хоупкуки)
Хосок смотрит на чемоданы, пытаясь подсчитать, во сколько встал Чонгук, чтобы забрать его вещи. Приходит к мысли, что бить учебником по психологии будет актуальней. И не то чтобы Чон не хотел переезжать к младшему. Просто, Чонгук предложил вчера вечером во время секса за ужином, а Хосок во время оргазма как-то не особо соображал. Нет, он потом все равно согласился, но точно не ожидал, что утром, когда проснется, споткнется о свой любимый красный чемоданчик, ударившись учебником психологии. И дело даже не в травмах. А в причине.
- Чонгук! – орет Хосок, пытаясь встать, но валит на себя их коробку с игрушками, так непредусмотрительно оставленную на рабочем столе в спальне.
Младший заходит в комнату, довольно при этом улыбаясь. На его бедрах белое махровое полотенце вот-вот слетит, он весь из себя такой супер мега соблазнитель, аж противно сексуально, но Хосок зол. А если он злой, то никакие тривиальные ходы из дорам и аниме тут его не успокоят.
- Звал, любимый? – и довольная кроличья улыбочка, которая еще в первую их ночь сразила Хосока наповал, заставив отдаться этому накаченному первокурснику.
- Ща ты получишь, любимый. В задницу свою получишь, без подготовки, любимый.
Хосок встает, вооружившись резиновым розовым членом (и тут у него в голове проскальзывает мысля о неравных размерах всех их игрушек и члена младшего, мол, неужели у него какой-то комплекс?), и идет к мелкому, а тот, нервно усмехаясь, быстро шагает прочь из обители секса и сна. Не то чтобы Гуки боялся Хоби, просто тот, пусть и не присунет, но явно ударит несколько раз резиновым членом. Такого позора душа Чона не выдержит, именно поэтому он, как настоящий альфач в их паре, прячется в ванной.
- Выходи, любимый! – орет Хосок и тянет ручку на себя. Та не поддается.
- Хосок, ну что случилось? Ну я же был хорошим. –ноет мелкий, держа крепко ручку.
- Какого хрена ты решил, что «перееду в скором времени» означает «вези мои вещи завтра утром»?
- Это все Сокджин-хен! – сдает Чонгук. – Он их собрал.
- А придумал ты?
- Я хотел устроить сюрприз! – оправдывается младший. – Но ты же в душе рад, да?
- Очень. Ты только выйди, и я покажу, как я рад.
И Гук бы вышел, но он не дурак. Знает, что старшего надо ублажить, иначе он может и присунуть в девственную попку Чонгука. Поэтому, именно сейчас, Чонгук вспоминает об сюрпризе. Ударяет себя по лбу, ведь забыл о нем совсем.
- Хоби, Хоби-я! – орет Чонгук. – Там подарок есть. На кухне лежит. В коробочке красной.
Чонгук отсчитывает сто двадцать три секунды и выходит. Идет, крадется, до кухни, где на стуле тихо всхлипывает Хосок. Он держит парные колечки и плачет, улыбаясь. И Чон вдруг уже согласен и на роль пассива, лишь бы у старшего всегда такая счастливая улыбка была на лице. Именно в такие моменты, он понимает, что любит хена. Вот так вот. Просто и без пиздостраданий. А все остальное просто есть. Ссоры, скандалы, примирения, секс и, что Гуки любит больше всего, просто обнимашки. Он счастлив, Хосок счастлив, это самое главное.
***
Хосок смотрит на свои руки, потом на часы, потом на руки. И волнуется. Сильно-сильно волнуется. Он оборачивается на соседний столик, за которым пьет молочный коктейль Чон Чонгук в парике и усах (откуда все это он взял Хосок догадывается, но вот для чего предложил оставить после «миссии» даже знать не хочет). Младший показывает кулачки, шевеля губами «Файтинг». И Хосок немного расслабляется.
