финал
- Как ты мог потерять кольца? – кричал Джин, казалось бы, превышая все допустимые рамки громкости звука, переходя на опасные частоты.
Намджун перевел взгляд на Тэхена, который весь буквально сжался и ищет способ сбежать, и похлопал незаметно по спине. Он его понимает.
- Так блять, что нам делать теперь? – вздыхает старший, потирая ладони. Если бы не свадьба его любимого донсена, то Тэ уже увезли бы на скорой в ближайшую больницу с переломом лица. Ибо ну как можно было так накосячить и просрать кольца? Даже Намджун так не лажает.
- У меня есть идея. – шепчет Чимин, злобно потирая ладошки.
***
Чонгук волнуется. Слишком много. Опять. И нет. Он не передумает, он ждал этого три сраных года, чтобы развернуться и уйти. Просто это так волнительно, получить то, чего ты желал так долго.
И ведь сначала он был согласен отложить свадьбу. Они – студенты, живущие за счет родителей. Не хочется их напрягать, хоть Хосок и уже зарабатывал в студии. Потом, когда Чонгук скопил на свадьбу, скромную, конечно, то старший Чон заявил, что у него диплом, ему не до свадьбы. Потом у Хоби контракт с крупным агентством и много работы, ибо ему дали группу айдолов, которые вот-вот дебютируют. Потом он не хотел свадьбу в один год со свадьбой Джина и Намджуна, потому что такой день он хочет разделить с Джином как его друг, а не «человек, который украл у него день его свадьбы», после же они с Чимином открыли еще несколько студий по всей стране. И вот, когда даже у младшего уже все с карьерой наладилось и процветало, Чонгук не выдержал. Буквально закинул старшего на плечо и понес в ЗАГС, где они и назначили дату бракосочетания.
И вот, он стоит перед зеркалом, смотрит на себя и улыбается. Ему банально не верится в реальность происходящего, потому что он счастлив. Безумно, чисто и по-детски счастлив. Чонгук вздыхает, внезапно вспоминая, как Хосок трепетно организовывал торжество, как психовал, заявляя, что не собирается брать чонгукову фамилию, как обижался, когда младший пропадал из-за своего расписания на концертах или в студии, но как кот ластился ближе, трепетно прижимаясь к Чону, когда Гук приезжал. И сейчас они станут официальными мужьями. Хотя началось все с задницы, пьяного секса и недо любви старшего. А пришло к счастлив вечерам вдвоем, самому лучшему сексу, теплому утру и свадьбе. И да, Чонгук невероятно счастлив, просто потому что невероятно сильно влюблен во вредного хена.
***
Хосок вдыхает судорожно, смотрит на трясущийся в его руках букет, пытается успокоиться, но не выходит. Даже когда его обнимает за плечи Юнги. Хоби смотрит на хена, боясь начать рыдать. Его сестры обещали его избить, если он опять испортит себе макияж. И зная их, Хо понимает, что они не врали и не преувеличивали.
- Ну-ну, не плачь. Все же хорошо. – улыбается Юнги, прижимая к себе донсена.
- Я так волну-у-юсь, хен. Он там такой красивый и милый, и сексуальный. И он просто сейчас станет моим мужем, понимаешь? Я его так сильно люблю, но я не могу в это поверить, хен. – щебечет Хосок.
- Но все же будет просто шикарно. Ты же счастлив, да, детка?
- Да. Да, черт возьми, я счастлив!
- Тогда просто иди и покажи всем себя. И еще. Убей Чонгука своей красотой.
Они выходят, держась за руки, и Хосок хочет просто подбежать к своему Гуки. Но тот стоит далеко, да и ему надо пройти это. А Чонгук залипает на волнистые волосы своего жениха, буквально пялясь, из-за чего весь зал посмеивается. Рядом стоящий Тэхен толкает его, когда Хосок подходит ближе. Они равняются, и Гук сжимает в своих ладонях ручки маленького хена.
Начинается речь, затем клятва, а они просто смотрят в глаза друг другу, улыбаясь. И вот время колец. И Чимин подает кольца злобно улыбаясь, а Чонгук думает, что не к добру это, и Пак мстит, за то, что Гук выбрал свидетелем Тэхена. И вот, вместо золотых колец с изящной гравировкой, там колечки из автомата. С синими сердечками-печатями. Чон переводит взгляд с данного ему чуда на ебанное чудо-Чимина, который сидит и угарает, затем на недоумевающего Хосока. Он берет ручку Хоби в свою, украшает ее детским колечком, а старший все еще смотрит на колечко.
- Давай же... - шепчет Чонгук, и Хо отмирает.
- Все у нас через жопу. – произносит Хосок, закончив натягивать маленькое колечко на не маленькие пальчики своего возлюбленного.
