trigger (ficbook.)[ЗАКОНЧEH]

— Парни, отличная игра! — кричит Минсок-хён, вытирая пот со лба. — В следующий раз чур я капитан команды!

— Как скажете! — хихикает Чанёль, дёргая свою футболку в районе груди — пытается проветриться.

Тэхён тяжело дышит, осматривая игровое поле, а затем подходит к трибунам за своим рюкзаком, намереваясь достать бутылку воды. Та оказывается пустой, и он с сожалением цыкает, кидая бесполезный кусок пластмассы на дно рюкзака.

— Так, народ, валите в душ быстрее, иначе мне потом целую ночь спортзал проветривать.

Тэхён хмыкает, воздерживаясь от комментариев из-за усталости, а затем плетётся за остальными в мужскую раздевалку. По-быстренькому приняв душ, он встряхивает чуть влажные волосы и уже собирается уходить, как его окликает Бен Бэкхён — студент, изучающий английский язык, и просто добрый малый:

— Эй, Ким, тебя подвезти?

— Не, спасибо, у меня уже есть свой водитель! — все вокруг смеются, вероятно приняв это за шутку, и Тэхён вместе с ними. — Ну ладно, мужики, до завтра!

— Пока!

Тэхён ещё раз встряхивает волосы и быстро пересекает пустые коридоры университета. Оказавшись на пыльном крыльце, он держится за лямки рюкзака и высматривает нужную ему машину, которая должна быть марки 'Hyundai'. Одна такая коротко сигналит, и счастливый Тэхён сбегает по ступенькам.

— Сокджин-хё… А, это опять вы, — недовольно бурчит он и быстро залезает на заднее сидение.

— Я тоже рад вас видеть, господин Ким, — здоровается О Ван — водитель, которого Сокджин-хён приставил вместо себя несколько дней назад.

— И почему он не приезжает за мной сам? — обидчиво интересуется Тэхён, головой стукаясь о спинку заднего места.

— Вы же знаете, у него много работы.

— Ага, знаю, поэтому и таскается вечно не пойми где, — продолжает высказывать своё недовольство Тэхён.

— Кстати, чуть не забыл, — О Ван наклоняется к пассажирскому месту и достаёт маленькую корзиночку. — Господин Ким просил вам передать.

Тэхён, почувствовав запах шоколада, тихо пищит и кидает в рот сразу две конфеты.

— Хотите?

— Ох, нет, я же на работе.

— Да ла-а-дно вам, — Тэхён высовывается между передними сидениями и насилу всовывает водителю два маленьких шоколадных квадратика в позолоченной обёртке.

— Спасибо. Вы как всегда великодушны, господин Ким.

— Рад стараться, — по-взрослому отвечает Тэхён, а затем добавляет глупое: — А вообще вы мне нравитесь. Вы прикольный, О Ван.

Водитель лишь хмыкает, едва заметно мотая головой, а затем сворачивает на Инчхонский мост.

— Мы разве едем не в 'Сапфировый стол'?

— Сначала господин Ким попросил отвезти вас в другое место.

— А можем ли мы перед этим заехать в торговый центр? Всего на пару минуток.

— Конечно, Господин Ким, сегодня я ваш водитель на весь день.

— Ненадолго, — хмыкает Тэхён, проводя языком по внутренней стороне щеки.

Они приезжают в Апкучжон (•) спустя несколько минут. Тэхён обещает О Вану задержаться не больше, чем на пятнадцать минут, а затем заходит в первый попавшийся магазин. Выбирать подарок человеку, который может купить этот самый магазин, тяжело, но он постарается найти для Сокджина-хёна что-нибудь необычное и интересное, что хорошо подойдёт для его характера. У Тэхёна даже есть несколько отложенных идей, но он решает сначала хотя бы осмотреться. Бижутерия отпадает сразу, Сокджин-хён уже подарил ему кольцо, и это будет не круто. Домашняя утварь или одежда… точно не вариант. Обойдя несколько торговых рядов, Тэхён вдруг вспоминает, что недавно Сокджин-хён пристрастился к дегустации вин, и решает купить ему какую-нибудь дорогую коллекционную бутылку. Такой подарок кажется идеальным, ведь если всё пойдет по плану, они смогут вдвоём её распробовать…

— Вы очень быстро справились, господин Ким, — говорит О Ван, когда Тэхён возвращается в машину.

