the first step
Вкусный запах жареных овощей и шампиньонов со значительной скоростью разлетался по кухне, а затем просачивался во все комнаты квартиры. Он вскоре добавил в себя аромат приправы, пестрящей букетом из горчинки, сладости и кислинки. А под конец вишенкой на торте шла нотка свежести — чуть-чуть зелени: базилика, укропа и петрушки. Оставалось перемешать. В блюдца накладывались заправленные душистым оливковым маслом пенне, и поверх заливался только приготовленный соус.
Готово.
Завтрак подан.
— Ммм... господин шеф, что же вы творите на сей раз? — игриво задал вопрос омега Ким Тэхён, стоявший позади в дверном проёме в шелковом голубом халатике чуть выше аккуратных коленок.
— Да так, макарошки с подливкой, — ответил кулинар, не отрываясь от своего занятия. — Будешь есть?
— Не, ну, Пак Чимин, серьёзно? — возмутился Ким, — Ты портишь весь сок. «Да так, макарошки с подливкой» готовит поваришка в нашей столовке. А это... «Нежнейшие»... — начал парень, но резко остановился, поняв, что придуманное в голове название не звучит, — нет, не макароны...
— М-м-м... может, пенне ригате? Короче, просто перья ребристые, — ответил Чимин, нарезая вчера приготовленный апельсиновый кекс и раскладывая по тарелкам. Вот заняться Киму больше нечем!
— Да. Прекрасно! Так и назовем — «Нежнейшие пенне ригате с овощным соусом, приготовленные по особому итальянскому рецепту Чиминетто Пако́», — гордо сообщил с «безупречным итальянским» акцентом парень, поправляя воображаемые усы.
Здесь уже ни первый, ни второй не выдержали, заливаясь громким смехом. Тэхён всегда коверкал имя друга как хотел — тот был и Жимином Пакуа, и Джимином Парком, и Паком Дзиминяо, да и вообще, кем только он не был.
— Хорошо, как будет тебе угодно, супер критик. А теперь сделай всем чай, — сказал Пак и пошёл будить Минсока, своего сводного брата.
Выйдя из кухни, омега оказался в небольшом коридорчике, соединённым с узкой прихожей, где еле размещался шкаф для верхней одежды, обуви и всяких мелочей. Миновав прихожую, Чимин остановился у одной из нескольких дверей, тихо постучался и пробрался в комнату.
Внутри все обстояло слегка... неубранно. Ну как слегка-то, все было разбросано, а на полу не находилось ни одного свободного сантиметра в квадрате — чистое неглаженое белье валялось вперемешку с уже ношеным; пара далеко не чистой обуви валялась в дальнем углу рядом с хаотично набитыми полками с одеждой; тетради, учебники и канцелярские принадлежности были везде по комнате.
Пак, пытаясь нашаркать ногами проход, случайно наступил на что-то. И этим «что-то» оказался смартфон, которое, благо, Пак Чимин не сломал. Ибо в противном случае, это придурок сначала бы ныл о том, какой Чимин плохой и неуклюжий тюлень, а потом бы злился, пока Паку не пришлось бы брать новый хороший смартфон в рассрочку, потому что «нехороший» Минсоку строго нельзя носить, потому что его в школе засмеют и перестанут общаться и с ним. Ребёнок, что с ним можно сделать?
В голове быстро напечаталось «как следует наорать как-нибуть перед выходными, чтобы убрал этот срач».
Чимин, поначалу хотевший спокойно разбудить брата, разозлился на очередной беспорядок и громко воскликнул:
— Ким Минсок! Если ты не встанешь, то опоздаешь в школу. Если ты опоз...
— Да, да, да... я встаю, — сразу перебил сонный голос под тяжёлым одеялом. Но Чимин не остановился и продолжил свою тираду, повторявшуюся, на самом деле, каждое утро.
—...даешь в школу, то классный руководитель позвонит родителям. Если классный руководитель позвонит родителям, то они накажут и не отправят тебе карманные. А мне — деньги на твоё содержание. А если они накажут и не отправят деньги, то... боже, Минсок, мы и так в полной заднице, хуже некуда. И так денег нет... Я работу сколько уже ищу, а у нас нет денег даже оплатить квартиру.
— Отвяжись от меня, Па-а-ак! — прохныкал он.
— Родителям будет несладко, если они узнают о нашем нынешнем положении. А нам тем более! Ты же не хочешь жить в Пусане? Вот я тоже не хочу жить с папиным любовником! — закончил, наконец, омега.
