Глава 21. Лиса
Перед мысленным взором быстро пронеслись образы пуританских тюрем: сырых, кишащих крысами и вшами, являющимися рассадниками дизентерии. С другой стороны, из их древних ружей ни за что не попасть в цель - хоть какое-то утешение!
Вероятно, жителей деревни привлек серебристый свет Умирающего Бога. Или его нетерпеливые понукания Чонгука. Теперь, когда Таммуз ушел, нам лучше всего было скрыться в тенях.
- Чонгук, - шепотом позвала я, - нужно выбираться отсюда.
Судя по всему, он не намеревался спасаться бегством. Казалось, даже ждал прибытия этих людей!
- Чонгук! - От отчаяния у меня внутри все сжалось.
- Убегай, - чуть слышно велел он. - У меня есть планы на этих охотников на демонов, и я с нетерпением жду их прибытия.
Похоже, сюда явились те самые люди, которые много веков назад пришли за его семьей.
- Бежать нужно нам обоим! - Я схватила его за руку, но с тем же успехом могла бы попытаться сдвинуть с места огромный валун. - Тебе даже убить их не удастся, поскольку они уже мертвы. Они просто вернутся обратно. А как насчет меня? Я не хочу умирать. Мы рискуем навсегда застрять в этой дерьмовой дыре.
Чонгук раздраженно приподнял бровь.
- Тебе никто никогда не говорил, что ты зануда? Только и можешь, что настроение портить. Убийство пуритан для меня - лучшая забава, поэтому не мешай мне хорошо проводить время. Да, я в курсе, что они вернутся. Зато я могу заставить их почувствовать ужас и неописуемую боль. Поэтому хватит ныть и указывать на очевидные факты. - Он вздохнул. - Ну же, улепетывай! К тебе это не имеет никакого отношения, и помощь твоя мне не требуется. Здесь каждый сам по себе, милая. Пошевеливайся!
Мне хотелось орать в голос, но вместо этого я пробормотала «идиот» и скрылась в темноте. Если Чонгук одержим местью людям, умершим много веков назад, так тому и быть, но я здесь не для того, чтобы меня застрелили или повесили.
Я подозревала, что он напрочь забыл, каково это - сражаться как простой смертный, без богоподобной силы, которой обладал в мире живых.
Я запахнула коут на груди и пустилась бежать по мерзлой земле, то и дело наступая на сучья, похрустывающие под ногами. Зимний воздух щипал кожу, и я не имела ни малейшего представления, куда податься в кромешной тьме. Следовало ли вернуться в поселение, если сумею его найти?
Острое раскаяние пронзало грудь, из головы не шел Чонгук.
«Вдруг он не сумеет драться в одиночку? Не бросила ли я опять кого-то на верную смерть?»
Эта мысль пронзила меня как стрела, и тут раздался леденящий кровь вопль - мужской, исполненный агонии. У меня перехватило дыхание.
«Хоть бы это был не Чонгук!»
Я оглянулась, и сердце екнуло при виде охваченного пламенем тела в отдалении. Трудно сказать, на кого я больше разозлилась: на Чонгука за отказ бежать или на себя саму - за то, что оставила его одного.
Чувствуя, как грудь сжимает костлявая рука страха, я повернула назад. Душу терзало ужасное предчувствие, что найду Чонгука полуживого и объятого огнем. Я уже улавливала характерный запах горящей плоти и видела разлетающиеся по ветру хлопья пепла.
«Пожалуйста, только не Чонгук...»
Невзирая на наши непростые отношения и все, что он мне наговорил, этот болван был мне все же небезразличен.
Пламя пожирало распростертое на лесной подстилке тело. Подойдя ближе, я увидела в отблесках небольшую группу людей и вздохнула с облегчением - Чонгук находился среди них. Он стоял с поднятыми руками, лицом ко мне, и по его лбу текла кровь.
Пытаясь оценить обстановку, я не спешила выходить из тени. Один охотник на демонов прижимал к голове Чонгука кремневое ружье, второй связывал ему веревкой руки, а третий стоял ко мне спиной.
- Нечестивый, блудливый дьявол, чернокнижник! - выкрикивал он. - Разденем его по пояс, усадим на задок телеги да и будем возить по улицам города, угощая плетью!
- Не надо угрожать мне весельем, - отозвался Чонгук.
Похоже, он воспользовался факелом, чтобы поджечь одного из противников, но те превзошли его числом. Я поняла, что действовать нужно немедленно, пока Чонгуку не успели связать руки за спиной. На мгновение он перехватил мой взгляд и незаметно поднял бровь.
- Мы выбьем из тебя признание! - подхватил второй мужчина, тот, который возился с веревкой.
Решив, что сначала нужно вывести из строя стрелка, я подняла с земли большой камень - зазубренный и неприятно холодящий пальцы - и с этим грубым оружием наперевес выскочила из темноты и обрушила его стрелку на затылок. Он зашатался, однако успел обернуться и ударить меня в висок кремневым замком.
