rescuer.

Чонгук мягко и аккуратно перехватывает сигарету пальцами из губ следователя, сминая её в ладони, проигнорировав недовольный взгляд. После этого он без особых церемоний бросает сигарету в урну, которая стоит чуть в стороне. За оградительной лентой, в стороне от происходящего, они наблюдали за работой Айрин и её помощников, выполнявших порученное задание. Прайм, ощущая усталость после напряжённого труда, удобно расположился на заднем сидении машины Тэхёна.

Переведя взгляд на собрание людей, заполнявших территорию, Чон вдруг столкнулся глазами с господином Хваном Ин Хо, который, словно мастер маскировки, прятался среди обычных прохожих. На лице бизнесмена сразу же расцвела легкая улыбка и, поиграв пальцами в воздухе, он в приветливом жесте помахал спасателю.

- Ты завтракал? – Ким раздумывает о том, стоит ли ещё раз попробовать закурить или лучше воздержаться, не рискуя лишится всей пачки разом. В конце концов, он решает оставить их в кармане, уступая младшему в этом поединке. – Хочешь, заедем куда-нибудь? Я знаю хороший итальянский ресторан.

Джин и Розе одновременно переглядываются, перекидываясь ментально своими мыслями. Оба удивлены такой заботой к спасателю со стороны начальника, и не менее заинтересованы в происходящем.

- Чан Ук утром сводил меня в кафе, так что я не голоден.

- И когда вы всё успеваете. – Сквозь зубы шипит следователь и, поиграв желваками, отводит орлиный взгляд в сторону. Розе, стоявшая рядом, уловив этот жест давится воздухом.

- Всё в порядке? – Спасатель обеспокоенно смотрит на девушку, но та лишь машет руками, беззвучно говоря, что всё в порядке. – Нам не пора в участок?

- Верно. – Старший мужчина взглянул на наручные часы, убеждаясь в словах Чона. – Собираемся ребятки, нам еще версии нужно проработать.

Розе аккуратно поправляет шарф, шагая по дороге в направлении машин. Внезапно она слегка дергает Джина за рукав, привлекая его внимание. Её рука выразительно указывает вперёд, на картину, запечатлённую маслом: Тэхён, чуть приоткрыв дверь своей машины на пассажирской стороне, протягивает руку спасателю, помогая ему усесться в салон. Оба оперативника вновь удивленно переглянулись, переваривая увиденное.

- Что это с ним сегодня? – Шепчет девушка.

- Понятия не имею. Тебя это тоже пугает?

В кабинете стало просторнее, когда спасатель решил заняться перестановкой мебели, а украшенная ёлка наполняла пространство свежестью. Бросая беглые косые взгляды, девушка наблюдала за своим боссом с рабочего места. И главное, что не она одна уловила изменение в поведении капитана. Айрин отметила, что следователь открывает и придерживает дверь для парня, ведёт его, придерживая рукой поясницу. Ю Ин На рассказала, что Ким прикрывает острые углы ладонью, когда спасатель наклоняется за столом, и постоянно напоминает ему об отдыхе, почти каждые тридцать минут. Джин воздержался от комментариев, но тоже подметил для себя некоторые детали.

Не менее открыто вел себя Чан Ук, который оказался давним фанатом Чона, ещё со времен их обучения. Понимал ли он сам, что его действитвия больше напоминали ухаживания за девушкой? И думал ли об этом спасатель?

- Что у вас тут происходит? - Спросил Сокджин, войдя в кабинет. Он с любопытством оглядел стол Чонгука, заставленный коробками из кондитерской напротив участка. - Вы решили устроить чаепитие на весь участок?

- Это Чан Ук принёс для нашего Лучика. - Бросила криминалистка, откусывая пончик. Она со сладким на вы, но помочь другу осилить такое количество вкусностей было необходимо. - Набивается к нам в зятья видимо.

- За Чонгуки ухаживает? - Опер подходит ближе к коллегам, выбирая взглядом чего бы ему прихватить.

- Ага. - Розе посмеевается с набирающей обороты шутки.

