Часть 20
Мигён
Я не разговаривала с ним пять дней, и мне казалось, что это были самые долгие пять дней в моей жизни.
– Что читаешь? – спросила миссис Пэк. Она сидела напротив меня за обеденным столом. Я попросила папу передать миссис Пэк, что мне нездоровится, но она ответила, что я глупое дитя и мне нужно выпить чаю. Также она заявила, что причина моей фальшивой болезни заключается в том, что я никогда не сушу волосы после душа.
Я прижала книгу к груди и пожала плечами, затем повернула ее, чтобы она увидела название.
– Хм. «Прежде чем я упаду» Лорен Оливер. О чем она?
Я прищурилась. Вот вечно она так. Задает вопросы, хотя знает, что я не могу на них ответить. Если учесть, что она не позволяла мне пользоваться бумагой и ручкой, было очень похоже, что она на меня давит. А это мне нужно было меньше всего.
Я положила книгу на стол и, поморщившись, отхлебнула отвратительный чай.
– Сегодня ты снова ненавидишь чай, да? – сказала она.
Я снова пожала плечами.
– А где твой парень?
Я еще раз пожала плечами.
Она закатила глаза.
– Еще раз пожмешь плечами, и до конца жизни будешь так ходить. Как это по-детски. Он за тебя беспокоится. Кому ты делаешь лучше, отталкивая его? Никому. К тому же это очень грубо. Он хороший мальчик.
Хороший мальчик? В жизни не слышала, чтобы миссис Пэк о ком-то хорошо отзывалась.
– Входи, Чонгук, – крикнула миссис Пэк в сторону кухни.
Чонгук вышел из-за кухонной двери, поднял руку и застенчиво помахал ей.
Что он здесь делает?
– Я его пригласила, – сказала миссис Пэк, снова читая мои мысли. – Садись, Чонгук.
Он сделал то, что ему было сказано.
– А теперь я буду говорить, а вы – слушать. Вы два идиота, – вот это было больше похоже на миссис Пэк, которую я любила ненавидеть. – Вы же любите друг друга? Так почему этого недостаточно? Перестаньте заморачиваться. Просто будьте счастливы. Мигён, перестань вести себя так, будто ты недостойна счастья. Если бы счастья были достойны только люди с безупречным прошлым, то никакой любви бы не существовало. А теперь поцелуйтесь и помиритесь, идиоты.
В комнату вошла мама.
– Что здесь происходит? – спросила она. Она выглядела усталой, словно не спала несколько дней, волосы ее были растрепаны. Ее взгляд метнулся к Чонгуку, и на ее лице промелькнула тень разочарования и потрясения. – Тебя здесь быть не должно.
Миссис Пэк выпрямилась.
– Каиль, прежде чем ты начнешь кричать на детей, я хочу, чтобы ты знала. Это устроила я.
– Вы? Вы сказали ему прийти сюда?
– Да. Дети грустили, так что я подумала…
– Хватит. Вон из этого дома, – сказала мама.
– Ой, да прекрати, это смешно. Дай мальчику…
– Нет, я обращаюсь к вам, миссис Пэк. Хватит. Вон из этого дома. Сегодня вы перешли все возможные границы. Отныне двери моего дома для вас закрыты.
Я вскочила со стула. Слова матери ошеломили меня. С каждым днем она казалась мне все более чужой.
Нет!
Я стукнула кулаками по столу. Я стучала, пока мои руки не покраснели, но я не обращала на это внимания.
– Чонгук, ты тоже уходи. С тобой мы уже разговаривали. Думаю, я достаточно четко выразила свою мысль. Мигён, иди к себе в комнату.
Нет! Нет!
Чонгук опустил голову и вышел. Миссис Пэк встала и покачала головой.
– Это неправильно, Каиль. Эти дети… они помогают друг другу.
– Не обижайтесь, миссис Пэк, но Мигён – не ваша дочь, и я бы предпочла, чтобы вы перестали обращаться с ней так, будто это вы за нее в ответе. Она не Джалин, и вы не можете сделать этот выбор за нее. Я не позволю своей дочери закончить как…
– Как? – рявкнула миссис Пэк. Она явно была обижена до глубины души. – Она схватила свою сумочку и крепко сжала ее в руке. – Как моя дочь?
