Jacket

POV Чимин

— Что, не хватает смелости признать свои же чувства? — странный смешок сорвался изо рта Намджун-хена, который, держа свои руки по обоим бокам, недовольно смотрел на Гука. Он же сидел на диване, сложив свои локти на коленях, а руки сжав вместе. Я сглотнул от волнения. Нехороший знак. Хотя, что там скрывать, это чертовски плохой знак.

Из всех, кого я знаю, Намджун-хен меньше всего срывается или теряет самообладание. И сейчас, похоже, один из тех редких случаев, когда он как раз-таки это и делает.

Если подумать, Чонгук был не в себе еще с концерта в Лондоне. Тот факт, что он, будучи очень аккуратным человеком, получил травму, тоже не особо помогает.

Я знаю, что Чонгук не станет делать глупостей. Точно не с Намджун-хеном.

Плюс, здесь только я с Тэхеном.

Я заметил, как Тэхен что-то кликал на своем смартфоне, вероятно, пытался дозвониться до хенов, чтобы те по-скорее вернулись домой.

Джин-хен и Юнги-хен уехали домой к своим семьям. Их уже не было, когда все это началось. Хосок-хен же с утра торчал в студии, придумывал новые хоряги.

На самом деле, я сам не понимаю, что происходит. Едва Чонгук зашел в общагу, как Намджун-хен внезапно вышел из своей комнаты, кипя от злости.

Казалось, Чонгук даже и не пытался слушать все, то что говорил Нам.

Это чертовски плохо.

— Йа, Чонгук! — он немного повысил голос, на что я, не выдержав, встал с дивана и подошел к ним ближе. Мне не нравится то, что сейчас происходит. Уверен, Чонгук не сделал бы ничего плохого, но его расстроенный вид говорил совсем об обратном.

Чон вздохнул, массируя виски.

— Хен, мы можем позже об этом поговорить? — проговорил он усталым голосом. Я перевел короткий взгляд на его лицо и понял, насколько оно изменилось. Щеки немного исхудали, можно было заметить мешки под глазами.

В чем причина? Это как-то связано с его травмой?

— Позже? Ва-х-х! — Намджун-хен все еще сердился, но сейчас к этому прибавилось еще и удивление.

— Хен... — я попытался обратить внимание Нама на себя, и даже Тэхен привстал.

Я двинулся к нему, чтобы поддержать, он не любит, когда мемберы ссорятся. Он чувствителен и может легко заплакать.

— Ты изменил Лисе? Ты настолько низко опустился?

Что?

Но тут я услышал, как кто-то громко вздохнул. Чонгук не выдержал.

— Почему ты, блять, злишься на меня? — он встал, повысив голос.

— Йа, Чон Чонгук! — я в панике встал между ними.

— Намджун-хен! — Тэхен снова достал телефон, пытаясь кому-то позвонить.

— Хен, давай успокоимся... — я пытался их образумить, но они не отрывали взглядов друг на друга.

— Почему?! Ты не подумал, что я об этом жалею? Весь этот месяц я ненавидел себя за это! Я не хотел, чтобы так получилось, понимаешь? Не хотел! — Чонгука трясло, я подошел к нему ближе, приобнимая, чтобы успокоить.

— Ты должен был подумать, прежде чем врать ей. Думал, что сможешь усидеть сразу на двух стульях?

— Нет! Как ты можешь такое говорить?! — Чонгук вырывался из моих рук, пока Тэхен пытался держать Нам-хена. 

— Она была рядом с тобой в то время, когда Седжон относилась к тебе, как к мусору!

— Ты не знаешь всего, ты не знаешь, как мне сейчас плохо! — мои колени чуть ли не тряслись от того, насколько сильным оказался Чон.

У меня разрывалось сердце от его дрожащего голоса. По его щекам покатились слезы, Намджун-хен удивился.

— Знаю, что много чего натворил. Извини, если это как-то повлияло на ваши с Джису отношения...

— Чонгук-а, — глаза Тэхена увлажнились, — Что с вами? Почему вы ссоритесь?

— Йа, что случилось? — мы все одновременно взглянули в сторону двери, как только Джин-хен, рвась, зашел в комнату.

— Вы двое ссоритесь? — Юнги-хен появился позади. Хоби-хен скорее всего не заметил сообщений от Тэхена.

Облегченный вздох сорвался с моих. Теперь здесь есть хотя бы кто-то постраше.

— Ким Намджун!

Намджун-хен, казалось, немного успокоился при звуке командного голоса Джина.

Джин-хен редко бывает строг по отношению к нам, но если и бывает, мы все должны его послушать. Он знает, когда не стоит переходить границы.

Чонгук отступил назад и обернулся, вытирая слезы на глазах.

— В чем причина? Чонгук, ответь на вопросы своих хенов. Что случилось? — Юнги-хен встал между нами.

Насколько я понял, Чонгук и Лиса поссорились, и это мешает Намджуну быть с Джису. Все в курсе, что между ними что-то назревает. Чего я не понимаю, так это почему Намджун-хен обвинял Чонгука в измене. Это невозможно.