Чувствуя всем телом, как несёт напряжением со стороны босса, который отказался от предложения присоединиться, девушка с трудом проглотила эклер. В этом затишье она ощущала, как каждое движение, каждое мгновение насыщается невысказанным недовольством, и лишь каменное лицо служило иллюзией спокойствия.

- Как твой непосредственный начальник, я напоминаю о запрете служебных романов. - Ким наконец-то подал голос после долгого молчания.

- Чувствуете, как в воздухе ревностью запахло? - Айрин смотрит, словно хитрая лиса, отпивая тёплый каркаде из чашки.

- Я прекрасно помню об этом, следачок. - Чонгук ощутил, как тепло разливается по его щекам, окрашивая их в нежный румянец. - О чем вы вообще? Мы с Чан Уком просто друзья.

- Уверен? - Криминалистка склоняет голову вбок, краем глаза наблюдая, как следователь закипает, словно чайник. Интересно, дым из ушей у него тоже пойдет?

Можно отсчитывать секунды до взрыва бомбы, но для этого следовало бы ещё сильнее надавить. Нужно ли это? Судя по мотающей голове Розе, лучше не стоит. Иначе оперативникам сегодня достанется по самое не хочу.

- А ну разбежались по своим углам, чаёвники. - Рычит Тэхен. - Иначе я сейчас найду вам занятия поинтереснее.

Угроза работает на все сто процентов и через пять минут в кабинете нет ни единой души, кроме следователя и спасателя. Обдумывая слова Айрин, Чонгуку хотелось проволиться сквозь землю. Неловкость и смущение, словно невидимые кисти, мягко касались кожи Чона, заставляя сердце биться быстрее.

Новая жертва стала словно глотком свежего воздуха. Специально или нет, но в этот раз убийца был менее аккуратен. В записях подробно было расписпно всё: расположение тела, положение, наличие признаков борьбы и травм. Также появились вещественных доказательства: волосы и следы обуви, которые снег не успел накрыть новым слоем. Опрос свидетелей дал шанс на возможных свидетелей, заметивших подозрительные лица, а также необычное поведение. Возможно, это действительно тот самый убийца, но станет известно только после того, как Джин подготовит документы с допроса.

Запрос данных с камер видеонаблюдения и отслеживание перемещений жертвы ничего не дали. Айрин обнаружила что-то на теле жертвы, проводя различные анализы. Но результатов ещё никаких не было.

- Но почему именно лесной парк? - Оглядывая доску следователя, интересуется Чон. - Полно других мест, где он мог это провернуть.

- Это место, где легче спрятать тело от посторонних глаз и случайных прохожих. - Ким сложил руки на груди, устраиваясь рядом со спасателям, уперевшись в край стола. - Некоторые преступники выбирают определённые места, потому что они вызывают у них ощущение контроля, власти или удовлетворения. Возможно, лес казался ему "личным" пространством, где он мог вершить свои действия без страха быть замеченным.

- Тогда разумно, что парк и убийца непосредственно связаны. Он явно работник, который хорошо знает каждый уголок.

- Да, только вот у большинства твёрдое алиби на каждый труп. Остальные же абсолютно не подошли под психологический портрет. Над остальными ещё работаем.

Тэхен устало вздыхает, его плечи слегка опускаются, словно под тяжестью невидимого груза. Он медленно закрывает глаза. Внутри него царит хаос — мысли, как непокорные птицы, метаются из угла в угол, не давая покоя. Ему хочется заглушить этот гул, успокоить бурю в голове, которая мешает сосредоточиться и найти ясность в своих размышлениях.

- Почему вдруг стали так много времени проводить с хакером?

- А разве много? - Усмехается Чон. - Мы просто иногда выбираемся вместе позавтракать и пообедать. Ничего более.

- И всё же. - Следователь продолжает пялиться на доску так, будто видит впервые, хотя знает каждый её миллиметр.

- Оказывается, он хотел познакомиться со мной ещё со времен академии. Но стеснялся подойти. - Чонгук поворачивает голову, разглядывая профиль Кима. Его взгляд мягко скользит по изгибам лица, по очертанию виска и напряжённой линии подбородка, словно пытаясь разгадать что-то сокровенное, скрытое за этим спокойным выражением. - Был наслышан обо мне благодаря тебе.

