36
Тэхён стоит у зеркала, упираясь рукой в раковину, и оттягивает растянутое горлышко футболки двумя пальцами. Ужас из-за безысходности скрутил живот, внутри, кажется, всё покрылось толстой коркой льда. Россыпь потемневших засосов больше не доставляет былого удовольствия.
В процессе было приятно, в итоге — от страха перемалывает все органы.
— Любуешься искусством? — ухмыльнулся подошедший Чонгук, укладывая ладони на омежью талию, давя подбородком на плечо.
— Что-о? — воскликнул омега, нервно хихикнув, локтем отпихивая его. — Знаешь кто ты, Чон? Несдержанный придурок и животное.
— Ночью тебе нравилось.
Альфа разворачивается, демонстрируя почти сошедшие полосы на плечах. Омега дует губы, и обиженно отпихивает Чонгука в предплечье. Альфа хохочет, обнажая зубы, и притягивает Тэхёна в ленивые объятия, заставляя его глупо улыбнуться.
— Что теперь я должен сказать своему, — специально акцентирует это слово, — альфе, если он заметит это? — невинно спрашивает Тэхён, медленно оглаживая крепкие плечи. — Что его друг ужасен в постели, зато славиться навыками пылесоса?
Чонгук исподлобья смотрит на своё отражение и довольно улыбается, чувствуя, как омега вбирает своими губами солоноватую кожу на шее.
— Хосоку сказать правду, — пожимает плечами. — А своего альфу ты должен похвалить, — нагло касается чужих бёдер, задирая длинную футболку, — что тебе явно понравилось, когда он тебя…
— Будь мы в мире животных, — перебивает его омега, хлопая его по рукам, — петухом бы предназначалось быть именно тебе.
Тэхён чмокает чонгуковы губы и наспех выбирается из его рук, пока альфа находится в лёгкой дезориентации.
***
Омега мышкой проскальзывает в квартиру, медленно закрывая дверь, пытаясь сделать щелчок максимально приглушённым. В голове он перебрал тысячу вариантов, как будет оправдываться перед Хосоком, что пропал почти на два дня. Если с Чонгуком он мог оттянуть время и не забивать голову тревожными мыслями, то сейчас…
Сердце едва ли остаётся на месте, когда проходит в гостиную, готовясь ждать своей страшной участи именно там, наблюдая тихо сопящего альфу. Даже не разделся.
— Хосока, — негромко зовёт Тэхён, присаживаясь на корточки рядом с диваном. — Хосок, переоденься и ложись нормально.
— Солнышко, — тянет губы в улыбке альфа, привставая и жмурясь от яркого света, резко ударившего в глаза. — Прости, не было сил дойти до кровати.
Наверное, он просто не проснулся, раз не даёт взбучку, что его не было дом…
— Ты представляешь, сверху подкинули ещё документов, решил сразу разобрать, чтобы позже взять день себе, — воодушевлённо рассказывает Хосок, потирая лицо, пытаясь взбодриться. Сейчас это сделать крайне сложно, потому что в такое время он привык сидеть в своём офисе. — А потом я решил, что смысла мне ехать домой нет — через несколько часов возвращаться обратно.
С омеги стотонный камень слетел, сразу отбросило в приятное облегчение. Хосока снова не было дома, и он знать не знает, что Тэхёна — тоже. Альфа вдруг нервно засмеялся, заставляя его вздрогнуть.
— А потом мой криворукий секретарь пролил кофе на готовый и распечатанный файл. Двести двадцать четыре страницы пришлось перепечатывать вручную…
Хосок притянул его к себе на колени, щекой устало упираясь в грудь, обнимая. И ведь ни у кого из них не зародится мысль, что хосоков омега-секретарь сделал это нарочно, желая оттянуть момент ухода своего начальника. А Тэхёну ещё противнее стало от себя самого. Пока он развлекался с Чоном, Хосок буквально погибал на работе, мечтая быстрее оказаться дома, в объятиях любимого омеги.
— Зато теперь можно спокойно праздновать гукову победу, — Хосок радостно улыбается, предвкушая, как вновь оторвётся в дружеской компании.
Тэхён покивал, хоть альфа и не видел этого. Такое мерзопакостное чувство парит в нём, нагнетая, и неприятно душит. Смесь стыда, злости на себя самого и непринятие себя. Как он может так поступать с Хосоком, который… Который просто не заслужил такого отношения к себе после всего, что он сделал для него.
И о признании никакой речи быть не может, а о том, чтобы прекратить встречи с Чонгуком — омега даже думать не желает. Слишком ему хорошо, находясь рядом с тем, кому лично вручил своё сердце и душу. Теперь он не откажется от по праву своего альфы.