В глазах мамы промелькнуло чувство вины. Она моргнула.
– С этого момента вы больше не будете приходить на послеобеденный чай. Я очень ценю, что вы проводите время с Мигён, миссис Пэк, но с этого момента ваши визиты закончены.
Когда миссис Пэк направилась к входной двери, мама пошла за ней, а я последовала за ними.
– Я понимаю, что ты хочешь сделать, Каиль. Правда. Я тоже пыталась сделать это с моей дочерью. Ты считаешь, что поможешь ей, если оградишь ее от мира, от места, которое причинило ей боль, но это не так. Ты ее душишь. Ты лишаешь ее того голоса, который у нее остался, – свободы выбора. Выбора любить и открываться. Ты воруешь его у нее.
Мама опустила голову.
– До свидания, миссис Пэк.
Она отослала моего парня и лучшую подругу, и я не понимала, чем заслужила такое наказание. Я начала колотить по ближайшей стене, чтобы привлечь внимание мамы.
Посмотри на меня. Обрати на меня внимание!
Она повернулась, но мои попытки оставили ее равнодушной.
– Иди в свою комнату, Мигён.
Нет, – я стучала все сильнее и сильнее, и она набросилась на меня, обхватив руками. – Нет!
– Прекрати, – приказала она. – Подумай, как бы из-за тебя сложилась жизнь Чонгука. Ты действительно хочешь, чтобы он бросил свои мечты и остался здесь с тобой? А если бы он путешествовал по миру и устраивал свою жизнь – как бы ты поддерживала ваши отношения? За что ты так с ним? Это неправильно – ни по отношению к нему, ни к тебе. Он заслуживает большего, чем свидания в этом доме. Ты заслуживаешь одиночества. Тебе нужна помощь.
Помощь?
А что если мне не нужна помощь? Что если я просто такой человек?
Где папа? Мне нужно, чтобы он пришел домой. Мне нужно, чтобы он попытался разобраться в маминой голове. Мне нужно, чтобы он все исправил. Она тащила меня вверх по лестнице, а я продолжала сопротивляться.
– Это для твоего же блага, Мигён. Прости меня, но это для твоего же блага.
Я сопротивлялась, но она не отпускала меня. Она не отпускала меня. Я моргнула и увидела его.
Дьявола.
Он извинялся за то, что причинил мне боль, за то, что ткнул меня пальцами в шею, от чего мне становилось все труднее и труднее дышать.
– Мама! Отпусти ее! – сказал Чимин. Он вышел из своей комнаты и попытался оттащить маму от меня, но она оттолкнула его.
– Не вмешивайся, Чимин. С твоей сестрой все в порядке.
Нет. Ничего со мной не в порядке. Ты делаешь мне больно.
В коридор вышла Суа, и я увидела в ее глазах страх. Я была уверена, что и она видела его в моих глазах.
Помоги мне.
– Мама, – начала она, но мама быстро заткнула и ее.
Она потащила меня в мою комнату и втолкнула внутрь. Она поспешно захлопнула дверь, а затем прижалась к ней снаружи, не давая мне открыть ее.
– Ты поймешь, Мигён. Я делаю это для тебя. Чтобы тебя защитить.
Да что на нее нашло? Почему она ведет себя как сумасшедшая? Я колотила в дверь, изо всех сил стараясь открыть ее, но она не поддавалась. Я толкала ее всем своим весом, снова и снова.
Выпусти меня! Выпусти! – Мои руки обвились вокруг моей шеи, и я чувствовала, что он там, со мной. Он душит меня. Он убьет меня. – Выпусти меня! Выпусти меня!
Я не могу дышать. Не могу дышать… Я не знаю, что мне еще делать.
Я не знала, что мне делать, поэтому сделала то единственное, что пришло мне в голову.
Я упала на пол.
Прислонилась лицом к ковру.
Открыла рот.
И закричала.