— А вы как думали. Теперь давайте ехать дальше, куда там меня звал Сокджин-хён. Это далеко?

— Нет, совсем близко. Пристегнитесь, пожалуйста, мне придётся срезать путь через центр.

— Да, да, конечно, — махнув рукой, Тэхён лезет в рюкзак и аккуратно ставит в него купленную для Сокджина-хёна бутылку вина.

Местом, куда его привозят, оказывается элитное ателье. Тэхён благодарит водителя за оказанную помощь и отпускает — домой он поедет уже не на этой машине. Поздоровавшись с женщиной у ресепшена, Тэхён поднимается на указанный третий этаж и смущенно заглядывает в одну из комнат. Скользя взглядом по огромному помещению, с несколькими зеркалами и большими шкафами, он замечает Сокджина-хёна и уже собирается поздороваться, как тот поднимает руку, прося ничего не говорить.

— Да… Почему вы говорите это именно мне? Этим занимается отец, — Сокджин-хён по указанию портнихи поворачивается, и Тэхён замечает на его правом ухе bluetooth-гарнитуру. — Мне плевать, подавайте жалобу сразу через секретаря отца… Да… Нет, через другого Ли… Да… До свидания.

Такой серьёзный и взрослый Сокджин-хён не на шутку заводит Тэхёна — он сглатывает и садится на один из белоснежных диванчиков, расположенных напротив круглого возвышения, на котором сейчас стоит старший.

— Вонхо, — коротко зовёт своего помощника Сокджин-хён, и тот с готовностью подходит ближе. — Прогуляйся до кафетерия для гостей, узнай, могут ли нам подать шампанского.

Помощник, сразу поняв намёк, кланяется почти на девяносто градусов и скрывается за дверью.

— Хёни! — Сокджин-хён поворачивается, смешно переступая ногами, и подмигивает Тэхёну. — Как прошёл твой день?

Портниха просит мужчину поднять руки, и тот подчиняется, не отрывая взгляда от сидящего на диванчике юноши.

— Скоро будет промежуточный тест по русскому языку, и я так переживаю! Сонсенним закидывает нас тонной заданий!

— Не переживай, Тэхён-а, ты умный, и я уверен, что этот тест будет для тебя элементарным! — Сокджин-хён на секунду опускает взгляд на портниху, которая закрепляет ткань булавками на его правом бедре. — Ах, завидую я тебе: студенческие годы — самые лучшие. Я свои помню так явно, словно закончил учиться буквально вчера!

— Ты учился здесь, в Сеуле? — любопытствует Тэхён.

— Конечно же нет, заграницей. В Англии, если быть точнее.

Тэхён совсем не удивлён: где как ни в Европе учиться такому человеку, как Ким Сокджин? Его тоже хотели отправить в Англию, но он упрямо 'вцепился' в Сеул всей силой, и родителям пришлось отступить.

— Значит, ты английский хорошо знаешь?

— Разумеется. А по-твоему почему отец до сих пор не выгнал меня с работы? — смеётся Сокджин-хён. Являясь пока что лишь наследником компании, он почти ничего и не делает, отвечая за какую-то узкую область. Поэтому-то от скуки и шатается по всяким гонкам и 'Всадникам' (по крайней мере так говорит сам Сокджин-хён). — Как тебе этот костюм?

Еле заметно махнув портнихе ладонью, чтобы та отошла, Сокджин-хён выпрямляется и смотрит на Тэхёна, закусив губу.

— Мм… тебе идёт, но чёрная ткань сливается с волосами. Есть ещё варианты?

— Конечно, сейчас, — Сокджин-хён позволяет женщине стянуть с себя намечающийся пиджак и белоснежную рубашку, и Тэхён поспешно отводит взгляд в сторону, с особым вниманием осматривая бра, украшенный хрусталём. — Хён-а, можешь смотреть.

Этот костюм, в отличии от прошлого, почти готов. Тэхёну нравится, как тёмно-синяя ткань сочетается с чёрными сокджиновыми волосами, а светло-розовая рубашка с воротником мандарин делает акцент на смуглой коже мужчины. Красота.

— Этот костюм мне нравится намного больше.

— Отлично. Пак Мэй, тогда первый костюм можете закончить чуть позже. Синий должен быть готов уже к этим выходным.