У Чимина все было просто — разведённые родители. Родитель-альфа был женат на другом омеге, имевшим ребёнка Ким Минсока от первого брака. Второй же и по сей день тонет в страсти — Господи, как Чимину мерзко — с каким-то мужчиной.
Отец со своим мужем недавно переехали в Пусан, а младшего сына оставили на сеульское, столичное обучение на попечение Паку.
А байка про переезд к родителям всегда действовала на младшего как ледяная вода, вылитая на лицо.
— Нет, не надо. Встаю уже, — с этими словами омега действительно встал и направился в ванную комнату.
Послышалась вода, а потому Ким вышел оттуда, чистя зубы.
— Шфо фам на жавтвак? — спросил он уже с зубной щёткой во рту.
— Нежнейшие пеннирегато от этого... тц, — цокнул подходящий Тэхён, никак не вспоминая новое имя друга, — как там его... Чиминетто Пако, — закончил свою речь он, держа в руках нож для резки хлеба. — Так, что я хотел-то? Чай готов, стол накрыт. Ну вы, двое, поняли, — подмигнул омега и снова ушёл на кухню, призывая остальных присоединиться.
— Отлифно! — пропел Минсок, посмеиваясь от нового имени брата, и, побежав в ванную комнату и выплюнув в раковину скопившуюся зубную пасту, продолжил: — Вы пока идите и начинайте, я умоюсь, оденусь и подойду, — закончил он, закрывая дверь.
А Чимин тем временем направился на кухню.
— Эти макароны не так называются, идиот, — процедил старший, следуя за Тэхёном.
— Плевать, — ответил тот, уже усевшись уплетать за обе щеки завтрак. — Кстати, на ужин меня не жди, — проворковал он, сразу сменив тему, смотря мечтательно в потолок. — И вообще не жди. Он сегодня наконец прилетает! Я так соскучился, — жалобно насупился Тэхён, вытянув губы уточкой.
А Чимин лишь тяжело вздохнул, ничего не ответив. Опять какой-то ухажёр.
***
Уже полдесятого, а Чимину нужно было быть в академии ровно в девять. Он бы добрался раньше, но ему каждый день надо было доводить Минсока до школы. Как маленького! Приходилось, потому что младший часто любил прогуливать.
Из-за всего этого Чимин всегда опаздывал на свои занятия, и его всегда отчитывали преподаватели. Да тем более перед всей группой. Это, вообще-то, очень унизительно!
Омега со всех ног бежал в нужную аудиторию. А когда он уже дошёл-таки до неё, остановился, не решаясь зайти внутрь. Но долго не ждал и постучался, приоткрывая дверь.
— Простите, пожалуйста, за опоздание, можно войти? — робко спросил Чимин.
— Который это уже раз за месяц, студент Пак?! Можете назвать причину ваших постоянных опозданий? — зло воскликнул сонсэним.
— Мне брата в школу приходится отвозить, — опустив голову, смущённо объяснил омега. Это так неприятно — отчитываться, тем более, когда в аудитории уже слышится несколько смешков одногруппников.
— Ваш брат, кажется, учится в старшей школе и в состоянии сам добираться, — не веря в оправдание, произнёс Сон Кихё, преподаватель.
— Как раз поэтому и приходится, чтобы он не прогулял занятия, — с по-прежнему опущенной головой пояснил Чимин.
Преподаватель постоял, грузно оспаривая опоздавшего. А Пак все не решался поднять голову.
— Ладно, бери форму и становись за седьмую плиту. Готовим яблочный мусс, — сдался Сон. — Впредь постарайся такого не допускать, а то бюджетных мест не так уж и много, а желающих попасть сюда хоть пруд пруди. — предостерёг он и продолжил свой прерванный Паком рассказ. — Как я и говорил, это наше последнее занятие в этом семестре, и вы уходите на каникулы — на всё лето. Объясняю, почему... — дальше Чимин уже не слушал, полностью погрузившись в готовку.
Занятие длилось ещё полтора часа. К концу урока сонсэним по своему обыкновению прошёлся по рядам, отмечая все преимущества и недостатки блюд каждого из студентов. Чиминов десерт пришёлся на дегустацию последним, учитель удостоил Пака похвалой, заставляющей кончики ушей еле заметно покраснеть, но также отчитал за то, что Пак измерял всё на глаз, а ведь по его мнению точность являлась самой важной составляющей рецептуры.