- А сейчас решил, что самое время познакомиться?

- Почему бы и нет? - Спасатель переводит взгляд на свои ботинки, поглядывая, как блестит черный материал.

- Тогда почему ты отказываешь мне? - Тихо и сухо спрашивает Тэхен, он не хочет смотреть на парня рядом, потому не сможет сопротивляться ему. Никогда особо и не мог. - Я пытаюсь стать друзьями, не требую прежних отношений между нами. Но почему ты отказываешь мне в банальном обеде?

- Я не отказывал тебе. - Поправляет сдедователя Чонгук, снова поворачиваясь к нему лицом. - Я ведь сказал, что уже не голоден. Если бы я отвергал тебя, разве был бы сейчас тут?

Тэхен замолкает, словно прервав поток своих мыслей и эмоций. В своей ярости он явно упустил из виду очевидное — то, что Чон всякий раз тянется к нему, несмотря ни на что и ни на кого. Он ездит с ним в одной машине, ничуть не шорохается при прикосновениях, а его взгляды и жесты полны искренней протянутости. Он сам идёт на контакт. В его поступках — помощь в работе, заботливо принесенное кофе, постоянные приглашения остаться у него ночевать под предлогом работы — желание быть рядом, найти утерянное когда-то понимание, даже в самых, казалось бы, простых жестах.

- Я веду себя как ребёнок? - Ким слегка улыбается, встречаясь взглядом с спасателем. - Извини за это..

- Я не знаю, в чем твоя проблема... - Чон подходит ближе к мужчине, берёт его лицо в тёплые ладони прикосновением мягким и уверенным одновременно. Его глаза наполнены тихой заботой и искренним теплом, словно каждое прикосновение — это обет глубокого понимания. - И у нас были причины вести себя отстранённо. Но сейчас всё нормально, ладно?

- Ладно..

Тэхен чувствует, как во рту пересыхает, а сердце вдруг сильно тревожно забивалось. Ему стыдно за то, что он смотрит на чужие губы, забывая поднять глаза выше. Он словно завороженно следит за их движениями, за тонкими покачиваниями — совершенно потерявшись в этом мгновении, будто утратил контроль над собой. Внутри мучает ощущение неловкости и вины за свою растерянность, за то, что словно не слышит ничего вокруг.

- Я стараюсь не думать о прошлом. Потому что если бы думал, не смог бы дышать с тобой одним воздухом.

- Чонгук... - Начинает Тэхен, сам не зная, что он хочет сказать. Что ему нужно сейчас сказать.

- Я не пытаюсь заставить тебя чувствовать себя виноватым. Правда. - Положение мужчины сейчас очень удобное, что позволяет спасателю быть наконец-то выше. Чон наклоняется вперёд, чтобы соприкоснуться лбами со следователем. - Я просто хочу чтобы ты понял, что я хочу снова дружить. Не смотря ни на что.

- Дружить... - Ким смотрит на закрытые глаза парня, так близко. Чужое дыхание ощутимо горячее, приятно щекочет кожу. - Да, я..я понял тебя. Спасибо.

- Ну вот и отлично. - Чонгук хлопает мужчину по плечу, неожиданно отстранясь. Следователь следует за прикосновением, в надежде почувствовать подольше, но оно всё равно быстро покидает его. - Что у нас по планам?

- Кхм.. - Тэхен прокашливается, возвращаясь в мир, полный работы и головной боли. - Нужно зайти к Айрин, она должна была уже подготовить документы.

Девушка встретила гостей в своём кабинете равнодушно, намекая следователю, что виной всему именно он. Документы не были готовы до конца, поэтому пришлось ждать, пока криминалистка закончит заполнять форму и начнет её печатать.

На рабочем столе стоял какой-то салат, жареная курочка в кляре и холодное кофе. Решившись воздержаться от комментариев, Тэхен лишь посверлил Пэ Джухён взглядом, полным недовольства.

Чонгуку же в данном помещении всегда рады, несмотря на то, что мёртвых здесь встретишь гораздо чаще, чем живых. Он с интересом разглядывал новые пробирки и аппаратуру, стараясь лишний раз не касаться вообще ничего.