— Да, конечно, — женщина низко кланяется и снова помогает Сокджину-хёну аккуратно снять ещё не готовые вещи. — Вы сможете прийти в пятницу на финальную примерку?

— Да. Пожалуйста, оповестите об этом моего помощника, ему же и отправьте чек по окончании вашей работы.

Ещё раз поклонившись, женщина собирает выкройки, какие-то бумаги и ткань и уходит в другую комнату. Тэхён, ожидая пока старший переоденется, считает цветочки на обоях; на тридцать седьмом он чувствует, как диван рядом с ним прогибается под чужим весом.

— А Хосок принял моё приглашение, он приедет? Вам не нужны костюмы?

По этому поводу они сегодня здесь и собрались — в эти выходные у Сокджина-хёна день рождения, и он пригласил студентов в ресторан. Хосок всё ещё сомневается, но Тэхён умело обрабатывает его, чтобы он согласился.

— Почти. У меня есть, а у Хосока вроде целого костюма нет, но он ни за что не согласится принять от тебя такой подарок.

— А от тебя?

— Тем более.

Они замолкают; Тэхён кусает ногти, пытаясь придумать, как уговорить Хосока принять официальный костюм в качестве подарка, и останавливается лишь тогда, когда Сокджин-хён перехватывает его руку.

— Эй, не надо, не грызи.

— Я просто переживаю за костюм Хосока…

— Никуда этот костюм не денется, потом разберёмся. Иди сюда, — шепчет Сокджин-хён и за подбородок притягивает Тэхёна к себе ближе. — Я скучал.

— Но мы же виделись чуть меньше дня назад, — деланно смеётся Тэхён, стараясь скрыть своё волнение из-за того, что Сокджин-хён смотрит на него тем самым взглядом.

— Я скучаю по тебе каждую секунду.

Сокджин-хён снова дотрагивается до тэхёнова подбородка и с нажимом целует, мимолётно касаясь своим языком чужого. Он всегда делает это так жадно, словно никогда не может насытиться, но Тэхён и не возражает: ему нравится целоваться. Правда, с момента их первого поцелуя после победы на гонках они делают это постоянно, и у него от этого вечно губы горят, но всё же это лучшее, что когда-либо происходило в его жизни. Тэхён чувствует, как щетина Сокджина скользит по щеке, когда тот целует его в линию скул, и с сожалением отмечает, что у него на лице пока что ничего не растёт.

— Ты лучший, — шепчет Сокджин-хён и напирает сверху, подминая под себя Тэхёна. Держась лишь одной рукой за спинку диванчика, он медленно кусает чужую шею, оттягивая кожу, и хихикает, когда укус тотчас начинает краснеть. — Теперь каждый будет знать, что ты уже занят.

— Чёрт, Сокджин-а, — недовольно тянет Тэхён и отпихивает старшего от себя. Касаясь места на шее, которое до сих пор приятно щиплет, он добавляет: — Его же видно!

Сегодня на нём свободная фланелевая рубашка, и этот засос может увидеть каждый.

— Я знаю, так специально, — по инерции упав на диванчик от толчка Тэхёна, Сокджин-хён аккуратно поправляет сбившиеся волосы и насмешливо смотрит на собеседника. — Привыкай.

Пусть снаружи Тэхён и злится, внутри он не может сдержать радостного писка — Сокджин-хён такой удивительный, что даже не верится, что он достался такому человеку, как Тэхён.

— Ну что, ты голодный? Поехали в 'Сапфировый стол'?

— Да, — смотря в зеркало, Тэхён пытается скрыть медленно наливающийся засос при помощи поднятого воротника, но это совсем не помогает.

— Пойдё-о-ом, — Сокджин-хён коротко целует в висок и утягивает младшего прочь из ателье. Когда они оказываются на улице, мужчина останавливается и вопросительно смотрит на Тэхёна. — А где О Ван?

— Я отпустил его. Кстати, ты обещал, что сам будешь за мной приезжать, а что в итоге?!

— Прости, малыш. Клянусь, что в следующий раз я лично приеду за тобой.

Малыш… Это ласковое обращение отдаётся в ушах глухим эхом, и Тэхён тотчас забывает причину своего недавнего недовольства. Его ещё никто так не называл.