— Студент Пак, останьтесь на пару минут, пожалуйста, — омега уже собирался идти на перерыв, как учитель его задерживает. Ученики оставили аудиторию пустой, когда он подошёл к преподавателю.
— Да, Сонсэним? Что-то не так? — недоуменно поинтересовался Пак, испытывая некоторую нервозность. Проблем ещё не хватало.
— Все так! Даже очень, — радостно подметил Сон. — Помнишь, ты искал работу и просил помощи? — Чимин кивнул, мысленно загораясь, ведь это значит, что её нашли, верно? — Так вот, нужен повар.
Нужен повар! Неужели работа была наконец найдена?
— Только личный, в дом одного богача, — закончил Сон, разочаровывая студента.
Только личный... Да что с этим миром не так? Чимин не согласился бы на такое, тем более он заранее обговорил, что никаких работ в чьих-либо домах. Работать прислугой как-то... было не то. Другое дело — работать в ресторане поваром.
Но работа нужна была срочно, и причём очень. Тэхён не справился бы один, а если хозяин их жилища пришёл бы на этом месяце — а Чимин был уверен, что придёт, — то они не смогли бы выплатить необходимые деньги за проживание. В омеге боролись две стороны, одной из них которой нужно оттачивать свои умения, а другой необходимы деньги.
— Вы же знаете, сонсэним, я не рассматриваю работу личного повара. Я студент, ученик. И я хочу учиться у других, профессиональных поваров, поэтому я хочу в кафе, ресторан или в любое другое подобное заведение. Но никак в душную одинокую кухню, — отрезал Чимин.
— Я знаю, да. Ты говорил, но предложенная зарплата... она явно не оставит тебя равнодушным.
— Нет! Говорю же, я даже обсуждать не бу...
— Зарплата — миллион в месяц, — прервал преподаватель, будучи уверенным, что эта работа должна была привлечь внимание талантливого студента.
А здесь уже у Пак Чимина глаза на лоб лезли, а челюсть пробила пол второго этажа и, кажется, летела дальше вниз. Какому-то повару и столько?!
***
Целый район шикарных домов, оказывается, находился на окраине Сеула. Чимин никогда не слышал о нём. Хотя, логично, зачем ему просвещаться в подробности богатой жизни, в том числе и мест проживания всех этих толстосумов.
Все дома, конечно, были ограждены высокими заборами, но даже за ними виднелись многоэтажные апартаменты с роскошными ложами с прилегающими к ним балконами и крышами красивых, разнообразных форм. Каких здесь только не было: и старинные поместья с усадьбами, и современнейшие дома, и, о боже, Пак Чимин, кажется, только что даже мимо замка проехал.
— Офигеть, вот это дом! — воскликнул Чимин. — Вы видели этот замок? Это правда замок? — обратился он к пожилому таксисту-альфе.
— Похоже на то, — отозвался тот. — А вы, видно, здесь впервые. Правильно же, вы никогда здесь не были? Да и вы не похожи на всех этих, какова цель визита? Работа? — раскусил водитель Чимина.
— Откуда вы... — начал было Пак, но его перебили.
— Говорю же, вы не похожи на того, кто здесь проживает. А единственные причины, по которым такие как мы можем здесь находиться — это работа. Водители, уборщики, повара или сантехники, электрики и ремонтники, всякие здесь бывают, — объяснил альфа.
— А... понятно. Я сюда теперь каждый день буду ездить готовить одному такому, — начал делиться Пак. — Вот так вот. Только вот теперь я дорогу знаю и, оказывается, тут недалеко на шоссе есть остановка, там прямо сюда из моего дома автобус едет. Теперь так буду добираться, — на такси кататься у него денег, уж просите, нет. По крайней мере пока что.
Дальше они уже ехали молча, пока водитель не остановился у высокого белокаменного забора с матовыми стеклянными вставками, что выглядели словно висячая люстра или же стеклянный новогодний дождик, в десятки раз большей ширины. Те стали автоматически раздвигаться, открывая проход на территорию. Что за странное изобретение в виде странной люстры вместо нормального человеческого забора? После того, как таксист остановился, Чимин поблагодарил его за поездку и вышел из автомобиля, расплатившись кредитной картой по телефону. И таксист уехал, оставив Пака в буквальном смысле охреневать от этого прекрасного вида, открывшегося ему изнутри.