- Копию я сама отнесу Намджуну. - Девушка проследила за действиями спасателя: как он взял палочками салат и аккуратно закинул себе в рот. - Ну как?

- Почему так горько? Я не могу это проглотить.

- Хреновый тогда из тебя любовник.

Тэхен толи давится воздухом, то ли своими же собственными слюнями, пока бедный парнишка выплевывал еду в салфетку. Криминалистка лишь рассмеялась, продолжая печатать документы. Благо, осталось немного — работа почти закончена, и скоро она сможет вздохнуть свободно.

***

За годы кропотливой службы следователь привык проводить все свои дни в этом кабинете, словно растворяясь среди кип своих дел. Здесь он жил и дышал, превращаясь из человека в живой фрагмент этого непрекращающегося рутинного мира — за строгим столом, окружённым стопками бумаг, он ощущал себя частью системы, где каждая строчка, каждый документ имел свою весомую роль. В буквальном смысле появление соседа, Чонгука, словно напоминание о том, что даже в насыщенной работе реальность имеет свойство входить в самые потаённые уголки. Этот молодой парень, словно тень, оставался в офисе допоздна, разделяя с Кимом часть неусыпной заботы, напряжённого труда, и уходил лишь тогда, когда обе стороны, наконец, урегулировали свои задания.

Совместно проведенное время стало такой обыденностью, еще с момента первых ночевок у спасателя дома. Конечно, проводить время в комфорте на мягком диване или кровати, где всегда можно перекусить или выпить, развалиться на полу, поглаживая жмущегося немца – куда лучше, чем душный кабинет.

- Тебя не ждёт Прайм дома? – Отложив очередную папку в сторону, поинтересовался Ким. Откидываясь на спинку рабочего кресла, его взгляд пробежался по расслабленной фигуре парня.

- Лиса взяла его к себе на сегодня, чтобы я мог спокойно работать.

- Думаю, я задолжал ему много лакомства, воруя тебя так часто.

Чонгук тихо улыбается, его смех почти незаметен, словно шепот ветра. Хотя они уже давно остались наедине в участке, в его движениях чувствуется осторожность, словно он пытается сохранить в воздухе неприметную границу, разделяющую их и окружающую реальность. Кажется, он осознает важность этого момента, словно тайну, которую нельзя раскрывать вслух, словно стремится укутать их общение в мягкую тень интимности, чтобы он мог остаться только для них двоих.

- Ты никогда не церемонился, утаскивая меня куда-то. Даже перед Джексоном.

- Слишком много чести. – Хмыкает следователь, улавливая чужое настроение. Напряжение сходит на нет, уступая спокойствию. – Им был не понять нашей связи.

- Ты про ментальный идиотизм? – Чонгук медленно поднимается с места, его походка спокойная и естественная, не смотря на усталость. Он окутывается легким мысленным бременем, направляясь к небольшому уютному уголку, где ждет его кофейная машина. – Будешь кофе?

- Я сам налью.

Тэхён удивительно легко поднимается на ноги, ощущая себя отлично, словно многочасовая работа не оставила после себя ни малейшей усталости. В голове мелькает желание заменить привычное кофе насыщенным энергетиком, который мог бы придать силы и взбодрить, однако твердо знает, что спасатель такую смелую затею не одобрит. В этот момент его сердце радуется признательности — Розе щедро и заботливо подарила ему новую порцию сахара утром, за что можно было бы воздвигнуть ей памятник.

Нечаянно, в мгновение случайного соприкосновения руками с Чонгуком, следователь ощущает, как его тело словно остановилось в мгновенье, жизнь и застыла в неопределенной паузе. В этот миг сердце совершает неожиданный кульбит, будто внезапно вырывается из груди и бьется быстрее, наполняясь смесью удивления и трепета.

- Всё в порядке? – Чон, заметив странное поведение Тэхёна, осторожно отставляет стакан в сторону и мягко наклоняется вперед, чтобы заглянуть в лицо следователя. Тонко чувствуя атмосферу напряжённости, он смотрит на него с легкой ласковой улыбкой, что на самом деле делает только хуже.