— Как… как ты меня назвал? — от удивления он останавливается около машины, схватившись за ручку двери.

— Тебе не нравится? — Сокджин-хён тоже останавливается, опираясь рукой о крышу машины. — Тогда я могу…

— Нет! — слишком поспешно выкрикивает Тэхён. — Всё нормально. Просто это было… неожиданно. Должен ли я тогда звать тебя папочкой?

— Фу, нет, это слишком противно, — Сокджин-хён садится в машину под громкий хохот младшего.

Во время поездки они держатся за руки, и Сокджин-хён рассказывает о том, как скучно прошёл его день. Тэхён молча слушает, любуясь прекрасными губами мужчины, и изредка вставляет свои комментарии, чем вызывает у старшего искренний смех. Потом, когда до ресторана остаётся пара кварталов, Тэхён принимается восторгаться каждому порыву ветра, несущему за собой тёмно-бурые листья с деревьев.

— Понимаешь, дело в том, чтобы смотреть на мир через светлую призму. Не обязательно надеяться, что счастье когда-нибудь да постучится в твои двери, достаточно просто уметь находить свет в любых тёмных закоулках жизни, — заканчивает он, когда они заезжают на парковку 'Сапфирового стола'.

— Это… очень глубоко, Тэхён-и. Удивительно, — Сокджин-хён сжимает чужую руку чуть сильнее, пытаясь правильно припарковаться. — И давно ты пришёл к этому выводу?

— Да как-то… не знаю. Я даже специально никогда не выстраивал эту теорию, просто один раз проснулся и понял, что нужно жить именно так.

— Удивительно, — повторяет Сокджин-хён и вытаскивает ключ зажигания.

На улице они расцепляют руки, но Тэхён даже не жалуется, прекрасно понимая, что Сокджин-хён — публичная персона, и не все могут принять однополые отношения. Ему хватает и всех этих прикосновений украдкой; главное, чтобы Сокджин-хён так и продолжал быть рядом.

— Господин Ким, ваш столик уже готов, прошу вас, — улыбается им администратор и лично провожает гостей к их отдалённому столику у окна. Разложив на сиреневой скатерти стола меню, она кланяется и уходит, забавно стуча каблуками.

— Ты уже выбрал, что хочешь? — интересуется Сокджин-хён, не притрагиваясь к своему меню. Он с улыбкой смотрит, как Тэхён внимательно изучает каждую страницу.

— Мм… не знаю… Как обычно?

— Может, сегодня попробуем что-нибудь новенькое?

— Тогда выбери ты, я доверяю твоему вкусу, — Тэхён возвращает меню обратно на стол и откидывается на спинку большого мягкого кресла.

— Хорошо, — Сокджин-хён вздёргивает бровь и тянется за меню. Тщательно просматривая все разделы, он спрашивает: — У тебя нет аллергии на какой-нибудь продукт?

— Неа.

Не зная чем себя занять, Тэхён осматривает окружающую обстановку. Здесь они бывали уже пару раз, но некоторые детали декора он видит как будто бы впервые. Например, хрустальный аист, находящийся под цветными струями центрального фонтана, располагающегося в середине заведения.

— Ты когда-нибудь задумывался, почему этот аист стоит один?

— А? — спрашивает Сокджин-хён, отрываясь от меню.

— С другой стороны фонтана животные располагаются парочками, а он один. И вода спадает радугой только здесь, в других местах работает одна общая светлая подсветка. Есть идеи?

— Нет, но подозреваю, что у тебя есть.

— Мне кажется, этот аист — олицетворение одиночества, поиска себя, а может и поиска любви. Все остальные животные нашли себе спутников жизни, а он нет, он всё ещё один. И для остальных работает обычная подсветка — это символ того, что в их жизнях нет фальши, а аиста окружают цветные струи — это признак того, что он всё ещё находится в мире иллюзий, и ему пока оттуда не выбраться.

— Вау, Хёни, — Сокджин-хён смотрит на собеседника с удивлённой улыбкой. — Сколько обедаю здесь, а впервые вообще заметил этот фонтан. Ты смотришь на мир не так, как я, и это… прекрасно.

— Спасибо. Ну, или у них просто закончились деньги на второго аиста и цветную подсветку, — смеётся Тэхён, смущённый комплиментом.