Огромный, просто шикарный двухэтажный дом в стиле хай-тек, кажется, если Чимин не ошибался, предстал перед глазами омеги. Построение издалека напоминало «замок», построенный маленьким ребёнком из пластиковых кубиков — так хаотично и неровно из нескольких кубообразных помещений. А ещё отдаленно напомнило металлические контейнеры для перевозки больших грузов, неаккуратно сложенных друг на друга.
Спереди дом был практически полностью застеклен. Везде были окна, из-за чего создавался вид просторного и безграничного помещения. И из-за большого количества застекленной площади из дома было видно почти все: телевизор с кофейным столиком и диванчики в гостиной, большой стол и много стульев в столовой, белая лестница на второй этаж в коридоре и даже кровать и стульчик или кресло, кто знает, в спальне.
К самому дому вела белая мраморная дорога, переходящая в лестницу, ведущую к порогу. Всё остальное, находящееся за пределами дорожки, было засыпано белым камнем. У порога же простирался на тот момент, видимо, большой неработающий фонтан или же квадратный пруд (во, втором Пак сомневался), в который впадал целый искусственный водопад, маленький, конечно, но всё же водопад.
Осмотревшись, Чимин перевёл внимание на дверь — она была стеклянной, соседствующей по бокам большими и высокими окнами, распространявшимися до самой крыши, которая в середине всего дома была чуть-чуть изогнута влево. Пак направился ко входу, намереваясь постучать в дом.
Когда омега дошёл до входа в особняк, сбоку предстал вид на другую сторону помещения, в которой проглядывалась столовая, а выше — спальня, как Чимин предполагал, самого хозяина этого футуристичного дворца. А с другой стороны сквозь застекление взгляду открылось ещё одно помещение, похожее на гостиную. И вот зачем им столько диванов и кресел?
Впрочем, хоть всё вокруг говорило о роскоши, нигде не было никаких кричащих пафосом предметов. Обстановка содержала в себе дух минимализма, заочно представляя своего хозяина сдержанным, но, конечно, и не скромным, ведь по такому жилищу подобное язык не повернется сказать. А холодная цветовая гамма серого колорита подтверждала предположения о характере хозяина. Точно какой-то скучный старикашка! Однако Чимину пришлось признать, что дом был построен со вкусом и интерьер проработан очень хорошим дизайнером.
Что ж, у Чимина появился план построения нового красивого дома в «The Sims 4».
— Здравствуйте, Вы Пак Чимин? — раздался чей-то голос.
К нему подошёл мужчина средних лет в тёмно-синем деловом костюме. Выглядел он строго, а глаза блестели холодом и безразличием. Судя по запаху, являлся омегой.
«Это и есть господин он самый как его там вообще зовут?» — пронеслось в голове.
— Нет, я не господин Чон, так зовут хозяина этого дома, — как будто мысли прочитав, отозвался тот.
А Чимин же смущённо осознал, что сказал это вслух. Розовые краски накрыли щечки и уши, а глаза омеги опустились к его белым кедам.
— Меня зовут Им Сухен, я личный секретарь господина Чона. Так вы Пак Чимин?
— Да, всё верно. Я пришел по...
— По рекомендации профессора из Сеульской Академии Кулинарии Сон Кихё, да, я знаю, — перебил секретарь Им и продолжил: — Что ж, Чимин-ши, давайте обойдёмся без прелюдий, как «расскажите о себе», «почему вы выбрали эту профессию», «почему именно мы» и всё прочее. Ваши интересы, увлечения и цели нас не интересуют. Я полностью ознакомлен с вашим досье и с вашими умениями. Академия вас очень сильно хвалила. Вы, должно быть, талантливый мастер.
— О, что Вы, я просто...
— Без прелюдий, Чимин-ши, — повторил омега. — Если вы готовы работать у нас, то внимательно ознакомьтесь с договором. Если вас всё устраивает, можете подписывать везде, где я поставил галочки, — сказав это, он протянул Паку планшет с несколькими прикрепленными листами, где — о Боже — мельчайшим почерком были прописаны условия. — Пройдемте в дом для удобства. Могу предложить чай, кофе или яблочный сок?
— Спасибо, я откажусь.
— Я настаиваю.
— Тогда кофе, пожалуйста, — нервно согласился Чимин.