Погружённый в глубокие раздумья, Ким медленно и внимательно смотрел на лицо, выученное им до мельчайших деталей, словно пытаясь найти в его чертах ответ на непростую загадку. Внутри него кипели сумбурные мысли, словно клубок, с каждым мгновением всё плотнее скручивался и запутывался. Он чувствовал сильное желание найти выход из этой сложной паутины, развязать узлы своих размышлений. Но одновременно в его сердце звучала строгая заповедь: не поступать так, чтобы потом пожалеть. Ведь он и так уже слишком много потерял, слишком много огорчений навалилось на его душу. И потому он всё усерднее пытался взять под контроль свои поступки, чтобы не оставить после себя новых сожалений, и не погружать себя ещё глубже в бездонное море сомнений. Но он всегда славился тем, что думать – это не его. Его призвание было – делать.

- Знаешь, мне трудно думать, когда ты так близко.. – Хриплым голосом произносит следователь. Уловив на лице спасателя непонимание, он делает шаг вперёд, продолжая думать и говорить одновременно. – Я не уверен, что могу остановиться.

Осознание, которое пришло Чонгуку, очевидно отражается на лице и Ким наблюдал за этим мгновением, ощущая внутри радость от того, что больше не придётся объяснять ничего лишнего, погружаясь в неловкое смущение. Он медлит, поджав губы и ожидая хоть какой-то ответ или намёк со стороны Чона.

- Но я бы очень этого хотел, Лучик.

Чон отступил назад, прибывая в своих беглых раздумьях, но следователь покорно приближался. Его глаза словно светились тихой страстью, в них таилась глубокая решимость, предвкушение чего-то важного и неизбежного. В каждом движении ощущалась сильная, но нежная волна чувств: он словно боялся нарушить покой, ступая на грани осторожности и страстного порыва. Каждое его движение казалось продуманным и бережным, словно он опасался своим отношением нарушить гармонию, созданную их тихой, сокровенной связью.

- А что, если я тоже хочу этого? — Произнёс мягко Чонгук, почти шепотом, словно боясь разорвать тёплый туман ожидания, и смотрит в ответ, уже более решительно.

Тэхён шагнул вперёд, настойчиво наступая на него, словно пытаясь вжать в поверхность рабочего стола. В голове мелькала мысль — стоит бы отбросить это наваждение, оттолкнуть смутное чувство и привести в порядок свои мысли, извиниться за такую странную выходку. Но Чон смотрит в ответ, неподвижный и сосредоточенный, словно ищет в его глазах таинственный ответ, пытаясь разгадать что-то невысказанное, скрытое за мимолетной тенью выражения. Вместо разума, Тэхён выбирает - чувства. Он наклоняется аккуратно, нависая над спасателем.

- Тогда прошу, не отталкивай меня.

Медленным, почти трепетным движением он достиг лица спасателя. Его дыхание коснулось нежной щёки, и он осторожно, как чтобы не потревожить мгновение, склонился к её губам. Первый поцелуй был нежным и аккуратным — словно мягкий шепот, пробуждающий чувства, сдержанно окунаясь в вкус желанных губ впервые, чтобы запомнить его навсегда.

Его рука, словно змея, медленно скользила вниз, жадно и плавно касаясь каждой изгибистой линии стройного тела, словно стремясь прикоснуться к каждому его миллиметру, запечатлеть его тепло и форму в памяти. Тэхён, проявляя нежную решительность, подхватил рукой под коленки и, одним плавным движением, аккуратно усадил Чонгука на стол, словно стремясь приблизиться еще ближе, чтобы каждое мгновение оставить навсегда в своих руках.

Отрываться от любимых губ совершенно не хотелось, но не нужно забывать о том, что нужно хоть иногда дышать. У Чона дыхание тяжелое, прерывистое. Дорожка слюны, разорвавшаяся в воздухе, лишь усилила нарастающее возбуждение следователя. Слишком сексуально, слишком красиво.

Второй поцелуй – не просто горячо, а жарко, собственнически и почти дико. Резко раздвинув ноги младшего, Ким вжался в него теснее и, придерживая рукой за поясницу, был готов съесть его целиком. Чон открылся, разрешая следователю углубить поцелуй, пропуская настойчивый язык внутрь. Не сдержавшись порыву, младший сладко простонал в поцелуй, вызывая у Кима табун мурашек начиная от загривка.

