14
— Чонгук!
Не успевает брюнет обернуться, как оказывается припечатанным к бамперу собственного спорткара.
Блондин хватает его за воротник рубашки и сильнее прижимает, буквально вдавливая в авто.
— Не смей, — цедит он сквозь зубы.
— Отпусти, — хрипит Чон, слабо пытаясь оттолкнуть от себя друга.
— Я знаю, — атласная ткань едва не рвётся под крепкой хваткой, — Знаю, что ты хочешь сделать. Но это станет твоей самой большой ошибкой, Чонгук!
— Отвали, я сказал! — срывается на крик брюнет и заносит руку над головой, заезжая побелевшими костяшками в чиминову скулу.
Тот жмурится, отшатывается, но кисти не разжимает, продолжая удерживать Чона.
Младший злится, ненавидит. И вновь бьёт, не целясь, без разбора, ведь не видит из-за прозрачной пелены, застилающей глаза.
Пак даже не пытается увернуться, пока брюнет не сбивает его с ног, садясь сверху, и наносит удар за ударом.
Из глаз ручьём текут слёзы, закрывая обзор на истерзанное лицо друга.
Удар. Ещё один.
Со спины талию Чонгука обвивают чьи-то руки и резким движением стаскивают с полуживого парня.
Последнее, что он видит, прежде чем оказывается в салоне знакомого лаферрари — сплёвывающего Чимина и подбегающего к нему Джейби.
Чон буквально растекается по светлому кожаному сиденью итальянского спорткара, не в силах выдавить из себя и слова.
Феррари плавно выезжает с парковки ходэн, оставляя позади лежащего на мокром асфальте Пака, на чьём лице кровь, перемешанная с дождём.
Брюнет затуманенным взглядом смотрит на лобовое стекло, по которому стекают крупные капли, сбиваемые стеклоочистителями.
По виску скатывается такая же.
Спорткар, успокаивающе урча, летит по пустой трассе, рассекая пропитанный влагой воздух и нарушая тишину ночи.
— Только из больницы вышел, решил в обезьянник загреметь? — не глядя на разбитого в душе друга, спрашивает Тэхён, протягивая ему сигарету.
За это Чонгук и любит Кима. Пусть у него дерьмовый характер и надоедающие привычки, но он всегда выслушает, спокойным хриплым голосом усмирит разросшуюся внутри бурю и поможет советом, и уже не важно, правильный он или нет. Хочется лишь, чтобы друг не отходил ни на шаг.
До того, как Тэхён познакомил его с гонками и с Чимином, которому оба теперь безоговорочно доверяют даже свои жизни, лучше остальных зная, что тот будет последним человеком в этом мире, предавшим их, Чонгук, как оказалось, совсем не был в курсе, кем друг является на самом деле. Он не знал о его жизненных ценностях, о том, чем он больше всего дорожит и то, что находится за оболочкой холодной, пугающей поначалу, красоты.
Тэхёну Чон доверяет даже больше, чем Паку, хотя, казалось бы, куда ещё больше. Он уверен, что если оба окажутся в опасности, бросится под пулю, острие ножа или колёса — что бы ни угрожало друзьям, Чонгук примет удар на себя и уверен, что те поступят также.
— Знаешь ведь, что Тэмин специально провоцирует на драку, — тихо продолжает Ким, поднося сигарету к губам и не тише добавляет, — Или гонку.
— Знаю, — твёрдо отвечает Чонгук, кивая головой, и делает глубокую затяжку, наблюдая за тем, как плавно смешивается непрозрачный дым двух сигарет.
— Зачем тогда лезешь в это дерьмо? — Чон поворачивается к другу, в чьём успокаивающем голосе промелькнуло раздражение, он уверен, и вопросительно выгибает бровь.
— А ты полез бы, будь на её месте Дженни? — слабо усмехается брюнет, постукивая пальцем по сигарете и стряхивая пепел в открытое окно, что мгновенно развеивается, поддетый встречным ветром.
— Не полез бы, — хмыкнул Тэхён, отвернувшись к дороге, — Она ничего для меня не значит.
— Ничего не значит? — негромко хохотнул тот, затягиваясь вновь, — А она об этом знает?
Ким поджимает пересохшие губы, сжимая кожаную обивку руля.
Значит. Конечно, значит. Больше — Дженни значит для него всё.
С того незабываемого вечера прошло много недель, чуть меньше для него потребовалось, чтобы понять, что он хочет подвезти девушку домой ещё раз. И он довёз, и не раз. Тэхён сам нанялся таксистом для однофамилицы, пообещав приехать в любой момент и отвезти её, куда скажет. Главное, в его машине, рядом с ним.
И хоть по началу Дженни стеснялась набирать номер нового знакомого и просить подвезти, то через некоторое время телефон Кима буквально разрывался от её звонков, поэтому он узнал её расписание и стал личным водителем.
Плевать куда, плевать как долго придётся ждать её, чтобы доставить из компании на студию, из тренировочного зала домой. Единственное, что волнует Тэхёна — брюнетка рядом, сидит в полуметре от него и заворожённо наблюдает за всё тем же звёздным небом, чьих созвездий расположение она уже выучила наизусть благодаря Киму, у которого, как оказалось, любимым предметом в школе была астрономия.
Тэхён не успел поймать тот момент, когда девушка стала ближе к нему. Буквально.
Дженни звонила всё чаще, даже когда ей не нужно было никуда ехать, она придумывала место, время и причину, чтобы он приехал за ней. Она отказывалась каждый раз, когда менеджер или сотрудник стаффа предлагал подвезти или вызвать такси, ведь её есть кому забрать.
В последнее время Ким решила выйти за рамки и набирала заученный номер, чтобы просто провести время с парнем. Она просила отвезти её в кафе и предлагала составить компанию, Тэхён часто останавливал рычащий феррари у какого-нибудь парка по просьбе Дженни и выходил из авто первым, открывая дверь неожиданно ворвавшейся в жизнь темноволосой, позволял брать его под руку и вести вдоль ярких цветущих клумб, а затем выпрашивать мороженое, которое он, откровенно говоря, готов был покупать ей вагонами, лишь бы видеть счастливую улыбку полюбившейся девушки.
Разумеется, она значит для него всё. Но не место ей рядом с таким, как он, потому Тэхён и пытается отдалиться, несмотря на то, что всё внутри ноет и болит, тянется ответить на входящий звонок, сесть за руль лаферрари и как можно быстрее оказаться возле любимой.
Дженни не глупа и сразу всё пронюхала: понимает смешанные чувства гонщика, ведь ощущает ту же тяжесть.
Подходит ли она такому, как он?
— Набив морду Тэмину, ты только докажешь его превосходство, — переводит тему Ким.
— Набить морду? — ухмыляется Чонгук, выбрасывая потухший бычок в опущенное окно, — Это не по мне.
— Чимин предупреждал тебя, Гук, — хмурится Тэхён, коротко поглядывая на друга, — Не гоняй с ним.
— И как давно у нас Чимин мамкой заделался? — шипит тот, закатывая глаза.
— Он знает своего брата, как никто другой, и тебе лучше послушать его. Я никогда не слышал от него слов "Не участвуй в гонке", — Чонгук ловит многозначный взгляд, — А значит, он говорит это не просто от большой любви, Чон.
— Я не позволю ему отнять у меня Чеён, — угрожающе цедит сквозь зубы брюнет, сжимая кулаки.
— Чимин тоже не позволит.
Немного Тэнни в историю 💛🌻
Со следующей главы начнётся самое интересное 💦