И явно не пожалел — это был самый вкусный кофе, который ему когда-либо приходилось пробовать. И, наверное, напиток этот подороже его почки будет. Пак просидел пару минут на диване, и полистал бумаги, прочитав отрывками пунктики условий, сделав вид, что внимательно прочитал все условия, а после просто поставил росписи и отдал обратно.
— Вот всё, я подписал везде, где были галочки, — промолвил Чимин, и секретарь забрал документ, отдав парню полагающуюся вторую копию.
— Хорошо, так как заработная плата белая, вам необходимо иметь все необходимые документы. Необходимо иметь медицинскую и трудовую книжку, если их нет, то нужно оформить, без них вы к работе не допускаетесь. Ну и, конечно же, все прочие документы — копия паспорта с местом жительства, страхового свидетельства, банковские счёта и остальное.
— А, они все есть... — Чимин взял в руки валявшийся рядом рюкзак, открыл его и начал поиски двух книжечек и бумажечек. Омега позаботился об этом и давно сложил всё аккуратно в милую жёлтую папку. Найдя ее, Пак протянул документы секретарю.
— Отлично, — наконец прервал тишину Сухен, кратко изучив все документы. — Позже я рассмотрю все ваши данные. И, если не возникнет никаких проблем, вы приняты. Но стоит учесть, что господин Чон очень привередлив в еде, и ему может не понравиться ваша кухня. Так что, готовьтесь к тому, что возможно задержитесь только на один день, — изрёк, предупреждая, секретарь, а Чимину оставалось лишь надеяться, что этому глупому привередливому едку зайдёт его стряпня. Кто этот господин Чон тут, пуп земли?
Сухен отпил кофе и продолжил свой монолог:
— Вы уже подписали контракт, но есть некоторые «но», которые не прописаны в договоре, — проинформировал Сухен, заставляя Пака насторожиться. — Вам стоит запомнить самые важные вещи, которые необходимо соблюдать в этом доме, — начал омега.
Конечно же, без всяких правил нигде не обойтись.
— Во-первых, господин Чон не терпит непунктуальность, в восемь утра вы должны быть здесь, а в пять часов — уже нет, — сказал секретарь, повернувшись к Чимину спиной, и продолжил указания, поглядывая в сторону заднего двора. — Во-вторых, вы повар, поэтому не имеете права покидать зону кухни.
«Что за дискриминация? А вдруг в туалет захочется? На кухне сходить?» — начал про себя негодовать Чимин.
— В-третьих, обедайте только из холодильника в помещении персонала.
Стоит отметить, что этот его господин Чон — брезгливенький тип.
— И в-четвертых, вы будете готовить то, что указано в ежедневном меню. А самое главное, не создавайте беспорядка в доме, если не хотите вылететь раньше, чем скажете «рамен».
— Я все понял, секретарь Им, — отозвался Чимин в ожидании следующего.
— Ах да, готовьте строго по рецепту, а не «творите» всякую всячину.
Здесь уже возмущение Чимина достигло пика. Что значит «творить всякую всячину»?!
— А также, — омега протянул бумагу формата А4, аккуратно сложенную вдвое, — здесь указан перечень продуктов, которые вызывают аллергические реакции у господина Чона. Прошу ознакомиться до первого рабочего дня и запомнить. Хоть вы и будете готовить по рецепту, следите, не смейте допускать попадания чего-либо из списка в еду.
— Хорошо, я всё понял, — вторил Чимин, принимая листок.
— В таком случае, вы приняты, за исключением рассмотрения ваших документов, Чимин-ши. Начинаете работу с назначенного дня — я вам в скором времени позвоню, — а пока, можете идти домой отдыхать и готовиться к первому рабочему дню. Помните — с восьми утра, а в пять часов вечера ноги вашей не должно быть в доме. Господин Чон не любит, когда дома есть кто-то из обслуживающего персонала. Ещё раз, я вам в скором времени позвоню. — бросив эти слова висеть в воздухе, он удалился прочь в сторону дома.
Столько тупых правил не менее тупого господина Чона. Видимо, его старческий маразм побуждал создавать всю эту хрень, именуемую правилами. Такому творческому и хаотичному человеку, как Пак Чимин, будет непросто в этом доме. Ну и ладно, за такую заработную плату можно было вытерпеть и большее.
Неожиданно, Сухен вернулся обратно, но уже с листком бумаги и ручкой.
— И да, — протянул он Чимину лист, — ваш номер.
— А? Да, конечно.
Чимин быстро написал свой номер и инициалы, а после попрощался с секретарем Имом.