чимина. Того, кто всегда считал тебя своим братишкой, и рассказывал все свои тайны. Того, кто счастлив был... Но без тебя.
Пока, однажды, ты не увидел его на самом деле. Да, на тех же улицах дождливого Лондона, который озарил двух молодых мужчин, что шли под одним большим зонтом и улыбались.
И ты понял неожиданно, что погибал все эти годы. Просто погибал потихоньку, растеряв всю прелесть этого драгоценного камня.
Но Чимин... Он то не растерял. Он сиял, сиял рядом с ним Хосок, они излучали столько света, что если объединить все солнечные дни этого города за целый год, то эти двое будут сиять ярче. Они были влюблены, и не увидеть этого мог лишь слепой. И среди всего народа не было ни одного, кто разозлился на "неправильную любовь", потому что она была исключительно- чиста.
И Чонгук, который решил вроде бы навсегда забыть свою первую далёкую любовь и забыться в этом городе как одна из заблудших душ... Неожиданно он стал вспоминать всё.
И тот день, когда первокурсником он попал в общежитие, и его обворожила улыбка соседа по комнате:"Эй, привет, меня зовут Чимин". "Чонгук"-твой робкий ответ.
Когда ты, желая вновь пойти против всех правил, направился в тату-салон, просто чтобы испытать себя на прочность, он крепко ухватился за эту идею, и вы обзавелись двумя небольшими китайскими иероглифами "Дружбы" на левой лодыжке, и твой заворожённый взгляд на ваши одинаковые тату, и бешеный стук сердца:"Когда-нибудь... Я скажу ему... И если мне повезёт, на второй лодыжке можно навести тату "Любовь".
"Дружба, что переросла в любовь",- ты грел себя этой мыслью.
Момент отчаянья, когда он рассказал, что влюблён в Хосока, своего одногруппника.
И вроде бы ты тут же решил: Нет, не позволишь грусти взять вверх. Зато ты знаешь, что ему нравятся парни.
Но, оказалось, с тарзанки легче прыгать, чем признаться кому-то в своих чувствах.
И, оказалось, что боль от пирсинга, тату- ничего не значит с болью в душе, когда он сказал, как тебе казалось, довольно холодно:" Я никода не променяю Хосока на кого-то другого".
Ты начал вспоминать, оживать... Ты вновь почувствовал ту боль, ревность....
И теперь... Названиваешь ему. Ты всё узнал о Чимине. Почему, на какой срок он приехал он сюда. Номер, адрес, где работает.
Да, тебя можно назвать настоящим сталкером, он был прав, говоря тебе это по телефону.
Но ты не можешь остановиться. Умираешь вновь без него. И огни эти под дождём расплываются, становятся ярче, совсем как звёзды, бриллианты.
И дурацкая, ненужная совсем надежда становится ярче в твоём сердце.
Если ты вскоре не уедешь отсюда, то вновь позвонишь. А там... сможешь ли удержаться и не ответить ему? Ответишь, и вновь причинишь ему боль. Поэтому, тебе пора. Уезжай. Ты же знаешь, этот город- его мечта. Здесь он счастлив со своей Надеждой, Солнцем, как там ещё он называл Хосока? Здесь ты ненужен. Уезжай. Пора. Пора.
Пожалуйста...