— Так вот какие мы теперь? Будем постоянно ссориться, забыв о том, что мы семья? Мы ведь могли просто сесть и обсудить это. Намджун, ты старше, — осуждающе произнес Джин-хен, переведя взгляд на Нама.

Чонгук все еще стоял спиной к нам. Он все еще не успокился.

— Намджун-хен сказал, что Чонгук изменил Лисе, — фыркнул Тэхен, вытирая слезы.

— Что? — воскликнул Юнги-хен. Чонгук повернулся к нам и сел на диван.

— Это не входило в мои намерения, — начал он. Я понимал, что все это время он держал все при себе. Это и есть причина того, что он выглядел, как мертвец последние несколько дней.

Мы все сели на диван рядом с ним, и даже Намджун-хен успокоился.

— Я был растерян, понимаете? Когда вы, ребята, начали расспрашивать меня о моей бывшей, о том, чувствую ли я все еще что-нибудь к ней, это так повлияло на меня. В тот момент, когда Седжон написала мне, я и не заметил, что отвечаю ей. Я был... — он сглотнул, — Я был в замешательстве, я хотел понять свои собственные чувства, поэтому и продолжил писать. Но я клянусь, что писал ей не просто так. Седжон была больна, и мне стало ее жаль, вот и все. Мое внимание всегда было сосредоточено на Лисе. Я должен был сказать ей обо всем. Теперь я это понимаю. Я понимаю, что чувствую. Я понимаю, кто мне был нужен много лет назад. Черт возьми! — Чон закрыл лицо руками. Он выглядел таким беспомощным.

Мои глаза наполнились слезами, и Тэхен также начал шмыгать носом. Тэхен и Чонгук — наши малыши. Они были близки, но чаще всего Чонгук ведет себя, будто он старше Тэ. Он просто кажется таким мягким, что ты всегда боишься сломать его.

— Я все испортил. Она не хочет меня видеть. Она заблокировала меня везде, я не знаю, что делать!

Все замолчали. Мы даже и не знали, что Чонгуку настолько тяжело.

— Они так злились на тебя. Прости за все, что наговорил. Просто Лиса всегда была так добра к тебе, — прошептал Намджум-хен, ему правжда было жаль.

— Я знаю. Она всегда была рядом со мной, а я повел себя, как придурок, — ответил он.

— Когда это случилось? — спросил Джин-хен, и я уставился на Чонгука.

— В Лондоне...

— В Лондоне?! Так давно? Ты поэтому был таким отвлеченным? — воскликнул Юнги-хен, Чонгук все еще шмыгал носом.

Он почти никогда не плачет. Лишь изредка.

— Она не даст мне ни единого шанса. Как бы я ни старался. А теперь меня ненавидят еще и ее мемберы, — прошептал он.

Мои глаза встретились с глазами Намджун-хена. Он был эмоционален и раньше, он не собирался срываться на Чонгуке.

Джин-хен откинулся на спинку дивана и глубоко вздохнул.

Юнги-хен потер лицо руками. — А ты не можешь просто забыть о ней? Она же не твоя первая любовь или первая девушка, — спросил он, и я поморщился. Его голос звучал резко, но слова были довольно разумны.

Чонгук молчал в течение минуты.

— Я люблю ее...

— Что за чушь. Ты должен был подумать о том, как сильно ее любишь, прежде чем решил ответить Седжон. Ты вообще уверен сейчас, что ничего не чувствуешь к своей бывшей? — спросил Юнги-хен.

— Уверен. Если бы это было так, я бы сейчас не чувствовал себя, так будто умираю.

Я закрыл глаза от его слов. Лалиса, как только я увидел ее в нашем общежитии, я сразу понял, что она сыграет важную роль в жизни Чонгука. Но я не знал, какой именно след она оставит. Что же нам тогда делать? Чон Чонгук — наш макнэ. Макнэ BTS всегда должен быть счастлив.

— Тогда давай вернем твою девушку, — предложил я. Он поднял глаза и нахмурился, — Да ладно тебе. Мы многое преодолели — Дэсан, BBMA, AMA, ООН. Не хочу хвастаться, но, как говорится, мы начинали с самых низов. Так и здесь. Еще у тебя есть шесть братьев, которые помогут тебе, — я улыбнулся ему, и он прикусил нижнюю губу.

— Это будет нелегко. Ты же знаешь Су — она убьет вас, ребята, если вы даже немного попытаетесь подойти к Лисе.

Юнги-хен прыснул. — Я бы хотел на это посмотреть.

Я весело покачал головой.

В этот момент мы услышали звук открывающейся двери и вошел Хосок-хен. Он тяжело дышал и выглядел сильно вспотевшим.

— Что я пропустил? — спросил он с беспокойством, на что Джин-хен привстал.

— У нас вечеринка, но твоя задница не приглашена, — пошутил он, и мы все рассмеялись, глядя на потрясенное лицо Хоби-хена.

Я повернулся к Чонгуку и легонько потер его спину.

— Не волнуйся. Мы попытаемся все уладить, — улыбнулся я, и Чон кивнул.

Получается, это BLACKPINK против BTS?