Моя лучшая ошибка VKOOK

Чонгук старался не прижиматься к Юнги в машине, он не мог унять дрожи и мурашек по всему телу.
Шея болела, особенно, будто ножом, резало в области кадыка.

Тэхен молча вел машину, до  скрежета сжав зубы. Он давно ненавидел своего брата, но сейчас... Сейчас он хотел сам задушить его, ведь тот перешел все дозволенные границы. Кто знает, что происходило, пока они были в отношениях? А то, что они встречались,  было понятно с самого начала. Тем утром этот уебок пришел к Чонгуку, но увидев брата, решил сделать вид, что искал его, и Тэхен  сразу это понял.
То, что он врет, было видно не вооруженным глазом.

В гробовом молчании парни доехали до многоэтажного вип-комплекса.   Остановились на парковке.

— Тэхен, я  поговорю с Чимином и поднимусь в свою квартиру. — Получив в ответ быстрый кивок, Юнги достал мобильник.

Обняв  Чона за плечи, крепко сжав их, Ким повел его в свой дом. Лифт быстро поднял их на пятннадцатый этаж, полностью принадлежащий айдолу.

Юноша чувствовал неловкость, направляясь в чужое жилище стоимостью миллиарды долларов. Он и мечтать не мог о такой роскоши, и кажется, стало стыдно, что Тэхен оставался на ночь в его маленьком частном домике.

Квартира была действительно огромной: триннадцать комнат с огромными окнами и красивым видом на реку Хан, вызывали двоякие ощущения.

— Пошли, я покажу, где ты будешь сегодня спать. 

— Тэхен.

— М? — Уже было начав идти, он обернулся.

— Спасибо.

Ким улыбнулся, опустив глаза, повел Чонгука в его спалью, не зная, что ответить.
Не то, чтобы он был смущен,  но Чонгук сказал это так искренне, что казалось, еще немного, и  его спаситель покраснеет, если продолжит смотреть в его лицо. 
А потом оправдывайся. Говорить о своих чувствах он не хотел, не сейчас, ещё не время. Да и Ким не знал, когда это время наступит, он был не уверен, нужно ли это Чону.

Комната, выделенная для парня, была большой. Двухспальная  кровать, застеленная шелком,  стояла посередине, рядом  торшер, несколько шкафов из дорого дерева, гигантский  пушистый ковер, расстеленный на полу.
Здесь все пахло изяществом и богатством.
Здесь все пахло Ким Тэхеном.

— Я хочу смыть с себя то, что было.  — Прошептал Чонгук. Ему хотелось отмыть с себя чужие руки, снять кожу, словно одежду, и надеть новую. Ту, которую не трогал своими руками тот мерзавец.

— Ванная  прямо напротив, — Тэхен взглянул на друга. Он хотел спросить обо всем,  узнать, что произошло,  но видел, как отвратительно тот  себя чувствовал. Что ж, надо засунуть свое любопытство с волнением куда подальше и дать ему просто отдохнуть и понять, что отныне вокрг только безопасность и уют. —   Оставь свои вещи  в бельевой корзине, персонала сейчас нет, поэтому я постираю их сам, и надень халат, он висит на крючке, увидишь. 

Парень кивнул и отправился в душ.
Тэхен заметил, как сильно покраснела его шея, и достав мазь из аптечки в его комнате,  вышел в коридор, ожидая Чонгука.

Спустя коротких двадцать минут гость вышел из ванной. Вместо джинсов на нем красовался черный махровый мягкий халат, который идеально сидел на красивом, подтянутом мускулистом теле. 

Увидев Тэхена, он совсем не удивился, лишь остановился напротив, откинув с лица мокрые, слегка растрепанные волосы. 
Ким поднялся с кресла, стоящего в коридоре, и раскручивая колпачек мази, подошел к нему. Нанес немного на палец.

— Я могу и сам... — Чон отвел взгляд, разглядывая пол. Он не хотел смотреть на Тэхена, ведь никто и никогда не замазывал его раны... Никто не проявлял такой... Заботы.

— Да брось, мне не тяжело, Чонгук-и. — Было легко уловить легкую тень издевки, смешанную с волнением. Слишком странное сочетание.

Коснувшись травмированной шеи, Тэхен прикусил губу изнутри, размазывая средство. Он сосредоточился на процессе, а Чонгук, немного устав стоять, облокатился на стену, тоже не смотря на парня. Он просто не мог набраться смелости сделать это, было стыдно  и неловко, но... Он так давно не смотрел в глаза этому чертовски прекрасному нахалу.
Да, он считал его прекрасным,  и уже меньше раздражался в присутствии айдола.

— Ну, вот и все. — Проговорил Тэхен, закручивая и убирая в карман тюбик, не двигаясь с места.

Чонгук, глядя на его лицо, нервно облизал губы, и поджав их, понял, что ему нравится на него смотреть. Так нравится, что он не может ответи взгляд, когда тот смотрит в ответ, так же внимательно, разглядывая каждый миллиметр чужого лица.

Парни не могли оторваться, завороженные друг другом. Чонгуку показалось, что Тэхен подошел ближе, так близко, как никогда не был. Или не показалось?

Он чувствовал дыхание на своей коже, сердце, казалось,  выскочит из груди от адреналина,  что заполнил кровь.  Такие красивые губы, так близко,  лицо, которого он  никогда не мог коснуться. Или мог? Чонгук не знал, о чем думать, что говорить, о чем мечтать сейчас и что же делать. Разорвать контакт,  поблагодарить, или сохранять  молчание? Что, черт возьми, ему делать?

Тэхен не думал... Не думал, когда приближался к лицу парня, вдыхая аромат его парфюма, смотря на  глаза и губы, которых почему-то желал. Но не знал, как ему поступить в данной ситуации, которую сам же случайно устроил.

— Чонгук... — Прошептал айдол прямо в его  приоткрытые губы, так тихо и шершаво, как поленья потрескивают в камине, поглощаемые огнем. 

Желваки заиграли на лице парня, и поддавшись вперед, он коснулся пухлых губ Кима. Оттолкнет - пусть. Он больше не мог ждать и сдерживать себя,  блять, он устал смотреть на недосягаемого парня, бороться с желанием попробовать его губы на вкус.

Тэхен, задержав дыхание на секунду, с жадностью ответил на поцелуй. Он нежно взялся ласкать верхнюю губу парня, пытаясь показать, как он  на самом деле этого хотел.

Их губы сплелись, мягкие, поддатливые и мокрые, языки   нежили друг-друга, проводили между губ, изучали новые ощущения.
Тэхен нежно, с вызовом, прикусил нижнюю губу парня, и оттянув ее на себя, оставил следом мокрую дорожку. 
В ответ, Чонгук запустил пальцы в его волосы, слегка сжимая их.
Ким прильнул ближе к горячему телу, опустив одну руку ниже груди, провел по  завязанному поясу, который не давал халату распахнуться. Потянул за  его конец, и парень почувствовал, как  одеяние слегка распахнулось.

Поцелуй не прекращался, губы с жадностью ласкали друг друга, мокро, пошло проникая друг-другу в рот языками.

Айдол почувствовал, как где-то внизу живота начало собираться напряжение.
Будь здесь рабочий персонал, они явно услышали бы звуки поцелуев и громкое, отрывистое дыхание Чонгука, прижатого к стене, и Тэхена, который будто издеваясь над самим собой, проводил кончиками пальцев  по накачанной  груди, запрещая себе большее.

Они не могли остановиться,  не хотели, но к чему это приведет? Как отстраниться, оторваться от сладости нежных, давно так необходимых им губ...