Он сжимает в руках салфетку, переводя взгляд на дверь кофе, куда через пятнадцать минут должен приехать Мин Юнги. И этот факт пугает Хосока. И дело не в любви к старшему, Чон точно уверен, что любит Чонгука, просто он только недели три назад осознал, что скучает по другу. Хоби проанализировал всю свою жизнь за четырнадцать дней и понял, что он готов встретиться с Мином, что теперь видит в нем друга, а всегда видел опору и близкого человека. Возможно, его любовь была лишь желанием этого светлого чувства, и сейчас, когда он ее получил, то прекрасно осознает, что его воспоминания не омрачаются присутствием в них Юнги. Он хочет создать еще больше новых событий. И с Мином в качестве друга, и с Чонгуком в качестве его парня. И это буквально сделало все проще. Намного.
- Сок-а... - доносится сверху, и Хоби встречается с грустными глазами лучшего друга, тут же утягивая старшего в объятия.
- Юни! – Чон утирает слезы, прижимая к себе парня. – Прости меня, пожалуйста.
- Это ты меня прости. Мне не стоило игнорировать то, что с тобой творилось. Нам необходимо было поговорить. Просто ты был таким счастливым, когда мы виделись, и я думал, что наша братская любовь является братской. Прости. Ты так страдал, наверное. Я вел себя как мудак.
- Ты и был мудаком. – хихикает младший, уткнувшись в ключицы хена. – И я был. Только чуть-чуть.
Они рассмеялись, садясь на диванчик. Всего минуту осматривали друг друга, прежде чем начать разговор обо всем новом в их жизни. И Хосок и сам не заметил, как забрал всю инициативу на себя, вдруг рассказывая о жизни с Чонгуком. Он не забывал и про своих друзей, и про друзей младшего, все углубляясь в рассказ. Остановился Хоби лишь заметив нежный взгляд Юнги.
- Юнги-хен?
- Ты такой счастливый, Сок-а. – улыбается старший. – Я так рад. Ты заслуживаешь лишь лучшего. Но я так расстроен, что не был рядом.
- Но ведь теперь ты можешь быть рядом. – улыбается Хо.
- Разрешишь?
- Конечно! – кивает младший, серьезно смотря на хена.
- А твой Куки? – Юнги указывает взглядом на Чона, что подозрительно щурится на их переплетенные пальцы.
- Куки? – Хосок оборачивается, внезапно счастливо улыбаясь. Младший выглядит таким серьезным сейчас, пытаясь сделать вид, что это не он. Но усы отваливаются, являя пухлые красные губки, и Хо смеется, зовя его к ним. Тот подозрительно косится на старших, но снимает парик и подходит к ним, усаживаясь рядом со своим парнем.
- И так, мы нормально не познакомились. – начинает Мин, но его перебивают.
- Я о тебе много слышал. – заявляет Чонгук. – Сделаешь больно моему Хоби, я тебе сделаю больно. А если попытаешься его у меня отбить, то получишь вдвойне.
- Чонгук! – возмущается Хосок.
- Понял-понял. – поднял руки старший, улыбаясь. – Но давай начнем сначала, хорошо?
- Я подумаю над твоим предложением. – кивает Гук, обнимая своего парня.
Юнги смотрит на младших и хочет запищать от радости за своего Хосока. Ведь он такой сейчас счастливый, радостный и милый рядом с этим кроликом. И кажется, Мин уже медленно превращается в их шиппера.
***
Чонгук, получив расписание Хосока, входит в танцевальный зал, запирая за собой двери. Он оглядывается по сторонам, ища любимого, и, найдя, идет к нему. Чон что-то листает в ноутбуке, посасывая колпачок ручки, совершенно не замечая гостя. А тот не то чтобы не рад, Чонгук стягивает ветровку и подкрадывается к старшему.
- Хоби-я, а ты у нас еще та шлюшка да. Средь белого дня так и требуешь моего члена в твоем рту.