Боль пронзила череп, но я не выпустила из рук камня. Охваченная паникой, я стукнула его еще раз - посильнее. Затрещали кости, и он пошатнулся, ошеломленный и истекающий кровью. Мое сердце пропустило удар, когда я заметила у него на груди серебряную булавку в виде молотка - такой же знак носили и Чоны. Молот демонов, «Маллеус Даймониорум».
Мужчина рухнул на скованную льдом землю, заливая все вокруг кровью из раны на голове, а я попятилась, не сводя с него глаз.
Когда я снова подняла голову, Чонгук уже освободился от пут и, схватив второго противника за горло, принялся с остервенением колотить головой о ствол дерева, пока не раздробил череп.
Я окинула взглядом ужасную картину: один охотник на демонов корчится в муках, сгорая заживо, второй - тот, которого Чонгук забил до смерти, - дергается у моих ног, третий пытается поднять оброненное ружье. Чонгук крутнулся и со звериной свирепостью двинул ему по черепу. А потом продолжил наносить удары.
Лишенный магической силы, он не мог убивать чисто и аккуратно. Этой страшной бойни и вовсе бы не случилось, если бы Чонгук бежал со мной, но он задался целью ее развязать, жаждал кровопролития.
Я попятилась в оцепенении, чувствуя, как к горлу подступает желчь. Подспудно задавалась вопросом, не вернется ли сейчас Умирающий Бог, чтобы разорвать принесенную Чонгуком клятву. Тогда мы могли бы уйти отсюда и никогда не возвращаться.
Осмотрев себя, я обнаружила запекшуюся кровь на участках кожи, обнажившихся во время битвы - опять этот предательский коут распахнулся! - но понятия не имела, моя она или убитого мной человека.
С тех пор как попала в мир демонов, я начала осознавать, что в некоторых ситуациях есть только два варианта развития событий: либо убить самой, либо умереть. Памятуя об этом, я повернулась к валяющимся на лесной подстилке мужчинам и ощупала их в поисках какого-нибудь оружия.
Кремневое ружье ввиду его габаритов и громоздкости пришлось оставить. Человек, которого я стукнула камнем, все еще ползал по льду, хотя и был на последнем издыхании. У него на поясе обнаружился нож, который я вытащила из чехла. Чувствовала я себя при этом так, будто моя душа обледенела.
Матушка Патнэм говорила правду: этот лес и правда превращает людей в диких зверей, голых, вымазанных в крови. Забирающих оружие у трупов. Или схватив за горло, по капле выжимающих из противника жизнь - как Чонгук.
Я сунула нож в рюкзак и зашагала прочь, не желая больше видеть следы насилия. Мгновение спустя услышала шаги за спиной и, обернувшись, увидела нагоняющего меня Чонгука. Его глаза ярко светились в темноте.
- Зачем ты вернулась за мной?
Голова у меня пульсировала, и я больше не ощущала холода.
- Не хотела бросать еще кого-то в беде, - пояснила, натужно сглотнув.
- Подожди, Лиса. Да подожди же!
Обогнав, Чонгук встал прямо передо мной. Глядя на меня сверху вниз, коснулся моего виска и нахмурился.
- Ты ранена.
- Это ты еще моего обидчика не видел. - Голова раскалывалась, сдерживать рвотные позывы становилось все труднее. - Он ударил меня кремневым замком.
- М-да-а, хорошего мало. С тобой и прежде-то было невесело, а теперь и подавно. - Он убрал руку. - В подземном мире я не могу тебя исцелить.
- Неужели ты позабыл об отсутствии магических способностей, когда решил помериться силами с группой вооруженных пуритан?
Он снова погладил мой висок, чуть ниже того места, куда меня ударили. Хоть кончики пальцев Чонгука и были лишены магии, но прикосновения успокаивали.
- На самом деле в моем безумном поступке имелась определенная логика. Если бы те молодчики сообщили в поселение и созвали больше народу, чтобы выследить нас, живыми мы бы не выбрались. Нас повесили бы на городской площади, прежде чем мы успели вернуться к частоколу между мирами. Поэтому их следовало прикончить.
- Возможно.
Задержавшись на мне взглядом еще на мгновение, Чонгук глубоко вздохнул.
- Нужно отвести тебя в тепло, а то у тебя взгляд отсутствующий. Поиски Умирающего Бога возобновим завтра. - Он взял мои ладони и нежно погладил. - Боюсь, как бы не случилось обморожения, - добавил он, покосившись на кончики пальцев.
Мои мысли притупились, будто накрытые темным пуховым одеялом, и я пошатнулась.
Чонгук подхватил меня на руки и понес. Я обняла его за шею и прижалась ближе, чтобы согреться. Положив голову на крепкую грудь, я слушала, как бьется его сердце.
- Почему стужа тебе нипочем? - пробормотала я.
- В подземной темнице всегда было холодно, - шепотом признался Чонгук, ускоряя шаг.
Я задалась вопросом, как он объяснит наше нынешнее положение, но, окутанная теплом его тела, задремала. Слушая стук сердца своего врага, я, как ни странно, чувствовала себя в безопасности.