Сокджин-хён тоже смеётся и, когда приходит официантка, заказывает блюда с непонятными названиями. Напоследок он просит:

— Можете ли принести бутылку вашего самого дорогого шампанского?

— Да, конечно, но… вам есть девятнадцать? — спрашивает официантка, поворачиваясь к Тэхёну.

Тот выпрямляется, принимая важный вид, и, сцепив пальцы в замок у подбородка, отвечает низким голосом:

— Да, какие-то проблемы?

— Нет, господин, но мне нужны документы, удостоверяющие вашу личность.

— У меня их нет, я… сегодня забыл.

— Тогда, к сожалению, я смогу принести бокал только господину Киму.

Сокджин-хён переглядывается с Тэхёном, а затем делает вид, что собирается уходить:

— Что ж, видимо не судьба, Хён-а. Предлагаю поменять ресторан. Недавно с отцом произошла точно такая же история, забавно, правда? Я только не помню, написал ли он плохой отзыв… или это был другой ресторан…

— Нет, что вы, куда вы, — тотчас пугается девушка, нервно поправив фартук. — Я сейчас всё принесу.

Сокджин-хён с усмешкой опускается обратно в кресло и провожает официантку взглядом.

— Так забавно, мой отец не политик или какой-нибудь важный деятель, но все так боятся ему не угодить.

— Ну, твой отец — влиятельный бизнесмен, я думаю, ему хватит могущества уничтожить какое-либо заведение с помощью своих связей, — Тэхён влюблёнными глазами смотрит на Сокджина-хёна, подперев подбородок кулаком. — И часто ты это проворачиваешь?

Официантка возвращается с бокалами и дорогой на вид бутылкой. Поставив всё на стол, она профессионально разливает шампанское и, поклонившись, уходит.

— Только когда этого требует ситуация, — Сокджин-хён поднимает свой бокал и, чокнувшись с тэхёновым, придирчиво пробует алкоголь. Заключив, что шампанское вполне неплохое, он допивает до дна. — Но хватит обо мне. Расскажи ещё что-нибудь.

— А что что-нибудь?

— Не знаю… Что-нибудь похожее на того аиста.

Когда им приносят их заказ, Тэхён тихо восторгается (лежащая на тарелке еда похожа на шедевр современной кулинарии) и тянется в карман за телефоном, чтобы проверить, нет ли новых сообщений от Хосока; увидев одно, он хмыкает.

— Кому пишешь? — ненавязчиво интересуется Сокджин-хён, когда Тэхён кладет телефон на стол, чтобы было удобнее печатать.

— Хосоку. Он спрашивает, где я шляюсь.

— Эй, потом ответишь, попробуй мясо!

— Сейчас, — Тэхён блокирует телефон и аккуратно подцепляет вилкой маленький кусок. — Мм, боже, это так вкусно! И почему мы раньше этого не заказывали?!

— Конечно, я плохого не посоветую! — восклицает Сокджин-хён, а затем тихо ойкает. Достав телефон из внутреннего кармана пиджака, он усмехается, помотав головой, и что-то быстро печатает.

— А тебе кто пишет?

— Юнги-я. Пытается ненавязчиво узнать, придёт ли Хосок на мой день рождения. Боже, он такой ребёнок.

Тэхён едва слышно хмыкает, считая это очень милым.

— Может, уже хоть намекнём им, что они нравятся друг другу?

— Неа, так же веселее! Да и бесполезно.

— Почему? — спрашивает Тэхён, издавав тихий стон удовольствия из-за этого вкуснейшего мяса.

— Для Юнги существует огромная дистанция между учеником и учителем, и он ни за что не пересечёт её.

— Даже ради собственного счастья?

— Даже ради собственного счастья, — подтверждает Сокджин-хён, наполняя шампанским тэхёнов бокал. — Он тот ещё упёртый баран и живёт по каким-то своим личным принципам. Знаешь, сколько я его уговаривал, чтобы подарить ему на день рождения машину нашей последней модели? Два года!

— Это… грустно, — медленно произносит Тэхён, жалея обоих — и Мина-сонсеннима, и Хосока.

— Хорошо, что мы не такие, правда? — улыбается Сокджин-хён и поднимает бокал вверх.

— Определённо, — Тэхён посылает мужчине воздушный поцелуй, а затем выпивает шампанское до дна.