- Чон Чонгук! Ты хочешь, чтобы я родил? Не подкрадывайся ко мне!
Чонгук раздумывает, что-то с чем-то складывает и сам себе кивает.
- Я люблю детей. – и жмет плечами.
- Идиот. – выдыхает Хосок. – Зато мой. И так, чего пришел?
- Я соскучился. Очень.
Хосок не успевает ответить, что они только час назад обедали, как его валят на пол и стягивают с него шорты. Чонгук быстро, дабы старший не успел опомниться, присасывается к шее, где кнопка выключения у Хо мозга, и быстро входит.
Старший, не чувствуя особого дискомфорта, целует младшего и просит глубже и быстрее. Чонгук же не отказывает и исполняет просьбы любимого, вклачиваясь яростно в тело под собой. Он зажимает рот Хосоку, дабы их не услышали, но темпа не сбавляет, быстро доводя и себя, и Хоби до разрядки.
И вот, они лежат на полу довольные, а Гуки быстро чиркает в блокноте галочку напротив пункта с сексом в танцевальном зале, обдумывая, как бы прокрасться к Намджуну в студию. А Хосок просто счастлив, смотря на младшего, обнимает его и хихикает в живот. И все это продолжается, пока не врывается Чимин, яростно оттягивающий старшего от младшего.
- Совсем уже охуели!
***
Чонгук смотрит на Хосока, нежно улыбаясь, пока тот украшает елку. И снимает. Чону нравится снимать Хоби, потому что это память, которую стоит сохранить для детей (они будут у них, не спорьте) и для себя. И еще, младший почему-то искренне верит, что у них любовь до гроба, будто сама судьба их связала. Красными нитями.
Иронично, что елку им привезли только 31 декабря, но парочка не отчаивалась, уже купив мини версию дерева, которая теперь стоит на кухне. В квартире пахнет едой и мандаринами, а носящиеся по ее просторам парни разносят тепло и уют, даже когда спорят. И вот они перемещаются на диван перед телевизором, уже спокойно смотря фильмы. И все так мило и сладко, пока не звенит будильник. (вы тут подумали про сон? Мне просто интересно)
А потом Хосок спрыгивает и носится по квартире в поисках штопора, затем бокалов и ручки. Они накрывают столик, и Хоби краснеет, протягивая подарок. Чонгуки посмеивается, открывая его, переставая, видя два парных браслета в виде красных нитей и знака бесконечности по середине. У Чона много, слишком много эмоций, потому он прижимает к себе старшего, целуя макушку.
- Это магнитики. Наши браслеты притягиваются друг к другу, как и мы... - сквозь слезы рассказывает Хоби, сопя в ключицы Чонгука. – Я тебя так сильно люблю, и решил сделать именно такой подарок. Ну еще, если бы тебе не зашло, то я купил приставку.
Гук взрывается в своей любви, касаясь губ любимого и утягивая его в поцелуй, валя того на пол. Он целует его лицо, прижимая к себе и не может остановиться, потому что слишком. Слишком много эмоций сейчас в нем.
- Это так прекрасно. Ты прекрасен. Правда. Я люблю тебя. – и целует в носик. – Боже, как же я люблю тебя.
Затем младший вспоминает о своем подарке и начинает волноваться. Он же собрался делать Хосоку предложение руки и сердца. И черт, как же это волнительно. Вот так все менять...
- Хоби... - начинает Чонгук. – Я люблю тебя. И я правда пытался написать речь, но я хреновый писатель. Я просто очень сильно люблю тебя, и хочу любить тебя всю жизнь. Хоби, - он достает коробочку и встает на одно колено. – Свяжешь всю жизнь со мной? Ты выйдешь за меня?
И тут уже старший рыдает, валя Гука на пол и зарываясь в его шею лицом. Он прижимает Чона к себе, шепча положительный ответ, пока Куки поглаживает его спину, целуя пальчики. И они слишком счастливы. И это чудестно.