- Зато через самую шикарную в мире жопу. – смеется Гук, целуя любимого.
***
- Какого х...фига, Чон Чонгук? – кричит Хосок, когда видит синяки на лицах Кая и Бомгю...
- Я сам в шоке, честно. – признается немного офигевший от данной картины Гук, медленно отходя к двери.
- Значит, бокс, это нормально для детей их возраста, да? – надвигается на него Хосок.
Субин и Енджун тихо вбегают в комнату с приготовленным попкорном, пока Тэхен тащит аптечку, дабы обработать раны непутевым братьям. Он просто единственный в этой семье, кто понимает, что в данной ситуации виноватых нет, просто Бомгю хочет быть хорошим братом для самого младшего в их компании. Пострадавшие же виновато глядят в пол.
- Чон Чонгук, а я говорил, что бокс Каю не подходит, теперь посмотри на наших сыновей.
Джун и Бин угарают, Тэхен же шикает на них, аккуратно обрабатывая рассеченную губу Гю.
- Папа! – кричит Кай, обнимая Хосока. – Папа, это не связано с боксом, правда. Просто однокассники-гомофобы к нам пристали. И все. Правда-правда.
Старший Чон глядит в глаза сыну и сдается, потому что этому малышу сложно в чем-либо отказать. Он переводит взгляд на ухмыляющегося Чонгука, и тот подмигивает мужу, отчего Хосок вдруг вспоминает все те пошлые фразочки, что бросает Гук во время секса, и краснеет.
- Папочка, с тобой все хорошо? – беспокоится Тэхен, глядя на папу.
Хосок кивает, указывая ладонью на кухню, и быстро сбегает в ванную, дабы банально охладится. Но, когда возращается, замечает, что никто не притронулся к еде, покорно ожидая старшего в их семье. Хоби улыбается, занимая место рядом с Гуком, и они начинают ужинать, ведя непринужденную беседу.
Хоби смотрит на сыновей, вспоминая, как пять лет назад Гук подбил его на усыновление, но из детского дома они вышли с пятью почти подростками, а не с одним младенцем, как планировалось. Но Хоби не жалел и не жалеет, потому что пять маленьких (для них с Гуком) звездочек стали буквально новым светом для них.
И Хосок действительно счастлив, когда понимает, что это то, чего он хочет. Вот так сидеть со своими мальчиками и болтать. Это делает его счастливым.
<center>***</center>
- Папочки, - тихо шепчет Кай, - им это не понравится.
- Ты не можешь этого знать наверняка. – не соглашается Бомгю.
- И ты. – ворчит Тэхен. – Ты не можешь заставить его делать то, чего он не хочет, Гю.
- Но он этого хочет, да, Кай? – шепчет рассерженный Бомгю.
- Вы оба такие шумные, правда. – шикает Хюнин, и Чонгук видит, как тот дует обиженно губы.
- Ну Кай, не дела так. Ты разбиваешь мое сердечко. – хнычет Гю.
- Кхм-кхм, я все еще здесь. – подает голос Тэхен.
- Давайте просто сделаем это, окей? – бубнит Кай, закрывая покрасневшие щеки ладонями.
Чонгук в предвкушении закусывает губу, желая узнать, что же скрывают его сыновья от них с Хо.
- Только пообещайте, что папочки не узнают об этом! – грозится Хюнин, скрещивая руки на груди.
- Обещаю. – клянется Гю.
- И я. Кай, ты же знаешь, что я всегда за тебя. Я ничего и никому не расскажу. – произносит Тэ и глядит укоризненно на Бомгю, будто обвиняя его в чем-то.
- Хорошо. – кивает Кай. – Только я не знаю, как мне это делать.
- Мы сами. – хихикает Гю, глядя на краснеющего Хюнина. – Давай Тэ, не будь таким.
- Мне не нравится эта затея.
Но он придвигается к младшему и касается его губ в момент, когда это же проделывает Гю. Старшие сыновья исследуют губы Хюнина, пока тот старается неумело отвечать на ласки, и вот, уже даже недовольный идеей Тэхен жадно вгрызается розовые губки Кая. Гю же более нежен, нежели его донсен, умело играясь с ртом Хюги.
- И все же, - пытаясь отдышаться, произносит Тэхен. – мне не нравится идея тройных отношений.
- Но так проще. И мы не будем ссориться и делить Кая. – возражает Бомгю. – Ты как?
Кай прячет личико в изгибе тэхеновой шеи, сжимая руку Гю, и молчит, тихо сопя и что-то себе нашептывая.
- Он говорит, что мы дурачки, и он не понимает, почему нас любит. – хихикает Тэхен.
Сыновья замирают, после чего дружно хихикают. А Чонгук стоит и охреневает. Что, блять, происходит, и почему его дети только что целовались?