- Я так не смогу сдержаться, если мы продолжим. – Следователь с трудом подает глухой, хриплый звук, разрывая поцелуй, словно борясь с внезапным волнением или внутренним состоянием, которое мешает продолжить. Его дыхание становится тяжелым и неровным, отражая внутреннюю борьбу, а каждое движение кажется одновременно решительным и неспособным сдержать нарастающие чувства или напряжение.

- А что нам мешает? Мы люди взрослые. – Чонгук выглядит таким невинным, произнося эти слова, что хочется захныкать, потому что возбуждение уже неприятно терлось о джинсы.

- Приручил и издеваешься.

Сверкнув глазами не по-доброму, Чон припал с поцелуями к крепкой шее следователя. Оставляя мокрую дорожку и сжимая руками сильные плечи, младший словно играл с ним и специально дразнил, ёрзая пятой точкой на столе.

- Тебе специальная команда нужна? – Прошептал на ухо спасатель, лукаво улыбаясь. Проходясь короткими коготками по шее, оставляя лёгкие следы. – Фас? Можно?

Этого вполне достаточно, чтобы губы снова резко и неожиданно слились в страстном поцелуе, руки ползут по телу, нетерпеливо избавляясь от одежды, сталкиваясь с чужими. Пока Чон стягивает надоевшую белую рубашку, следователь уже избавил его от штанов, оставляя в одних трусах. Приходится помочь шаловливым рукам с ремнем, чтобы джинсы скорее упали на пол.

- У меня нет смазки. - Прерывается Ким. - Было бы странно держать такое на работе.

- У меня есть крем для рук.

Чонгук осторожными, чуть нервными движениями ощупывает поверхность стола, пытаясь найти нужный тюбик. Его пальцы скользят по жесткому покрытию, и, наконец, натыкаясь на небольшую гладкую трубочку, он ловким движением бросает ее в руки следователю, тот с ловкостью его ловит.

Стянув нижнее белье, Тэхен помог избавиться от него и младшему. Чон нервно сглотнул, разглядывая чужое достоинство в полной боевой готовности, возбужденно подергивавшееся. Следователь сразу же заметил чужое замешательство, успокаивающим жестом целуя в висок.

- Точно готов к этому?

Спасатель неспешно кивнул, поддаваясь на чужие ласки, он попытался максимально расслабиться, прикрыв глаза. Тэхен утягивает его в очередной поцелуй, отвлекая от своих намерений. Чон шипит в губы, когда первый палец толкается внутрь. Он всегда подмечал красоту чужих рук, длинные пальцы и большие ладони, сейчас же от мысли о них становилось очень неловко и жарко одновременно. Дышит через нос, пока сердце колотится о грудную клетку.

Пока следователь что-то неразборчиво шепчет на ухо, выцеловывая и вылизывая молодую шею, Чонгук чувствует, что пальцев стало уже два. Он успевает привыкнуть к ощущениям, начиная по настоящему наслаждаться процессом. Чужие руки умело растягивали его, продолжая отвлекать различными нежностями. Чон поражался чужой выдержке, как умело следователь держал себя в руках и терпел собственное возбуждение. Не долго думая, Чонгук прикоснулся к просящему внимания члену, проводя ладлнью по стволу.

- Я и так заведенный пиздец, что же ты делаешь? - Тэхен уткнулся носом в острые ключицы, при этом тяжело дыша. Почувствовав, как ловко пальцы Чона играют с головкой, он в отместку прикусил нежную кожу.

- Уделяю ему внимание. - Спасатель шипит, продолжая свои манипуляции. Он старается всеми силами не думать о пальцах внутри, которых снова прибавилось на один, но Тэхен будто специально двигался сильнее, напоминая.

Старший убирает нахальную ладонь, наводя член ко входу. Рука нежно поглаживает бедро, а потом сминает его, оставляя красные следы и так по новой.

- Расслабься. - Ким целует голые плечи, выресовывая своеобразные рисунки. Он входит медленно, настолько, что хочется выругаться громко и грязно. Массируя поясницу младшего, следователь перешёл поцелуями на лицо, оставляя касания губами везде: в глаза, лоб, нос, краешки губ, подбородок, сами губы. Лишь бы Чонгуку стало легче, и Чону действительно стало. - Вот так, малыш.

- Малыш? - Хрипло смеется спасатель, в попытке сменить стон чем-то другим. - Ты любишь раздавать прозвища в постели?

- Нет, но ты особенный.

Чонгук тает, расслабившись окончательно. Но кто такой Ким, чтобы не напомнить, чем они тут заняты? Старший делает первый толчок и его взору предстает прекрасная картина: Чон чуть ли не ломается попалам, гибко выгибаясь в спине, издавая протяжный стон.

- Такой гибкий, может шпагат умеешь делать?

- Можешь продолжать издеваться, но вообще-то умею. - Ехидничает Чонгук, задыхаясь от собственных ощущений. Пальцы зарываются в волосы следователья, сжимая копны в ладони.

Тэхен тупит минуту, переваривая чужие слова. В голове не самые приличные картинки и это только раззадоривает его.

- Как нибудь опробуем твои навыки.

Без предупреждения следователь начинает двигаться быстрее, сильнее и, вжав тело младшего в стол, набирать темп. Чон, не зная куда себя деть, мог лишь стонать, распластавшись на столе окончательно.

Подхватив подтянутые ноги, Ким закинул их на плечи, продолжая двигаться в определённом темпе. Перед глазами было лишь лицо Чонгука, туманные полные наслаждения глаза, искусанные губы. Он вертелся, как уж на сковородке, пытаясь деть себя хоть куда, но продолжал поддатливо выгибаться навстречу толчкам.

- Агх..Тэхен, я.. - Следователь соврал бы, если бы сказал, что ему не нравится это. То, как Чон не может и слова произнести, зазлебываясь в голосе, выкрикивая стоны. И то, как его имя звучит в этот момент, как младший краснеет ещё сильнее, чем прежде.

- Уже готов? Я сейчас тоже, малыш.

Ким снимает ноги спасателя с плеч, разводя в стороны, он вновь вжимается в тело, почти ложась сверху, и ускоряя толчки. Он рычит от удовольствия, когда Чонгук обхватывает его ногами, и спускается к ягодицам, сжимая упругую половинку в руках.

Чон кончает первым, не в силах больше сдерживаться от переполняющих его эмоций. Тэхен испускается следом на подтянутый живот.

Следователь заботливо достаёт влажные салфетки из стола и помогает младшему избавиться от семени. Чонгук всё ещё устало дышит и не смотрит прямо в глаза, смущенный своим положением.

- Ты смущаешься, после того, как сам дал мне зелёный свет? - Нарушает тишину Ким, усмехнувшись.

- Не так я себе представлял развитие наших отношений.

- Черт, Гук, я мечтал об этом с учебы.

- Я тоже. - Младший мягко протягивает руки к следователю, разместив ладони на его плечах.

- Тоже? - Ким удивлённо смотрит на парня, окольцовывая его талию руками. Благо, спасатель успел накинуть на себя футболку и боксеры, иначе Тэхен был бы готов на второй раунд. - Я идиот.

- Ох, милый, я знаю. - Чонгук тепло смеётся, лениво целуя мужчину в губы.  - Нужно прибрать за собой.

Чон неспеша отстраняется, но его тут же притягивают обратно сильные руки. Одной рукой Ким все ещё держал его за талию, в то время как вторая взяла парня за подбородок, приподнимая вверх.

- Я люблю тебя. - Решительно произносит Тэхен. - Я должен был сказать это раньше, и до того, как мы..

- Хён, мы взрослые люди. - Чонгук впервые за долгое время употребляет такое обращение и Киму хочется расплавиться от его звучания. - Мне всё очень понравилось и я тоже люблю тебя.

Тэхен наклоняется за новым поцелуем, отмечая в голове, что Чон мило встает на носочки, чтобы поравряться головами. К черту дела на сегодня, они могут подождать, а он хочет полностью насладиться Чонгуком.